Принцесса-Солнце

~о крысе, обезьяне, сумасшедшей ведьме и принцессе с дуэньей, что по борделям ходили ~

Когда Кассандра проснулась, солнце было выше обычного, и вокруг уже что-то происходило. В котелке над костром кипела вода, в ближайшей походной сумке кто-то копошился. По поляне странными полупрыжками носился Юджин. – Ты, – она приподняла бровь, – ловишь коня? Юджин замахал руками и зашипел, призывая к тишине. Уже предупреждённый Вэриан на цыпочках вернулся от коновязи, подсел к костру и стал размешивать что-то в котле. Представление продолжалось. – Его… – Кассандра невольно понизила голос, – кто-то покусал? – Пытался, – так же приглушённо ответил Вэриан, – но Флинн вовремя проснулся. – Надеюсь, не Ланс? Юджин замер, и тут упомянутый оруженосец появился на поляне с воинственным воплем и обрушился на землю куда-то под ногами принца с плащом в руках. – Что вы творите? – вздохнула Кассандра, уже совершенно ничему не удивляясь. Пара широких шагов, и Ланс швырнул в неё скомканный плащ. – Это мне? – спросила Кассандра, разворачивая. Оттуда на неё уставилась крыса, пришибленная и озадаченная. Ланс застыл в предвкушении воплей. Юджин был милосерднее и подошёл, чтобы поймать подарок за хвост, но не вышло. Ланс явно сник. – Мы не подумали, змеи же едят грызунов. Только в общий котёл её не бросай, ладно? Ешь так, – предостерёг он, закрывая широкими ручищами варево. Кассандра привычно обвинила всех в ребячестве, вытащила из сумки за шкирку Руддигера и отдала крысе остатки Лансова ужина. – Флинн, – тихо завыл тот, – я в ужасе начинаю подозревать, что у неё доброе сердце. Кассандра едва удержалась, чтобы не запустить в него тем, что окажется под рукой, хотя бы той же крысой. А потом спросила, где, между прочим, Конь? Про Коня Юджин, конечно, забыл, как и про своего собственного. Интересно, сколько раз в пути он их менял, если никто за ними не следит, и худо-бедно слушался только конь Вэриана. Пожалуй, можно было стребовать за неоценимую помощь другого. Но Кассандре нравился её Конь, она к нему привыкла и просто из принципа не хотела позволять принцу швыряться своим имуществом. Спор продолжался, когда вещи были собраны, кони навьючены, костёр затушен, а крыса благополучно отбыла в лес. – В деревне могут и не продать, самим нужны. Мы так и будем ехать по очереди до самого города? Там несколько суток верхом, а пешком… – Ну как я тебе их поймаю? – Юджин был на грани, Юджина довели. – Они наверняка выбежали к людям, их поймали. Будем спрашивать в деревнях, найдём – выкупим, ладно? – Ладно, – проворчала Кассандра, отодвигая готового сесть на Лансова коня принца и сама поднялась в седло. – А ты пока разомни ноги.

