Преданный

— Боже, как же жарко, — проворчал Юнги. — Нельзя было найти место попрохладнее? — Ты знаешь, если хочешь лёгких денег, Лас-Вегас — лучше место, — ответил ему Чон. — Пфф, в гробу я это видел, — фыркнул парень в ответ и отвернулся к кондиционеру. Чонгук только улыбнулся, не отвлекаясь от компьютерной игры. Он знал, что все эти упрёки скорее наигранные, хену просто скучно и хочется пожаловаться на жизнь, но он и сам все понимает — только в Вегасе можно найти столько дураков на один квадратный метр. Каждый думает, что он-то точно вне системы и не потратит все деньги на казино, алкоголь, девушек и бесполезные вещи, которые продаются на улице. Но, увы, все люди одинаковые, а Чонгуку с Юнги это только на руку: меньше мороки. Вообще, обирать «толстых кошельков» на пару тысяч долларов не их уровень, парни проворачивали гораздо более крупные ограбления, но в период «засухи» воротить нос не приходится. Что есть, то есть, и на том спасибо. Закончив очередной раунд, Чонгук повернулся и посмотрел на Юнги, который то ли дремал, то ли просто лежал с закрытыми глазами на диване. С недавних пор этот хен его единственный друг и напарник. После того случая в особняке пять лет назад Чон сразу ушел из своей «шайки». Никто и не пытался его остановить, ведь каждый понимал, что после такого им не по пути — они буквально бросили его на растерзание полиции. Из того вечера Чонгук вынес три вещи: первое — никогда не идти на дело с теми, кому не доверяешь, второе — ему ещё многому нужно научиться, и третье — он создан для чего-то большего, чем быть просто карманником. Долгое время он был одиночкой, иногда примыкая к небольшим группировкам ради крупной наживы. На каждом деле он старался почерпнуть что-то новое, будь то взломы, хакерство, мошенничество, рукопашный бой — все, до чего доходили руки. Сокджин тоже оставил в нем свой след — идея использовать свою внешность ради получения информации пришлась Чону по вкусу. К тому же, время сделало из подростка по-настоящему красивого мужчину, который знал: стоит ему улыбнуться, и буквально каждый готов дать ему то, что он хочет. Все это в совокупности позволило Чонгуку заработать не только деньги, но и репутацию, и вскоре крупные сделки сами начали находить его. На одном из таких дел парень и познакомился с Юнги. Заказ был довольно точен: проникнуть в хранилище с частной коллекцией картин, подменить оригинал на подделку, без шума довезти подлинник до заказчика — тонкая работа, большие деньги. В игре всего трое: информатор и представитель заказчика в одном лице, и два вора, один из которых Чон: — А кто этот второй? — не без интереса спросил Чонгук. — Я его не знаю. — Да, вы не знакомы — информатор слегка замялся, но продолжил, — заказчик очень настаивал именно на вас двоих. — На такое дело обычно берут хорошо слаженную команду, а не двух одиночек, которые ни разу не работали вместе. — Да, я тоже был против. Однако выбора не было — кто-то нашептал ему о вас, и вы стали его идеей фикс. Он так и сказал: «в этом должны участвовать только лучшие». — Только лучшие… — протянул Чонгук и посмотрел на имя своего напарника. — Странная кличка — Шуга. — Да, изначально было с «р» на конце, как «сахар», но потом последняя буква отпала сама собой. — Почему «сахар»? — Не оставляет следов. Вообще, никаких. Будто ничего и не было, улики растворяются, как сахар в воде. А здесь, сам понимаешь, дело тихое, подмену не должны заметить. — Так себе скилл, — пожал плечами Чонгук, но спорить не стал. Как же он ошибался: в этом деле парень самолично убедился, как аккуратно, четко и профессионально работает Мин Юнги. В его действиях не было ни одного лишнего движения, он видел цель и шел к ней, невзирая ни на что. Конечно, как и всегда, в плане были недочёты, и, естественно, их не предупредили ни о дополнительных датчиках движения, ни об усиленной охране в связи