Еще один способ взбодриться

Защита магистерской действительно оказалась приторно-легкой. Заложенные в подкорке знания и уверенность, с которой Саске подошел к трибуне, сделали свое дело. Он даже назвал бы свое выступление «достойным», если бы не жест профессора, означавший, что пора завершать с результатами эмпирических исследований. А ведь рассказать было что… Но потраченные впустую ночи уже окупились, а полученные тогда знания забудутся, канут в лету, оставшись лишь навыком поиска информации и разбирания крупиц, отделения зерен от плевел. Возможно, чуть позже Саске назовет это пустой тратой времени, а может оценит полезный навык. Сейчас же, получив короткие наставления старшего брата, он жил наполовину там — по ту сторону океана, который желал пересечь со дня на день. Пустела обжитая за полгода комната. Переселялись с полок в рюкзаки и сумки вещи и книги. На пустынные стены уставился одинокий ноутбук. — Подменишь меня в ночную? — бросил Учиха, стоило Сакуре пересечь порог. И вроде бы пора привыкнуть к таким вот фразам без «как дела?» и «привет», а все равно внутри сжималось остаточное от скандалов с родителями. — Да… — девушка запоздало кивнула и толкнула дверь, втаскивая внутрь пакеты с едой, и голос ее крепчал, становясь таким же, как и тогда, когда Сакура вновь расцвела, обретя потерянные когда-то знакомства. — Да, ты уже уезжаешь? Саске пожал плечами и подумал было о том, что стоило подойти помочь, но появившийся следом Сай вмиг развеял мимолетное желание. — Не вижу смысла дорабатывать последнюю смену. Кроме того, тебе деньги будут нужнее, если ты, конечно, решишь остаться в этих апартаментах. Мимолетный взгляд, которым одарила девушка новоиспеченного друга, не скрылся от внимания Саске. Он отвернулся, стараясь не думать, как легко люди сходились и расходились, обрастали связями и обещаниями с людьми, которыми знались от силы — неделю. Уперся носиком в стенку заварочный чайник, словно пристыженный ребенок. — Я останусь здесь, — вроде бы никто не просил, а Сай ответил, ставя пакеты у пока еще общего холодильника. — Ты же не будешь ревновать? Шутка вышла боком и, спустя мгновение, Сакура уже потирала кулак, которым отметила свое отношение к форменной глупости. — Отработаю, — вернулась девушка к опущенной теме, а потом села рядом на многострадальный диван, задевая локтем чужой локоть, и долго смотрела на профиль человека, который когда-то вытащил ее из дерьма. — Спасибо. Теперь была очередь Саске вскинуть брови и ответить вопросительным взглядом сначала улыбчивой Сакуре, а после — тошнотворно счастливому парню, который отчего-то все еще не растворился без остатка. — За что? Сакура загадочно молчала. Заправила жвачно-розового цвета волосы за ухо и легкомысленно пожала плечами. Наверное, в том, что она была здесь и сейчас и со всеми этими людьми по одну сторону жизни, всё-таки была и его заслуга. Но Саске не хотел этих долгих признаний и пустых благодарностей. Когда-то Сакура помогла ему при стажировке в уличной забегаловке, а после он нашел повод помочь ей вернуться в свою колею. — Не хочешь прощальной вечеринки? — не унималась девушка. Сай оставался позади, шурша пакетами и вытаскивая одну за другой коробки с завтраком или очередным порошком. — Пригласим Кибу, Неджи… — Не думаю. — … Наруто, — она все-таки закончила, то ли рассчитывая на эффект последнего имени, то ли на то, что Саске передумает. Но лицо его оставалось непреклонным. Зажатый в руке телефон молчал, хранил в себе номер рейса и код посадочного талона. — Не думаю, что оно того стоит, — скупо повторил Саске, поймав себя на незванной мысли о том, что, возможно, Сакура знала на что надавить. Но ведь на самом деле Наруто же не мог проболтаться? Да если бы и мог — откуда уверенность, что само наличие на этой вечеринке этого мудака должно было сыграть роль? — Это зря ты отказался, — крутя и так и этак стакан из-под кофе, сказал Суйгецу. — Я бы на твоем месте согласился на прощальный трип без обязательств. Саске фыркнул, когда идущая по правую руку от собеседника девушка ощутимо ткнула того под бок. Кто бы мог подумать, что будет достаточно пары подкатов от Хозуки и их вечного соперничества в столовой (а заодно защиты магистерской, как последний случай встретиться на территории университета), чтобы наконец-то снизойти до взаимной терпимости, граничащей с невероятной гармонией в отношениях. Они брели вдоль людных улиц, болтая как приятели, хотя никогда не были особо близки, да и вряд ли собирались общаться после того, как их разделят сотни километров. Суйгецу оставался работать здесь, а Саске ощущал подкравшуюся к порогу осень и чувствовал тошнотворную ностальгию по городу, к которому не желал прикипать. — Ты бы на моем месте не отказывался от него с самого начала, — заметил Саске, краем глаза подмечая отражение в мутных витринах. Рядами стояли машины под знаками кратковременной стоянки, а на паркоматах выделялись неумелые граффити. — Теперь ты чувствуешь себя счастливым? — подал голос Джуго, молчавший большую часть пути. Можно было подумать, что он и вовсе оказался рядом случайно, и Саске бы предпочел так считать, если бы не привычное мельтешение знакомой массивной тени. Но вопросы — чертовы вопросы, которые задавал тот — были столь неудобны, что Учиха уже жалел о знакомстве. — Ты говорил, что не достает только магистерской. — Думаю, да, — оборвал Саске, а потом зачем-то достал из кармана мобильный, чтобы удостовериться, что новых сообщений нет, а последнее уведомление мессенджера — скриншот заказанного к аэропорту такси. И ни слова о Наруто. — Не думаю, что получилось бы лучше, даже если бы я попытался. К