Taiyuu no kigai

- Вааай! Кен-тян такой красивый! Подскочив на месте, Ячиру отстала от Шиссоу, у которой клянчила очередное мороженое. Детское личико и так было всё перемазано в шоколаде и буквально светилось счастьем. Хитсугая смотрел телевизор в гостиной, поставив тарелку с едой на журнальный столик. Находиться в одном помещении с Шиссоу блондин откровенно не хотел. Девушке претензии в открытую не высказывались, но та чувствовала их на интуитивном уровне, стараясь не попадаться Тоширо на глаза. Пускай привыкнет. Или потерпит до приезда Окаме – хозяйка тут мигом всех построит. Пока же всё здание с территорией сада сакуры поступило в полное пользование бессовестных варваров. Кенпачи, переодевшийся в один из привезённых костюмов, вошёл в столовую. Выкладывая на стол тарелки и чашки с десертами, Джайуна бросила на мужчину короткий взгляд и довольно улыбнулась. Портной был знатоком своего дела. Чёрный брючный костюм с кожаным ремнём, белая рубашка небрежно выглядывала из-под застёгнутого пиджака и была небрежно расстёгнута на несколько верхних пуговиц, длинный коричневый шарф и чёрный деловой плащ. Кхм, кто бы мог подумать, что {censored} строгий стиль так пойдёт? Только вот повязка на глазу и распущенные длинные тёмные лохмы немного портили образ. - Чего уставилась? - недовольно проворчал Зараки, поводя плечами. - Неплохо смотрится, - честно ответила Шиссоу. Капитан одиннадцатого отряда недобро усмехнулся. - Шутишь? - А похоже? – девушка отставила подносы в сторону и подошла к мужчине поближе. Задумчиво так подёргала за шарф, поправила воротник рубашки. Ячиру, пока её никто не видел, принялась уплетать сладости, выставленные на столе. - Чего ещё? – шинигами опять дёрнул плечом. На Кедарамо он поглядывал с недоверием. Но бить девушку за посягательство на его личное пространство не спешил. - Поправляю, чтоб на приличного человека был похож, – ответствовала Джайуна, придирчиво рассматривая одёжку. Провела рукой по шву на плече плаща. Ясненько, исправить и самой можно. – Можешь на некоторое время снять плащ? Я подправлю кое-что. - Кхех, а мне говорили, что Кедарамо - жестокие, сильные соперники. – Не глядя скинув плащ, мужчина уселся на один из стульев и небрежно подтянул к себе чашку с горячим шоколадом. Понюхал её и отставил в сторону. – Выпить тут есть? Или только это…? Благоразумно пропустив мимо ушей последнее слово, Шиссоу кивнула на высокую стойку около окна, ища в небольшом ящичке комода ножницы и нужные по цвету нитки. Вытащив на свет целый набор требуемого материала, Джайуна уселась на стул около окна. Рядом, открыв стойку, копался в многочисленных дорогих бутылях шинигами. - Кедарамо жестокие создания, - Шиссоу вставила нитку в иголку, притянула себе на колени плащ. – Тебе не соврали. - Ха-ха! По тебе не скажешь, - Кенпачи извлёк на свет бутылку саке. Потом ещё одну. Захлопнув стойку, сел на ближайший стул и налил саке в пиалу. - Потому что за годы в мире людей я поняла, что сражаться – не женское дело, как бы сильна ты не была. – Призналась Кедарамо, аккуратно распоров предыдущий шов и ловко накладывая новый. – Женщина должна дарить жизнь и растить её. Мужчина – сражаться за неё и защищать. – Девушка щёлкнула ножницами, отрезая лишнюю нить. – Сейчас отказаться от решения проблем насильственным способом мне гораздо легче: пользоваться физическими силами звериного облика я не могу. - Так вот для чего нас сюда позвали! Делать за тебя грязную работу, – опорожнил очередную пиалу шинигами, глядя на Ячиру, лазающую в шкафах со