Полюбить Бродягу

      Утро в поместье было наполнено звуками: пением птиц, лаем собак и ржанием лошадей, робким перешёптыванием прислуги, шуршанием платьев и глухими шагами, раздающимися словно отовсюду разом.       Лира успела провести в библиотеке не меньше часа, прежде чем дождалась появления Аниса, вот только он был не один.       - Доброе утро, надеюсь, я не помешаю, - улыбнулся Александр.       - Конечно нет. Доброе утро.       - Чудесный обмен любезностями, а теперь давайте ближе к делу. Завтрак вот-вот подадут, и чёрта с два я его пропущу, сидя в библиотеке! - прервал их Анис. - Что ты там хотела обсудить, личинка шаманки?       - Это, - девушка выложила на стол лист пергамента с переписанным текстом заклинания, мешочек с заранее смешанными ингредиентами и маленький нож.       Прочитав текст на пергаменте, Анис изменился в лице.       - И кто же тебе так насолил?       - Мне нужно быть уверенной, что я всё сделаю правильно. Я хочу...потренироваться, - проигнорировала вопрос Лира.       - С синей ели рухнула? Ни за что!       - Да я же аккуратно, только проверить, что оно подействует.       - Нет, и не уговаривай. Ты - талантливая колдунья, не спорю, но я не доверюсь тебе настолько, да я б и матери родной такое не доверил...       - О чём идёт речь? - вмешался в разговор Александр.       - Твоя подружка хочет сделать из меня подопытного кролика для своих экспериментов. Весьма опасных экспериментов, прошу заметить!       - О какой опасности может идти речь? Просто одна царапина!       - Дело не в царапине, а в том, что ты из себя живую куклу вуду делаешь, мою куклу вуду, между прочим! И дьявол его знает, чем это может обернуться в твоих неумелых белых ручках!       - Ладно! Мерлин с тобой! - чуть эмоциональней, чем хотела бы, остановила его девушка. - Хотя бы произношение моё послушай и травы проверь, мало ли что упустила.       Анис согласился без особой охоты.       - Jou gees is in my liggaam, - прошептала девушка.       - Громче, уверенней и звуки произносятся твёрже, - копаясь в мешочке с ингредиентами, поправил Анис.       - Jou gees is in my liggaam! - ещё раз повторила девушка.       - Да, так лучше. По травам тоже порядок, если собраны в нужное время.       - Конечно. За первоклашку меня принимаешь?       - Опробуй его на мне, - снова вступил в беседу Александр.       - Нет, я не стану рисковать твоим здоровьем на кануне отплытия.       - А моим, значит, стала бы? Очень мило! - вмешался Анис.       - Мне казалось, что тебе, как носителю этой магии, ничего не угрожает.       - Лишь царапина, ты сама сказала, - напомнил ей Крам.       - По словам твоего старшего помощника у этого могут быть непредсказуемые последствия.       - Так и есть!       - Он тебе не доверяет, и это его право. А я верю. Доверил жизнь своего сына и свою доверяю без сомнений.       - Александр, я...       - Не надо меня отговаривать. Мне стоит больших усилий не расспрашивать о том, зачем вообще понадобилось это заклинание, и что именно ты собираешься сделать с его помощью. Вижу, что не хочешь это обсуждать. Но я, по крайней мере, могу убедиться, что оно сработает в твою пользу, если мы опробуем его вместе.       - У меня есть шанс тебя отговорить?       - Только если поклянёшься отказаться от использования этого заклинания совсем.       - Не могу.       - Значит, нет.       - Меня от вас скоро стошнит, - с кислой миной пробурчал Анис.       - Ладно. Всё получится, я буду очень аккуратна, - пытаясь убедить сама себя, закончила спор Лира. - Нужно немного твоей крови.       Александр без колебаний протянул девушке руку, и та сделала тонкий разрез ножом для писем.       Как только серебро окропила кровь, Лира проткнула лезвием мешочек с травами.       - Jou gees is in my liggaam, - снова повторила она, прочерчивая на своём предплечье неглубокий но длинный порез, испускающим чёрный дым ножом.       На свою руку не смотрела, наблюдая за Александром. Почти мгновенно его предплечье рассекла тонкая царапина.       - Что-то не так. У меня порез был глубже, - озадачено произнесла Лира, при этом довольно отметив, что её рана затянулась одновременно с появлением царапины у Александра.       - Это тебе не придорожные фокусы, для тёмной магии нужны эмоции и умение их контролировать. Ненависть, гнев, отчаяние, сотканные в магию. Мало технически провести обряд правильно, нужно желать каждой клеткой тела, чтобы противник страдал, - разжевал Анис.       - Попробуешь ещё раз? - предложил Александр.       - Нет. Это лишнее. Желать тебе зла каждой клеточкой тела у меня всё равно не получится, - с толикой грусти усмехнулась девушка. - Если рана будет сильно глубже, моя затянется также быстро?       - Не уверен. Насколько глубже? - заподозрив нехорошее, уточнил Анис.       - Значительно.       Они перебросились многозначительными взглядами. Когда стало понятно, что говорить конкретней Лира не хочет, Анис нарушил тишину первым.       - Рана затягивается по мере того, как появляется на противнике. Если не напортачишь с эмоциями и ударишь уверенно, должно получиться быстро. Старайся избегать ударов, которые могут привести к мгновенной смерти.       - Спасибо за помощь. Я всё учту.       Александр с горечью покачал головой, не скрывая недовольства и беспокойства. Говорить ничего не стал, и Лира была ему искренне благодарна за это.       - Если вы все соизволите от меня отстать, я всё-таки пойду завтракать. И вам, кстати, того же советую, - под бурчание Аниса они разошлись, каждый погруженный в свои мысли.

***

      - По части магии ты справляешься весьма недурно, но тебе катастрофически не хватает выносливости. Тебе нужны физические тренировки, а в идеале - боевая подготовка.       Лира всё же согласилась на встречу с Димитаром. И теперь они сидели на полу тренировочного зала, вымотанные чередой долгих учебных дуэлей.       - Я-волшебница, а не воин. Боевая подготовка мне ни к чему.       - Удивительная недальновидность для такой сообразительной девушки. Насколько мне известно, сражаться волшебникам в Англии сейчас приходится всем поголовно. Сражаться или обращаться в бегство. Приобрести боевые навыки не кажется мне лишней тратой сил в таких обстоятельствах.       - Предпочитаю сражаться магией, а не кулаками. И до сих пор она меня не подводила, - Лиру начинал раздражать тон мужчины, граничащий со снисходительным.       - Я и не предлагаю отправлять Пожирателей в нокаут, боевые навыки помогут предугадывать действия противника, маневрировать, удачней отражать атаки, нападать более непредсказуемо, лучше контролировать своё тело. А физические нагрузки увеличат выносливость не только тела, но и магии. Ты быстро выдыхаешься, теряешь концентрацию в долгом сражении. Если несколько противников нападут одновременно, им будет легко взять тебя на износ.       - Сомневаюсь, что седой Альбус Дамблдор практикует бокс по утрам, и всё же он остаётся самым могущественным волшебником своего времени, - довольно парировала девушка.       - Уверен, он хорош. Но также убеждён, что тренируй он бокс по утрам - стал бы ещё лучше. К тому же ты создаешь впечатление человека, который хочет превосходить других, а не равняться на них. Разве Альбус Дамблдор - предел магического совершенства? Разве ты не сможешь лучше, масштабней? - он одарил девушку деловитой улыбкой.       - Я и раньше не сомневалась, что ты умеешь заговаривать зубы. Сейчас убеждаюсь в этом окончательно.       - Я пытаюсь помочь, - усмехнулся Димитар. - Начни с регулярных занятий спортом, как втянешься - добавь боевые тренировки. Уверен, Александр с радостью найдёт тебе специалиста. Ты почувствуешь разницу, гарантирую.       - Где найти на всё время и силы? - устало протянула Лира, вытягиваясь в полный рост на прохладном полу.       - От тебя в такие отмазки не поверю. Было бы желание, всё сможешь.       Лира долго прожигала собеседника скептичным взглядом, силясь найти в его словах сарказм или усмешку, но он оставался серьёзен.       - Я подумаю об этом, - в конце концов, отозвалась та.       - Подумай, Лира, подумай.