***

Принц проклял всех коней на свете уже на второй час пути. На третий они всё-таки поменялись местами. Юджин ехал, бессильно свесив руки и уткнувшись в конскую гриву, и жаловался на жизнь. Довольно вяло, но продолжительно и выносливо, и красноречию его позавидовал бы любой. Увидев, что принцу полегчало, Кассандра принялась за своё, а накопился у неё целый список. – Не знаю я, почему они за нами… Постой, а ты уверена? – Юджин поморщился. – Ты перепутала. – Такого мало с кем спутаешь. Дойдём до ближайшей деревни – тебе подтвердят, молва быстро разносится. – Молва каждого бандита назовёт этим их народным злодеем, напугается и запаникует. – Думай что хочешь, а ночные вахты мы теперь будем нести по-человечески, – отрезала Кассандра. – Нужно быть начеку, особенно после вчерашнего. – Не вопрос, – пробормотал Юджин и снова уронил голову, – сегодня твоя. – Посмотришь, как это делается, – пожала плечами Кассандра. – Я буду спать после этой прогулки как древний король и без сновидений, – воскликнул Юджин, – и рад буду не видеть тебя ещё дольше. Чтобы я ещё раз согласился… – Изнеженный какой, – вздохнула Кассандра, – да ты не принц, ты принцесса. Она была бы рада проглотить последнее слово и привычный оставшийся после него оттенок, но тем временем на дороге показался то ли трактир, то ли постоялый двор. Подъехав, оценили и вывеску, и надпись. – А почему… – начала Кассандра, скривившись. Юджин восстал из конской гривы и заинтересованно вытаращился, а Ланс натянул Вэриану капюшон до самого подбородка. – Почему так… туманно? – оформила она мысль. Заведение называлось «Чёрная перчатка», и звучало это почти благородно, если бы не вывеска, на которой руки в перчатках красноречиво обрисовывали некие формы. Из-за двери слышались шум и смех, то и дело срывающийся на визг. Распахнулось окно, и звуки праздника жизни стали ещё громче. Кассандре остро захотелось приложить принца чем-то по голове, закупить необходимое и поехать дальше. Принц, конечно, мог жить, как ему нравится. Не вопрос. Не проблема. Но она в такие моменты отчётливо вспоминала, что этот вот тип претендует на руку её будущей королевы. И каждый раз, когда Кассандра думала о принцессе, у неё сводило зубы. Тот, кто решил поспорить с ней за право её спасти, должен быть безупречен. Ждать, пока спутники отдохнут с дороги в захолустном кабаке-борделе, она точно не собиралась. Видимо, выглядело это красноречиво, потому что Ланс разразился тирадой о том, что не надо было брать её с собой, а Юджин – заверять, что он человек благородный и даже не думал, сейчас зайдёт про коней спросить и сразу вернётся. Ланс вызвался ему помочь, и Кассандра, растолкав обоих, вошла первой. В зале был полумрак, коптили свечи, в углу играли с самого утра подвыпившие музыканты и ходили из угла в угол размалёванные девицы, кто с подносом, кто так – функции наверняка у всех были универсальны. Кассандра широким жестом сгребла Юджина за плечи одной рукой и подвела к барной стойке, где они узнавали про сбежавших животных, возможность купить коня в принципе и взять кое-что в дорогу. За Лансом и Вэрианом никто не следил, но щебет девиц и отдельные развязные фразы за спиной говорили, что те при деле. Коней никто не видел и не ловил, и свободных не оказалось тоже. Кабак находился в сутках пути от ближайших деревень, видимо, чтобы местным женатым было легче не встретить в «Перчатке» всех соседей сразу. Но продовольствие было, потому что бордель официально считался всё-таки трактиром, и сюда вполне можно было просто зайти поесть, если кого-то аскет. В ожидании заказа пришлось сидеть за столом тут же – хозяин потребовал деньги вперёд, а в Юджине проснулся подозрительный скряга. Он сдержанно, но неизящно морщился от творящегося вокруг – явно привык к дамам другого сорта. Вэриан краснел как маков цвет, но никуда не уходил. Ланс единственный чувствовал себя вполне свободно, хотя восторгом также не пылал, особенно когда не первой молодости тётка с пышными формами облокотилась на его плечо, расплёскивая во все стороны пиво. Кассандра обернулась, и какая-то напудренная девка ойкнула и отдёрнула руку, не успев дотронуться до её плеча, и под раздражённым взглядом ретировалась, решив не пытать удачу с другими коротковолосыми в плащах за этим столом. Кассандра сдула чёлку со лба – что ж, не впервые её со спины принимают за юношу. Почти забавно. Сейчас бы разговорить кого-то и спросить, что слышно в окрестностях о набегах, но посетителям явно было весело и без того. Неудивительно будет, если местные даже не слышали о ночном пожаре. На улице заржали кони, и Вэриан всё-таки выскочил за дверь, чтобы их проверить. На этот раз привязаны они были хорошо, здесь даже имелся конюх, но подышать свежим воздухом никому бы не помешало. Пришёл слуга со свёртком и сдачей, Ланс развернул и дотошно пересчитал упакованное. Увидев, что спутники засобирались, Кассандра вышла наружу и вдохнула полной грудью – запах внутри был отвратный, даже утром, даже прохладным. Юджин в дверях что-то бормотал о единственной радости в жизни, а Ланс мрачно отряхивал невидимую грязь с рукавов. Вэриан у коновязи уже почти принял свой естественный оттенок и возился со сбруей. Узнать у конюха тоже ничего не удалось – только название ближайшей деревни, которое никому ни о чём не сказало. Все только надеялись, что она не окажется такой, как чуть не сгоревшая накануне.

