Принцесса-Солнце

~ о разных тварях, рыщущих в ночи ~

– Тебе… тебе случайно не нужен оруженосец? Кассандра покосилась на Вэриана через плечо. Тот возник рядом, когда она заканчивала готовить Коня к дороге, потоптался и выпалил всё на одном духу. – Я пока могу поднять меч без ассистентов, спасибо, – она заметила Юджина, тот вышел наружу и стоял сейчас во дворе неподалёку. – Принцу пойди помоги, не зря же у него вас целых два. – Я только для удобства называюсь, – Вэриан мотнул головой. – Оруженосец – Ланс, он при Флинне с детства. А я сама знаешь, как с ними оказался. – Так тебя не успели посвятить? – спросила Кассандра, выводя Коня из стойла. – Когда у вас становятся оруженосцами? – В пятнадцать. Мы сбежали за неделю до моего дня рождения, так что… – Ты вроде не сильно расстроен, – заметила она, не слишком скрывая зависть. В Тёмном Королевстве посвящение в рыцари мог принять каждый дворянин, а стать оруженосцем – вообще каждый, кто не совсем уж с улицы пришёл. Для этого не нужно из шкуры вон лезть и доказывать, что ты достоин. Кто-то даже не особо мечтает. – Я нет, – ответил Вэриан. – Я ведь и так путешествую с принцем, а официальный ранг мне зачем? Я человек… – ... Науки, я помню, а теперь собирайся и расскажешь на ходу. Эй, вы закончили? – крикнула она Юджину с Лансом, заболтавшимся у входа в конюшню с кем-то из прислуги. Дождь кончился ещё до рассвета – можно было выезжать. И побыстрее, пока дорогу не заполонили засидевшиеся путники, и можно было проехать свободно, поэтому обсуждать план решено было по дороге, тем более что: – Нет у них карты, – проворчал Юджин вскоре, подходя к стойлу. – Все грамотные, наизусть город знают, а что Корона за воротами не кончается – не их забота. – Покажете мне свою, – сказала Кассандра, – леса и горы в Короне стоят как стояли, остальное уточняется. На выезде начальник стражи в простых и ясных выражениях объяснялся с молодыми привратниками, затравленно сжавшимися у охранной будки. – Что ты так разоряешься, милейший? – поморщился Юджин, когда очередной поток брани грянул чуть ли не в ухо. Служивый, густо покраснев от крика, развернулся к Юджину и гаркнул не слишком вежливо: – Проезжайте, сударь, не ваша забота! – и обернулся к своим жертвам, потрясая кулаком. Понять что-то было довольно сложно – кто-то кого-то не выпустил или наоборот, не впустил, и это было проблемой. Четверо пробились сквозь толчею и поторопили коней. Кассандра кинула взгляд на уже виденный столб, но плакат окончательно сорвало ветром, на гвозде висел только оборванный клочок. Зато красовались новые – уже о розыске бандитов. – С преступностью у вас тут совсем запущенно, – заметил Юджин, тоже мельком взглянув на плакаты. – Как они меня-то сразу узнали в лицо? Его на монетах пока не чеканят. – В смазливую рожу, – уточнила Кассандра. – Сделай милость, – принц любезно улыбнулся, – не порть настроение с утра пораньше. Или порть, но кому-то другому – у меня оно и так не очень. – Часть моей работы, – мимо них с руганью протолкался оборванный мужик с тележкой, и Кассандра взяла поводья. – Давайте уже двинем, мы проход загородили. Сразу припустили быстрее, чтобы оторваться от хлынувшей из города толпы и потом ехать спокойно, тем более что дорога была прямая и достопримечательностями не пестрела, до тех пор, пока не добрались до перекрёстка с указателями. Широкая утоптанная часть вела в столицу Короны, дороги поуже сворачивали к другим городам в паре сотен миль. Кассандра ещё побывала не во всех и уверенно указала на левую крайнюю. – Туда. – Почему не по главной? – Там удобный объезд. Дайте сюда вашу карту, – она развернула расчерченный лист и постучала по краю ногтем, – насколько я помню, можно обогнуть через небольшой город и пару деревень и выехать на главную дорогу ближе к центру, – она всмотрелась в карту. – А вот тут, кстати, роща. А тут река разлилась, и теперь их три. Будет привал – придётся перечертить. – Ты знаешь Корону вдоль и поперёк? – приподнял брови Юджин. – Она просто промышляет грабежом, когда нет других заказов, – поддел Ланс. – И знает все развилки. – Очень смешно, – скривилась Кассандра, – а теперь сворачивайте, или будем стоять тут до темноты?

