Все имеют право на счастье

Они просыпаются практически одновременно. Часы на тумбочке показывают около половины пятого утра. Казалось бы суббота, спи сколько влезет, но уже и не лезет. Они вчера вечером вернулись со смены, растянувшейся на полтора дня. Сил было только на то, чтоб сходить в душ, покормить себя и кота, и заснуть ещё в полёте к подушке. После вчерашнего задержания у Данилова была подбита нога и при ходьбе он шипел, как змеюка. Леониду, пока они поднимались на свой этаж надоело, поэтому, где-то в районе второго этажа, он подхватил мужчину под лопатки и колени, шикнув, чтоб громко не возмущался, понёс его на пятый этаж. – Стёп поспи ещё, тебе восстанавливаться надо. – И тебе доброго, Солнце, выспался уже. Больше не лызэ* – капитан притягивает парня к себе. Проводит большим пальцем по щеке старлея с мыслью "За какие же заслуги жизнь подарила мне тебя?" Лёнька сейчас именно "Лёнька", его любимый парень, растрёпанный, с милыми веснушками на щеках и носу. Таким его никто, кроме Степана, никогда не видел, а увидел бы и не поверил, что ночами это "Солнышко" чуть ли не вытрахивает из капитана душу, словами, ласками, безумным толчкам навстречу. С довольным "мя" на кровать запрыгивает Пряник, бадает головой Субботина в локоть, мол чеши и гладь. И Лёня не может отказать этой пушистой морде. Он начал понимать, что каковы хозяева таков и кот, когда к ним в квартиру попытался влезть неудавшийся домушник. Пряник тогда истошно орал у них под дверью добрых три минуты, пока Стёпа не открыл. Вот тогда мужику ковырявшемуся в личинке замка окончательно не повезло. Разбуженный после очередной выматывающей смены Данилов – синоним сатаны. Разбитый нос и вывихнутая рука были самой малостью. Придурок явно заранее не знал, что лезет в дом оперативников Федеральной Экспертной Службы. В общем да, Лёня когда то правильно поступил, оставив маленький шерстяной комочек себе. Кот после этой истории был заглажен и зачёсан до слюней удовольствия. – Кофе и курить, это на кухню, – буркнул Субботин, – прости шерстистый, – парень сдвинул со своих коленей кота и пересел на край, ближе в своему капитану, – залезай. И Данилов забирается к нему на закорки, обвивая руками и ногами*. Лёня подхватывае любимого под коленями, и идёт в ванную. После утренних процедур, он сгружает свою особо важную ношу в кресло на балконе, и пока капитан "травится палочками спокойствия", Субботин варит им двоим кофе. Старлей заходит к мужчине, на балкон, отдаёт кружку с напитком бодрости и целует в район макушки, вдыхая запах хвои. У них есть целых два дня, чтобы творить, что вздумается, в рамках закона, конечно же. Они могу пойти в кино или в парк, могут провести эти сорок восемь часов по отдельности, или же вместе, совсем не выходя из дома. В любом случае, они придумают чем заняться. А пока, стоит просто посидеть рядом, помолчать, допивая кофе и любуясь рассветом и лениво просыпающиймся городом. Не лызэ* – подцепил это слово у сестры, а так оно из пошлого украинского анекдота (отсылка к тому, что Сергей Коваленко с Украины)