Воспоминания без конца

      Прокашлявшись, Эрет подходит чуть ближе к королеве, топает пяткой и отвечает:       — В целом, деревня неплохая, — переводит взгляд ранее направленный на поясницу королевы к её макушке головы, но она не поворачивается, всё также занимаясь своим делом, будто не замечает. Но она чувствует эти глаза, которые раздевают её. Только мужчина не сможет к ней даже без спроса прикоснуться к ней — боится.       — Угу, — легко покачивает головой и русые пряди выбиваются из низкого плетёной шишки.       — Кхм, но остальное всё требует доработок. Они совсем не приготовлены к войне: драконы живут припевающе, отращивая себе бока, а люди наедают свои. Армии у них как таковой нет, кажется, только любительский отряд, но и они не шибко прекрасны. Очень много сырья, которого они либо не умеют, либо не хотят обрабатывать.       — Что ж… Ясно. А что насчёт моего мальчика? Как он? — девушка поворачивается к мужчине, ладонями обхватывая и опираясь за край стола, принимает расслабленную позу, наклоняя голову влево и почти кладя её на плечо.       — Он вырос. Всё так же без левой части ноги, как вы и говорили. — Пока он это говорит, шёпотом слышит, как произносят: «Ну, конечно, я это и так знаю». — Бегающих за ним девиц особо нет, если только одна его ровесница, но они максимум близкие друзья. Он, по-моему, вообще не заинтересован в этом, только со своим драконом вечно, который, в отличие от других, очень, очень дикий.       — Что насчёт того, как к нему относятся жители племени?       — Парень…       — Иккинг, — поспешно то ли поправляет его, то ли уточняет девушка. Эрет кивает и продолжает:       — Иккинг особо с другими людьми не контактирует, то есть, он ходит по деревне, но, будучи по уши в каких-то делах, не разговаривает, не успевает.       — Я тебя не спрашивала, насколько он разговорчив, я тебе задала другой вопрос, — устало выдыхает и, добавляя своим словам силу, хватает его взгляд, беря его под контроль, а затем рассматривает свои ногти, крутя пальцами туда-сюда. Немного наклоняет голову вперёд и впивается в него взглядом, таким кровожадным, поднимая одну бровь наверх и на секунду кривя губы.       Эрет тихо сглатывает подступивший комок в горле и кашляет, и только хочет продолжить, как королева добавляет:       — Не хватало мне ещё больного тебя.       Темноволосый старается не смотреть на неё, задерживаясь глазами за каким-то объектом за её правым ухом. Хоть как-то проще должно стать.       — Просят его о помощи и относятся как к другу, — больше ничего он уже и не сможет сказать.       — Плохо. Лохматые Хулиганы должны понимать, что перед ними будущий вождь, других ведь претендентов нет, так? — получая кивок от мужчины продолжает: — Совсем не то, на что я надеялась, — пальцами массирует виски, опуская голову и рассматривая свою обувь.       Пара минут проходит в молчании, в которой Эрет старается как можно тише дышать. Королева думает над тем, что же делать дальше. Стоит предупредить их о грядущей опасности, но как? Просто придти и сказать, что скоро им конец и лишь с её помощью они смогут выжить и справиться с этой проблемой? Да ей не поверят, они ведь тоже не пальцем деланные, чтобы кому угодно на слово верить. Викинги, вообще, вряд ли примут подачки от кого-либо, но у них есть кое-что, что она не узнала или не заметила пять лет назад на их острове и это то, что ей нужно.       Разнести слухи или передать кому-нибудь, что грядёт та ещё катастрофа, тоже не вариант. Во-первых, вряд ли олуховцы поверят, ну, а во-вторых, снова без неё не обойдётся, только огонь Диáвола перекроет начинающуюся эпидемию, растущую с такой неимоверной скоростью. Драконы на грани вымирания.       — Эмм… я вам нужен ещё? — плюнув на всё и снова включив свою неусидчивость, мужчина привлекает внимание девушки. Ему стоило бы отдохнуть, и его госпоже тоже.       — Нет, можешь идти, — словно отмахиваясь от него отвечает. Поворачивается к спиной и берёт в руки совсем крошечный уголёк, делая штрихи на уже исписанной бумаге.       Эрет разворачивается и, когда выходит из помещения и проходит коридор, с лёгкостью выдыхает. Сильно вымотанный, он не способен на раздумья, спешит к своему дому. Глубоко зевает, втягивает носом холодный воздух, перед глазами предстаёт предрассветная атмосфера. Уже чуть-чуть светлеет.       