тому же, этого будет достаточно для того, чтобы найти достойное место. Месяца два-три, а потом определюсь… — А с той девушкой? — оборвал Джуго. А после заметил непонимающий взгляд и добавил: — С которой ты жил. Как она? Саске фыркнул и провел рукой от шеи к затылку, лишь на мгновение ероша волосы. Прошли доли секунды и те вновь легли в привычные неправильные формы. — Я не встречался с Сакурой. — О, тогда почему расстроен? — бросил в ответ излишне проницательный Джуго, и Саске лишь глубже просунул руки в карманы куртки, игнорируя глупый вопрос. Суйгецу, почувствовав благородную почву для собственных комментариев, вновь открыл рот. Конечно, он не был расстроен, не рассматривал Сая как замену себе, не улавливал едва заметные сходства между собой и им, и не чувствовал подступающую тошноту, стоило увидеть осточертелую компанию, оккупировавшую диван. Быть может, самую малость, ту малость, что Саске не желал признавать и которую ставил себе в укор, когда думал о Наруто. О Наруто, который словно сквозь землю провалился в последние пару дней. Не то чтобы они всегда находили время друг для друга — нет, слава богам — нет. Но Саске казалось, что что-то случилось, и чем дольше он себя гнал от этой мысли, тем более серьезной казалась причина. Бывали недели, когда они не виделись даже в той забегаловке, бывали дни, когда время летело за лекциями и семинарами без единой мысли об одном недоумке. Но здесь сказывались то ли закончившаяся учебная кабала, то ли разгрузившийся мозг. Саске пенял на волнение переезда. И даже молчащий мессенджер. Их прошлые переписки неуклонно сводились к одному: к отличному траху в отеле, даже если до этого следовала получасовая прелюдия о том, как у кого дела. Саске перечитал их, собираясь накануне ночью отправить бессмысленное сообщение с вопросом. Каким именно — с этим он так и не определился, да и злость, так некстати возникшая из ниоткуда, заставила тут же отбросить незваную мысль. С каких пор Саске невольно вздрагивал от мысли: «а вдруг?» при виде рваной джинсовой куртки и жженых высветленных волос, а рев потрепанного Черри казался едва ли не ненавистно желанным? С одной стороны, он сам согласился на предложенные Наруто правила: без обязательств, обещаний и перспектив (да и какие могут быть перспективы с человеком, плевавшим на право и закон?), получив в отместку нечто своё, время, в которое мог забыться и разгрузить мозг по цене номера в однозвездочном отеле. С другой — неужели Наруто было действительно плевать, с кем иметь дело, и в нем не было ничего особенного? Была ли причина, по которой тот решил выделить его изо всех и сделать объектом своих нападок? Но, вспоминая все те разы, когда, сидя в их общей с Сакурой кухне, Наруто рассказывал об очередных приключениях, и как поверх желто-зеленых следов яркими пятнами проступали свежие засосы, выводы напрашивались сами собой. Да и брошенное когда-то им «ты красивый» было тут же дополнено другим: «но у меня бывали и красивее». Поэтому, на самом деле в Саске не было ничего особенного. И это тоже была одна из причин, по которой Саске запрещал себе думать о нем. Это непродуктивно, отравляюще и полностью не соответствовало общепринятой логике. Вопреки этой же самой логике внутри все свернулось, замедлился шаг, стоило заметить темный силуэт у пока еще их с Сакурой общей квартиры. Прошло мгновение — короткое и невзрачное, прежде чем Саске понял, что ошибся и, закончив замерший шаг, приблизился к двери. Приторно улыбнулся взмахнувший рукой Сай. Заскребло за ушами от отвращения. И вроде бы тот еще и слова произнести не успел, но одного косого взгляда на это лицо было достаточно, чтобы почувствовать невысказанное: «О, ты кого-то ждал? Кого-то конкретного?» Не то чтобы Саске ждал гостей: не то время и место. Тем более Сая (так уж получилось с их первой встречи) он не переваривал. — Я знал, что ты вернешься, — с театральной тягучестью Сай растягивал слова. — Ты всегда возвращаешься. Куда именно и зачем, Саске предпочел не уточнять, поэтому сунул ключ в замочную скважину и распахнул дверь. Этого было достаточно, чтобы вместе с ночной прохладой внутрь просочился и незваный гость. Пустые молчащие комнаты, тусклый индикатор пожарной сигнализации под потолком. Никого. Еще бы, ведь Саске сам попросил Сакуру подменить его на ночной смене, желая то ли освободить себя от излишней обязанности, то ли попрощаться с городом. То ли дать Наруто еще один шанс (но отправленное еще утром в мессенджер сообщение хоть и было прочитано, но оставалось безответным). От мысли, что его вообще волновало чье-то там мнение, начинала болеть голова. Пройдет чуть меньше суток и он забудет и пустые апартаменты, и всю злосчастную компанию. — Нашел, — вмиг очутившийся у дивана Сай, демонстрировал телефон с лепестками-наклейками на задней панели. Сакура любила яркие акценты, но белые цветы, с ее слов, символизировали чистоту и невинность вновь избранного пути. Сай покрутил аппарат в руках. — Как иногда нам мало надо для счастья. — Быть безответственной дурой — такое себе счастье, — не смог сдержать язвы Учиха, ощущая странное раздражение и злость на театрально округлявшего рот Сая. "Ты мастер хуевых решений",  — твердил внутренний голос, который не получалось заткнуть. — Я такого не говорил, — бесцветно протянул Сай, изучая собеседника. От липкого темного взгляда хотелось избавиться, как от осевшей на лицо паутины. — Или ты все еще ревнуешь Сакуру? — Что? Прозвучало слишком резко, настолько, что можно было подумать, что собеседник попал точно в цель. Саске обернулся и сделал было шаг вперед, но Сай лишь обошел диван и неспешно опустился, готовый к