***

      В ночь перед отплытием Лира не ложилась спать. Она дочитывала последний рассказ в томике, когда в дверь робко постучали. На часах не было и четырёх утра.       - Простите, миледи. Мистер Крам просил отнести это Вам. Он просил передать, что надеется вы не сочтёте за наглость его просьбу надеть это на проводы, миледи, - на вид девушке было не больше пятнадцати, она была одета в униформу местной прислуги. Говорила быстро и сбивчиво, переминаясь на пороге.       - Спасибо, оставь его на кровати пожалуйста, - скрыв удивление, отозвалась Лира.       Девушка очень старалась не пялиться на иностранную гостью слишком уж открыто, но получалось плохо. Она то и дело бросала на Лиру короткие изучающие взгляды. Казалось, вот-вот решится заговорить, но нет.       - Что-то не так? - прервала неловкую сцену Лира.       - Ох, простите миледи, - девушка смущенно поклонилась. - Мы с мадам шили Ваши наряды. На крестины, зимнее платье и остальные. Мистер Крам очень добр. Он спонсирует моё обучение, а моей мадам позволяет экспериментировать, а не только шить на заказ. О Вас здесь ходит очень много слухов, было так интересно посмотреть на Вас самой, - сбивчиво выпалила она.       - Вот как. У Вас с мадам золотые руки, - дружелюбно улыбнулась Лира. Наряды просто восхитительные.       - Вы очень добры, миледи!       - А вот слухи... Страшно представить. И каких же больше всего?       - Не смею сказать, миледи. Слухи редко бывают добрыми, - девушка покраснела.       - Как тебя зовут?       - Тимея, миледи. Но знатные дамы зовут меня просто “девочка”.       - Я вовсе не знатная дама.       - Об этом тоже слухи ходят, - смутившись ещё больше пролепетала девушка. К её удивлению, собеседница не рассердилась, а тихо рассмеялась.       - Тогда ты знаешь, что звать меня “миледи” не обязательно. Лучше зови меня Лира. Я примерю наряд, а ты расскажи мне самые интересные из слухов. Обещаю, Тимея, я никак не стану использовать эту информацию, мне просто любопытно.       Поначалу Лира решила, что девушка не решится, но спустя пару минут колебаний она всё-таки выплеснула из себя несколько предложений.       - Говорят, Вы - безродная выскочка, околдовавшая мистера Крама, чтобы дождаться смерти его родителей и прикарманить себе всё их богатство и влияние. Говорят, Вы его даже не любите, просто ищите выгоды. А ещё что Вы сильная ведьма, и за Вами стоит Альбус Дамблдор, которого Вы тоже околдовали, поэтому Вас ещё не придушили или не отравили за общим чаепитием.       - Как любопытно, - со смесью усмешки и тоски отозвалась Лира.       - Господь Всемилостивый, умоляю, простите миледи Лира, я лишь повторила чужие слова.       - Всё в порядке, я ведь сама тебя попросила. Не бери в голову. Лучше посмотри. Что скажешь? - Лира вышла из-за небольшой ширмы, где примеряла наряд.       Белое платье струилось по изгибам тела мягкими полупрозрачными волнами. Нити жемчуга тянулись по рукам, окутывали шею, грудь и талию, скрывая всё личное от посторонних глаз. Прозрачная вуаль служила плащом, переливаясь перламутром, словно дивная ракушка.       - Всё именно так, как мадам и представляла. Она сказала: “Мы сделаем её Венерой, вышедшей из морской пены, чтобы благословить это плаванье”. И, клянусь памятью своей матери, Вы выглядите как творение морских богов.       - Ты очень мила. Наряд по истине роскошный. Передай мадам, что я бы с удовольствием поблагодарила её лично, если конечно она не испугается слухов и захочет встретиться. А сейчас мне пора собираться. Спасибо за компанию, Тимея.       - Конечно, миледи Лира! Я всё передам. Поверьте, мадам не любит злых языков, она не станет судить по слухам.