***

Происходящее в последние недели оживлялось, разве что, пожаром. В остальном это было методичное передвижение от трактира к поляне и от поляны к деревне, и ужасно приелось, несмотря на приобретённую компанию. Разговоры сглаживали скучную дорогу, но их было слишком много, а ценной информации – слишком мало. Гениальный план Юджина расспрашивать людей и собирать слухи порождал только новые слухи, и Кассандра не удивилась бы, узнай их компанию кто-то в очередном городе по безумному описанию. Каждый раз по разному. За последнее время они успели побывать путешественниками из Эквиса, торговцами из Эренделла, отбившимися от обоза, учениками нескольких разных гильдий, едущими к родне, и сами роднёй друг другу в самых разных комбинациях. Юджин предложил представиться бродячими артистами. Кассандра сказала, что они больше похожи на циркачей, у которых сбежали кони и сгорел шатёр, в обрывки которого Юджин сейчас и обрядился, как цыган. Ланс возразил, что цыгане обычно не теряют коней – они ими обзаводятся. Решили, что да, цыгане из них никудышные, а вот цирк – прекрасный. Без танцовщиц, зато с дрессированным енотом. При упоминании танцовщиц Ланс стал честить весь женский род на землях Короны, потому что они страшные и вообще. Кассандра почти умилилась ранимости психики оруженосца и не приняла нелестные комментарии на свой счёт. Вэриану предложили быть факиром и ещё с полмили выслушивали гневную тираду. А потом им навстречу из леса вырулила палатка на колёсах. И в неё был запряжён удивительно знакомый конь. Юджин перестал жаловаться на стоптанные сапоги, стал, как вкопанный, а потом припустил быстрее. – Помяни цыган – сразу появятся, – заметил Ланс. Возницу видно не было, вожжи уходили куда-то во мрак шатра, скрывавшего повозку, но их явно кто-то держал. Конь Юджина, завидев хозяина, воспрял духом и заржал, забив копытами. Из тьмы шатра показался длинный нос, и скрипучий голос взвизгнул: – Я бедная гадалка! Нет ничего ценного! – Мы не бандиты, – сразу объяснил Юджин, вырастая перед повозкой. Эта фраза уже стала его коронной. В своём «купеческом» костюме он был похож на классического разбойника из восточных сказок. Добавить вооружённую свиту и шустрого карманника с натасканным енотом – и можно идти объясняться с одинокими старушками. Они точно поверят в ваши добрые намерения. – Но у вас есть наш конь, – Кассандра хлопнула животное по спине, – и где-то должен быть второй. Где? – Не знаю ничего о втором, – старуха показалась на свет и зыркнула на Кассандру подозрительным глазом. – А этого мне подарили месяц назад за важное предсказание. – Он ещё вчера был у меня, – заявил Юджин, и тут присмотрелся. – Стойте, да мы же уже встречались до въезда в Корону! Я вас узнал. И коня при вас не было, уважаемая. – А есть незаинтересованные свидетели? – сварливо поинтересовалась цыганка, оглядывая компанию. – Не приближайтесь, я не боюсь бандитов. Проклясть могу, да. – Да мы не… – А могу сказать такое, что сами о себе знать боитесь, – вытаращилась она на Ланса. – Да, о вас, молодой человек. Не будет вам счастья в любви, помяните моё слово – не на ту глаз положили. Ясно вижу, не ровня. Не ровня. Кассандра подумала, на кого же это Ланс положил глаз, у него ведь их только два, как из шатра с воплями выпрыгнула безумной наружности мартышка с намотанным на башку белоснежным тюрбаном, как-то нехорошо завращала глазами и указала пальцем на Юджина, а потом на Вэриана. – Точно, – припомнила цыганка. – Помню я вас, юноши, один под чужой личиной живёт, а другой тень ловит. Так и помрёте. – Что ты ей сделал, Райдер? – покосилась на принца Кассандра. – Что она тебя самозванцем считает. В старину рыцари за такое на поединок вызывали, иначе позор. А ведь мы только недавно сберегли твою честь от… Мартышка заверещала и перевела худой кривой палец на Кассандру. Старуха встрепенулась, всмотрелась и замахала на неё сразу двумя веерами. – Отойди, не трожь моего коня руками! Не суйся туда, иначе ноги не унесёшь! – Куда это? – опешила Кассандра. – Туда, – старуха вытянула вверх руки, то ли стрелой, то ли шпилем. – Чем дальше в лес, тем реальнее, – забормотала она, – чем дальше, тем ближе, чем дальше, тем ближе… – Иди лучше последней, ладно? – пробормотал Ланс над её ухом. – Ты напугала бедную женщину до заикания. Я её понимаю, но… – Вигор говорит, что седая почти за тобой! – взвыла цыганка. – Ну хватит, – Кассандра разозлилась, и пока Юджин пытался вернуться к переговорам, стала распрягать повозку. Цыганка завопила вперемешку с пророчеством, что её грабят. Кассандре в пальцы врезались тугие ремни. Она всё-таки освободила коня от варварски надетой сбруи и толкнула Юджина. – Бери и идём, – сказала она, повышая голос под нарастающими воплями старухи, – потом седло купишь, только идём уже. Неосёдланного и помятого Юджинова коня отдали Вэриану, который, видимо, мог сладить с любым животным, и припустили по дороге вперёд, чтобы не слышать воплей, ставших совсем уж дикими.