с привозом нового экземпляра в коллекцию. Все это никак не отразилось на Юнги, и парни сделали свое дело тихо и точно в срок. Тогда, пусть Чонгук и был впечатлен, работая с Шугой, они расстались, как это обычно бывает: каждый взял свою долю, они пожали друг другу руки и разошлись. Но уже через месяц случилось непредвиденное — их заказчик, будучи человеком тщеславным, заявил на весь мир о том, что подлинник картины находится у него. Предыдущий владелец взбунтовался, а когда обнаружилось, что в его коллекции всего лишь копия, начал расследование, подняв на уши всю полицию округа, частных детективов, прокурора и всех, кого смог нанять. В тот раз Чонгук подумал, что они точно попадутся — кто-нибудь из этих людей докопается до правды, отыщет записи, связи, выйдет на информатора, да что угодно. Но после двух месяцев поисков никто ничего не нашел. Информация о том вечере, когда Чонгук и Юнги украли оригинал произведения, буквально испарилась отовсюду. Да, некоторые подозревали, что картину похитили, и нашлись те, кто додумался, в какой именно день произошло ограбление, но на этом все — ни улик, ни зацепок. Коллекционеру пришлось смириться и обвинить в некомпетентности специалиста по произведениям искусства, который продал ему подделку вместо истинного шедевра. Как только шумиха вокруг этого дела улеглась, Чонгук появился на пороге Юнги с одной мыслью — если и иметь напарника, то только такого. Возможно, Чон тоже смог произвести впечатление или у Шуги были свои причины, но, немного поупрямившись, Мин согласился. И вот теперь эти двое всегда работали вместе, уже не примыкая ни к кому за редким исключением. Так Чонгук раз и навсегда решил проблему своего первого правила: он ходил на дело только с Шугой, которому безоговорочно доверял. Поток мыслей парня прервал звук входящего сообщения. Чон инстинктивно посмотрел на свой смартфон, но эта смс была не ему. Лениво приоткрыв один глаз, Юнги взял телефон со стола и посмотрел на экран. Пробежав глазами по строчкам, Мин сел и ухмыльнулся, а Чонгук, едва завидев это, сразу же закрыл свой ноутбук — к игре он сегодня не вернётся. Пусть для других такая реакция ничего не значит, но если что-то заставило Юнги сделать подобное, то это точно что-то стоящее. Шуга тоже заметил, как сосредоточился Чон, и решил не тянуть резину: — Ты как-то рассказывал мне об одном своем деле, — Юнги слегка наклонил голову набок, — алмаз семьи Ли. Помнишь? Конечно, Чонгук помнил — он думал об этом каждый день. Большое чёрное пятно на его безупречной золотой репутации. Сколько раз, лёжа в постели, парень не могу уснуть, размышляя о той ночи — как и что нужно было сделать, чтобы все получилось. Столько глупых ошибок, хотя все было подано буквально на блюдечке, бери — не хочу. Оно всплывало в его памяти снова и снова, и вот теперь, будто издеваясь, судьба снова подбрасывает ему эту наживку, а Чонгук проглатывает ее, не задумываясь: — Такое не забыть, — произнес он вслух. — Тогда как насчёт второй попытки? — Слушаю, — младший встал и пересел на диван, ближе к хену. — Своих детей у госпожи Ли нет, зато есть любимая племянница. И вот девочка выросла и выходит замуж через 3 месяца, за какого-то то ли актера, то ли бизнесмена из Америки. Все это неважно, главное — это подарок любимой тетушки. — Передача реликвии из поколения в поколение? — Именно. Подарок, конечно, сюрприз, о котором уже все знают. На наше счастье, богачи празднуют с размахом и готовятся ко всему заранее, поэтому невеста с женихом уже в Вегасе. Тетушка приедет за неделю до основного события. — Вместе с подарком? — Нет, увы, это наша главная загвоздка. После того случая пять лет назад госпожа Ли стала ещё дотошнее, чем была. По моим сведениям, алмаз приедет позже, частным самолётом, и отправится прямиком в хранилище казино «Роял Лэнд». — Почему именно туда? — Как ты помнишь, она никому не