разговору, а не драке. Но Саске был не из тех, кто кидается с кулаками (нет-нет, он совсем не собирался сделать это мгновение назад). Его оружие — слово, то самое, которым он пробивал себе дорогу в будущее. — Причем здесь Сакура? — вскинув вверх подбородок, спросил Саске. Найдя долгожданную чревоточину, засочились раздражение и злость, которые он не мог да и не хотел сдерживать. — И почему я должен ревновать ее к тебе? Сыпались затаенные некогда обиды. Саске так и стоял в дверях, не сводя взгляда с гостя и понимая, что не это его беспокоило. Но не важно. Теперь — не важно, когда чемодан смиренно ждал у двери пока еще его комнаты. А человек, подливший масла в огонь, был здесь и сейчас. А Сай молчал, с усердством половой тряпки впитывая каждое слово, с блеском в черных глазах наблюдая за бурным потоком искренних чувств, которые в кои-то веки проявлял Саске. Часы отсчитали начало второго ночи, но Саске уже потерял счет времени, ощущая едва ли не физическое желание порвать связь с людьми, с которыми и знаться-то не особо хотелось. — … полиция должна ходить по пятам за такими как вы, — остервенело цедил сквозь зубы Саске. — А ты разве не один из нас, Саске? — с железным спокойствием сыпал вопросами Сай. Он не отводил взгляда, не хмурил лоб и не пытался идти в контратаку. И это тоже бесило Саске. Как и деланное удивление, которое тот себе позволял. Хреновый актер, хуевые роли. — Из вас? — оборвал речь Саске, не веря собственным ушам. — С каких пор я опустился до уровня уличных оборванцев и позеров? — Может нам повезло чуть меньше, чем тебе, — склонил голову в сторону Сай. Казалось, его не задело сказанное. В конце концов, он слышал вещи похуже, но все они были плодом людских домыслов и ярлыков, которыми обвешало друг друга, словно рождественскую елку, общество. — Мне казалось, все приняли тебя. Тогда ответь, как ты опустился до того, чтобы трахаться с Наруто? Двойные стандарты? Противник был безжалостен, ударяя по тому, в чем Саске не смог разобраться. Заброшенные на задворки сознания вопросы ждали минуты, когда утратят нативную ценность и будут изгнаны вместе с сомнениями и чередой упущенных когда-то возможностей. Но внешне он даже не подал вида и лишь на мгновение запнулся, оскалившись не столько от злости, сколько от бессилия. С чего он взял, что Наруто оставит их случки в тайне? Интересно, тот рассказал, кто именно вдалбливал его в матрас и кто оплачивал номера мотеля? Хотя и это было уже не так важно. — Что меня может связывать с тем, кому вменили похищение человека? — бросил в ответку Саске. Это было той самой вещью, что не укладывалась у него в голове с их первой встречи, с того первого разговора, когда внутренние принципы скрипели под натиском жизненного кредо — не иметь дел с уголовниками. — А? — Сай подобрался, поднес палец ко рту и потратил добрые полминуты на то, чтобы ответить на вопрос. Саске уже внутренне праздновал победу и с предвкушением смотрел на загнанного в угол оппонента. — Ты о той истории с сутенером и Наруто? Сутенеры… Это было в стиле Наруто. Было бы неудивительно, если после «знаменательного события» с уличными проститутками, тот решил прокачать свои навыки быстрого съема. И хоть нервный смешок Саске уже не сдержал, он до сих пор молчал, давая шанс Саю высказаться и подтвердить каждое слово правдивой (или не очень) версией. — Наруто живет с Джирайей. Тот ему… троюродный дядька или около того. Насколько я понял, он его опекун, хотя Наруто предпочитает считать себя его должником. Хм, — Сай вдруг замолчал, словно решая, насколько глубоко в историю надо погружать слушателя. Ведь у Наруто тоже были причины не рассказывать все. — Джирайя один из тех, кто любит и умеет жить на полную. Дорогие машины, дорогие женщины, дорогой алкоголь. А Наруто… он вроде как «вытаскивает» того из пасти опасности, — лицо Сая едва не треснуло от театральной улыбки. Саске скривился. И все же, при таком воспитании, приверженность Наруто к случайным связям и разовому сексу становилась ясна и понятна. — Как понимаешь, Джирайя сам оставлял ему ключи… Остальное звучало настолько глупо и киношно, что Саске едва мог поверить в услышанное. Нет, он узнавал недоумка Наруто, включившего колонки на полную мощность, и даже готов был поклясться, что знает, с каким именно видом тот разъезжал в чужой тачке. Не стоило многих трудов представить, какое невообразимо глупое было у того лицо, когда дорожный патруль его все же нагнал, как этим же лицом хорошенько проехался по пыльному асфальту, и как он закидывал ногу на ногу с самонадеянной усмешкой на разбитой физиономии, доказывая каждому встречному, что это ошибка. Как проспавшийся на вторые сутки Джирайя, вызволенный тем же сердобольным патрульным из багажника собственной машины, наконец-то включил телефон и обнаружил там сотню сообщений и просьб «все объяснить». А после, когда слухи и слава расползлись по округе, выяснилось, что не сумевшего расплатиться Джирайю, вусмерть пьяным, закрыл в багажнике сутенер, заступившийся за элитных «девочек», а тот, очнувшись, вызвал с мобильного телефона патруль, но забыл сообщить о ситуации и уснул, предварительно в конец разрядив батарею. Почти что готовое дело развалилось, когда Джирайя написал заявление, опровергающее так гладко вырисовывающееся похищение. Все эти «прошу проверку не проводить», и «не разобрался в сложившейся ситуации», и хрустящие купюры сверху — весьма быстро исключили злосчастную статью из личного дела парня. Но вот со слухами никто ничего поделать не мог. Чего уж говорить? Даже Сакура, находясь в разладе, слышала отголоски скандалов, полагая, что придурок вляпался в некоторое дерьмо. Хотя