Тварь

Джек еле дышал от противоречивых эмоций, сжимая в побледневших пальцах смятые листы, вырванные из тетрадки. Он не мог поверить в то, что прочитал. А особенно шокировали последние строки: «…Если ты читаешь это письмо, братик, значит, меня уже нет в живых. Прости и прощай. Навсегда твой, Грег». Это, видимо, была какая-то шутка, но смешно совершенно не было. Нет, рано паниковать, для начала надо узнать, правда ли это. Джек постарался успокоиться и, свернув письмо, положил вместе с конвертом в средний ящик стола. Встав, подошёл к шкафу. Открыв дверцу, взглянул на себя в зеркало. Одобрительно кивнув самому себе, он уже хотел было закрыть шкаф, но, не отдавая себе отчёта, дотронулся до своего отражения. Брат-близнец, да? Поджав губы, Джек захлопнул дверку и вышел из комнаты. Мама должна была находиться сейчас в гостиной. Сегодня к ней придут подружки на чаепитие, как всегда по пятницам, и парень, не желая ждать окончания этого мероприятия, хотел спросить о том, что узнал только что. - Мам, - позвал он родительницу. – Ма-а-а-а… - Что случилось, Джек? – немного нахмурившись, спросила женщина, выходя в коридор, а затем слегка игриво добавила: – Я тут. Скоро придут девочки. Желаешь присоединиться? Могу познакомить с несколькими. Они как раз твоего возраста. - Ну, ма, - скривившись от такой перспективы, ответил отпрыск. – Я всего лишь хотел узнать одну вещь. - Эх ты, - притворно-грустно вздохнула Джессика, хотя в глазах плясали бесенята. – Так что же ты хотел у меня спросить? - Скажи… - Джек немного помолчал, а потом еле выдавил из себя так волнующий вопрос: – У меня и вправду был брат-близнец? - Ох, - бесенята, поджав хвостики, сбежали из взгляда, и там поселилась вселенская грусть. – Так ты всё же узнал. Не знаю как, но спрашивать не буду. Да, это правда. Твой дед по отцовской линии хотел и тебя отобрать, но благо судья попался не такой жестокий. Да и адвокат из последних сил бился. Прости, сынок, что раньше не сказала. Но твой дед пригрозил, что отберёт и тебя, если я хоть на сто километров приближусь к Грегу. Грег – это твой брат-близнец. Вам было всего по три годика, когда это произошло. Я слышала, что твой дедушка недавно скончался. Хочешь, я помогу разыскать твоего брата? Это было бы замечательно, если бы вы смогли нормально общаться. - Могу… Могу я сам нанять детективов? - Ну конечно же, милый. Оскар не будет против любых растрат. Он тебя любит как родного, - Джессика нежно погладила сына по щеке. – До сих пор с болью вспоминаю ту историю. Прости, что не боролась до конца, но я так боялась, что и тебя отнимут. На тот момент у меня не было ни работы нормальной, ни денег твоего деда. - Я понимаю и благодарен за всё, - Джек улыбнулся маме и чмокнул в щёку. – Спасибо тебе. Джессика открыла было рот, чтобы что-то сказать, но служанка прервала их, сказав, что пришли гостьи. Родительница, грустно улыбаясь, потрепала сына по волосам и вернулась в комнату, из которой недавно вышла. Джек же бегом поднялся на второй этаж и заперся у себя в комнате. Он держался перед мамой, но теперь мог отпустить рвавшиеся наружу чувства. Как так? У него был брат, а дед и отец украли самое близкое и родное! Теперь было понятно ощущение, которое преследовало его всю сознательную жизнь. Чувство, словно чего-то не хватало. А теперь… Теперь… Джек прислушался к себе - и ничего. Пустота. Значит, и написанное - правда. Зарычав по-звериному, Джек схватил подушку и кинул со всей силы в шкаф. Эмоции захлёстывали его от воспоминаний о письме. Злость, боль, нежность, безнадёжность, грусть. Всё это смешалось и скреблось в душе, желая перелиться через край, выплеснуться, затопить всё вокруг. Грег. Его братик жил так, как никому не пожелаешь. Ненависть к деду и отцу поглотила. Хотя была ещё парочка ублюдков, которых, наравне с родичами, хотелось растерзать в клочья. Нет-нет, такого не прощают. За такое умываются кровью. Да, Джек был милым мальчиком, но в душе, где-то на дне, плескалось что-то тёмное и страшное. Это нечто породили ублюдки из школы, которым пришлось показать, что мускулы, красота и деньги ещё не всё в жизни. Джек был за добро во всём мире, но это добро было с острыми зубками и скалило их на обидчиков. Парень считал, что иногда можно дать врагу второй шанс, но не всем. И если только шанс просран, то… То такую тварь легче пристрелить, чем следить за ней всю жизнь и держать пальцы на пульсе, ожидая нападения. О, Джек отлично справлялся с этим всем. И обидчикам не поздоровилось попасться у него на пути. Теперь, имея деньги и связи отчима, он мог многое. Братик был несчастен? Тогда и предатели будут страдать. Настолько сильно, на сколько счётчик насчитал, да ещё и с процентами. Вдох-выдох, вдох-выдох. Успокоиться, привести мысли в порядок и составить план действий. Джек вытащил письмо брата и сел перечитывать его. - Ох, папуля-а-а. Ты поплатишься за то, как обращался со своим сыном. Вернее, сыновьями. Ведь если Грег - это долг, то я - проценты от него. - Хищная улыбка украсила лицо, делая его по-звериному прекрасным. – Грег, ну как же ты так вляпался и почему не мог просто обратиться ко мне? Я бы никогда не отказал. Любовничек? Да ты у меня харкать кровью будешь и молить о пощаде! Так унизить мою вторую половинку души! Хоть я тебя не знал, Грег, но ты не просто мой брат, а близнец.