доверят, а владелец казино ее хороший старый друг. — Так каков план? Выкрасть алмаз из хранилища? — Ты хоть раз был в казино? — хмыкнул Юнги. — Сейфы, которые там стоят, покруче, чем в некоторых банках. Считай так: если дверь хранилища закроется, а алмаз будет внутри, мы его больше не увидим. — Тогда на свадьбе? — Тоже не вариант. На тот момент все внимание будет направлено на него. — Разве не на невесту? — улыбнулся Чонгук. — Не смеши меня, — Шуга закатил глаза и продолжил, — будто сам не знаешь. Так или иначе, ни один из этих вариантов нам не подходит. Алмаз нужно перехватить ещё до того, как он попадет в казино. Это в идеале. — Но в плохом случае у нас есть время в самом казино, пока он не попадет в сейф, так? — Именно, — кивнул Юнги. — Это наш план Б. — Супер, хочешь сказать, мы знаем, что нужно сделать, но не знаем, когда? — Никогда не бывает просто. — Обычно ты не рассказываешь мне такие «сырые» факты, — Чонгук сделал кавычки руками. — К чему это все? — Даже не знаю, подумал, тебе будет интересно, — Юнги пожал плечами и откинулся на спинку дивана. Конечно, в глубине души, Чон догадывался, в чем дело — просто это ограбление не такое, как остальные. Будь это что-то не настолько масштабное, Шуга и рта бы не раскрыл, ни продумав все до мельчайших деталей. Но здесь все не так: этот алмаз не просто драгоценный камень, за который можно выручить много денег, это очень известная вещь, о которой знают как криминальные авторитеты, так и обычные зеваки. Такая кража — громкое дело, о котором расскажут в новостях, напишут в соц.сетях и будут обсуждать за чашкой кофе утром. Богатство никогда не было мотивацией для Юнги, а вот слава была его камнем преткновения. Чонгук понял это давно — с тех пор, как увидел, с каким блеском в глазах Шуга наблюдает за репортажем о взломе одного из известнейших винных хранилищ Испании, которое Юнги и Чон вскрыли накануне. Да, никто и никогда не узнает о том, что это были именно они, но сам факт огласки приводил Мина в восторг. Вот и теперь он цепляется за свою слабость, подбивая напарника взяться за это дело. Такая игра на его чувствах немного задевала Чона, ведь Мин как никто другой знал, что алмаз семьи Ли не даёт младшему покоя. Однако на поводу этих же эмоций Чонгук, в итоге, сдается: — Итак, у нас есть чуть меньше трех месяцев на подготовку, верно? — произносит он, не сводя с Юнги глаз. — Все так, — кивает тот. — Тогда есть идеи, с чего начать? Вместо ответа Мин идёт к стоящему на столе ноутбуку, распечатывает на принтере экземпляр текстового документа, после чего безвозвратно удаляет его отовсюду. Старая привычка воров: хранить всю информацию на бумаге, избегая электронных носителей. Разделив листы на две части, Юнги протягивает одну своему другу. Чонгук пробегает по ним глазами: люди, их имена и биография, привычки и знакомства. Стандартное досье. — Тебе первая половина, мне — вторая, — произносит Шуга, поднимая листы. — И кто все эти люди? — К нашему счастью, флорист, который должен был оформлять свадьбу наших молодоженов, отказался от заказа. Времени у них не так много, чтобы искать кого-то за границей, значит, и выбирать они будут из местных. Здесь все, кто может обеспечить нужный уровень. Завтра состоится небольшая презентация каждого, и невеста с женихом выберут себе кого-то одного. — Наш человек на свадьбе? — уточнил Чон. — Даже больше. Допустим, ты невеста, которой скоро в качестве подарка презентуют алмаз стоимостью в миллионы долларов. Конечно, ты хочешь этим похвастаться. Кому расскажешь? — Подружкам. — Именно, а что нужно подружкам на свадьбу? — Букеты им точно нужны, — сказал Чонгук. — Вот именно, — Юнги указал пальцем на друга, а затем на листы бумаги в его руках. — Каждого можно подкупить, главное знать, чем именно. Читать нужно внимательно. Готов? — Всегда готов, — улыбнулся Чон. — Один вопрос: прошлый флорист сам