***

Юджиново настроение, которое «и так не очень», оказалось очень шумным – он и так держался легко, но теперь расслабился окончательно. Снялось неуловимое напряжение – теперь троица могла говорить свободно, как раньше, и не бояться, что кто-то проболтается. Но не Кассандра. Сначала она всё думала, о чём точно стоит молчать и как выходить из положения, если ляпнет лишнего при обсуждении плана, но болтовня вокруг отвлекала и даже втягивала. Ланс в красках вспоминал о том, как их ещё до въезда в Корону пытались обобрать цыгане. – Говорят Флинну: ты не тот, кем зовёшься, и дорога твоя неясна, но за пару золотых вроде как прояснится, золото разгоняет колдовской морок. – Вообще-то серебро разгоняет морок, – высказался Юджин. – Серебро против нечисти, – вставила Кассандра. – От чего похуже морока. – Что, вы серьёзно? – Вэриан дёрнул поводья, и Вольфганг недовольно заржал. – Серебро имеет совершенно конкретные физические свойства, но какая разница, кого им бить? Стрела – она везде стрела, и если не возьмёт обычная… – То возьмёт взрыв, – расхохотался Ланс. – В твоём стиле. Ты вообще что там смешивал перед побегом, что так рвануло? – Особый состав, – Вэриан насупился. – Для чего на этот раз? – поинтересовался Юджин. – Для того, чтобы провести в замке систему отопления и не греть воду над камином. Это было бы намного быстрее и… – И громче, – поддакнул Ланс. – И он почти получился, – Вэриан посмотрел на него исподлобья. – После опыта можно было патентовать и применять повсеместно. – Как эта дикая смесь зовётся? – вздохнул Юджин. – На этот раз. Вэриан смутился, но, собрав всё достоинство, сказал: – Я назвал его Флинолиум. Тут Кассандра не выдержала и расхохоталась, и пояснила, всё ещё уткнувшись лбом в гриву Коня: – Вот как можно обращаться к Его Высочеству. Кажется, я нашла компромисс. Горе-изобретатель назвал какой-то важный для себя состав в честь принца, а тот даже глазом не повёл, видимо, привык, а Ланс теперь ещё долго будет смеяться над мальчишкой за такой громкий жест. Есть смысл посмеяться над принцем, тем более что такой смысл есть всегда. – Она слишком много знает, – вздохнул Ланс. – Отпускать, когда закончим сделку, опасно. – Ну почему, – подхватил Юджин, – её можно шантажировать – назвать в её честь какую-то дичь и… – Вид ценных для науки змей, принесшему – награда. – Или… – Или вы заткнётесь, или по Короне пойдёт байка о том, что ты сбежал из-под венца. Из отчаянной застенчивости. – Тебя веселит только издевательство над людьми, да? – В основном, Флинолиум.

