Снотворец

— Эндрю, как самочувствие? — Так же, — тихо ответил я. Почему мой воспаленный мозг решил разлучить нас с Каем? Может, просто подсознательно я понимал, что тот мир всего лишь фантазия и привыкать к нему нельзя? А тем более становиться зависимым от этой выдумки. Ведь мне без преувеличения теперь уже хотелось находиться там больше, чем в реальности. Док снова посветил мне в глаза и что-то себе записал, медсестра дала таблетки, после чего они ушли. Бесит. Ну почему меня разбудили ради такой херни? Взяв планшет, я вдруг вспомнил, что обещал позвонить Эллиоту. Конечно, я забыл. Попробуй после таких снов сосредоточиться на серой реальности. Вспоминая события в лифте, щеки загорелись. Все произошедшее там казалось слишком реалистичным. Но… нельзя было забывать, что это выдумка. Нельзя позволять себе сходить с ума по несуществующему миру. И несуществующему человеку. Получеловеку. Надо перенастроиться. Выкинуть из головы демона и просто жить. А во сне буду теперь пить и развлекаться, почему нет? Так, все! Что там на повестке дня? Точнее, вечера. Я взял телефон, прокашлялся и набрал номер нового знакомого. — Думал, уже не позвонишь, — вместо приветствия сказал Эллиот. — Ну, я же обещал «ближе к ночи», — улыбнулся я. — Да, я помню. Рад тебя слышать. Я хотел ответить, но услышал в трубке женский голос: — Эллиот, куда ты уходишь? Иди к нам! — Ты с друзьями? — спросил я. — У меня очень важный разговор, — видимо, улыбаясь, ответил он куда-то в сторону. — Мы можем и в следующий раз поговорить, — предложил я. Не хотелось, чтобы из-за меня Эллиот забивал на друзей. — Нет. Все нормально, — ответил парень, после чего я услышал щелчок. Похоже на зажигалку. Курит? Эллиот поднял тему фильмов, в частности хорроров, я с удовольствием подхватил. Потом мы обсуждали книги, незаметно переместились на смешные случаи из жизни. Беседа строилась довольно легко и непринужденно. Несколько раз за три часа разговора я слышал голоса его друзей на заднем плане. Интересно, они были в курсе о его ориентации? Я предлагал ему созвониться в следующий раз, но Эллиот только отшучивался и говорил, что друзей он уже и так как облупленных знает. — Ты еще не устал от меня? — спросил бархатный голос, когда время уже было ближе к одиннадцати. — Нет, а ты от меня? — Меня сейчас вообще все более чем устраивает. Я слегка улыбнулся: — Даже то, что тебе пришлось больше чем на три часа бросить друзей? — Слушай, прекрати об этом говорить. Мои друзья не в обиде, они все понимают. Я с ними дружу давно и вижусь довольно часто. А ты сейчас мне очень и очень интересен. — А твои друзья, — я немного замялся, — знают о тебе? Ну, что ты… — Гей? — усмехнулся Эллиот. — Давно. — И среди них есть парни натуралы? — Да. А почему ты спрашиваешь? — Ну, я сегодня рассказал о себе другу, и… он просто ушел. — Не расстраивайся. Бывает. Если ты ему и правда друг, то он смирится. Дай ему немного времени. Снова послышался щелчок зажигалки. — Куришь, да? — спросил я. — Давно? — Лет с семнадцати. Знаю, что это вроде как убивает, но ничего с собой поделать не могу. А ты? — Я не курю. И даже пробовать не хочу. Мне вообще, честно сказать, не нравится, когда от человека сигаретами пахнет. Прости. Эллиот усмехнулся: — Ты так тонко намекаешь, что мне придется ради тебя бросить? — Думаешь, я стою того, чтобы бросать многолетнюю привычку? — Думаю, ты станешь для меня хорошей мотивацией. Слова Эллиота в который раз заставили меня смутиться. Странно, но я чувствовал, что он абсолютно ни разу не соврал и не слукавил. Я верил, что ему действительно нравилось общаться, в общем-то, как и мне. Сложится ли у нас такой же приятный разговор при встрече? И, главное, чем эта встреча может закончиться? — Знаешь, — вдруг сказал Эллиот, — я