Особенная. Часть третья: Кэролайн...

      — Сэр, началось какое-то оживление! — доложил наблюдатель командованию в штабе, наблюдая за станцией В.Ю. — Похоже готовятся покидать станцию и заметать улики!              — Похоже на то. — командир внимательно присмотрелся к оживлённости: корабли подготавливаясь и улетали и, явно непустыми они покидали станцию. — Как думаете. Сколько им потребуется времени на полную эвакуацию и разрушение станции?              — Часа три в лучшем случае. — стало для него ответом от адъютанта.              — Всего три часа? С такой большой станции?              — Они заберут лишь самое ценное, мелочь они бросят, а станцию отправят прямо в газовый гигант. Всё что им будет важно, будет у них, а малозначимое со станцией, будет уничтожено. Хорошее место для скрытной деятельности, да и в случае разоблачения, скрыть свою деятельность не составит труда.              — Три часа в лучшем случае? — командир озадаченно провёл ладонью по лбу. — Думаю нет смысла продолжать подготовку, особенно когда время стало так сильно поджимать, полковник              — Сэр? — стал по стойке смирно полковник за спиной командира.              — Готовьтесь к началу операции. Через десять минут, мы начинаем. Сил у нас предостаточно. Если будем действовать быстро, то сегодня мы поставим если не точку, то многоточие в этой истории с В.Ю….       