***

      На туманном причале собралось с дюжину провожающих. В первом ряду стоял Петар Крам с супругой и Смила с маленьким сонным Виктором на руках.       Во втором расположились немногочисленные статусные гости поместья, Димитар и Лира стояли среди них.       Девушка уже не обращала внимания на косые взгляды в свою сторону. Старалась воспринимать их как комплименты, хотя в глубине души хотела устроить другу взбучку за то, что вырядил её словно куклу на всеобщее обозрение. К тому же наряд был совсем не погоде, туманное предрассветное утро у воды обдувало холодным влажным ветром. А стучащие зубы, рассыпанные по телу мурашки и губы, синеющие от холода, не шли к образу “Венеры, вышедшей из морской пены”.       “Больше похожа на прибитый волнами к берегу окоченевший труп”,- пронеслось в голове у Лиры.       Но не платье смущало девушку больше всего, а таинственный “проект” Александра, который он обещал раскрыть перед отплытием. Словно интуиция девушки уже догадалась о чём пойдёт речь, хоть разум не мог и предположить. И эта подсознательная догадка, не имеющая даже формы, била в колокол тревоги.       Тем временем на причал двумя строгими шеренгами вышла команда. Синхронность их действий вызывала восторженный трепет. Капитан замыкал шествие. Он подошёл ближе к провожающим, чтобы получить традиционное благословение от членов семьи.       Крам старший произнёс сдержанную речь и благословил сына на дальнее плаванье, Виктория заключила сына в объятия, благословляя молитвой. Смила, как и полагалось супруге, подарила своему благоверному расшитый платок, а вместе с ним и своё благословение.       Александр с едва различимой грустью поцеловал сына в лоб, а затем нашёл глазами Лиру. Выглядел он странно. Воодушевленно и смущенно, словно собирался извиниться. Это насторожило девушку ещё больше.       - Спасибо за Ваши добрые слова, напутствия и благословения, - заговорил Александр. - Пускай вашей волей наше плаванье принесёт свои плоды. Многие из Вас знают, что я уже долгое время работал над созданием нового усовершенствованного судна совместно с лучшими мастерами своего дела. И сегодня я с гордостью представляю вам лучший из существующих галеонов, - по причалу эхом раскатился удар его посоха.       То был не первый раз, когда Лире доводилось видеть огромное судно, поднимающееся из тёмных пучин по приказу капитана. Но именно это зрелище она не сможет забыть до конца своей жизни.       Грандиозное многопалубное судно нависло над стоявшими на причале, словно над беспомощными муравьями. Белые паруса затрепыхались на ветру, стряхивая брызги солёной воды. Но все взгляды, ошеломлённые и не верящие в происходящее, были прикованы к гигантской носовой фигуре. Искрящимися сапфирами глаз на Лиру сверху вниз смотрела её огромная копия.       Поверженная в шок девушка не могла оторвать глаз от исполинского изваяния. Было трудно поверить, что перед ней лишь оформленный мастером кусок древесины. Фигура выглядела живой, в точности повторяя каждый изгиб, каждую черту на теле девушки. Как можно было так изящно выполнить полупрозрачное платье, облегающее фигуру, локоны волос, развивающиеся на ветру, каждую тончайшую морщинку на лице, складывающуюся в задумчивое торжественное выражение? Полусогнутые руки фигуры протянулись к небесам, словно в немой мольбе за благополучие экипажа. А в ладонях серебряным шаром горел магический огонь, призванный освещать путь во тьме.       Девушка не скоро смогла оторвать взгляд от носовой фигуры, чтобы заметить золотые буквы на корме галеона, складывающиеся в короткое название “Lyra”.       Она поняла, что перестала дышать, когда в груди кольнуло болью. Знакомый голос вывел из транса.       - Прости мне мою дерзость. Клянусь я не прошу ничего, кроме благословления. Каждого моряка ведёт к цели погоня и азарт, но вывести домой из самых тёмных вод его может только путеводная звезда. Позволь мне быть ведомым твоим светом.       В ушах стоял гул, и Лира с трудом разбирала слова Александра. Её потряхивало словно в лихорадке. Она с удивлением осознала, что ей страшно. По настоящему страшно посмотреть по сторонам. Встретиться взглядом с Петаром и Викторией, приглашёнными гостями, экипажем, но больше всего - со Смилой. На несколько долгих мгновений ей показалось, что она так и не сможет оторвать язык от нёба, не посмеет шевельнуться. Но разъярённый шёпот, которым Петар осыпал своего сына, долетел до её ушей и придал уверенности и наглости, на которую было трудно решиться.       