это было не так уж далеко от правды. — Мне похер, — подвел черту Саске, выталкивая полуночного гостя за дверь и оставаясь в пустой кухне под расскатистый треск-аплодисменты одинокого холодильника. Нет, он не собирался узнавать подробности. Его не интересовали причины, по которым Наруто не сообщил об истинном положении дел. И тем более Саске знал, что история, которую так долго рассказывал ему Сай, уже ни на что не повлияет. Смотря на открытую пачку сигарет Сакуры, Саске убеждал себя, что в восемь, как только пройдет регистрацию на рейс, уже не вспомнит о недоразумении, случившемся в чужой жизни. И о том, как это знание повлияло на него самого. Быть может, расскажи Наруто раньше, а не подыгрывай дурной славе, Саске был бы несколько снисходительней. Может быть. Если бы только. Но Наруто щурился, улыбался. И отвратительно невыносимо склонял голову вбок, чтобы буквально физически пройтись взглядом по самым оголенным частям души. Саске заварил сладкий кофе и вылил, почувствовав, что это был шоколад. Новый хозяин уже навел свой порядок на полках, и это отчего-то волновало меньше, чем гробовое молчание Узумаки. Разговор с Саем принес ещё больше сомнений, и Саске вглядывался в темноту летних улиц, замечая, как глупые бабочки бьются о стекла, стараясь лететь на свет. Они раздражали, сбивали с мысли, мешали построить такой логичный и подходящий ответ. К половине четвертого Саске не выдержал и, натянув на себя ветровку, схватил ручку чемодана и сбежал вниз по лестнице, не желая ждать ещё и лифт. Знакомые черные провалы переулков, казавшиеся бездной в ночи, и заснувшие до утра остановки общественного транспорта, на которых, уткнувшись друг в друга, спали бездомные. Метро не работало. Ждали своего часа и автобусы в автопарках. С внутренней злостью перешагивая ливневые стоки и сломанные бордюры, Саске тащил за собой вещи, зная, что больше не вернётся туда, где на самом деле он давно не хозяин. О, если бы не никчемный Сай, решивший почтить своим присутствием, может быть Саске бы продержался. Проторчал бы до вылета, маясь от безделья на кухонном диване или на голом матрасе, может быть, даже уснув на час или два. Но нет, тот заявился и ждал около двери. Мог бы, в конце концов, воспользоваться ключами Сакуры, раз все равно забирал ее телефон. Захлебываясь от прилива чувств, сжимая зубы от невозможности высказаться и принять напрашивающийся ответ, Саске и не заметил, как преодолел весь знакомый путь, а после плечом толкнул дверь. Китайский колокольчик захлебнулся от истеричного перезвона. Стукнули колесики чемодана о кафель, а взгляд устремился вперед. Возвышалась за прилавком застигнутая врасплох Сакура, так и держа в руках ярко-красную тряпку. А чуть впереди, на высоком одноногом стульчике, восседал единственный гость. Сай. Саске фыркнул. Действительно, этого и следовало ожидать. Чертовы попугайчики-неразлучники. Тошнотворное зрелище. Хотя, может, оно и к лучшему. Заевшее колесо заскрежетало, царапая пол. Пришлось дважды пнуть его, а потом уже примостить чемодан рядом с прилавком, пока рука шарила в глубинах карманов. — Твое, — сухо произнес Саске, со звонким лязгом впечатывая ключи в столешницу перед Саем, пока тот сохранял фальшивое беспристрастное лицо. — Я думала, ты хочешь выспаться, — начала было Сакура и осеклась, заметив решимость во взгляде. Она помнила соседа другим: злым, уставшим, взвинченным или нервным, но таким видела Саске впервые. — Чем раньше окажусь в аэропорту, тем лучше. И никак не поймёшь, что тот имел в виду, отвечая сцепив зубы. Девушка замолчала, перебирая в голове одну за одной причины, по которым ее могли бы вот так пристыдить, но не смогла. — Присаживайся, — подал голос Сай, и Саске не мог поверить своим ушам: как тот посмел после того, что случилось в квартире? Но, долго всматриваясь в лицо, не смог различить столь очевидной издевки или укора, поэтому сделал назло: оперевшись о подножку, одним движением водрузился на стул. Подумать только, кто именно решил поиграть в психотерапевта! Саске брезгливо поморщил нос. Быть может, он бы простил подобное Джуго, но, скорее, тот даже бы не стал начинать разговор, наперед угадывая реакцию. Но Сакура уже стучала донышком пластикового стакана, сбивая пену с только что приготовленного кофе и протягивая напиток замолкшему гостю. — Поговори со мной, — произнесла Сакура, возвращаясь на полгода назад, когда именно Саске держал ее за руку, не давая сбежать в очередной раз в подсобку. Тогда (наверное), он принял верное решение. Но Саске не нужна была помощь. — Однажды ты помог мне. Возможно, пришло время отплатить тебе тем же? Сакура говорила мягко и понимающе. Совсем не так, как делал часами раньше Сай. И заскребло за ушами от настойчивого всеобщего желания непременно влезть в его жизнь, где по сути не учитывалось ничье мнение. — Рассказывай. Вдруг я смогу… — Сможешь помочь? — вцепившись в картонный стакан, оборвал Учиха, а потом сосчитал до двух и протяжно выдохнул. Надо успокоиться. — У меня самолёт через четыре часа. Не думаю, что что-то получится. И это была сущая правда. Хотелось гнать время, бежать впереди него и, спрятавшись за герметичной дверью, оставить все проблемы и сомнения, чтобы никогда ни за что не возвращаться. Но Саске сидел, притягиваемый магнитом, с терпимым кофе, который и пить-то не хотелось. — Нервничаешь перед отлетом? — настырный парень не понимал, что его сочувствие нужно было меньше всего. — Почему бы тебе не решить все проблемы так, как ты решал до этого? Потрахаться с Наруто. Сверкнула глазами грозная Сакура, вмиг принимая сторону Саске и понимая, насколько неуместны сейчас были шутки, хотя