***

                    — Как продвигается выполнение плана?— спросил Вейланд, подходя к научному сотруднику наивысочайшего уровня.              — Очень успешно. — ответил тот, отвлёкшись от экрана монитора, на котором Вейланд мог разглядеть изображение ксеноморфа на всех конечностях с боку и, рядом находящийся прототип нового чипа. Кроме этого, в различных вкладках имелись и другие изображения с чертежами, описанием и прочим. —Если всё и дальше будет идти так гладко, то мы даже весь проект реализуем за пару недель, а не лет! Были бы только ресурсы на всё про всё…              — У вас будут и ресурсы, и финансирование в достаточном объёме. — заверил доктора Вейланд, с ходу поняв к чему тот клонит. Тот благодарно кивнул. —С вашим успехом, корпорацию ждёт новый скачок, что в очередной раз укрепит её по всем научно-исследовательским направлениям.              — Понял-понял. Мы трудимся во благо светлого будущего всей корпорации!              — От вашего успеха, — казалось бы, как вечно серьёзный глава корпорации, мог стать ещё серьёзнее в лице и тоне? А он смог и заставил этим поволноваться доктора. — Зависит не столько благополучие со светлым будущем корпорации, сколько ваше личное. Если вы реализуете всё обещанное, то вас не то что ждёт безбедная старость, но и безбедная загробная жизнь.              — Хе-хе-хе. Очень великодушно с вашей стороны, Мистер Вейланд, но я не верю в то чего нет. Загробной жизни нет. Её не существует.              — С моими возможностями, — так же серьёзно продолжил Вейланд. — Мне стоит только пожелать, и даже невозможное, станет возможным. Стоит лишь мне пожелать.              — Вижу… вы не шутите насчёт своих возможностей…              — Я пошутил. — пошутил, но даже не усмехнулся. —Такого уровня могущества, я пока ещё не достиг. Но придёт день, настанет час, и вся галактика вспомнит меня.              — Уверен, этот день не за горами! Вы даже наверняка его успеете застать до своей… эм… кончины от старости… всё-таки… вы давно уже… не молоды, как раньше… телом так уж точно.              — О-нет, мой дорогой коллега. Дело в том, что, как и моё дело, я собираюсь жить вечно, и не столько в памяти, сколько в реальности. Это вам ясно? — доктор закивал головой под взглядом Вейланда. —Не стоит вам сомневаться в своём работодателе сейчас и в палаче при условии вашего провала. Это вам яснее первого надеюсь?              — Вы очень талантливый человек, мистер Вейланд. Вы умеете руководить и делать потрясающие вещи, так же, как и толково всё объяснять парой фраз. Я вас понял. Заверяю вас.              — Хорошо.              Вейланд следил в тот день за отбором подопытных. Их набирали из сотрудников низших уровней, вроде: грузчиков, ремонтников, давно не молодых охранников, мало приносящих пользу научных сотрудников и кандидатов, в чьей лояльности появились сомнения.              Кроме подопытных из людей, Вейланд следил за отбором ксеноморфов лучше всего подходящих для грядущих опытов. Подопытных из числа и тех и других, собирали и отправляли в специально подготовленную часть станции, для грядущих экспериментов.              Размах незначительный. Бывали и в сто раз больше, но это лишь до тех пор, пока не появятся первые положительные результаты. С ними придёт и размах, и зацикленность Вейланда. Он любил уделять немного больше внимания отдельным проектам, казавшимися ему особенно привлекательными, но и о более мелких, он всегда помнил. Словно компьютер сохраняя всё.              Но это было почти или даже больше чем двадцать лет назад. Сейчас, в настоящем, он стоял за защитным стеклом наблюдательной комнаты и наблюдал за ксеноморфом, находившимся в захвате.              Камера предназначалась для одной операции. После проведения которой, ксеноморф обзаводился собственным номером на лбу и жуткой болью там же. Нынешний ксеноморф, которому предписывалось вернуть давно утерянный номер, явно чувствовал себя не лучшим образом. Он всё время вертелся в захвате, шипел, скулил и пытался вырваться, словно, он точно знал, что его ждало.              — Пришли поглядеть за процедурой? — спросил Вейланд не оборачиваясь к пришедшему Гроувзу.              — Как никак. — начал тот подойдя к стеклу. — Это особенный случай. — Вейланд кивнул. — Вы уверены? Стоит ли тратить на то время?              — Она заслужила свой номер. Надо его вернуть ей.              — Всё готово, мистер Вейланд. — доложил сотрудник. — Можем начинать.              — Золото добавили? — задал старик вопрос. Сотрудник кивнул. Вейланд ответил тем же, добавив: — Приступайте. — сотрудник молча удалился. Гроувз удивлённо на него уставился.              — Золото? Оно то ещё зачем? Оно не входит в сплав из которого отливают номера. Оно попросту расплавится, если вы не в курсе.              — Я прекрасно об этом осведомлён. Всё-таки, столько лет руковожу подобными процедурами.              — Золото сделает номер на её лбу не долговечным и не кислотоустойчивым.              — Количество золота, в её будущем номере, крайне мало и в основном сам номер им покрыт, а не состоит из него.              — А зачем это делать? — всё ещё не понимал Гроувз.              — Мне известно, что не всё золото, что блестит. Но она, однозначно заслужила то, которое будет блестеть. С её возвращением, непреодолимый тупик, будет преодолён.               Механизм для операции, был активирован. Он угрожающе медленно приближался к голове Седьмой. Та, завертела ею изо всех сил, но тут же, механизмы, встроенные в захват, захватили её голову и стали удерживать неподвижно лбом к приближающемуся механизму.              Он открылся и, ей стала видна раскалённая цифра семь. Секунда тянувшееся больше минуты, в конце концов подошла к концу и раскалённая семёрка из специального сплава, была прижата к её лбу. Боль оказалась ужасная. Явно больнее чем в тот день, когда с её головы слетела предыдущая семёрка, стараниями одного незадачливого охотника.              Всплеск боли прошёл и стал медленно отступать, но отступление, тянувшееся несколько минут, в отличие от трёхсекундного контакта с механизмом, было гораздо ужаснее. Она на пару мгновений, покинула то место с удерживающим её захватом, в котором оказалась…       