Она вышла вперёд, ощущая как кожа горит от ядовитых взглядов.       - Ваш нож, капитан, - Лира с поразительной чёткостью поняла, что собирается делать.       “Вы всё знали, Лада, не так ли? Это была не первая подвернувшаяся под руку книжка, а точный расчёт”, - успело пронестись в её голове.       Заполучив его острый клинок Лира одним решительным движением рассекла себе левую ладонь. Стараясь не фокусировать взгляд ни на ком из наблюдающих, она дошла до края причала. Дорожка кровавых пятен тянулась за ней по мокрым доскам. Присев у края, она опустила руку в воду. Волна боли прожгла ладонь.       - Кровью и солью тебя заклинаю, сбереги капитана, как бережёт он тебя и команду. Не оставь его в предсмертный час, но напитай моей кровью, моей силою, моей магией. Чрез шторм и штиль, чрез толпу врагов и бой кровавый, чрез все превратности моря верни его к родному берегу, - Лира прижала мокрую кровавую ладонь к корпусу корабля. В немом испуге по её лицу скатилась одинокая слеза, когда под её ладонью глухо забился в ритм её собственного сердца пульс деревянного гиганта. Она одёрнула руку, кровь моментально впиталась в судно, не оставив и следа. А серебряный шар света в руках фигуры на миг полыхнул красным огнём и засветился ещё ярче.       Внутри всё трепетало от смеси ужаса и восторга. Лишь интуиция и старая книжка сказок позволили Лире прикоснуться к древнему таинству магии моря.       Она вернулась к капитану, не сводящему с неё заворожённого взгляда. Перепачкав резную рукоять клинка в крови, она рассекла и правую ладонь.       Александр знал, что она собирается делать, хоть и не мог до конца поверить своему счастью. Его детская мечта воплощалась в жизнь. Он опустился на одно колено, расстёгивая форму и оголяя грудь, рассматривая свою путеводную звезду в немом благоговении.       Лира сделала разрез в области сердца чуть дрожащую рукой. Она приложила свою ладонь на его порез, смешивая кровь.       - Когда не останется сил, забери мои. Пусть кровь моя напитает твое тело, а сила - душу. В пучине морской и на краю света да не покинет тебя голос мой, зовущий к родным берегам.       Всё происходящее дальше казалось затянутым пеленой густого тумана. Тело охватила слабость и голова кружилась от непривычной магии. Она почувствовала, как Александр поцеловал кровоточащие ладони, его вкрадчивый шёпот отложился в памяти и обрёл отчётливость гораздо позже.       Как команда поднималась на палубу, как погружался в пучину посвящённый ей галеон Лира помнила смутно. Зато она отчётливо помнила, как крепкая мужская рука подхватила её под локоть и настойчиво уводила подальше от причала, пока оставшиеся зрители наблюдали погружение, перешёптываясь оживленно и возмущенно.       - Трансгрессировать хватит сил? - они стояли в отведённых ей покоях, а девушка даже не помнила, как до них дошла.       - Не знаю, - тихо ответила она, приходя в себя, и с удивлением подмечая, что её собеседником являлся Димитар.       - Переодевайся шустрее, закину тебя в Лондон, а там разберёшься сама. Здесь вот-вот разразится буря, и я не о погоде говорю.       - С чего вдруг такая забота? - спросила девушка, поспешно переодеваясь за ширмой.       - Не хочешь верить в добрые намерения, считай это моей расчётливостью и дальновидностью.       Димитар, как обещал, помог девушке трансгрессировать в уединенный закоулок Лондона.       - Мне пора поспешить обратно. Нужно ещё рассказать, как я с позором вышвырнул тебя из поместья. И не смотри на меня так. Стратегия и игра в моём деле всегда ценились высоко. Боюсь после представления на причале унять их гнев будет не просто. Надо же было ему ещё и руки тебе целовать при них... Никуда его прямолинейность не деть, - с этими словами он и исчез.       “Я бы весь Свет к ногам твоим бросил и сам у них склонился” - всплыл в памяти горячий шёпот капитана, а в израненных ладонях эхом отозвался глухой пульс деревянного изваяния.       - О нет, - тихо вздохнула девушка, чувствуя, как сознание её покидает, но поделать ничего не смогла.