Сай видимо считал это действенным советом. — Чтобы он поведал вам свеженькую историю постельных приключений? — прервал немую перебранку Учиха. Он с брезгливостью посмотрел на опадавшую молочную пенку и грязный, похожий на труху, след по ободку стаканчика. Собственно, чего ещё стоило ожидать от Наруто? Что тот будет блюсти чью-то тайну? Элементарная просьба — не рассказывать Сакуре — действительно была так уж и невыполнима? — Я сказал что-то не то? — так не вовремя вновь оживился Сай, и уже Саске почтил его своим вниманием. — Просто заткнись, — огрызнулся он, а потом вцепился в рукоять чемодана и, сделав глубокий вдох, выдохнул: — Пары раз было достаточно. Те оба раза, которые действительно помогли. Чертовы американские горки под названием «Наруто», виновник которых сейчас сладко потрахивал очередную сучку и не стоил его сомнений и переживаний. Даже тот «сорвавший покровы» рассказ, поведанный Саем всего пару часов назад, так живо принятый на веру, мог оказаться красивой сказкой, придуманной для лохов. И то, что их общие знакомые были осведомлены (наверняка во всех красках и подробностях), только и доказывало, кто именно в этой истории лох. Так может оно и к лучшему, что не случилось и третьего раза, и третьей встречи в номере черт-пойми-чего. Возможно, узнай об истинном положении чуть ранее, Саске попросил бы Итачи найти рейс на день или два раньше. И не было бы колебаний и пустых надежд. Было тошно, но все-таки легче. Как накатывает отвратительное облегчение после двух пальцев в рот. Когда еще ощущаешь кисло-токсичное на языке, но организм уже избавился от отравляющего действия чего-то извне. Так было и сейчас. — Погоди, — склонилась над прилавком обеспокоенная Сакура. Зелень ее глаз под алым абажуром стала неправильного черного цвета. — Пары раз? Скрипнула тормозами машина с единственной уцелевшей фарой. Моргнула и попятилась назад, заметив новоиспеченный знак тупика из-за недавно начавшихся работ по сносу спрятанных промеж складов и офисов недостроев. — Т… то есть это было не единожды? — Сакура даже заикнулась, хлопая глазами и выглядя до боли в печенках глупо. Неужели она думала, что Саске был здесь только из-за того, что потерял своего возлюбленного? Во-первых, она ошибалась. Во-вторых, она ошибалась. В-третьих, он был слишком практичен для каких бы то ни было безответных чувств. — Обычный секс, чтобы расслабиться, — небрежно усмехнулся он в ответ. Почти что правда, если не считать, что секс был едва ли не лучшим (или все-таки лучшим) в его скромном послужном списке. Но это было не то, о чем должен был кто-то знать. То, как понимающе переглянулись Сакура и Сай, ему не нравилось. Разве они сами не давали понять, что знали об их с Наруто встречах? Саске прижал ногой несчастный чемодан, не понимая, где все-таки допустил промах. — Но их было несколько, — Сакура выделила слово так, словно оно должно было значить нечто большее. Саске утомленно прыснул. — Только не говори, что тот придерживается идей пуританства, я… — Наруто не трахается дважды, — прервал Сай. — Он никогда и ни с кем не спал дважды, — почти по слогам произнесла Сакура, а потом выпрямилась и будто на пальцах начала объяснять, перебирая в руках стопку отвратительных желтых салфеток. — Это его принцип или вроде того. Он может показаться легкомысленным, или недалеким, или даже распущенным, когда дело касается… кх… секса, — она прокашлялась, прежде чем сказать последнее слово. — Он не видит причин, чтобы отказаться от удовольствия провести время вместе с девушкой… — Или парнем, — добавил Сай. — … или парнем. И все же, он никогда не соглашался на второй раз, — заключила Сакура. Только вот как должен был повести себя Саске, услышав все это, не ясно. — Быть может, больше никто не захотел, — криво оскалился Учиха, не понимая того удивления, читающегося на чужих лицах. Сай перекинул ногу на ногу и подпер подбородок рукой. — Некоторые хотели, — возразила Сакура. — Была одна, знойная женщина, она ходила за ним по пятам, буквально окутывая вниманием и снисходя до угроз. Она и деньги предлагала, но Наруто даже не стал садиться к ней в машину, чтобы сказать «нет». Поверь. Та могла позволить себе купить такого как Наруто по органам, но вместо этого продолжала преследовать, согласная лишь на секс. Сай молча кивнул словам девушки. Эту историю (как и ее отголоски) слышал и он. — И что, по-твоему, мне делать теперь? — с нескрываемой иронией бросил Саске. Руки он скрестил на груди, но чемодан, наконец-то, был оставлен в покое. — Пожалуй, внесу это в свое резюме. Должно сыграть роль при собеседовании. — Ты усложняешь, — нахмурилась Сакура, не разделяя настроения и отношения к поведению друга. — Ты и сам понимаешь, что все это не спроста. Не многих из нас он возил к Джирайе. — И никого не трахал, — вставил заметку Сай. Сакура строго взглянула на того и продолжила. — Я даже не уверена, пускал ли он кого к себе в машину. — Если я такой особенный, тогда какого хрена он даже не попрощался? Судя по вашим рассказам, он должен стоять за дверьми и буквально умолять, чтобы я позволил себя подбросить до терминала, но что же… — Саске бросил взгляд на стеклянные двери, за которыми угадывалась предрассветная муть, и злорадно усмехнулся: — Там никого. — Хватит, — теперь уже подняла голос Сакура. Она все еще сдерживала себя, но ее кулаки, уперевшиеся в столешницу, покрылись неровными пятнами от напряжения. Та часто выходила из себя, когда дело касалось друзей. И Наруто — кто бы мог подумать? — вдруг оказался осквернен обыкновенным неверием в его святость. — Когда вы последний раз трахались? — оборвал не начавшийся спор Сай. Он сжал запястье