***

                    Её разоблачили. Её поймали. Её вели. Вели для вынесения приговора, что уже был вынесен в инструкциях и директива по таким случаям как у неё. Но на неё, директива сегодня не действовала. Её судья и палач, вынес другой приговор.              Двое крепких охранников дотащили её до него. Тот стоял театрально к ней и охране спиной и якобы наблюдал за проводимыми работами по ту сторону стекла.              Помимо Кэролайн с двумя волочившими её охранниками, с ними шёл младший сотрудник с чем-то мелким. Каким-то устройством по размеру и форме, напоминавшее флешку, но чуть меньше и более неприглядное.              Сотрудник подошёл к доктору Гроувзу. Протянул тому руку с устройством. Он обернулся и взял то в руку став рассматривать, но особого любопытства у него устройство не вызвало.              — Плохо. — спустя минуту молчания прервал Гроувз тишину. — Очень плохо. От вас я такого не ожидал даже при первой нашей встречи, а что уж говорить о прошедших месяцах? — Гроувз сжал устройство в руку. Приложил массу усилий, но всё-таки разломил то на части. Разжал кулак и детали устройства усеяли пол под его ногами. — Как я уже сказал ранее. — Продолжил он, поглаживая внутреннюю часть ладони пальцами той же руки. — Плохо. Вы поступили очень плохо.              — Все в корпорации поступали в разы хуже! — прокричала она, не сомневаясь в своей участи и жалела она тогда только об одном — что не стала причиной по истине огромных проблем корпорации. — Я лишь хотела это прекратить. Я и мои…              — Вы и ваши дружки террористы. — прервал её Гроувз. — Знаете, в чём разница между нами, нашими действиями и решениями? — Кэролайн молчала. Не хотелось вновь говорить с этим ублюдком, которого, за проведённые месяцы на станции, она возненавидела всей душой, наблюдая за его бесчеловечными опытами и решениями. — Разница в том, что мы готовы идти на любые жертвы СЕЙЧАС, чтобы в дальнейшем, избежать этих и более крупных жертв. Мы берём на себя ответственность и за то, что мы делаем. Почему? Да чтобы другим не пришлось чувствовать угрызения совести. Пхм… совесть. Любопытное слово…              — С ваших уст, оно как гром среди ясного неба. — съязвила Кэролайн. Доктор вздохнул.              — Вы и ваши таланты с мозгом, могли здорово помочь нам в том, этом и других проектах. Вы даже показали, что более чем способны на это и что от недостатка инициативы, вам голова болеть не будет. Но вы пошли по скользкой дорожке.              — Это вы на неё встали, пошли и пока ещё чудом с неё не слетели!              — В.Ю. добьётся своего. С вашей помощью или без. Незначительные отличия. Однако, вы ещё можете сослужить нам не плохую службу.              — Да ни за что!              — От вас ничего не требуется делать совершенно. Нам нужен ваш разум, мозг и воспоминания.              — Вы это… — Кэролайн оказалась озадачена. Неужто. Они хотят порыться у неё в мозгах, в попытке найти её друзей? Неужели они на такое способны?              — Вы наверно думали, — начал Гроувз. — Что мы выкачаем ваши воспоминания для поимки ваших дружков или попытки сделать вас лояльной. Но нет. Ваш мозг, послужит для другого очень важного проекта.              «Проекта? Не значит ли это, что…»              — Считайте. — прервал доктор её раздумья. — Что вы добровольно согласились учувствовать в проекте, известным как «Мозговая длань»              — Нет! Нет! НЕТ! — много слухов по поводу данного проекта бродило по станции и всей корпорации. Многие утверждали, что «добровольцы» в лучшем случае лишались рассудка, в худшем… до сих пор неизвестно, но она то знала прекрасно, что это за проект, как он проводится, какова конечная цель и через что ей придётся пройти. Знала, но ничего не могла с этим сделать.              — В стазис её, — равнодушно отдал приказ Гроувз. — Там отныне вы будете проводить большую часть времени, если окажетесь полезны. — приказ стал исполняться. Её начали уводить. Она сопротивлялась, но её попытки хоть и были упорными, но выглядели жалкими.              Единственное что она могла делать — это кричать. И она кричала. Кричала до самой заморозки.              — НЕЕЕЕЕТ!              Провожая бывшую сотрудницу с уводящими её охранниками, Гроувз невольно подался в воспоминания.              