сладостями. Запасы их быстро истощались прямо на глазах. - Если совсем честно – то да. А если серьёзно, то надо просто защищать меня от тех, кто прорвётся сквозь дыру в Печати. Стряхнув лишние обрывки нити в кулак, Шиссоу встряхнула плащ, распрямляя его и любуясь творением рук своих. Шов выглядел как новенький. Повесив одежду на спинку стула, девушка убрала другие нити и ножницы обратно в комод, обратив своё внимание на полностью разгромленный стол. - Шио-тяяян! А у нас есть ещё конфеты?! – Ячиру запрыгнула Джайуне на плечи. – Тут все закончились! - Пошли в кладовку сходим, Ячиру, - осмотрев кухню, Кедарамо Воздуха поняла, что всё сладкое уже съедено. - Я вроде привозила несколько коробок. - Хай! Заодно и Воробышку отнесём! Шиссоу улыбнулась уголками губ. - Хорошо. Только его ещё некоторое время нельзя будет беспокоить. - Почему? – девочка, удобно устроившись у Кедарамо на плече, принялась заплетать той косички. Девушка миролюбиво отнеслась к этой выходке маленькой хулиганки, равно как и ко всем остальным её славным деяниям. - У него шок. Слишком много реяцу для его тела. – Виновато потупилась Шиссоу, доставая из комода ключи от кладовки. - Но Кен-тян спрятал свою духовную силу! Раньше у него такого не было! - Это моя вина. Нужная бряцающая связка перекочевала из ящика в руку девушки. - Твоя, Шио-тян? – Ячиру дёрнула за косичку. – Почему ты так говоришь? - Потому что это так. Ты ведь не чувствуешь моей реяцу, верно? Ячиру растеряно посмотрела на Кенпачи. - Да… - Вот видишь. Ты её никогда не почувствуешь в этом мире. Потому что он весь пропитался ею за долгие годы. Ни люди, ни шинигами не заметят её, а Кедарамо почувствует сородича. Он ещё маленький, чтоб сразу приспособиться к подобному. Ладно, пошли искать сладости. Забьём ими холодильник, чтобы вы с Торой себе ни в чём не отказывали. - Ура!! Сладости-сладости! С­ искренней радостью, на которую способен лишь ребёнок, Ячиру, спрыгнув со своеобразного насеста, побежала впереди девушки. Ящиков оказалось пять – больших, доверху забитых всякой всячиной. Шиссоу деловито рассматривала их содержимое, оперативно разрезая скотч крепкими ногтями. - Ячиру, так что ты выбрала? Что берём? Непоседа задумалась ненадолго, обняв сразу две коробки – самые большие, конечно. Каждая была примерно на две головы выше сластёны. - Их хочу! – без возможности возразить заявила девочка. - Отлично, возьми что-нибудь себе и иди к своим. – Шиссоу махнула рукой, шурша пакетами на верхних полках. Ей даже пришлось встать на мыски. - Я тут ещё кое-что посмотрю и принесу всё это. Шиссоу сидела на крыльце, поджав под себя ноги. Спокойно глядела на неполную луну в окружении светлых облаков, ни о чём не думая. Шинигами давно легли спать, Тора так и не пришёл в себя, Ячиру, объевшись сладким, уснула рядом с ним. В доме воцарилась тишина. Лишь ветерок проскальзывал в открытую дверь, шурша лежащими на рабочем столе бумагами и звеня маленькими колокольчиками, висящими на люстрах в коридоре. Нежащаяся в потоках ночного воздуха Кедарамо тихо вздохнула. В её груди тянуще кольнуло, отозвавшись слабой пока болью в голове. Печать рушилась. С каждым мгновением её сила ослабевала. Но время ещё не пришло. А это значит, что вскоре появятся неприятные гости. Расслабившаяс­я было, девушка поморщилась. Совсем рядом, буквально в каком-то километре в сторону шоссе появилась трещина в пространстве. Какая неприятность. Девушк­а встала, некоторое время ещё присматриваясь к одной ей видимой на таком расстоянии возможной точке прорыва других Кедарамо. Не