даже не думал, что на мое сообщение может откликнуться такой интересный человек, как ты… Точнее, я именно ради этого и оставил пост, но слабо надеялся, что мне повезет. — Скажешь тоже, — смущенно буркнул я. А после пары секунд молчания добавил: — Иди все-таки к друзьям. — Эндрю, я же просил… — возмущенно начал парень, но я его перебил: — Да нет. Я просто уже думаю ложиться спать. Я ведь в больнице, будят здесь рано, так что… — Хорошо. Во сколько я завтра могу позвонить? Если ты хочешь, конечно. Я улыбнулся: — Хочу, естественно. Давай я напишу тебе, когда буду свободен. — Хорошо. Буду ждать, — ответил Эллиот и добавил чуть тише: — Сладких снов, Эндрю. К щекам прилила кровь. Последние слова были сказаны слишком ласково, почти интимно. — Да, спокойной ночи, — выдавил я севшим голосом и сбросил звонок. Если этот парень так влияет на меня, всего лишь разговаривая по телефону, то что будет при личной встрече? Еще и поцеловать обещал… Я, конечно, уже целовался с парнем и даже больше, но то ведь был всего лишь сон. Довольно приятный, реалистичный, даже познавательный, но все же сон. Я попытался выкинуть все эти мысли из головы и просто уснуть, но не вышло. Даже барашки оказались не властны. Тогда я включил в приложении планшета один из рекомендуемых фильмов. Однако сосредоточить на нем внимание я так и не смог. В голове крутились картинки из сна: глаза Кая, его улыбка, его руки и прикосновения. И то, что он со мной вытворял… Ну почему я так подвисаю на этом? Почему я не вспоминаю ничего и никого, кроме этого загадочного чертяки? Почему именно он стал объектом моей страсти во сне? Почему у меня в голове вообще все это происходит? Фильм закончился, а я даже не понял, о чем он был. Хотелось обратно к Каю, но организм отказывался засыпать. Полночи я серфил в инете, бездумно листал ленту новостей, залипал в мини-игры. А в голове все это время стоял образ моего демона. Почему он мне так понравился? Он ведь даже на человека мало похож. Ближе к утру я все же вырубился прямо с планшетом в руках.

***

Снова я находился в клубе. Только на этот раз — в обычной одежде и за одним из столов. В руках у меня был длинный стакан с коктейлем. Я сделал глоток: по вкусу он напоминал нечто цитрусовое, возможно, смесь цитрусовых плюс алкоголь. Я махом допил и направился к стойке, рядом с которой, как всегда, стоял мишка и наблюдал за моими перемещениями. — Кайсен уже уехал? — спросил я у медведя, оказавшись рядом. — Только не спрашивай, забыл ли я, просто ответь! — Да, — спокойно отозвался гризли. — Несколько часов назад. — Вот зараза, — буркнул я. — Не успел. Ладно, раз с Каем пролет, буду импровизировать. Я обернулся и окинул зал клуба взглядом. — Слушай, ты не видел мыша? — не глядя на медведя, спросил я. — Кого-кого? — переспросил он. Мне пришлось повернуться к нему: — Ну этот, ушастый и с хвостом-шнурком. Мой… товарищ по несчастью. — Лейв, что ли? — поднял бровь медведь. — Только не говори, что ты и имена начал забывать. Вот как ему объяснить, что я не знал их изначально, чтобы забыть? — Просто вылетело из головы, — отмахнулся я. — А ты, кстати, кем будешь? Гризли нахмурился и весь разом напрягся. — Я должен буду сказать об этом начальнику, — угрюмо проговорил он. — Зачем? — удивился я. — Теперь мой шеф, и клиент по совместительству — Кай. — Затем, что ты пока еще живешь здесь и он должен знать об изменениях в твоем поведении. Я хмыкнул: — Да говори ему все, что захочешь… — Ты правда не помнишь моего имени? — недоверчиво переспросил мишка. — Правильнее будет сказать, что я его не знаю. Медведь помолчал, видимо, пытаясь осмыслить мои слова. — Я Бруни, — наконец выдал он. — А начальник? — Торир. — Вот спасибо, — усмехнулся я. — Так что, ты не видел… Лейва? — Видел. У