***

Дорога была неудобная, по обочинам уходила в промытые дождём всё ещё грязные канавы, так что по-человечески расположились на привал только к концу дня. Кассандра отобрала карту и, пока не стемнело, села исправлять её по памяти, отговорившись тем, что часто сопровождала купцов и дороги хорошо знает. Остальные раскладывали вещи и кормили коней. – А что, оруженосцы у вас работают и за поваров? – поинтересовалась она, краем глаза смотря, как Ланс доставал из сумок свёртки. – На тебя как ни взгляни – вечно носишься с какой-то едой. – Радуйся, что кто-то заботится о насущном, – поджал губы Ланс. – Куда ни плюнь – почти коронованная особа, человек науки, и ещё ты… – Не надо в меня плевать, – предупредила Кассандра. – В глаз получишь. – Он хоть не ядом, – вступился за оруженосца Юджин. – Может обсудим план? – устало предложила Кассандра. – Я исправила ваше художество, и как только до Короны доехали, непонятно. – Доехали красиво, – Ланс расстелил на земле покрывало. – Как только выбрались из королевства, потому что там особо не поездишь, везде скалы и... сбегай за сыром, в крайней сумке завёрнут, – Ланс с набитым ртом толкнул сидящего рядом Вэриана локтем. Тот нехотя пошёл к куче багажа. – Так вот, – продолжил Ланс. – Я тогда ещё про цыганку не договорил. Страшенная бабка, смотрит и как будто приговор сейчас тебе выскажет. А у неё ещё макака… – Где? – послышалось от поклажи. – Нет тут никакого сыра. – Есть, – крикнул Ланс, – ищи лучше, исследователь. Макака в тюрбане. С безумными глазами – видно, неудачно с ветки свалилась, так вот… – Не нашёл, – Вэриан вернулся к лагерю. – Сам ищи, если хочешь. Ланс возмутился и пошёл проверять, а потом сообщил, что ещё какая-то еда пропала. Он нашёл погрызенное яблоко и сунул его под нос каждому, но никто не признался. – Мелкие звери? – спросил Юджин. – Когда только успели. – Пока вы языками чесали, – Кассандра подвинула наваленное на скатерти и разложила между ними карту. – А теперь давайте к делу. Сейчас предстоит говорить о принцессе, а это рискованно и, скажем так, не слишком весело. Но начинать было нужно. – Рассказывайте, чем вы думали и хоть приблизительно – как собирались искать? – На самом деле, – признался Юджин. – Мы думали проехаться без плана, и уже в столице говорить с королём. – Ни в коем случае не едьте говорить с королём, – отрезала Кассандра. – Не так, не в лоб. Запомни, в столице об этом не говорят, и даже ты на своих особых правах, – она не сказала «жениха», – не можешь говорить об этом открыто. Не принято. Считай, запрещено. – Мы хотели узнать, как обстоят дела, – принц нахмурился, – до нашего дворца мало что доходило. Сплетни, пара писем от Фредерика к моему отцу в первые годы, и всё. И то, – он ухмыльнулся, – мы их прочли нелегально. Ланс самодовольно отзеркалил ухмылку. – Откуда такие навыки? – поинтересовалась Кассандра. – Воровские. – Мы разве не рассказывали? – Юджин с Лансом переглянулись. – Ланс в молодые годы себе так путь к величию прокладывал. Попал во дворец пацаном, когда пытался стащить из кухни столовое серебро, но его поймала кухарка. – А Его Высочество за меня вступился, и вот я здесь. Я из приюта сбежал, – пояснил Ланс, не сильно расстроенный этим фактом. – Там было не очень, а вот во дворце я зажил. – Его усыновил камердинер отца, – сказал Юджин. – Это всё ужасно интересно, – поторопила Кассандра, – а теперь вернёмся к теме. Что писал Фредерик? Фредерик писал о том, что поиски ведутся, но мало что сулят, и что помолвку надо отложить, а возможно и расторгнуть, потому что он не имеет права стеснять будущее Тёмного Королевства своей бедой. Эдмунд, видимо, ответил, что это не к спеху, и принцесса, он уверен, найдётся, и предлагал Короне помощь. Дальше было неясно, почему не организовали нормальные поиски, но в Корону был выслан кто-то из Братства. Он вернулся с некими поручениями от Фредерика, но отряд так и не снарядили, хотя у тёмных рыцарей были высокие шансы. Судя по датам, это происходило в первый год после похищения – тогда, когда Квирин, отец Вэриана, привёз в Тёмное Королевство жену. Похоже, эти трое действительно не знали того, что творится в их собственном замке. Что король Эдмунд, что королева, что остальные – ничего не рассказывали своим сыновьям. Не было натянутости и тайны, сплетни не пресекались – они виртуозно растворялись в массе других разговоров. Сделано это было мастерски. Спрашивать о том, что случилось в Тёмном Королевстве перед рождением принца, не имело смысла – никто, кроме королевской четы и доверенных лиц, похоже, этого не знал. И несложно было поверить, что никакие документы и письма об этом не сохранились. – Ладно, – Юджин потёр затылок и сразу пригладил волосы. – Признаю, план был очень условен. – Его вообще не было, – вздохнула Кассандра. – Смотрите, – принц расправил карту. – Вэр правильно говорил, что если с чего-то начинать, надо исключить совсем уж глушь и сначала ехать туда, где шансов больше. Что мы можем? Не проверять каждый дом, конечно, но, во-первых, собрать слухи. В народе, как я уже понял, говорят больше и полезнее, чем кажется. – Народ тут не такой уж разговорчивый, – заметил Ланс. – Помнишь, как в том селе… – Ланс, дружище, мы же поняли подход. В том селе в нас узнали жутко важных особ, а сейчас мы во всеоружии. Узнаем ситуацию, а потом можно самим аккуратно запустить нужные слухи и посмотреть, что выйдет. – Ты откуда такой хитрый взялся? – прервала его Кассандра. – Запустишь слух, потом сам же и собьёшься, когда люди его подхватят. – Так я грамотно запущу, – обнадёжил Юджин, – так, что сыграет на пользу. Людей надо расположить к себе – кстати, посмотришь, как это делается – расспросить, а потом… – Сначала надо просто спрашивать и слушать. Если это все идеи, то их негусто, но для начала сгодится, – Кассандра встала. – Ночью в деревню соваться нет смысла. Я за хворостом.

