"А что ты сделаешь ради своей семьи?"

\\// \\// \\// 2258 год. Меня явно накачали какими-то модифицированными лекарствами (ведь обычные - для людей - на нас не действуют). Я не мог пошевелиться три часа (я просто не чувствовал своего тела). В голове был туман, я почти не мог думать. Разум скакал от одной мысли к другой, ни на чем конкретно не останавливаясь. Я ничего не чувствовал, будто из меня выкачали все силы и эмоции. Я помнил все (я недавно убил людей?), но ничего меня не интересовало. Все три часа я тупо пялился в потолок. Сначала стала возвращаться подвижность конечностей. Я смог пошевелить пальцами рук и ног. Через некоторое время я мог функционировать всем телом, но цепь мешала мне размяться. Далее стали появляться эмоции. Снова захотелось крушить и убивать. Я снова чувствовал гнев и ярость, но мне надо было серьезно подумать, поэтому я отодвинул все на задний план. Кроме Джона. Меня не убили, нет. Меня явно усыпили тогда, в 2010-ом. Значит, я провел во сне двести сорок восемь лет. Так. Если они не убили меня, то… Во мне стала зарождаться надежда. Джон! Умоляю, пусть Джон тоже будет жить! А, может, они всю мою семью усыпили? Надежда затопила все мое сознание, оттеснив все другие эмоции. Надо выбраться отсюда и найти их. Я приподнялся (насколько позволяла цепь), чтобы осмотреться. Именно в этот момент часть стены с шипением отъехала (хм, дверь?). В помещение вошло пять человек. Четверо в красной форме окружали одного в серой (с белой вставкой на… кителе, да). - Не старайся, - произнес Серая Форма. Я сразу узнал этот голос (пожилой и властный голос). Именно он назвал год. Именно от него была та голубая вспышка, из-за которой я потерял сознание. Я дернулся в его сторону, но мужчина лишь усмехнулся. – Ты все равно ничего не сделаешь этим цепям. Они из очень прочного сплава… - Кто ты?! – не дав ему договорить, я рыкнул на него. Ну, точнее, прохрипел, ведь почти двести пятьдесят лет не использовал голосовые связки. Этим я вызвал еще одну усмешку на его лице. Я его уже ненавижу. - Я адмирал Александр Маркус. С пробуждением. - Где моя команда? – мне срочно нужно подтверждение моей теории, или я к чертям собачьим все здесь разнесу, и никакие цепи из специального сплава меня не остановят. - О, сразу к делу, да? – да когда у него морда треснет от этих ухмылок? - Отвечай! Быстро! – я снова дернулся всем телом, отчего кровать немного накренилась. Четверо в красном нервно вскинули свое оружие на меня. - Ты не в том состоянии, чтобы… Я стал сильнее рваться на свободу. Лязг цепей заглушил его слова. Я раскачивал койку (она явно не такая крепкая, как цепи). Я видел, что они все боялись меня, даже этот Маркус. - Если не хочешь кровавой бойни, - прошипел я, - то говори сейчас же! Где. Моя. Команда?! - Они целы и невредимы, - сразу же ответил адмирал. - Все 72 человека находятся сейчас в крио-капсулах в состоянии анабиоза. Маркус еще что-то говорил, спрашивал, но я его уже не слышал. Единственная мысль, что билась у меня в голове, так это то, что они живы. Моя семья жива! Джон жив, он не умер! Я понял, что у меня на глазах выступили слезы. Они потекли по вискам, но мне было все равно, что их видят посторонние. «Они живы! Живы!» - кричал в моей голове голос, очень похожий на голос Джона. - Мне нужно увидеть их. Выпустите меня, - я попытался успокоиться, попытался подавить свою ярость из-за того, что меня держат здесь. - Ты куда-то торопишься, парень? – Маркус сел на стул в углу помещения. – Я думал, что мы поговорим. Например, о том, зачем я тебя оживил. И мне нужно о многом тебя расспросить. - Дайте мне их увидеть, и я отвечу вам на ваши вопросы. Я видел, что Маркус колеблется, что-то решает в своей маленькой глупой голове. Я хотел его поторопить, но мне нельзя сейчас поддаваться