сомневаясь более, Шиссоу летящим шагом вошла в дом и направилась к комнате спящего капитана одиннадцатого отряда. Безо всякого стука Джайуна открыла дверь, подошла к спящему. - Что, появились твои дружки? – хрипло поинтересовался шинигами, не открывая глаз. Принося извинения по поводу внеплановой побудки, Шиссоу слегка поклонилась. - Прошу прощения. Почему-то просить помощи у этого мужчины она не считала стыдным и унизительным. К тому же к Хитсугае девушка вряд ли бы обратилась, если бы не совсем крайний случай. Зараки медленно поднялся, одеяло, накрывавшееся шинигами, упало с кровати. Свет, проникающий сквозь открытые окна, сильнее выделял все мышцы и шрамы тренированного тела. Демон. Воистину демон. - Я прилетаю вечером. У тебя там всё в порядке? - Да-да, конечно! Не беспокойся, я жива, здорова… - Вообще-то я про дом спрашивала, - ледяным голосом уточнила Окаме. – Тебе-то ничего не сделается. Шиссоу наигранно вздохнула, любуясь цветущей сакурой в лучах восходящего солнца. - Ах, какая ты жестокая! Ты разбила мне сердце! На другом конце телефонной связи громко хмыкнули. - Конечно, я злая, вредная и противная. Так как, мне есть ещё куда приезжать или там остались одни развалины и пора звонить реставраторам? - Есть, не боись. А пристройка, западная часть сада и моя кухня тебе всё равно не нравились, - сдерживая смешок, ответила Джайуна. - ЧТО?!!!! Серая, убью тебя!!! Не выдержав, Кедарамо Воздуха расхохоталась, с наслаждением улёгшись на мокрую от росы траву. Прохлада, коснувшись разгорячённой кожи, заставила стайки мурашек бегать по всему телу. - Как хорошо!.. – пробормотала Шиссоу, прикрывая глаза. - СЕРАЯ!!! Не зли меня! Что хорошо?! Чем ты там занимаешься?! – Кедарамо Воды перешла на громкое шипение разъярённой гадюки. Выгнувшись от удовольствия, Шиссоу по-кошачьи заурчала, медленно перевернувшись на живот, продолжая одной рукой держать телефонную трубку у уха. - Да не шипи ты так. Всё в порядке. Пару сервизов только бутафорских разбили и на этом варварские набеги закончились, вроде. А хорошо мне потому, что у меня утренняя закалка, - успокаивающим тоном произнесла девушка, срывая травинку с капелькой росы на кончике. – Жизнь прекрасна! Сейчас поваляюсь ещё чуть-чуть и пойду готовить завтрак гостям. Одного, кстати, незваного, шинигами уже уничтожил ночью. Голос Кедарамо Воды стал прежним. Зная соратницу, Шиссоу могла поклясться, что та слегка нахмурилась. - Шиссоу? - Всё хорошо. Кенпачи даже бровью не повёл. Мне потом ещё сделали выговор, что я зря разбудила ради такой мелочи. Джентльмен несчастный, даме помочь ему трудно! Эх, будь у меня вся моя прежняя сила… - задумчиво протянула Джайуна, покусывая сорванную травинку. - Тогда бы нам не пришлось соглашаться на помощь шинигами. Да уж… Шиссоу шмыгнула носом. - Не заболеешь? – Окаме, судя по звукам, слышимых в трубке, наливала себе чай. - Нет. Нэ, Окаме? - Я-я? - Ведь если разрушить Печать, то сила вернётся? – Кедарамо Воздуха прикрыла глаза свободной рукой. - Вернётся. Но такая сила ведь тебе не нужна. - Это да. Чёрт, иногда самой тошно, какая я принципиальная… - Что ж, у каждого свои достоинства, - философски заметила Хокоритокай. – Ладно, я на обед и за дело. В шесть прибываю в аэропорт Токио, потом на вертолёте до Каракуры. Встретишь? - Ага. Позвони за полчаса до прилёта. - Договорились. И да… Сейчас ты не одна в поместье, так что не злоупотребляй закалкой. Ведь ты опять в одном нижнем белье валяешься на травке, а в доме у тебя расхаживают мужчины в самом расцвете сил. Не