Гроувз подошёл к стазисной капсуле. Следом за ним шла недавно начавшая здесь работать сотрудница Кэролайн Джонс. Скрывать имя она с самого начала решила, что очень глупо. В.Ю. с их возможностями. Обязательно узнает о ней достаточно, с каким бы именем и фамилией она не пришла к ним. Поэтому, она назвала настоящее имя и решила в конце своей деятельности, сменить его с фамилией и бежать далеко-далеко, хоть отчасти изменив свою внешность. Да и о коротких волосах она подумывала не первый год.              — Вот, — указал Гроувз на стазисную капсулу с человеком в ней стоящей рядом Кэролайн. Та подошла ближе. — Один из кандидатов в проект «мозговая длань».              — А… — замялась Кэролайн, не зная, как реагировать на очередной бесчеловечный опыт и такое же бесчеловечное обращения с подопытными, которые, вряд ли давали своего согласия. Да и кто бы дал в здравом уме? — Как долго подопытные находятся в стазисе?              — Этот относительно недавно. — снова отвечал Гроувз в своей манере, так, словно речь шла об обыденных вещах, нормальных для каждого человека. — Мы отыскивали кандидатов на данный проект и собрали их в основном из низших уровней персонала. С этим кандидатом нам повезло. Его IQ оказался гораздо выше среднего. Так что, мы непременно отобрали его для «мозговой длани».              — А остальные? — Гроувз глянул на ряды простирающихся стазис капсулах в стенах, расположенных с целью максимальной экономии места. Такое размещение, могло окончиться гибелью некоторых замороженных, в случае чрезвычайной ситуации. Кэролайн снова в уме добавила пару баллов к бесчеловечности корпорации и некоторых её отдельных членов.              — В основном персонал низших классов. Расходный материал. Некоторые больше двух-трёх лет в стазисе. Их изредка из него достают, но с началом проекта «мозговая длань» они будут чуть дольше бодрствовать, чем раньше.              Длительное пребывание в стазисе и к тому же безвылазно, могло очень плохо сказаться на здоровье физическом и умственном. Нередки были случаи помутнения рассудка, слабости в мышцах, отказа некоторых органов, проблем со зрением, слухом, обаянием и это далеко не полный список.              За время развития, людям удалось уменьшить его в трое, но шанс оставался всегда. Каждые полгода пребывания в стазисе безвылазно, увеличивал процент возможных отклонений и недугов с летальным исходом.              Ещё один балл корпорации за бесчеловечность. А ведь норму они перевыполнили в первые две недели. Они однозначно любят иметь высокий рейтинг и, им плевать, в чём именно.              — А в чём заключается суть эксперимента? — спросила Кэролайн поняв, что доктор, до сих пор не дал внятного ответа на интересующий её вопрос. — Зачем для «мозговой длани» подопытные с высоким IQ?              — Природа ксеноморфов, пусть изучена очень неплохо, но, она всё равно остаётся буйной и необузданной и в любой момент может нас удивить, приятно или же нет. Для проекта, нам требуются индивиды с высоким показателем интеллекта. Так, шанс того, что сущность ксеноморфа не возьмёт над ними верх, гораздо выше.              — Индивиды с высоким IQ, могут противостоять сущности ксеноморфа?              — В теории… — словно стыдясь повернул голову в бок Гроувз. — Но повод считать, что подопытные с высоким интеллектом смогут дать нам желанные результаты, очень высок.              — Хотелось бы мне так же знать, откуда взялся таковой повод?              — Повод так думать есть и это всё, что вам пока требуется знать. — столь уклончивый ответ Кэролайн не удовлетворил и тогда она спросила, но без надежды на получение толкового ответа.              — А для чего в частности весь проект «мозговая длань»?              — Всё что вам требуется знать, — Кэролайн на этих словах поняла, что вновь не получит толкового ответа. «Видимо секретно, либо пока ещё не доверяют в полной мере». — Это то, как нам достичь цели, а уже потом, зачем мы это делаем. Возможно своими же стараниями, вы и узнаете причину создания проекта.              — Я не буду ставить слишком высокую планку в этом деле, но, сделаю всё возможное, для преодоления её и более высокой в последствии.              — Рад это слышать.