него сейчас сеанс. — Вот засада. Я снова посмотрел на зал. В принципе, в клубе было полно и других сзеретни, чтобы поболтать и понаблюдать за ними. Спрашивать напрямую, чем сзеретни отличаются от обычных людей, не хотелось. Чего доброго, в психушку отправят, пока мой демон в отъезде. Нет уж. Сам как-нибудь разберусь. Сначала я думал выбрать объект для допросов по виду, но потом понял, что все сзеретни чем-то привлекательны. Тогда я решил найти кого-нибудь с хвостом попушистее, чтобы потрогать и погладить. Да! Закажу у хвостатого сеанс и вместо секса буду болтать с ним. Вот только… Как здесь расплачиваются? Если мне не изменяла память, то моему персонажу никто ни разу не отмерил и парочки шуршащих, только на поднос за напитки клали. Опять задать медвежонку дурацкий по меркам этого мира вопрос? Я снова нехотя развернулся к стойке: — Бруни, а можно еще кое-что идиотское спросить? Тот приподнял одну бровь, а потом облокотился на стойку напротив меня, показывая всем своим видом, что внимательно слушает. — У меня тут есть счет? Дома у меня были деньги, но тут я абсолютно пуст в этом плане. Как мне расплатиться за что-либо? — Любой напиток я тебе и так налью. — Ну, а кроме напитка? — Раньше, кроме напитков, тебя ничего не интересовало, — прищурился Бруни. — О чем идет речь? — Ну, предположим, я захочу сеанс с кем-нибудь из здешних, как это оформить? Лицо гризли медленно вытянулось. Он смотрел так, будто единорога увидел. Я усмехнулся: — Что такое-то? Мне нельзя? Противопоказано? Скучно тут, я больше не работаю, потому и пытаюсь найти развлечение. Ну же, Бруни, как мне оплатить сеанс? — Вряд ли у тебя хватит того, что есть на счете. Сзеретни столько не платят. А вот теперь удивился я: — В смысле? Я же каждый раз получал по тысяче за сеанс, а Кай так вообще, помнится, за один из сеансов три тысячи обещал! Я понимаю, что не все деньги там мои, но… Какого хрена? — С каждого сеанса тебе в карман идет десять процентов. А сеансы покупают далеко не каждый день, потому что они очень дорогие. — Оплата всех счетов, еда… И мне ничего не остается на развлечения?! Жесть какая-то, начальник совсем зажрался! Хорошо, что Кайсен меня выкупил! — Кстати об этом, — хмыкнул Бруни. — Теперь все расходы, касающиеся тебя, оплачивает мистер Кроун. Так что, если ты захочешь сеанс, счет предоставят ему. — Мистер Кроун? — переспросил я. — Кайсен Кроун. Меня поражает, что ты забываешь простейшие вещи. — Он не говорил свою фамилию, — нахмурился я. — Ему и не нужно говорить, ее и так все знают. Его клан всем известен, и мне абсолютно непонятно, как ты согласился на личный контракт. Я закатил глаза: — Короче. Я правильно понял: если я куплю сеанс, он оплатит? — Да. Я пожевал губы, обдумывая информацию, а потом хищно улыбнулся. Все складывалось просто шикарно, ведь мой демон явно богат! Ну, даже если поругает меня немного, что с того? Это ведь сон, пусть и местами логичный, но проблема денег теперь уж точно решена. Я решительно двинулся меж столиков, ища взглядом кого-нибудь похвостатее. Взгляд упал на паренька с белым пушистым хвостом и такими же заостренными ушками. Белая лиса? Это ж песец! Я хохотнул про себя и подлетел к примеченному сзеретни. — Привет, Эйен, — слегка улыбнулся он, увидев меня. Все сзеретни друг друга знают, что ли? — Привет, — кивнул я. — Решил купить твой сеанс. — Зачем это? — без особого энтузиазма спросил парень, дернув ухом. — Как «зачем»? Будешь исполнять мои желания! — Ладно, — пожал плечами песец и, оставив поднос на ближайшей стойке, повел меня к одному из лифтов. Я заметил, каким недоумевающим взглядом проводил нас Бруни, отчего у меня невольно вырвался тихий смешок. В лифте песец стал задавать контрольные вопросы: — Чего бы тебе хотелось? — Пощупать