Девушка же усердно пытается придумать подход и причину, с которой она может придти к жителям Олуха. На бумаге рисует примерное движение эпидемии, её скорость, и какое количество животных страдает от этого, особенно драконов. Как раз таки они и являются главным разносчиком этого.       Тяжело вздыхает, усмехается тому, что перед Эретом смогла держаться молодцом. Он чуть-ли не хныкал перед ней. Бедненький, не спал полтора дня. Она спит по три часа максимум раз в три-четыре дня минимум, забывает поесть и чувствует, как в свои года уже теряет силы, а девушка ведь совсем на немного старше Иккинга. Лишь на год и семь месяцев. Незначительно.       Снизу доносятся звуки цепей и шумное дыхание, как переступают массивные лапы и что-то определённо движется, но ему мало места. До русоволоски этот грохот доходит не сразу и лишь после третьего повторения, она обращает на него внимание. Собирает все свои карты, бумаги, заворачивает угольки и тушит всё, что даёт свет и тепло Залу. Поспешно выходит, аккуратно придерживая дверь, иначе будет громкий и звонкий хлопок. Идёт дальше по коридору, опуская голову вниз и закрывая глаза, потому что не боится удариться, она знает каждый миллиметр замка. Здесь всё ещё холодно, пробирающийся под одежду и заставляющий передёрнуться, но отопление всей постройке давать не хочет.       Заворачивает и идёт в самую глубь, морщится — виски начинают покалывать. Поворачивает ручку двери и входит в свою комнату, в которой ещё сильнее холодно. Подбегает к столу и кидает всё содержимое в руках на поверхность. Оттуда, снизу, около его ножек, вытягивает маленькую коробочку и глотает содержимое — какие-то непонятные тёмного оттенка травы в перемешку с круглыми высохшими ягодками. Прямо из кувшина пьёт воду и вытирает рукавом пальто, оставляя его край чуть влажным.       Чтобы летать было удобнее, переодевается в более удобный костюм, который ей сшили лично когда-то давно, но она всё ещё влезает в него. Тёмный меховой верх, сделанный из шкуры бурого медведя, со светлыми полосами повсюду. На голову — шапку, украденную, ну и пусть. Натягивает очень утеплённые лосины и удобную обувь. Помнит девушка, насколько тщательно его выбирала, придиралась к самой мелочи. А всё для того, чтобы во время полёта ничего не скользило на спине дракона.       От «лекарства» потряхивает, именно от этого у неё ужасные побочные действия, но королева не признает их, портя своё состояние, лишь на мгновение ощущая прилив сил от них.       В углу комнаты расположена дверь, являющейся чёрным выходом отсюда. Но, прежде чем открыть её, она открывает окно и издаёт что-то наподобие чириканья. Прилетают две Жуткие Жути, идентичные друг другу. Того, кто приземляется первым на её руку, она просит зажечь факел. Тот говорит на своём драконьем и выдыхает, только с первого раза не получается. Русоволосая слегка улыбается, наблюдая за этим, и за тем, какую недовольную мордочку строит дракончик.       — Ну, давай ещё раз.       Крылатый пытается ещё раз, но не получается. Улыбка слетает с лица моментально. Она просит поджечь второго, и у того получается. Прогоняет их, смахивая рукой, и стремительно спускается вниз по лестнице скрытого выхода. Уже и досюда начинает доходить.       Здесь сыро и морозно, но она бежит, хлюпая по лужам, оставляющие на лосинах грязные капли, и не замечает этого. Пару раз ударяется о такие же каменные стены, потому что здесь всё же очень тесно. Когда чуть опускает факел вперёд, то перед ней, пища, мышки разбегаются по дыркам в тоннеле.       Снимает железяку, удерживающую дверь, и сквозь скрип открывает её. Проходит в более огромное помещение с высокими потолками и кромешной тьмой вокруг. Медленно спускается по лестнице, опираясь на ощупь. Когда доходит до конца останавливается, опускает факел и вглядывается в темноту, не замечая, что начинает подрагивать.       Звук железа и скрежета о каменный пол. Девушка глубоко вдыхает и не может пошевелиться. Она до сих пор его боится.       Ещё один звук железа, очень похожее на звон массивных цепей. И ещё один. Ещё один, только уже ближе.       