эмоциям, а то снова усыпят. Видимо, у него был какой-то план, поэтому решение его было в мою пользу. - Ладно, парень, я отведу тебя к ним, - он сделал какой-то знак своей охране и те осторожно подошли ко мне. Я клацнул зубами, когда один потянул руки ко мне. Он так подпрыгнул, что будь ситуация попроще, это бы повеселило меня. Когда меня, наконец, освободили от цепей (а делали они это очень долго, трусы несчастные), я рывком спрыгнул с кровати, снова напугав бесполезную охрану, и подошел к уже ждущему меня у двери Маркусу. Я заметил, что он что-то держал в руке. Присмотревшись, я понял, что это было что-то наподобие наручников. - Вы не оденете на меня наручники, - остановившись, прошипел я, - в этом нет нужды. Я не собираюсь никуда сбегать, ведь у вас моя команда. - Нет уж. Руки, быстро! Я прищурился и немного наклонился к нему. Какое-то время мы просто стояли так, всматриваясь друг в друга. - Если вы настаиваете на наручниках, - я распрямился и теперь смотрел на Маркуса сверху вниз, - то я убью всех в этой комнате, а потом пойду на поиски крио-капсул с моей командой. Я не знаю, где они, поэтому бродить я буду долго, и каждый человек – будь то мужчина или женщина – любой человек, который попадется мне под ноги, будет уничтожен. И, поверьте мне, я не шучу с вами, адмирал. Маркус стоял, протянув руку с наручниками в мою сторону, и явно раздумывал. Я давно уже понял, что все люди – идиоты! Чтобы до них быстрее дошло, нужно действовать, а не кормить обещаниями. Я рванул к ближайшему ко мне Красной Форме. Молоденький. Симпатичный даже. Ну что ж, значит, нужно сделать с ним что-нибудь поинтереснее, ведь просто сломать шею будет скучно. Я положил ладони на его грудь, соединив кончики пальцев на грудине. Парень начал тяжело и поверхностно дышать (кажется, он даже начал всхлипывать). Я уже начал сжимать пальцы, давя на ребра, медленно ломая их, как меня остановил крик Маркуса с мольбой остановиться. - Так мы идем к моей команде без наручников? – уточнил я, лениво расслабляя пальцы, отчего парень стал медленно оседать на пол. - Да, да, мы идем, - бормотал адмирал, смотря на своего охранника. Я лишь усмехнулся и подошел к стене, где была (насколько я помнил) дверь. /|\/|\/|\ Мы шли какими-то бесконечными коридорами. Все было белым или серым (никакой фантазии). Я запоминал дорогу и наблюдал за людьми, идущими нам навстречу. Я шел справа от Маркуса, а слева от него были двое охранников (тот, молодой, видимо, не смог даже подняться, а четвертый Красная Форма остался с ним). На меня смотрели. Нет, просто откровенно пялились, а я – на них в ответ. Все были одеты в похожую по покрою форму (серую, красную, белую). А, кстати, в чем был я? Опустив взгляд на себя, я чуть даже не споткнулся, увидев фиолетовую рубашку, брюки и туфли (но одежда была вся в пятнах крови, старой и свежей). Я был в том, в чем и в тот день почти двести пятьдесят лет назад. Теперь понятно, почему на меня смотрели, как на инопланетянина (ну, далеко в своих предположениях они не ушли). Перед глазами стали появляться картинки, связанные с этой рубашкой. Ее очень любил Джон. Он часто проводил по ней ладонями, поглаживая. Интересно, она сохранила запах Джона? Вряд ли, от меня сейчас за милю несет кровью. Я вынырнул из воспоминаний как раз в тот момент, когда мы остановились у огромной стены высотой метров в шесть-семь. Маркус подошел к стене и проделал какие-то манипуляции рядом с дверью. Хм, видимо, просто нажав кнопку, ее не открыть. Дверь отъехала в сторону, открывая темный вход, и Маркус вошел туда. Я шагнул следом в темноту. Резко включился свет (меня даже немного ослепило, поэтому пришлось закрыть глаза). Можно было и не напрягаться со светом, я и в темноте прекрасно вижу. Открыв глаза, я увидел что-то наподобие огромного