***

      Седьмая прекрасно помнила день, вернее, ту его часть, в которой ей поставили первый раз клеймо.              Не прошло минуты как она очнулась. Не прошло пяти минут, как её запихнули в захват напротив механизма для нумерации. Не прошло и часа, как она поняла, что её ждёт и ужаснулась. Точно так же, она ужаснулась, перед получением семёрки на лоб второй раз.              — Всё готово. — доложил помощник Гроувзу, который наблюдал за попытками ксеноморфа за стеклом, вырваться из удерживающего его захвата. В руках Гроувз держал что-то мелкое. — Можем приступать.              — Приступайте. Но прежде, — неожиданно для каждого сказал доктор. — Немного изменим планы. Вместо номера тринадцать, поставьте ей номер семь.              — Это ещё к чему? — удивились причуде доктора помощники. — Ксеноморф тринадцатый по счёту и было бы логично…              — Думаю, так она будет немного счастливее. — помощники не стали спорить и сменили номер с тринадцати на семь. У Седьмой появилась надежда, что нумерации не случится, но ровно до тех пор, пока одну цифру, не сменили другой. — Давайте.              Помощники активировали механизм и тот, стал делать своё дело. Седьмая завертелась, как только могла, будучи скованной по всем частям тела. Но захват, стал удерживать помимо тела с конечностями, ещё и голову. Шансов избежать нумерации, не осталось. Спустя пару мгновений, был слышен оглушительный визг боли ксеноморфа, когда раскалённая семёрка: из кислотоустойчивого сплава, не соприкоснулась с её лбом и не обосновалась на нём на десять лет.              До самого конца процедуры, Гроувз не сводил взгляд с руки, в которой, располагалась маленькая, будто золотая цифра семь…       

***

                    Наблюдая за возвращением Седьмой её номера, Вейланд задался вопросом. Вопрос ему показался глупым и ненужным, но лишь в начале. К концу процедуры возвращения номера, Вейланд всё-таки спросил Гроувза:              — Что с её чипом ингибитором?              — Мы его заменили на новый и именно так пришли к выводу, что это именно она.              — В каком состоянии находился чип?              — Не в лучшем…              — Отвечайте конкретнее. — потребовал Вейланд. Гроувз вздохнул.              — А как вы себе представляете? Чип не менялся почти двадцать лет. Он фактически прожил на три с половиной жизнь больше, чем любой другой чип.              — А его состояние?              — Так себе. Его требовалось заменить незамедлительно. Наверняка за эти годы в нём происходили различные сбои, которые, могли пагубно повлиять на Седьмую.              — Каким образом?              — Она могла впадать в прострацию, испытывать проблемы с кратковременной памятью, вести себя глупо и опрометчиво. И это далеко не весь список.               — Она могла что-нибудь вспомнить? — слова Вейланда, заставили Гроувза слегка занервничать. — Она помнит, что-нибудь до экспериментов?              — Нельзя исключать вероятность этого. Но мы в любой момент может подредактировать её память. Процедура не из самых лёгких, но риски при её исполнении, как правило минимальны. Но это после её отправки со станции в более безопасное место.              — Наконец-то вы говорите правильные вещи, доктор Гроувз.              Наблюдая за Седьмой, которой только что вернули семёрку на лоб, создавалось ощущение, что ей сложно дышать, хоть всем было ясно, что ксеноморфы дышат не так и не в привычном для людей понимании.              Ей словно стало хуже и будто кашель пробрал её. Спустя пару секунд, она, словно давясь чем-то, сплюнула на пол целебную слизь, вид которой, заставил Вейланда вспомнить ещё об одном моменте из прошлого.       