Саске и задумчиво постукивал пальцем себя по губам. — Что… — прозвучало на выдохе. — Когда? — повторил вопрос парень и уставился на собеседника. «Как ты посмел» и «пошел к черту» вертелось на языке, но, не встретив и тени слащавой улыбки, Саске ответил не так, как хотел. — В среду. — Когда Наруто приходил в последний раз? — Пятница или четверг, — отвечала Сакура, не понимавшая, к чему клонит Сай. Эти двое говорили о своем, и Саске совсем запутался, к чему вели эти расспросы, его начинало клонить в сон от утомления и бесконечной попытки предугадать, куда вся история заведет. — Он говорил, что занят… — … и в тот раз он был сам не свой. Бывало ли, чтобы Наруто пропадал на столько? — День-два… — перебирала в памяти Сакура те немногочисленные случаи, когда их общий друг оставлял компанию на самих себя. — А сейчас почти… -…неделя, — подтвердил Сай, а потом улыбнулся, когда Сакура вдруг распахнула глаза. Не надо было быть гением, чтобы понять, к чему вели их переговоры, но Саске старался обманывать себя столько, сколько мог. Логика ломалась, путалась, раз за разом приводя к одному выводу, который, казалось, был самым из всех нежелательным. Поэтому стоило взять себя в руки и расставить все точки над «и» до того, как он покинет город. Если Наруто вдруг решил сделать из Саске «избранного», то он ошибался. Тот, второй раз, ничем не отличался от первого. — Где его искать? Саске не желал больше слушать ничьих догадок. В некоторых вещах посредники — худший из видов помощи. Он знал, что должен был действовать, и времени у него ровно столько, чтобы успеть туда и обратно — на самолёт. — Не уверена, что должна говорить… — мялась Сакура, все ещё не зная, как вести себя в новых, изменившихся правилах игры. — Может… — Ты помнишь, как ехать к Джирайе? Конечно, Саске помнил, как долго трясся в метро и после рассматривал стройные ряды одинаковых высоких домов. Если повезёт, то он вспомнит, какой именно ему нужен. — Стой, — Сакура хмурилась, не отвечая на молчаливый взгляд Сая. Но Саске стоял вполоборота, а в его голове уже шел обратный отсчет времени. — Не думаю, что он будет там. Скорее всего… — она взглядом нашла огрызок накладной и набросала примерный маршрут. — Найдешь его здесь. Истерично зазвонил колокольчик. Нетронутый стаканчик кофе остался стоять на столешнице. Сай смотрел на поглотившую гостя тьму. Сакура смотрела туда же, все ещё не зная, правильно ли поступила или нет. — Наруто убьет меня… На самом деле, Саске плохо ориентировался в этом районе, хоть и был он в двух шагах от заправки. Был ли виной тому конгломерат складских помещений и офисов неизвестных компаний или отсутствие интереса к чему-либо кроме собственной жизни, он не знал. Любой из вариантов мог бы оказаться верным. Мутное серое небо обволокло паутиной проводов, тянущихся во всех направлениях. Из встреченных тут — только мусоровоз, бесцельно бредущий от бака к баку. Сверившись с нумерацией и еще раз посмотрев на смятый лист, Саске обернулся: уж не шутка ли? Это был недостроенный гаражный комплекс, обклеенный старыми объявлениями о поиске котят и документов, со следами граффити и неумелых творений уличных бродяг. Рядом валялись пустые бутылки, смятые пачки и осколки. Идеальное место, если хочешь, чтобы тебя никогда не нашли. Саске смотрел в глубину темнеющего лаза в заборе и терял драгоценное время, не решаясь ступить внутрь, пока разум все же не победил. Порыв, заставивший его отправиться не пойми куда, быстро иссяк. И чего ради? Телефон не отвечал. Саске держал трубку рядом с ухом и слышал издевательское «выключен», смотря на брошенную махину. Быть может, в нее вложили свои надежды, а теперь лелеют мечту снести. Потасканная временем груда бетона и железа, растерявшая былую ценность. — С трудом верится, что ты здесь случайно, — пронеслось вдоль пыльной улицы. Саске опустил взгляд и, не отнимая руки от телефона, уставился на возникшего из ниоткуда гостя. Все та же джинсовка с потрепанным «одиноким волком» (господи, тот когда-нибудь снимает ее?), видавшие годы кеды и усмешка в сощуренных глазах. Та самая, которая выводила из себя за прилавком забегаловки. — С трудом верится, что я вообще здесь, — в тон подыграл Саске, поворачиваясь к собеседнику и опуская бесполезный телефон в карман. А потом поймал себя на том, что улыбается. Вопреки желанию и элементарной логике, он позволил себе посмотреть на Наруто с облегчением. Только вот усмешка на лице парня дрогнула, обнажив усталость. Как же нелепо. Наруто закинул руку за голову и почесал затылок, смотря за плечо, туда, где мусорными баками обрастала тупиковая улица. — Тогда не думаю, что мне интересно узнать. Не для этого Саске бежал сюда, не это хотел услышать. Что угодно, только не это. — … уж извини, что не ответил тогда, был не в настроении для перепиха. Да и сегодня тоже пас… Может, возомнил себе невесть что после рассказов Сая и Сакуры, с лёгким флером предполетной нервотрепки. — Потому что ты не спишь с людьми дважды. Пространная речь, полная ленивого бахвальства и самолюбования, пропущенная мимо ушей, прервалась. Споткнулась. И Наруто склонил голову набок, сунув руки в карманы. — Я соврал. Он выглядел столь естественно, орудуя ложью и смотря при этом в глаза, что если бы Саске не помнил, как была поражена Сакура этим случайным фактом, то непременно бы поверил. Но он шел сюда не для очередной лжи во благо и продолжал стоять на своем. — Зачем? Наруто усмехнулся, переступил с ноги на ногу и посмотрел на спасительную щель в заборе, решая, ретироваться или нет. — Потому что люди не хотят слушать правду. Им нужно подтверждение своих догадок и домыслов. — Поэтому ты не