стоит играть с ними. Силы явно не на твоей стороне. - Ой, да ладно, кому я сдалась?.. Телефонны­е гудки успокаивали. Действительно, разрушенная Печать вернёт силы. Но так ведь не интересно! Слишком просто. - Ладно! Подъём, в душ и на кухню! – сказала сама себя девушка, отряхиваясь от налипших листиков и травинок. Зайдя в ванную комнату, Шиссоу поняла, что варварское племя, в лице Ячиру, добралось и досюда. Начнём с того, что такого количества мыльной пены, даже Джайуна, в душе оставаясь ребёнком, себе не делала. Сейчас же, пена в промышленном количестве весело лопалась под ногами уже на плитке пола около самого входа. Джакузи, так трепетно оберегаемое хозяйкой поместья, буквально захлебнулось в пене, из последних сил выплёвывая из себя новые и новые порции пузырьков. Неслышно ругнувшись себе под нос, девушка по стеночке добралась до кранов и выключила воду. Заполнилась благодарными предсмертными хрипами джакузи, когда Шиссоу вытащила затычку. Вода начала медленно убывать. Но не на полу. Окинув взглядом весь фронт работы, Кедарамо так же держась за стенку доползла до швабры и ведра, стоящих около входа. Спустя некоторое время ванная приобрела более-менее приличный вид. Шиссоу устало облокотилась на швабру. Надо бы уж ей переодеться. Завтрак пора готовить. - Доб-брое ут-тро, - покраснев как свекла, просипел Тоширо, обнаруживший в ванной, с утра пораньше, девушку в одном нижнем белье, да ещё и в обнимку со шваброй. - Доброе, - Джайуна обворожительно улыбнулась, стараясь одновременно спрятаться за швабру. Увы, с комплекцией Кедарамо это было сделать весьма затруднительно. – Не обращайте внимания, я уже ухожу. Стараясь не рассмеяться над выражением лица шинигами, девушка ретировалась на кухню, по пути прихватив в гостиной тонкий шёлковый халат. Гости гостями, но не в деловом костюме же при них ходить? Видимо также рассуждал и Кенпачи, тремя часами позже ввалившись в столовую в одних трусах. Недовольный взгляд шинигами скользнул по не накрытому ещё столу, закрытой барной стойке и остановился на сидящей на табуретке около духовки девушке. - И где еда? Кедарамо сощурилась, вопросительно подняв одну бровь. Курица и так отказывалась запекаться, упрямо оставаясь бледно-розовой, так ещё и этот шинигами претензии предъявляет. - Готовится. А что? Если не устраивает – готовь сам. – Шиссоу, удостоив наглеца лишь мимолётным взглядом, снова обратила всё своё внимание на упрямую птицу в духовке. – Вот зараза… Капитан одиннадцатого отряда такого ответа явно не ожидал. - Ты с кем разговариваешь, женщина? - С мужчиной, который не то, что сковородкой, даже вилкой пользоваться нормально не умеет. И при этом ещё выражает недовольство женщиной на кухне, - честно высказалась Кедарамо, приоткрыв духовку и садистски тыкая в злосчастную курицу вилкой. – Тут командует женщина, капитан. И с этим придётся смириться. А, вообще, еда будет через пять минут. За это время можете успеть умыться, - Шиссоу достала почти ставшего фаршем цыплёнка, после тяжёлых раздумий ловко отделила мясо от костей, положила то на сковородку, залила майонезом и закрыла крышкой, включив средний огонь. Не хочет тушиться – будет жариться! А вообще, чего это Джайуна с ней возится? Салаты и целых три кило бараньих рёбрышек уже готовы давно. Дети же, когда встанут, сами скажут, что им приготовить. Временно оставив в покое плиту, Шиссоу, насвистывая себе под нос, быстренько удалилась в кладовку. Кажись, она слегка нагрубила шинигами, значит, надо притащить ему саке. Подобреет сразу! Сто процентов.