ангара. Только вместо самолетов вдоль правой стены на каких-то подставках лежали крио-капсулы. Я уже было шагнул к ним, как дорогу перегородил Маркус. - Только без шуток, - со сталью в голосе предупредил адмирал. Впрочем, попытка запугивания у него провалилась, поэтому я лишь посмотрел на него сверху вниз и, обойдя его, подошел к ближайшей крио-капсуле. Номер один. Я взглянул в окошечко, через которое видно лицо. Том. Значит, тебя первого нашли, брат мой. Я обвел указательным пальцем его лицо, оставив на холодной глади стекла мутную полоску. Ох, мои руки отмыли от крови (только сейчас заметил). Странные люди. Я подошел ко второй капсуле. В этой Ан. Глупый малыш. Наверняка доверился не тем людям. Следующей была Дон. О, они были вместе, я уверен. Они никогда не расставались. Я подходил к каждой капсуле. Я безумно скучал по своей команде. По своей семье. Мне так хотелось с ними поговорить. Обнять. Хотя бы дотронуться до их теплых тел. Пятьдесят шестая. Май. Мой любимый старший брат. Даже ты не смог сбежать. Шестьдесят девять. Трей. Брат, интересно, что бы ты сделал, окажись в моей ситуации? Семьдесят. Гарри. Ты, наверное, кричала бы на всех, ругаясь на каждом из известных тебе языков. Семьдесят… два? Тетушка Хадсон (как часто мы ее называли). А где же?.. А, вот и последняя крио-капсула. Джон… \\// \\// \\// 350 лет назад. - Май, кто это? – Хан подошел к своему брату. - А, это новый образец, - Май усмехнулся, увидев отвращение на лице брата. – Не переживай, он тебя не сможет укусить. - Хах, он? Да он меня даже пальцем не тронет, - Хан скрестил руки на груди, наблюдая за новым членом их команды и семьи. Каждый новый образец их расы должен пройти «проверку на прочность», сразившись со своими собратьями. Последнее время новичков выставляли против Хана, который был одним из самых сильных представителей сверхлюдей. - Привет, - вежливо поздоровался новенький, чуть склонив голову и посмотрев в упор на Хана. - Здравствуй, - ответил ему Май, кинув взгляд на Хана, который с явным презрением рассматривал нового. - Ты и минуты не продержишься со мной, - наклонившись, прошипел брюнет прямо в лицо по-доброму улыбающемуся новичку. - Эй, Хан, будь повежливее, - снисходительно улыбнулся ему Май. - А, так это тебя зовут Хан? – новенький улыбнулся еще шире. - Да, а меня зовут Май, - он удивился храбрости (или глупости) этого нового маленького сверхчеловечка. – А как твое имя? Тебе его уже дали? Новичок кивнул и серьезно произнес: - Джон. \\// \\// \\// 2258 год. Я подошел к последней капсуле, к Джону. Я положил ладони на окошечко, прямо над его щеками. Поглаживая пальцами стекло, я рассматривал его лицо. Такое спокойное. Нет, оно словно неживое. У меня сердце сжалось от боли. Все остальные выглядят так, как будто спят, а Джон… Он такой бледный, словно фарфоровая кукла. Что-то капнуло на нос Джону (на стекло, СТЕКЛО, будь оно проклято!). Снова слезы (я стал такой плаксой). Джон бы разозлился, увидев такого меня. Или заволновался бы. Да, скорее всего, второе. В его синих глазах плескались бы беспокойство и недоверие. Он бы рассмеялся, увидев, что я плачу над ним, когда он жив (он жив, жив!). Потом назвал бы идиотом. А затем крепко обнял бы, запустив пальцы в мои кудри. Ох, кудри. Я оторвал одну руку от стекла и запустил ее в волосы. Меня не остригли. Еще одно сладко-болезненное воспоминание о Джоне. Он ведь никогда не разрешал с ними что-то делать. Джон, Джон, я тебя вытащу. Я спасу всю нашу семью, обещаю! - Джон… - тихо прошептал я и, наклонившись, прислонился сначала лбом, а потом губами к стеклу. Выпрямившись, я обернулся к Маркусу, так и стоявшему в дверях, - Адмирал, я готов выслушать вас и ответить на все ваши вопросы. Он лишь победно ухмыльнулся и вышел за дверь, жестом показав следовать за ним.