отказался или кто-то намекнул? — А сам как думаешь? — ухмыльнулся Юнги и ушел в другую комнату, изучать материал. *** — Прямо райский сад, — Чонгук слегка присвистнул, оглядываясь вокруг. Парни приехали в популярный местный отель, где в одном из конференц-залов и должна была пройти презентация. Не самое подходящее место, однако в погоне за богатым клиентом флористы превратили его в настоящий парк цветов. Некоторые из них все ещё хлопотали над вазочками, корзиночки, букетами и украшениями, стараясь продемонстрировать весь свой арсенал сразу. Всего 14 агентств и 14 потенциальных информаторов для Юнги и Чонгука. Каждый изучал только половину присутствующих, поэтому сейчас младший вкратце рассказывал хену основную информацию из своего списка. К удивлению или нет, в каждом нашлось уязвимое место: в основном жадность, но было и тщеславие, темное прошлое и даже страх. По мнению Чонгука неплохо, но ничего интересного — если это будет кто-то из его половины, то общение у них не сложится. Затем настала очередь Юнги: в отличие от младшего, Мин говорил мало и по делу: — Больной ребенок, едва хватает на страховку. Определенно наш клиент. Вот тот, с бородой, держит магазин цветов только для отмывания денег. Хотя, по правде говоря, и цветочный бизнес у него идёт хорошо. В любом случае подходит. — Как насчёт него? — Чонгук кивнул на паренька в центре зала. — Это… — Юнги вздохнул и продолжил, — это наш самый плохой вариант. Готов молить Бога о том, чтобы наши молодожены выбрали НЕ его. — Правда? Чон внимательно оглядел блондина, на которого указал чуть ранее: невысокий, но хорошо сложенный, со слегка пухловатыми щеками, которые совсем его не портили, он сосредоточенно поправлял небольшой букет в голубо-белом цвете, стараясь придать ему максимально презентабельный вид. Закончив, он радостно улыбнулся, отчего его глаза превратились в две маленькие щелочки. Он будто излучал позитивную энергию, которая распространялась вокруг него и заражала остальных. Про таких говорят «соседский парнишка» — милый, добрый, всегда готов прийти на помощь. Возможно, этот человек и не обладал всеми этими качествами, но первое впечатление складывалось именно такое. Пожалуй, Юнги был прав: убедить кого-то подобного преступить закон сложно, однако никто из нас ни ангел: — Что на него есть? — спросил Чон, поворачиваясь к Мину. — Немного, — пожал плечами Шуга. — Пак Чимин, 23 года. Семейный бизнес, три поколения. Сейчас помогает отцу с магазинами, однако с ним не ладит, ближе всех с бабушкой. Единственный ребенок. Окончил институт культуры по направлению «современный танец», хотел переехать в Сеул после окончания, но родители запретили: бизнес важнее. Танцы — не работа. — «Птичка в клетке»? — Да, — подтвердил Юнги. — Не лучшая мотивация. — Но и не худшая! Его лишили мечты, кто знает, может, он обижен куда больше, чем мы думаем. — Почему он? По какой причине ты так зацепился за него? — Не знаю, — Чонгук задумчиво прикусил нижнюю губу, а затем ответил. — Интуиция? — Не нравится мне это, совсем не нравится. В ответ младший только улыбнулся и решил не «бежать впереди паровоза». Что будет, то будет, решение найдется само. Люди вокруг заканчивали последние приготовления перед приходом жениха и невесты, хотя некоторые уже откровенно скучали. Спустя 20 минут виновники торжества, наконец, прибыли в отель. Они вошли и поздоровались с собравшимися, объявив, что начнут рассматривать работы после того, как на место прибудет их друг и ведущий свадьбы в одном лице. Флористам не оставалось ничего другого, как смириться со своей участью. Чонгук вопросительно посмотрел на Юнги, но тот только развел руками — он не был в курсе, кто являлся этой таинственной личностью. Ещё через полчаса мольбы и надежды всех присутствующих были услышаны: сотрудник отеля сообщил молодожёнам, что их гость прибыл. Дверь конференц-зала открылась