Её лицо обдаёт холодным и сильным, пошатывающим дыханием, и она закрывает глаза, но старается через силу открыть. Из темноты на расстоянии освещённым факелом выходит что-то поистине огромное, похожее на нос дракона. Затем выплывает и вся голова, чешуйчатая с многочисленными маленькими отростками и глазами, напоминающими пламя, с огромным количеством разных оттенков. Начинающее от жёлтого и заканчивая ярко-красным и коричневым. Они медленно моргают и вглядываются не то что в глаза в девушки, а внутрь, в душу.       Кладёт факел на пол и подносит руку к тёплому носу дракона. Огнедышащий сам тянется к человеку и прикрывает глаза, затем открывает, переведя весь свой взгляд чётко на объект. Несмотря на те чувства, что испытывает к нему девушка, крылатый всё равно доверяет ей, потому что он не знает чувства заботы и истинной любви. Остаётся отдаваться лишь равнодушию недавно вступившей в ряды всадников девушке.       В темноте зрение дракона намного лучше, поэтому она снова наощупь поднимается на мускулистую и невероятно сильную спину дракона и садится в седло, беря в руки ручки от него, чьи ремни закрепляются на шее. Чуть потягивает их на себя, и огнедышащий, туловищем покачиваясь то вправо то влево, идёт в другой конец помещения. Девушка держится крепко, но также, как и крылатый, наклоняется телом в сторону.       Дракон останавливается и королева похлопывает по спине дракона три раза, тот сначала выпрямляется и надувает грудь, не сильно, тянет голову назад и выдыхает совсем маленькое количество огня в стену. Та потухает, но прикреплённый к ней широкий факел, забирает огонь и начинает освещать то, что находится рядом. Верхушка железного рычага отдаёт оранжевым светом, показывая, где именно находится.       Девушка спускаться не спешит, а лишь нажимает руками на его отростки и существо приподнимает спину и приближается к железным воротам. Вставая на спину, тянется к поперечной балке, пытаясь отодвинуть её в сторону. Не с первого раза, но получается. Балка со звонким звуком падает на пол, а девушка с драконом зажмуривают глаза от такого внезапного, закладывающего уши, шума.       Делает ещё движение, которые помогают крылатому понять, что нужно опустить её. Наступая на каменную поверхность подходит к рычагу и тянет его вниз. Железные ворота опускаются, на удивление, не так шумно, как можно было бы представить. Прохладный воздух со свистом ударяется в лицо девушки и резко исчезает. Она снова поднимается на спину дракона, используя в качестве ступеньки его крепкое крыло. Садится в седло и перетягивает через пояс один ремень и ещё два, оборачивая их вокруг бедёр, ближе к коленям. С такого огромного хищника свалиться труда не составит, на нём удержаться намного сложнее, чем на том же самом Змеевике.       Первые полёты она вообще испытывала на подчинённых, два из них, к сожалению, не удержались и разбились о землю. Когда на следующего сделали седло, тот получил травму на всю жизнь, хотя здесь не без вины дракона, конечно. Его тяжело было укротить, не перед королевой голову всё-таки через время склонил. Четвёртым испытуемым решила сделаться самой, только сама ещё помучалась с седлом и его составляющим. Первый полёт был самым ужасным. Девушка чуть не убилась, когда огнедышащий рухнул наземь, не привыкнувший к чему-либо на нём, что чувствовалось бы и перетягивало его. Но пара испытательных полётов на небольшом расстоянии от земли всё исправили.       — Диавол, на взлёт, — командует она, и дракон сначала проходит некоторое расстояние, перебирает когтями на верхней поверхности крыльев по земле, цепляясь, затем отталкивается и захватывает крыльями воздух, опуская их вниз. Поднимается всё выше, начиная всё чаще и более уверенно махать крыльями. Королева держится за ручки седла и тянет их на себя и вниз, поясняя, что нужно подняться выше.       Внизу видны еле различимые в такой темноте дома, в которых ещё спят жители деревни. Конечно, даже рассвет не настал, к слову, он будет совсем скоро, ну и ладно, она не собиралась целый день на драконе летать.       За королевой и крылатым закрывает оставшиеся открытые ворота стражник, снова вставая на своё место и ожидая своей смены.