стал рассказывать про тот случай в полиции? — О, — Наруто хихикнул, а потом помотал головой, кивнул в сторону заброшенной автостоянки и последовал внутрь. — Сакура рассказала? — Не важно. Замешкавшись, Саске прошел вглубь, озираясь по сторонам, словно опасался попасть в ловушку. Хотя имей Наруто на него зуб, мог расквитаться с ним куда раньше: например, увезя на машине черт знает куда. Успели построить три этажа и два подземных. Бетонные колонны с таинственной вязью знакомых букв уходили вглубь, перемежаясь недостроенными подъемниками и эстакадами. Наруто вел известными лишь ему одному путями, подводя к блочным лестницам, сыплющимся год из года от дождей. — И что бы я тебе рассказал? Что «они перепутали» и «я не виновен»? — лестница заканчивалась в метре от плит второго уровня парковки. Наруто ухватился за них, оперся руками о неровный край и подтянулся, чтобы легко взобраться наверх. А потом протянул руку Саске. — Или ты бы поверил? Рука Наруто была сухой и пыльной, а разрыв между бетонными блоками выглядел столь неприветливо, что потребовалось добрых секунд пять, чтобы решиться. — Нет. — Как и остальные, — усмехнулся Узумаки, обходя широкую пропасть, где, должно быть, планировали шахту грузового лифта. — Можно сказать, что я играю по чужим правилам. Но, на самом деле, они мои. Под ногами хрустели камни. Саске хмурился, не понимая, куда они идут и зачем. Лишенный стен автопаркинг наполнялся мутным влажным светом. — И таскаться по заброшкам, как бездомный — тоже твой план? На этот раз Наруто не отвечал долго. Даже показалось, что он и вовсе не услышал вопроса, но это было не так. Стоило нагнать парня и взглянуть тому в лицо, как стало ясно — размышляет. Внимание не осталось незамеченным. — Не всем везёт с благородными корнями и родственниками, — беззлобно оскалился Наруто. Но Саске помнил тот дом, куда его приводили, и салон машины, пахнущий кожей, а не пластиком. — А как же Джирайя? — Он что-то вроде опекуна. Возможно, так и было официально, пока мне не исполнилось восемнадцать, — и, встретив взгляд Саске, добавил: — Моих родителей нет в живых. А это старый друг отца, который согласился взять к себе подростка. — И заставил того жить на улице? Несмотря на тепло, с которым говорил о незнакомом мужчине Наруто, Саске испытывал к нему неприязнь. Алкоголь, проститутки и полная безответственность — антипод того, чему его учили с детства. Но объективно говоря, Наруто не был похож на тех несчастных из неблагополучных семей, которых Саске встречал в своей жизни. Хотя бы тем, что… от него хорошо пахло. Его кожа была мягкая, а одежда хоть и навевала мысли о гранже, никогда не создавала впечатления бомжеватости. Даже вечно выжженная копна волос обладала определенным шармом. Или все-таки Саске казалось? — Это мой выбор, — оборвал Наруто. Они забрались на последний третий этаж. — Он потратил достаточно сил и времени на меня. Пусть побудет один. Здесь не было крыши. Бетонные колонны тянулись вверх щупальцами арматуры. Словно гигантские лапы к золотисто-мутному рассвету. Ворохи прошлогодних листьев, пакеты, листовки, сонные птицы-грачи. Следы от многомесячных луж и ни единого признака живой души, насколько хватает глаз. — Она не плохая. Это автостоянка, — вдруг вновь заговорил Наруто, оборачиваясь к Саске. Тот едва поспевал за мыслью, и оттого с трудом мог назвать момент, когда вдруг сменилась тема. — Ее начали делать, когда шел спор о том, будут ли сносить повсеместные склады, чтобы построить многофункциональный деловой центр. Но… планы изменились, и чья-то мечта превратилась в груду бетона, обнесенную забором. Саске покосился на устремленный в прошлое профиль. Казалось, что этот недострой значил нечто большее. — Откуда такие познания? — Скажем… здесь работал один знакомый, — Наруто сунул руки в карманы джинсовки, а после развернулся, натянув привычное снисходительное выражение лица. — Я утолил твое любопытство? — Ты не ответил, почему трахался со мной дважды. — Фу, — Узумаки наморщил нос и деланно состроил гримасу. — Хватит употреблять это слово. Из твоих уст это звучит так… — И все же, — не поддался на провокацию Саске. — Один-два… Какая разница? — и всё-таки Наруто не смотрел на собеседника. — Потому что мне важен ответ. — Потому что хочешь услышать, что ты мне нравишься. — Чт… — Ты мне нравишься, — оборвал Наруто и, наконец, посмотрел на Саске. Прямо и обреченно. А после, не дав и шанса сбить с мысли, продолжил: — Ты мне, блядь, действительно нравишься, и я нихера не знаю, что с этим делать. Наруто усмехнулся, согнулся, словно пропустил такой позорный удар под дых, а затем подскочил на обеих ногах, будто ребенок, превозмогая нечто, и принялся пинать камень, подталкивая его к самому краю. Молча на него взирал Саске, замечая витающую пыль в первых лучах солнца. И парня, решившего вдруг сыграть в неведомую игру. Была ли та по его правилам? — Свидания, признания… Я никогда не занимался этим, поэтому понятия не имел, что с этой херней делать, — Наруто смотрел перед собой, а десять метров вниз разверзлись всего в паре шагов. — Что бы ты сделал, вручи я тебе букет цветов? — и, не дождавшись ответа, закинул голову вверх, чтобы улыбнуться. — Готов поклясться, с веником в заднице я походил бы на петуха. От нелепой картины, когда Наруто действительно притащил бы цветы, Саске прыснул. И правда, не самое умное решение идти напролом, как, например, было с сексом. Но если подумать — оно сработало. — Поэтому решил затащить в постель, — продолжил стоявший позади Саске. Он все еще опасался высоты, и от близости Узумаки к обрыву самому становилось тошно. Но тот не испытывал ни малейшего сомнения. Или