и внутрь зашёл молодой мужчина. Стандартный костюм тройка в нестандартном нежно-розовом цвете. Широкие плечи, пухлые губы и улыбка, которые отложились в памяти Чонгука на долгие годы. Если раньше Чон думал, что судьба слегка подшучивает над ним в этом деле, то теперь был уверен, что она от души развлекается, подкидывая ему такие сюрпризы. Ким Сокджин, кажется, нисколько не изменился с их последней встречи, будто этих пяти лет и не было вовсе. Пока Чонгук пытался осмыслить увиденное, Ким уже поздоровался с молодожёнами и повернулся лицом к флористам: — Я прошу прощения перед каждым из вас за опоздание, — сказал он, поклонившись. — Мой самолёт задержали на несколько часов, и стольким людям пришлось ждать меня. В качестве извинений мой друг — профессиональный фотограф — сделает для вас фотографии ваших прекрасных композиций, представленных сегодня. Вы сможете вывесить их в своем магазине чуть позже. Надеюсь, это хоть немного скрасит для вас то время, которое вам пришлось потратить сегодня впустую. Флористы заметно оживились и начали шептаться между собой. Профессиональные фотографии в любом случае не помешают, да и ждали они не так долго, чтобы этот прекрасный молодой человек так извинялся перед ними. Все напряжение, висящее в воздухе до этого, вдруг исчезло, и конференц-зал снова наполнился звуками и движениями. Чонгук услышал, как Юнги, стоящий рядом, едва заметно ухмыльнулся, наблюдая за этим: — Этот парень только что купил их всех одной фразой. Сами того не осознавая, они будут пытаться впечатлить его, а не своих клиентов. Интересно, решать тоже будет он? — Думаю, он много работал над тем, чтобы сейчас иметь возможность выбрать того, кого захочет. — Почему ты так уверен? — Не мы одни хотим заполучить этот алмаз, поверь мне. — Хочешь сказать… — Юнги чуть наклонился, чтобы заглянуть другу в глаза. — Это он? Тот же человек, что и пять лет назад? — Бывает же… — ответил Чонгук, продолжая неотрывно следить за Ким Сокджином на другом конце зала. В это время объект его наблюдения уже начал осматривать композиции вместе с будущими супругами. Он внимательно слушал и задавал вопросы, понимающе кивал и был полностью вовлечён в процесс: так могло показаться со стороны. Но Чонгука нельзя было провести — он потратил немало времени на изучение мимики и жестов человека, когда связался с одним мошенником в Тибете. На самом деле Киму было совсем не интересно, он то и дело поглядывал в сторону следующего ряда, из чего можно было сделать нехитрый вывод: он уже знал, кого выберет. Для Юнги эти взгляды тоже не остались незамеченными — всё-таки он был профессионалом, а Ким особо не скрывался, не подозревая, что за ним пристально наблюдают. Они прошли уже 6-х и следующим был стол Пак Чимина: — Как красиво, — произнесла невеста, осматривая букет. — Несмотря на то, что вы празднуете свадьбу в Америке, вы упомянули о том, что сильно скучаете по родному Пусану. — Да, вы абсолютно правы! — воскликнула девушка. — Мне бы хотелось справить свадьбу там, но это было невозможно по ряду причин. — Пусан, конечно, ассоциируется у его жителей с морем, поэтому мы предлагаем решение в голубом и белом оформлении. В качестве основных цветов мы использовали гортензии — ничто так не прекрасно, как они, в естественно голубом. Для белого оттенка мы предпочли классику и взяли розы. В качестве дополнений используются веточки вербы, гипсофила и берграс. Вся композиция получилась очень нежной, летящей: это очень вам подходит, ведь вы такая хрупкая девушка. — Превосходно… — прошептала невеста, продолжая осматриваться. — Даже не знаю, — протянул жених. — Все выглядит замечательно, но я представлял себе что-то более яркое, броское. Всё-таки, мы творческие люди, заметные личности, хотелось бы, чтобы оформление соответствовало нам обоим. — А мне кажется, что вы проделали невероятную работу, — улыбнулся Сокджин