***

                    Однажды к В.Ю. попали сведения, которым, как выяснилось, было больше нескольких тысяч лет. Эти сведения они получили из останков древней цивилизации, подобной той, которую обнаружили спустя годы на Флуте-5, но в отличие от Флута, в том мире обошлось без громких погромов с последствиями.              Помимо различных сведений, у корпорации оказались древние останки ксеноморфов с сохранившимися ДНК. Именно это открытие, помогло спустя пару лет, воссоздать древний вид ксеноморфов. Он был не столь совершенен как те, которыми располагала корпорация, но на основе более нового вида, его смогли лишить большинства недостатков, которые, нёс в себе древний вид.              Вейланд давно ждал результатов. Результаты появились, и он тут же прибыл к доктору, что пытался воссоздать древний вид. Вейланд прибыл и стал ждать отчёта. Доктор не смел заставлять его ждать.               — Поведайте мне всё, что вам удалось узнать и всё, что удалось воссоздать. И конечно же не забудьте о самых любопытных и имеющих право на жизнь теориях, которые, в ближайшее время можно будет воплотить в реальность.              — Тогда слушайте. — доктор предложил Вейланду сесть. Тот даже в лице не изменившись, продолжил стоять. Доктор не очень обрадовался беседе, которую, ему предстояло вести стоя, особенно после многих дней непрерывной работы по воссозданию древних ксеноморфов. — Первое что хочется отметить, это несовершенство анатомии с мышцами и формы древних ксеноморфов.              — Насколько сильно они не совершенны по сравнению с нынешними ксеноморфами?              — Мышцы слабее. Хитин менее прочный. Кислота не столь активна и опасна. Некоторые вещества она не способна расплавить. Также интеллект. Судя по всему, он у них был также менее развитым, чем у более современных особей.              — Вы решили это?              — Да, по большей части по крайней мере. — сказал доктор, поправляя очки. — Мы смогли приспособить их ДНК к более активной кислоте. Отклонений выявлено не было. Также мы поработали с мышцами. Их количество существенно увеличили, как и плотность. Их объём остался приблизительно на том же уровне, но показатели силы со скоростью значительно возросли. Ещё мы решили проблему менее прочного хитина.              — Даже это не стало проблемой?              — Пожалуй это, — признался доктор, — Было простейшей задачей по приведению в порядок древнего вида. Видите ли, хитин был толст и имел множество пор. Не знаем точно. Мы ли совершили такую ошибку при их воссоздании, или же так и было изначально, но проблемы мы решить сумели. Хитин был заменён на более прочный и не столь громоздкий. Все защитные показатели стали приблизительно равны с более новым видом ксеноморфов. Так же, проблема более низкого интеллекта оказалась решаема. Умственные показатели новых и древних, на финальных стадиях тестирования, оказались приблизительно равными.              — А что-нибудь из плюсов древнего вида? Или он ничто по сравнению с более поздними?              — Тут-то стоит заметить, что плюсы есть и не столько ксеноморфам, сколько кому угодно, но не им самим.              — Что вы имеете в виду?              — Во-первый, регенеративные способности данного вида незначительно, но выше. Мы смогли их сохранить. Но есть куда большее отличие. — доктор сделал театральную паузу. Вейланд явно её не оценил.              — Вы доктор, а не театральный актёр, не тратьте моё время.              — Хорошо… — понизив голос, ответил доктор и после продолжил без отсебятины. — У древних ксеноморфов глубоко в глотке располагался специальный… мешочек. В нём скапливалась особая слизь. Она просто невероятная.              — Что вам в ней показалось невероятным? Вкус, цвет, запах? Что? — доктор был изумлён услышанным. Неужели у Вейланда всё-таки не отсутствует чувство юмора? Спросить язык не поворачивался, а томить его ожиданием, могло закончиться чревато.              — Она имеет регенеративные и антибактериальные свойства. Регенеративные свойства невероятно высоки и способны исцелять не только ксеноморфов, но людей.              — Как такое возможно?              — В этой слизи имеется, названная нами «умная структура». Она подстраивается под особенности живого организма. Уровень подстраиваемости довольно низкий. Но через пару опытов, мы сможем достигнуть такого результата, при котором, вещество, скапливаемое в «мешочке» ксеноморфов, сможет исцелять и людей с той же эффективностью.              — Насколько сильны регенеративные и антибактериальные свойства вещества?              — При попадании на раны ксеноморфа, целебная субстанция излечивает их в считанные секунды. Количество целебного вещества, должно хватать на неоднократное применение, а время, требуемое на повторное накопление, в районе нескольких часов. Помимо этого, в субстанции имеются упоминания ДНК, очень схожие с ДНК расы, предположительно создавших ксеноморфов.              — Охотники их создали для конкретной цели? Не для обыкновенной охоты?              — Вид очень древний и явно не сам исчез. Скорее всего, охотники, создавая ксеноморфов, создали этот вид одним из первых. Это вполне объясняет несовершенство древних.              — А наличие целебной субстанции? Как вы объясните это?              — Должно быть, чтобы у раненого охотника было больше шансов на успешное продолжение охоты после убийства одного ксеноморфа и был придуман этот мешочек. Чтобы раненный смог использовать регенеративные свойства слизи для продолжения охоты. Это, по нашему мнению, многое объясняет, если не всё. Кроме того, забыл упомянуть, у данного вида агрессия в среднем меньше в разы по сравнению с более новыми…              — Уровень агрессии не трогать! — доктора чуть инфаркт не хватил от столь неожиданного громкого тона Вейланда. — По возможности постарайтесь уменьшить его к минимуму и притупить хищнические инстинкты древних ксеноморфов. Если они действительно не столь совершенны как более поздний вид, то у нас есть шанс достигнуть больших успехов в сфере подавления их агрессии.              — Понял вас, сэр. Это только самое начало и многое ещё обещает нам открыться и стать возможным в дальнейшем.              — Я очень на это надеюсь….       