твой хвост. Ну и просто поболтать. — Надо же, — спокойно ответил парень, — впервые встречаю фетиш с хвостом. Я снова хохотнул. Во сказанул! Фетиш… Перед нами предстала комната один в один, как та, в которой и я когда-то проводил сеансы. Я бы даже подумал, что это она же, если бы не общая подсветка другого цвета. Мы зашли внутрь, я сразу направился к дивану, песец проследовал за мной. Как только я уселся, парень вдруг довольно резво запрыгнул ко мне на колени и провел хвостом по моей шее. — Так, стоп! — скомандовал я, и сзеретни тут же остановился, непонимающе заморгав. — Ты хочешь, чтобы я был активом? — тихо спросил он, поелозив задом по моему паху. Кончики ушей вдруг загорелись от смущения, я неуверенно откашлялся. — Во-первых, слезь с меня! Тот без лишних вопросов выполнил мой приказ, усевшись на диван рядом со мной. — Во-вторых, — облегченно вздохнув, продолжил я, — никакого секса. Я просто потрогаю твой хвост, а потом поболтаем. Парень снова дернул ухом: — Эйен, я не понимаю, зачем тебе это. — Не заморачивайся, — отмахнулся. — Просто давай сюда свой пушистый обрубок. — Неужели ты стал тестером? Добился такого мастерства? — теперь уже я непонимающе заморгал, а песец продолжил: — Хотя ты всегда был одним из лучших. А я впервые попадаю на тест без секса. Можно тебя попросить? — М? — выдавил я. Просто ничего другого мне на ум не пришло. Этот парень считал, что я снял его, чтобы протестить обслуживание? Странно, конечно, но такое, наверно, было вполне возможно. Кто-то же наверняка проверял их на профпригодность. — Если я не выполню всех нормативов, можешь не ставить мне плохую оценку? Я не хочу покидать «Измерение». В другом клубе я долго не протяну. Я, — он взял меня за руку и посмотрел на меня своими невероятно голубыми глазами, — я там погибну. Все так серьезно? Может, тот заяц стал настолько безэмоциональным в процессе работы? Может, эта работа вытягивает все соки из сзеретни в обычном дешевом клубе? Тогда за что им подобная участь? Я слегка улыбнулся: — Не волнуйся ты так, все будет хорошо. Давай уже перейдем к сеансу. — Ты и вправду как настоящий человек, — тихо проговорил лис и положил мне на колени пушистый белый хвост. Почему все постоянно сравнивали меня с человеком? Что такое эти сзеретни? Они выведены специально на потеху людям? Типа, «а давайте искусственно создадим людей, чтобы научить их качественному сексу, и будем эксплуатировать всю жизнь? А что? Они ж искусственные, а значит на них не распространяется человеческая мораль»… Если все так, то я в глубокой заднице. Хотя Кай, вроде как, говорил, что я другой, уникальный и что-то еще такое. Так что, возможно, мне с ним сильно повезло. Но почему я, собственно, удивляюсь? Я ведь главный герой здесь, мне должно везти! Я погладил хвост песца, пальцы утонули в невероятно мягкой шелковистой шерсти. И почему мне достался бесхвостый персонаж? Обидно, это было бы очень прикольно. Как им вилять, как управлять? Как им ощущать? Кстати, у Кая ведь есть хвост, но я ни разу так и не покусился на него. Оплошность. Надо будет обязательно исправить это при встрече. Хвост неожиданно дернулся, а потом снова расслабленно опустился на мои колени. Я перевел взгляд: острые белые ушки парень прижал к голове, на его щеках проступил легкий румянец, и он закусил нижнюю губу, внимательно наблюдая за моими руками на своем хвосте. — Тебе это нравится? — решил спросить я. — Это эрогенная зона, — тихо выдавал лис. — У многих. У меня тоже. — Почему вы тогда не прикрываете хвосты? Не заправляете в штаны, например? — Ну, если им не двигать, он ведь затекает и начинает болеть. Поэтому в обществе просто не принято трогать незнакомых людей за хвост. Я вопросительно изогнул бровь: — Хочешь сказать, это считается