Чимину. — И, Артур, зря ты думаешь, что это не будет выглядеть броско. Посмотри на этот букет-водопад — как понимаю, это будет использовано для украшения основного зала и беседок. Пусть цвет и не яркий, но само оформление очень оригинальное — цветы будто вырываются отовсюду, тянутся ко всему и всем. Мне кажется, это ассоциация с вашей любовью. — Не совсем… — Чимин слегка замялся. — Я думал об этом, как о безграничном счастье молодоженов, которое только растет и заполняет собой все вокруг. — Значит, это ваша идея? — ещё раз улыбнулся Ким. — Д-да, моя. — И все же, я бы предпочел яркие цвета, — жених все ещё сомневался, но прежней уверенности в его голосе не было. — Думаю, ты согласишься, что в первую очередь должна быть счастлива невеста, — полувопросительно-полуутверждающе произнес Сокджин, — может, спросим, что думает она? — Ты прав, — кивнул Артур, — что скажешь, Соён? — На самом деле, я и правда скучаю по Пусану и мне жаль, что наша свадьба пройдет не в Корее. А эти цветы будто кусочек дома, такие… Не могу это передать. Это просто ощущение, понимаешь? — Чувство, которое сложно описать словами, — Сокджин задумчиво прикусил нижнюю губу и повернулся к Паку. — Скажите, вы из Пусана? — Да, я родился и вырос в этом городе. — Тогда все понятно, — Ким кивнул головой, будто в подтверждение своих же слов. — Вам потрясающе удалось передать атмосферу этого города через оформление, просто невероятно! — Кажется, вы завоевали сердце моей будущей жены, — Артур пригрозил Чимину пальцем, а Соён весело рассмеялась. — Осторожно, я очень ревнивый! Сокджин склонился в вежливом полупоклоне, и Чимин сделал то же самое. Чонгук увидел, как победно улыбнулся Ким напоследок, прежде чем перейти к следующему столу. Молодожены ещё не знали, что уже все решили — что бы им не предложили далее, ведущий свадьбы сделает все, чтобы Пак выглядел в их глазах лучшим. Юнги недовольно фыркнул и отвернулся — смотреть дальше не имело никакого смысла: — Не знаю, есть у него план или нет, — произнес он, — но по мне, он вырыл и нам, и себе могилу. — Не торопись, мы ещё не видели, чем все закончится. Спустя где-то полчаса Артур и Соён приняли окончательное решение, и, конечно, победа осталась за Паком. Приглашенный фотограф начал делать фотографии композиций, в то время как Чимин беседовал со своими новоиспеченными заказчиками. Сокджин предпочел в этот раз остаться в стороне и лениво набирал что-то в телефоне в углу. Чон повернулся к своему напарнику и жестом попросил следовать за ним. Шуга вопросительно склонил голову набок, а затем также молча указал в сторону Кима, на что получил утверждающий кивок. Мин слегка нахмурился, но спорить не стал и последовал за другом: в этом и был смысл доверия между ними. Да и в целом, глупо пытаться избежать встречи лицом к лицу — когда гонитесь за одним и тем же, ваши дороги все равно рано или поздно пересекутся. Подойдя к Киму вплотную, Чон все же заметил изменения — черты лица Сокджина стали немного другими, более четкими, и он, все же, казался старше. В свою очередь Чонгук с их последней встречи изменился очень сильно, и дело было не только в отросших волосах и накаченных мышцах. Манера двигаться и говорить, его взгляд, все его нутро было иным, поэтому осознание того, что Сокджин может его просто не узнать, по какой-то причине, не давало Чонгуку покоя. Ким поднял глаза и сначала остановился на Юнги, оглядев его с головы до ног. Встретившись с ледяным взглядом Шуги, он едва заметно выпрямился: инстинктивно, чтобы казаться выше и больше. Затем он перевел взгляд на спутника рядом с Мином, и, спустя всего несколько секунд, Чонгук увидел в его глазах то, чего так ждал: Сокджин его узнал. Губы Чона сами собой расплылись в улыбке, и он протянул ладонь для рукопожатия: — Давно не виделись, — сказал он. — Много новостей накопилось за столько лет? — Есть парочка, — произнес