***

                    Небольшой, но очень быстрый и крепкий корабль, совершил очередной межпространственный переход. На его борту находилась группа наёмников, вооружённых до зубов и объединённых одной целью.              — Через минуту, — доложил наёмник за штурвалом. — Все системы будут готовы для последнего «прыжка». А вы как? Все ко всему готовы?              — Прямо как ты. — стало для него ответом от товарищей.              — Я к такому и через сто лет готовым не буду. — ответил пилот.              — Как и все мы… — прискорбно молвил Фред. Никто и слова не проронил в ответ. Каждый с ним был солидарен и иначе никто не думал.              — Всё готово, приготовьтесь. — сообщил пилот по истечению одной минуты. Каждый был готов к нему так, как к ничему другому за жизнь. — «Прыжок»!              Корабль переместился из относительно спокойного участка космоса в систему, в которой мало кому хотелось бы находится в тот момент. Но происходящее в системе, скорее обрадовало наёмников, ежели огорчило.              — Это ещё чё за херня?! — каждый наёмник оказался в шоке от увиденного.              — Неужели морпехи перестали дрочить х..й, е..аться в жопу и, решили заняться в кои-то веке реально полезным делом?              Гремел бой. Корабли колониальной защиты приближались к станции на орбите газового гиганта. Станция вела огонь по приближающимся кораблям с истребителями и отправляла немногочисленные корабли с истребителями для задержания продвижения к станции противника в лице колониальных защитников.              — Не знаю кто здесь соснёт в итоге ху..ца, — подал голос Клик, — Но нам всё это явно на руку.              — Согласен. — кивнул Фред. — Так у нас есть шанс на больший успех и кое-какой шанс на благополучное бегство.              — Всё сложилось как нельзя лучше… — про себя проговорила Крипипаста следя за гремевшим боем.              — Польза от этого нам или вред, всё равно, надо таранить! — сказал пилот. — Для этого этот корабль и отбирался между прочим!              — А после тарана, есть шанс, что он уцелеет?              — Хер его знает, — сказал правду пилот. — Но новый корабль раздобыть на станции думаю проблемой не станет.              — Такой вариант нами также был предусмотрен. — напомнил Фред. — Тарань станцию в самом уязвимом её месте!              — Да и чтоб это место было желательно ближе к цели нашего задания. — Все усмехнулись словам Клика.              — Ну всё, — доложил пилот. — Держитесь, сучкиииии!              Корабль в миг увеличил скорость до максимума. Вскоре он вошёл в станцию, от чего та содрогнулась, словно человек от мощнейшего удара в голову.