не подавал вида. — Во-первых, я не говорил о любви с первого взгляда, во-вторых, с некоторыми это действительно работало, чтобы пелена спала. С тобой — не прошло. Завыла сирена оставленной в соседнем проулке машины. Повинуясь инстинкту, Саске обернулся назад. Но высились лишь бетонные колонны-руки и блеклое солнце, зацепившееся за края крыш. То подступало к горлу, то свинцом прижималось к пяткам. Саске не должен был стоять здесь, не должен был слушать все это. Сейчас не время и не место. — И когда же ты понял? — язык у Саске едва волочился, став опухшим, неудобным. Наруто пожал плечами. Бросилась камнем вниз и спилотировала черная птица, поймав первую за сегодня добычу. — Быть может, когда объяснил про Сакуру. Или уже на кухне. И потом — с кофе… Черт, видел бы ты свое лицо, когда я спрашивал тебя о сексе… И вроде бы Наруто было смешно — так содрогались плечи от беззвучного смеха и голос, полный светлой иронии над собой, будто бы и не Саске вспоминал вовсе, а кого-то другого, кого уже нет. — … или тогда с тачкой. О, это было мое первое свидание. По крайней мере, я убеждал себя, что это «свидание», хотя понятия не имел, о чем на них болтать. Казалось, исчезни отсюда Саске — исповедь не прекратится, став достоянием стайки грачей. Это нужно было Наруто, что варился в котле своих мыслей и перебирал по косточкам факты, не зная что теперь с ними делать. Прямо как Саске. — … а потом пришел ты и предложил сделать это опять. Пожалуй, я так паниковал лишь когда Джирайя впервые спалил меня за просмотром его коллекции взрослых журналов… Хех. Но второй раз подразумевал и третий, и пятый… и всю эту дрянь с обязательствами и обещаниями, — Наруто поднял руки и утер ими лицо, а потом бессильно застонал: — Я обещал себе не ввязываться в это… — И все-таки согласился, — Саске сделал шаг навстречу, чтобы хватило руки, если вдруг (он просто подумал) Наруто покачнется или сделает шаг вперед. Сейчас это было важно, куда важней, чем-то, каким нелепым был этот разговор. — Согласился, — на шорох обернулся Наруто, а после, потерев кончик носа пальцем, добавил: — Ты бы видел свое лицо во время всех этих просьб… — Ты не мог его видеть, мы договаривались по телефону, — напомнил Саске. — Ох, — Наруто сделал лицо, словно оборвали такой драматичный момент, — готов поспорить, оно было таким несчастным. — Завались. — Обязательно, — и коротко показал средний палец. Саске закатил глаза — ничего удивительного. — Все еще не могу поверить, что не ушел отсюда, — в сердцах произнес Саске. И все-таки, было так легко, что он даже не смог скрыть усмешки, вместо того, чтобы огрызаться на Наруто. Кстати… — И «никаких поцелуев»? Это тоже принципы? Саске тоже умел быстро менять темы и заставать (к своему удовольствию) собеседника врасплох. Наруто не сразу понял, о чем речь, а потом (неужели смущаясь?) снова отвел взгляд и, как школьник, перекатился на пятки. — Типа того, — голос становился все тише и тише. — С таким ритмом жизни я… — … ни разу не целовался? И молчание было красноречивее любого ответа. Саске фыркнул, бессознательно вскинул подбородок и наконец сделал то, от чего на короткое мгновение остановилось сердце — стоило схватить Наруто за руку и потянуть на себя, отводя как можно дальше от опасного края. Наруто не стал сопротивляться, для приличия охнув и обернувшись туда, где, по мнению спасателя, была та самая смертельная опасность. — Это поправимо, — самонадеянно сказал Саске, хотя вряд ли мог похвастаться колоссальным опытом. Но сейчас, когда вопреки законам логики и здравого смысла, он стоял у края недостроенной парковки, поддаваясь моменту, заключив в замок рук того, кто никогда и ни при каких обстоятельствах не мог оказаться среди возможных кандидатов, ему было все равно. Учиха хитро щурился взошедшему солнцу, игнорируя очередной беззвучный сигнал телефона в кармане куртки, который напоминал об окончании регистрации на рейс, и всматривался в глупое и такое близкое лицо. И недоумок молчал. Он осторожно положил обе ладони сначала на плечи, а после, словно школьница, обнял чуть смелей. Сердце стучало, как обезумевшее. Еще бы — столько бежать друг от друга. Саске первый подался вперед, чтобы прижаться к приоткрытым губам. Замершим и неуверенным. Медленного короткого движения было достаточно, прежде чем он отстранился и усмехнулся своей небольшой победе. — Эй, погоди, — словно очнувшись, вытянул шею Наруто и кивнул в сторону, где еще недавно стоял. — Ты думал, что я хочу покончить с собой? — Что? Нет! — тут же вскинулся Саске, не желая признавать, что все же допускал эту мысль. — Я не!.. — Нет, погоди… — Наруто уперся руками в грудь, стараясь высвободиться из объятий. — Я был осквернен, ведь… ты же мне так и не сказал, что я тоже нравлюсь тебе, так? — и, сделав лишь номинальную паузу, театрально продолжил: — Как дальше жить! — Да хватит, — скривился Саске, стараясь перехватить рвущегося к краю парня и с трудом сдерживая нервный смех. Внутри клокотало, содрогалось от нервной дрожи и нескончаемой вибрации чертова телефона. — Я же сказал… — Нет, не говорил! — стоял на своем Наруто, довольно щурясь, и выглядел он так, словно наконец-то получил возможность отомстить. — Я жду. Саске зашипел сквозь стиснутые зубы и, не расцепляя рук, попытался приподнять того, кто лишил его в последнее время сна. Зашелестели крыльями напуганные птицы. Многогранным эхом раздавался то смех, то галдеж. Оживали кондиционеры на фасадах офисов, останавливались у покосившегося забора недостроенной парковки машины. Где-то вдали готовился подняться в небо самолет, потерявший пассажира. У них же с Наруто было впереди еще много времени.