Сокджин, продолжая разглядывать своего собеседника. — А ты… Очень вырос. — Удивлен, что я стал красивее тебя? — Ещё чего, — обиженно фыркнул Ким, — даже не мечтай. Просто не ожидал увидеть тебя вновь. Как ты нашел меня? — Мы тебя и не искали, больно надо, — сказал Юнги, скрестив руки на груди. — Вот как, — Ким снова перевел взгляд на Шугу. — Раз вы здесь не из-за меня, значит, хотите украсть алмаз? — А ты разве нет? — парировал Мин. — Мне кажется, нет никакого смысла скрывать наши намерения друг от друга. Кстати, Сокджин, это мой напарник, Ю… — Шуга. Меня зовут Шуга. — Какое знакомое имя, — тон Сокджина сменился на более заинтересованный. — Рад знакомству. Я много слышал о вас. — А я вот о тебе ни слова. — Как мошенник, я предпочитаю оставаться в тени. Никогда не знаешь, кого встретишь на своем пути, чем больше людей в неведении — тем лучше. — Пока вы не подрались, можем ли мы перейти к делу? — Чонгук наигранно потянулся, всем видом показывая, как он устал от этого разговора. — К делу? К какому? — Ким улыбнулся и откинулся на спинку стула. — Не помню, чтобы у нас были общие планы. — Вот как? — спросил Чонгук и сел рядом с Сокджином. — Как ты думаешь, что будет, если распустить по округе слух о том, что ведущий свадьбы собирается украсть семейную ценность? — Ох, поднимется такой шум, — Юнги прикрыл глаза и помотал головой из стороны в сторону. — Сложно представить. — Это будут всего лишь слухи, — пожал плечами Ким. — В конце концов, я друг семьи. — Да, да, конечно, — Чонгук активно покивал головой и обратился к Мину. — Не помнишь тот случай, в прошлом году, когда госпожа Ли выставила своего двоюродного брата на улицу посреди ночи? Ещё и исключила его из завещания. Из-за чего был весь этот сыр-бор? — Точно, припоминаю. Кажется, ее горничная сказала, что видела его около сейфа несколько раз. — Да, ты прав. Такая мелочь, но госпожа Ли так взбесилась! — Я вас услышал, — Сокджин еле слышно вздохнул, а затем продолжил, — так чего вы хотите? Конкретно. — Почему бы ни поработать вместе? Одна голова хорошо, а три — ещё лучше, — Чонгук постучал пальцем по своему виску. — Разве не так? — Тут как посмотреть, — ухмыльнулся Сокджин. — Деньги тоже придется делить на троих. — Без этого никак, — пожал плечами Юнги, — но один ты точно не справишься. По тебе с первого взгляда понятно, что навыки вора у тебя так себе. Пришлось бы прибегнуть к наемникам, а никого лучше нас не найти. Поверь на слово. И ещё одно — делиться тебе бы пришлось в любом случае. — О чем это ты? — спросил Ким, а Шуга кивнул в сторону Чимина. — Ах, да, конечно. Я надеялся, что доли не будут равными. — Если хочешь, чтобы дело выгорело, лучше никто не обделять. Иначе в самый ответственный момент начнёшь объясняться, почему кому-то досталось меньше. Всем достается поровну — мы следуем этому правилу и тебе советуем. — Итак, с утра я надеялся заполучить весь алмаз, а спустя пару часов мне может достаться только его четверть? — Нет, с утра у тебя не было ни шанса, а теперь тебе, возможно, повезет, — хмыкнул Юнги. — Если, конечно, ты не ошибся с выбором флориста. — А что не так с Пак Чимином? — Лучше скажи мне, что так. Здесь было столько вариантов, а ты выбрал самый неподходящий из всех. — Думаешь? — Сокджин встал, стряхнул со своих брюк невидимую пыль, а затем поднял руку вверх. — Чимин-щи, не могли бы вы задержаться ненадолго? — Да, сейчас, — Пак уже собирался выходить из зала, но развернулся и подошёл к стоящим неподалеку собеседникам. — Вы что-то хотели, Сокджин-щи? — Да, познакомьтесь, это мои… Коллеги. Тоже будут работать на этой свадьбе. — Все верно, я — фотограф, Чон Чонгук, а это — один из организаторов банкета, Мин Юнги, — Чонгук слегка поклонился в знак приветствия. — Приятно познакомиться, — Чимин вежливо поклонился в ответ. — Я буду счастлив поработать с вами. — Мы тоже безумно рады, — Сокджин