***

На привале, подальше и поглубже в лесу, куда с повозкой забраться было бы крайне проблематично, Ланс пересказал их предыдущую встречу с сумасшедшей старухой. – Мадам Канардис, – припомнил он. – Так её звали. – Она бешеная? – уточнила Кассандра. – Вы не говорили. Я имею ввиду старуху, не только мартышку. – В прошлый раз она вела себя тише, – заметил Юджин. – Хотя самозванцем тоже называла. У меня что, на лице написано?.. – Это потому что ты ей заплатил за концерт. – Похоже, тебя все в Короне знают в лицо, – пробормотала Кассандра. – И все ненавидят. – Кроме тебя, – Юджин широко улыбнулся. – Ты не узнала, но почти сразу признала братом. – Иди к чёрту, братец, – она сложила ветки и пыталась их поджечь, но искры только плевались и гасли в полёте. Кассандра выругалась, попав кремнём по порезу и разодрав его ещё сильнее, и отложила огниво. Пусть возятся другие, а она лучше пойдёт промоет руку. Вопли цыганки всё ещё стояли в ушах, и Кассандра бы с радостью ввязалась в пару трактирных драк подряд и самолично подожгла лес, в который чем дальше, тем… Она быстро ополоснула руки в ручье, оглядела стену деревьев, замерла, когда в чаще почудилось движение, и вернулась к лагерю. Там уже смеялись над очередной байкой и что-то жарили на заточенных под это дело ветках. Вэриан распекал цыганок с их несовременными методами. Ланс, увидев, что вернулась Кассандра, начал громко разоряться о том, что любая нормальная женщина, увидев его, падёт к нему в объятия, и цыганка просто с кем-то его перепутала. Засиделись снова до поздней ночи, и неприятный осадок, какой бывает после встречи с сумасшедшими, наконец улёгся. Перемыв кости всем, кому могли, улеглись и спутники. Сегодня была её вахта, и Кассандра подкинула в костёр побольше сухих веток. Чем ярче горит костёр, тем лучше. Не подпускает зверей. Она на всякий случай решила наточить меч и ножи.

***

– Безответная любовь? – Кассандра чуть не поперхнулась и не съездила себе лезвием по пальцу. – У кого, у Ланса? Этого, – она от души прокашлялась. – Да, – негромко рассмеялся Вэриан, – наверное, по нему не скажешь? Кассандра сделала страшные глаза и помотала головой. Вахта запестрела новыми фактами, когда Вэриан, клюя носом, всё-таки решил составить ей компанию, «потому что мало ли что». Кассандру никогда не интересовали сплетни, но Ланс с такой стороны определённо был достоин героической баллады. Ладно, интересовали, если потом их можно было достать в перепалке из рукава. – Придворная дама? – спросила она, пытаясь представить темнокожего великана рядом с манерной нарумяненной леди. – Разве что формально, – он усмехнулся. – Адира – член личной гвардии короля, как и мой отец, – в голосе Вэриана слышалась неприкрытая гордость, – один из лучших воинов королевства – таких придворных дам не бывает. Кассандра мрачно хмыкнула себе под нос. Стало даже любопытно представлять снисходительного, малость самовлюблённого, как и его друг, ловеласа, втайне помиравшего от недостижимой страсти, трепетно ловящего её взглядом среди переходов замка и пытающегося проявить галантность, но каждый раз изящно садящегося в лужу. – Адира в бою нам четверым вместе взятым не ровня, да и в матери ему годится. И, к тому же, она лучшая подруга королевы. Кассандра присвистнула. – Правда, от этого больше проблем. Королева… громкая особа, ты слышала, а Адира не любит, когда люди знают о ней больше того, что она сама им навешает на уши. – Ты вроде не слишком почтителен к одному из лучших воинов королевства? – Она названная сестра моего отца. Все рыцари Братства друг другу как… как братья, – Вэриан сбился и усмехнулся. – Мы как-то с детства привыкли, что она нам как тётя, грубоватая и эксцентричная, но всё-таки. Только вот Ланс взял и влюбился – уже, кажется, год как. Кассандра с интересом посмотрела на храпящего невдалеке Ланса – она-то думала, тот волочится за каждой юбкой и женщин за людей не считает, а он, оказывается, и в выборе небанален, и трогательно предан своей избраннице. Не то чтобы это добавило тёплых чувств к Лансу, но определённо сделало его образ менее примитивным. Вэриан рассказал ещё о Братстве и о жизни во дворце. Кассандра успела наточить по нескольку раз все свои клинки и перейти к остальным. К костру из темноты так никто и не вышел.