***

Караулил Вэриан, остальные с непривычки сразу уснули – давно не проводили столько времени в седле. Ночью то и дело слышалась какая-то возня, но все сквозь сон только плотнее укрывались плащами. Зато утро оказалось громким. Послышался визг, Юджин, Ланс и Кассандра почти одновременно вскочили. Вэриан обнаружился неподалёку, вернулся к догоревшему костру и со смехом предъявил всем пойманного за шкирку енота. – Это что? – с непередаваемым выражением спросил Юджин. – Поймал этого малыша под утро, – Вэриан выглядел сонным, но довольным. – Полночи шорохи у вещей слышал, но не мог разглядеть. Пересел поближе, жду – а там еноты! Это они еду воровали. – А этого оставили как откуп? – хищно поинтересовался Ланс. – Из него много не сваришь. – Этот залез в сумку и не смог вылезти, – сказал Вэриан. – И я забираю его себе. Не бойся, Руддигер, он тебя не тронет. – Ты нарочно назвал его в честь мэтра? – Ланса перекосило. – Пфу ты, забирай пожалуйста. Больно надо. Во время сборов все прослушали грустную историю о том, как Лансу с указкой у горла вколачивали основные науки и правила хорошего тона, но вскоре их общий учитель, невысокий энергичный дядька с проседью, понял, что дело безнадёжно. Кассандра сказала – она подозревала, что Ланс неграмотный. Юджин в защиту друга сказал, что тот не придворный летописец, а оруженосец, и особых навыков вроде каллиграфии (читай – элементарной грамотности на письме) ему не требуется. Вэриан в отместку, видимо, за всё, начал говорить что-то про бал и принцесс, но вскоре сам залился краской и стушевался. По сдавленному смеху, а потом и хохоту Юджина – единственного, кто наблюдал за ситуацией со стороны и искренне наслаждался, пакуя в дворцовых покоях свой багаж, выяснилось, что те два дня Ланс осаждал лабораторию и уговаривал Вэриана написать за него письма ряду приглашённых девиц по длинным чёрканным-перечёрканным черновикам, от воспоминания о которых у изобретателя до сих пор пылали уши. Было решено, что во взрыве косвенно виноват Ланс.