улыбнулся и положил руку на плечо Пака, — но я позвал вас не поэтому. Все думал о том, где же я видел вас раньше, и, наконец, вспомнил! Вы же знакомы с мистером Чон Сонмином, преподавателем современного танца Пусанского университета искусств? — Да, конечно, — на лице Чимина появилась теплая улыбка, — он был моим учителем, и я состоял в его коллективе, когда был студентом. — Точно, вот там я вас и видел! Он как-то показывал мне записи со своих отчётных концертов, а вы были одним из солистов. Вы так выделялись! — Правда? — Да, я как раз спросил Сонмин-хена о вас, и он сказал, что вы были его любимчиком. — Не то чтобы… — Пак слегка засмущался, но было видно, что ему приятно слышать это. — Почему вы не продолжили карьеру танцора? — Сокджин выглядел настолько удивленным и участвующим, что сомневаться в его искренности не приходилось, хотя и стоило бы. — Обстоятельства сложились не в мою пользу, — уклончиво ответил Чимин. — Вот как, — Сокджин понимающе кивнул, — в любом случае, семейный бизнес — это тоже прекрасно, но мне жаль, что вы больше не танцуете. — Мне тоже, — едва слышно произнес Пак. Лицо Чимина становилось все мрачнее и мрачнее с каждым словом Сокджина. Чон подумал, что Паку наверняка сложно с этим по жизни — все его эмоции будто на ладони, невозможно скрыть, о чем он думает или что чувствует. Похоже, это тема задевала его действительно сильно — больше, чем они предполагали. — Знаете, сегодня мы устраиваем небольшой ужин, — Чонгук обратился к Чимину так внезапно, что тот слегка вздрогнул, — хотим познакомиться поближе, раз уж нам придется работать вместе. Не хотите присоединиться? — Даже не знаю, я не помешаю? Чон слегка пнул Юнги ногой, призывая сказать хоть что-нибудь. Мин на секунду закрыл глаза, а затем открыл и сделал самый дружелюбный вид, на который был способен: — Конечно же нет, мы будем рады видеть вас. Почему бы нам ни встретиться в кафе у озера около 8-ми? Вы, наверняка, знаете это место. — Да, я с радостью, — улыбнулся Чимин. — Мне уже пора, так что… — Конечно, не будем вас больше задерживать, увидимся вечером, — Ким помахал рукой на прощание и вскоре Пак скрылся за дверью конференц-зала. — Итак, каков ваш окончательный вердикт? Он все же подходит для этого дела? Юнги злобно покосился на Сокджина, развернулся и также пошел по направлению к выходу. Шуга не любил признавать чью-то правоту, особенно когда ошибался сам, но и отрицать данные факты не мог. Чонгук едва заметно посмеялся над такой детской реакцией своего друга, помахал Киму на прощание и направился вслед за Шугой. — Подожди! — Сокджин остановил Чона рукой, не дав ему уйти. — Зачем тебе это? Твой напарник явно не в восторге от работы со мной, я занял Чимина, но вы вполне могли бы найти кого-нибудь ещё. К тому же, у вас было преимущество — вы знали обо мне, но я ничего не знал о вас. Зачем делиться? Зачем подключать меня к этому делу? — Даже не знаю, — Чонгук сделал задумчивый вид, а затем посмотрел Киму в глаза. — Наверное, ты просто понравился мне. Несколько секунд Ким просто молчал, слегка приоткрыв рот от удивления. Так и не найдя подходящего ответа, Сокджин предпочёл развернуться и поспешно уйти в другую сторону. Чон улыбнулся так широко, что его щеки сразу заболели — дразнить этого хёна оказалось ещё веселее, чем он представлял. Выйдя, наконец, на улицу, Чонгук сел в машину к Юнги, который на протяжении всей поездки ворчал о том, что ему все это не нравится. Чон почти не обращал на это внимание — через пару часов старший успокоится и взглянет на ситуацию трезво. Приближенный к жениху и невесте человек им точно не помешает, с учётом недостатка информации, а стоимость алмаза так высока, что даже четверть прибыли от его продажи — огромная сумма. Что касается самого Чонгука, то он был уверен, что сорвал джекпот: у него появился шанс прибрать к рукам не одну драгоценность, а целых две.