сексуальным домогательством? Песец молча кивнул, а потом снова посмотрел мне в глаза: — Сеанс точно без секса? — Точно! — выпалил я. — Жаль. Я бы хотел увидеть твое мастерство. Я округлил глаза, ошарашенно уставившись на песца. Они тут настолько прожженные, что вообще не считают секс чем-то интимным? Чисто работа, ничего лишнего? Вздохнув, я отложил хвост: — Ладно. Считай сеанс окончен. Я встал с дивана, но лис неожиданно схватил меня за запястье: — Как? Уже? — Ну да. — Этого ведь мало для хорошей оценки? — Все хорошо, приятель. Ты останешься в «Измерении», не волнуйся. Почему я не сказал правду, что я никакой не тестер? Да хрен знает. Наверно, мне просто нравилась эта игра в важного клиента. Мы молча вернулись в зал, и лис снова принялся за работу. А я сел за пустующий стол и принялся разглядывать танцора, крутящегося на светящемся, подвешенном за цепь обруче через пару столов от меня. Что я узнал за этот сеанс? Да ни фига я не узнал! Сзеретни, на мой взгляд, ничем не выдавали какую-нибудь «нечеловечность». Однако у меня появилась теория об искусственном выведении, а это уже что-то. И если это так, то у моего персонажа не может быть родственников. Тогда становилось понятно, почему Торир, мой бывший начальник, когда-то назвал остальных сзеретни моими братьями и сестрами. Выходило, что у людей этого мира с моралью совсем плохо. Эксплуатация несчастных сзеретни и безнаказанные кровавые убийства — это, видимо, лишь верхушка айсберга. И, чувствовала моя жопа, Кайсен еще покажет мне все, что скрыто под водой. ГТА отдыхает просто. Ко мне неожиданно подсел мужчина в темном пиджаке с рыжими волосами и такими же рыжими кошачьими ушами. Я скосил на него вопросительный взгляд. — Привет, — сказал он, протягивая руку для рукопожатия. Я пожал ее и кивнул: — Ну, привет. — Смотрю, сидишь скучаешь. Вот и подсел поболтать. Не против? — Хм. В принципе, не против. Кот взял стакан с коктейлем у проходившего мимо сзеретни и снова повернулся ко мне: — Часто тут бываешь? Я усмехнулся: — Довольно-таки. А что? — А я только вчера добился билета. Так что я тут впервые. Можешь кого-нибудь посоветовать поумелее? — Вряд ли я в этом помощник. Откуда мне было знать, кто из всех работников входит в число лучших? — Ты же сказал, что бываешь тут часто, — поднял брови рыжий. — Да, но я в основном просто пью и смотрю на танцоров. — А, ценитель прекрасных тел? Понимаю, — мужчина улыбнулся, сделав глоток коктейля. — А я никак не решусь снять кого-нибудь. Говорят, в игру сзеретни, которые работают здесь, можно влюбиться. Я удивленно проморгался: — В каком смысле? — Не слышал об этом? Мне рассказывали, что самые умелые из них так хорошо играют роли, что некоторые клиенты влюбляются в них и всю жизнь только и ходят к ним на сеансы. А самые обеспеченные даже могут оформить на любимого сзеретни личный контракт, отвалив бешеные деньги клубу. Они знают, что сзеретни не умеют любить, но все равно покупают их. А я представить не могу, это каким идиотом надо быть, чтобы так подсесть на их игру, что не жалко платить за них всю жизнь? Я нахмурился и гневно выдохнул: — А каким идиотом надо быть, чтобы считать, что сзеретни не нужна забота? Они тоже живые и, думаю, достойны любви не меньше, чем простые люди. Я встал из-за стола и направился к стойке. Слова этого рыжего имбецила отчего-то неслабо задели, и мне захотелось просто напиться. Здесь люди считали таких, как я, бесчувственными игрушками. А Кай купил меня за бешеные, если верить словам кота, деньги, потому что… Что? Влюбился? Это было просто смешно. Нельзя влюбиться за пару встреч. Я подошел к стойке и взглянул на застывшего в ожидании заказов Бруни. — Налей чего покрепче. Хочу забыться. Медведь лишь хмыкнул и поставил передо мной бутылку.