***

К середине дня доехали до реки, которой не было на первом варианте карты. Лошадей перевели по узким деревянным доскам над рекой, конь Ланса чуть не оступился, но обошлось, и вскоре перед ними показалась деревня – небольшая, но окружённая крепким забором с мощными воротами. Их встретили у самого входа жители – крепкая женщина и несколько хмурых парней-подростков, и сразу стали выяснять, кто они такие. Юджин рассыпался в приветствиях и как-то убедил людей, что они вовсе не грабители и зла не желают, просто путешествуют, и данная деревня кажется им очень живописной. Их, посмотрев исподлобья, пустили. Когда узнали, что они вооружены и среди них есть наёмница, кто-то спросил, не могут ли они помочь. – Разбойники, – объяснила женщина, жена старосты. – Напали уже на несколько окрестных деревень, сейчас, по всему, наша очередь. Мужчины только завтра приедут из города, а с нас, – она кивнула на уязвлённых, но помалкивающих сыновей, – толку мало. Компании был предложен дом старосты и все мыслимые удобства, только бы остались до приезда защитников и не оставили на поругание. Юджин согласился почти сразу. Он выглядел очень великодушно и за обедом уже вовсю расспрашивал хозяйку о том, что слышно в Короне, потому что он был тут давным-давно, в детстве, с родителями, а с тех пор они осели в другом королевстве и ни ногой с фермы, а ему тут ужасно понравилось, так что даже свою угрюмую сестрицу и её жениха – тут Юджин получил под столом в колено – уговорил поехать, а его двоюродный племянник едет в Корону учиться на прорицателя, и его взяли с собой на год раньше, чем обычно принимают в ученики, потому что потом им будет не до поездок. Словом, хозяйка расположилась к этим душевным людям ещё до того, как вскипела похлёбка, и выложила чуть больше, чем им было интересно знать, но дело явно пошло. Под вечер, когда все домашние отправились спать – их заверили, что помощь не требуется – компания осталась в обеденном зале. Пересев к окну, краем глаза следили за дорогой, ведущей от забора к дому старосты, и негромко переговаривались. Бдительность может и была усыплена, но открыто совещаться при местных не стоило, ещё заподозрят в них аферистов, не оберёшься проблем. Фермерский сын пересказывал остальным то, что узнал у других домочадцев, пока родственнички дурака перед ночным бдением валяли, племянник-прорицатель учил енота простым командам и то и дело ловил, когда тот норовил сбежать. Когда закончились новости, разговор как-то плавно перетёк к романам о Райдере – в Тёмном Королевстве давно не было завоза новых книг, и надо бы пройтись по книжным лавкам Короны. А что читала Кассандра? Может она знает что-то, чего не знают Юджин с друзьями, поклонниками этой во всех отношениях великой саги? Кассандра вкратце рассказала, что думает о таких, как Флинн Райдер – что один, что другой. Юджин рассказал, как они с Лансом в детстве пришибли гадюку камнем и сшили из кожи амулеты, как тогда было принято среди самых смелых. Вэриан задумчиво рассматривал енота и решал, не стоило ли назвать его Деманитусом. К утру, когда забрезжил рассвет, и было ясно, что бандиты своё тёмное время прохлопали, все дремали, привалившись к подоконнику, но быстро подобрались, когда Руддигер прошмыгнул по коленям каждого, среагировав на шум. Вставали в деревне рано, но возвращения старосты с товарищами ждали не позже заката. Можно было сдавать работу и ехать дальше, но Юджин уже заливался соловьём, чтобы напроситься и послушать, что расскажут приехавшие из города. Те объявились в сумерках – с десяток самых сильных жителей, тащивших в заплечных мешках то, на что не хватило силы вьючных коней. Они продавали какие-то особые ткани, сотканные зимой, и меняли их на зерно, которого в городских погребах осталось больше с прошлого года, чем в их собственных закромах после голодных холодов. Староста скинул мешок и бросился к дому, но увидел жену и сыновей и устало привалился к дверному косяку. Оказалось – они должны были вернуться намного раньше, но застряли из-за дождя. Деревню ближе к городу сожгли на днях, но последний короткий ливень сохранил большую часть того, что осталось после набега. Они ожидали приехать на пепелище и не могли поверить, что всё в порядке. Тут староста заметил чужаков, но жена объяснила ему, что эти добрые люди караулили их всю ночь, и староста пустился в расспросы. Добрые люди признали, что всё было слишком тихо, и нет, они не видели никакого движения у ворот. День прошёл за новостями из города и окрестностей – какая-то банда пустилась в налёты и грабила деревни одну за другой. Их было немного, и все гадали, не сбежавшие ли это в конце прошлой осени Граббингстоны. Кто-то снова видел плакат об их розыске. Староста даже описал их иностранцам, чтобы те были начеку. – Это не те двое, что к вам в трактире лезли? – негромко спросила Кассандра, когда хозяйка начала накрывать на стол, а домашние – помогать ей в этом. Сложно было не узнать описанных рыжих громил, хотя в той стычке специально ими никто из беглецов не любовался. – Да ладно, – беспечно махнул рукой Ланс, – выбрались же из целой толпы, а на дороге нас будет вдвое больше, чем их. – А сами они вдвое больше нас, – Кассандра мотнула подбородком вверх. – Не считая тебя, конечно. Доверия не внушал и послужной список – грабёж, шантаж, мародёрство, похищение людей, заказные убийства – любая самая грязная работа, полное отсутствие принципов и страха. – Надеюсь, они там задохнулись, – поморщился Юджин, отворачиваясь от окна. Если кто и был у ворот, их было не разглядеть.