Больная

Лебедеву казалось, что он сходит с ума. Воспаленный мозг рисует картинки из детства, где Юля всегда милая и спокойная девочка, которая всегда отличалась хорошим поведением и жизнелюбием. А сейчас она стала в прямом смысле слова ходячей неприятностью. С годами она изменилась — превратилась в шикарную девчонку. Тёмные недлинные волосы, карие глаза и шершавые потрескавшие губы. Упрямство — это у неё в отца. Запах духов, мешковатая одежда и полное непослушание. В общем не переходный возраст, а просто ужас. — Не понимаю, какого хрена ты такая дура? — полковник не может не срываться на крик. Опять проигнорировала его слова, сбежала из дома. Опять заставила волноваться. — Я тебе неясно сказал? Сидеть дома. Значит будь добра сидеть дома! — А я что, должна по-твоему мнению вечно под замком сидеть? У меня в конце концов есть друзья, с которыми я хочу общаться! Ты не можешь мне вечно всё запрещать! — очередная отговорка бьёт по мозгу, выписывая ложные надежды на отсутствие вообще любого родства между ними. Потому что, что он чувствует, совершенно аморально. — У нас тарелка на город упала, если ты конечно заметила! И, знаешь, мне есть чем заняться! Я не могу постоянно следить за тобой и твоим отмороженным другом! Сколько мне ещё раз тебе повторять, что я против ваших отношений? Полковник как обычно забирает её от Артёма, с кем ему встречаться совершенно не хочется. Он впихивает её в бронированный джип, а сам садится за руль. Лебедев думает, что он полнейший идиот. Больной и ненормальный псих, который влюблён в собственную дочь, но ещё не полностью определил степень своего сумасшествия. Думает, что пора бы пустить себе пулю в висок из табельного не оставляя никаких записок. Но полковник понимает, что он не сможет без неё, как и она без него. — Ну, а ты скажи мне, почему ты его так ненавидишь? За что? Что он тебе сделал? — у нее уже истерика, — тебе так нравится, да? Обвинять людей без доказательств! — у неё загнанный взгляд и трясутся руки. — Сказать нечего, м? — Полковник думает, что он сейчас расплачется от безысходности. От того, какая она сейчас, упрямо выдающая страх за ненависть к нему. Лебедеву нечего сказать, он только прикусывает губы и мечется взглядом по ее фигуре, заглядывает в красные от ярости глаза. Юле же хочется броситься к нему на шею, попытаться успокоить и его и себя, но изо рта вылетают одни ругательства. — Почему ты просто не можешь оставить нас в покое? Ты только и можешь, что орать на меня, обзывать дурой и закрывать дома на замок. Иногда мне кажется, что у тебя ко мне какая-то больная ненависть, пап — Юля успокаивается и прерывисто дышит, пока отец переваривает её слова. — Потому что ты единственная, кого я по-настоящему люблю, Юля! А ты, как и обычно, ведешь себя так, будто я тебе никто, уходишь из дома, наплевав на все мои слова.- он словно даёт ей словесную пощёчину, приводит в чувства. Она рывком бросается к нему, уходящему, виснет на шее, больно обхватывает шею худощавыми руками. — Прости, прости, прости, — она шепчет, как мантру одно и то же, всё ещё виснет на его шее. Лебедев слабо сопротивляется, пытаясь расцепить её руки и вылезти из объятий — не сейчас. Но, она не отцепляется, и как колючка, запутавшаяся в волосах, шепчет «прости». — Отцепись, Юль. — дочь полковника ослабляет хватку и теперь держит его за плечи; они оба словно не замечают, как же близко стоят друг к другу. — Просто прости меня, ладно? — голос у неё умоляющий, хриплый, и слёзы скатываются по бледным щекам. Лебедев дрожащими пальцами вытирает мокрые дорожки, размазывает по лицу тушь (ну нахера она тебе сегодня, Юль?) и обхватывает ладонями лицо, — Я тоже люблю тебя, пап! Нужно-ненужные слова. Лицо в его ладонях трясёт от истерики, и дыхание обволакивает его руки теплым потоком. Она его раздражает, бесит, добивает своим виноватым взглядом; мозг не осознает, как он тянется к её лицу своим, сверлит взглядом, приближаясь к ней. Он впечатывается своими губами в её, сам того не осознавая, но она не сопротивляется и вжимается в ответ, хватаясь пальцами за его затылок. Трёхсекундный поцелуй разрывается, и они оба в абсолютной прострации. Полковник не понимает, что он только что совершил. Какого черта? Но не жалеет. Просто сейчас поедет на работу, погрузится во все свои дела. Пошлёт всех нахрен. Психанет. Или что там ещё делают после мыслей трахнуть собственную дочь? Застреливаются? Юля же уедет к Артёму, всю ночь будет думать об этом и окончательно влюбится в своего отца..