***

Через неделю перед Джеком лежала пухлая папка. Изящные пальцы выстукивали похоронный марш, а янтарного цвета глаза хищно блеснули, словно зверь уже наметил свою жертву и только ждёт лучшего момента прыгнуть из засады и вцепиться в глотку. Достав из верхнего ящика стола пачку сигарет, он взял одну и, прикурив, устроился поудобней. Папка была открыта. На первом плане была фотография парня, как две капли воды похожего на Джека. - Грег, - шёпотом сказал Джек и провёл пальцами по очертаниям лица, словно лаская. У парня на фото были волосы чуть длиннее и немного темней. Телосложение более худощавое, а в глазах за тонким стеклом очков плескалась грусть. Затянувшись сигаретой, пропуская в лёгкие горький дым, Джек с болью в сердце смотрел на такое родное и теперь такое далёкое существо. Ах, если бы всё было по-другому. Мотнув головой, он решительно отложил фотографию и застыл каменным изваянием. Джек понимал, что брат погиб, но видеть подтверждение этому было… было словно взрыв атомного реактора. Глаза скользнули по кричащему заголовку: «Что побудило сына главы крупнейшего банка в стране покончить собой?», а затем пробежались по тексту. - Любовь? Ну да. Конечно же, любовь. И за эту грёбаную любовь кое-кто заплатит, - зашипел Джек, сминая сигарету и прикусывая до крови нижнюю губу. По подбородку скатилась капля крови и упала на вырезку из газеты. В голове промелькнула дурацкая мысль: знает ли мама об этом? Нет, он не винил ни за что родительницу, но, может, ей стоило всё же связаться с Грегом, когда у неё появились деньги и богатый муж? Ведь тогда брат наверняка жил бы с ними, и всего этого не случилось бы. Да? Но прошлого не вернуть, и всем придётся жить как-то с этим. Тяжко вздохнув, Джек продолжил своё знакомство с братом, отцом, немного - дедом, друзьями-знакомыми и любовниками. Вернее, последний был в единственном экземпляре. Тоже из богатенькой семейки. Джек не мог понять лишь одного. Если парень знал, из какой семьи Грег, то как посмел отдать его на поругание своим дружкам? Он не боялся отца любовника? Да, Уильяма мало заботил отпрыск, но Марк-то этого не знал. - Значит, любишь играться с новыми игрушками и выбрасывать их своим цепным псам, когда надоест? Ох, Марк, тут ты явно просчитался. Мой братик - не какая-то вещь. Ну ничего, я научу тебя. Ты сам станешь моей игрушкой, которой я буду вертеть, как захочу. Так, а что у нас по друзьям? Пробежав глазами по бумагам, тяжко вздохнул. Один-единственный друг детства и парочка приятелей, которые разбежались, как тараканы, когда увидели некое видео. Джек вытащил из конверта флешку и внимательно на неё посмотрел, будто она сама выдаст свои секреты. Друзья, бросающие тебя в трудную минуту из-за какого-то видео, вообще не друзья, а так, мусор. Отложив флешку на потом, Джек прикурил новую сигарету и углубился в документы. Стив и Эрик точно его не бросят. Слишком много всего в их жизни произошло, чтобы не протянуть руку помощи. Через полчаса он в шоке смотрел на копию завещания деда по отцовской линии. - А вот это очень интересненько, - гаденько хмыкнув, парень отложил в сторону нужный документ и зашелестел бумагами, выискивая ещё какие-нибудь зацепки. Ещё через два часа Джек оторвался от своего занятия и откинулся в кресле. В голове потихоньку проявлялся план. Для начала надо было позвонить детективу, посмотреть флешку, а затем заняться завещанием. Да, дед помер намного больше, чем полгода назад. Но он же не знал об этом, а адвокат ни его, ни маму не искал, дабы огласить завещание. Суд примет его сторону, и отец ничего не сможет сделать. Грёбаный ублюдок воспользовался тем, что дети несовершеннолетние, и, как родитель, занял место главы ДО того момента, пока им не исполнится двадцать один год. Но Джеку уже двадцать три, как и брату, а папаня как сидел не на своём тёплом креслице, так и сидит. Ну ничего. Пришло время подвинуть свой зад. Розовый юркий язычок скользнул по тонким губам в предвкушении. О, маму будет очень легко уговорить помочь. Она так же ненавидела этого мужика, как теперь и второй родной сын. - Значит, не хочешь делиться не своим даже? Ничего, папочка. Ничего. Одна же кровь, а характером, видимо, я пошёл в деда. Никогда не отдам ни крошки из того, что принадлежит мне. Ха, я даже специальность выбрал под стать наследству. Дед бы мной гордился. В комнате зазвучал злобный, но весёлый смех, от которого у любого волосы встали бы дыбом и поджилки задрожали. Резко замолкнув, Джек нашёл среди разбросанных бумаг телефон и набрал номер детектива. - Это снова я. У меня новое задание… Да… Да… Узнайте всё о Марке Дэвидсоне и этом, как его... - Джек зашуршал документами, выискивая имя друга Грега. – А вот. Джордж Валентайн… Да, всё что возможно. Где, с кем, когда. Всё, вплоть до подгузников, которыми родители пользовались в младенчестве… Замечательно. Буду ждать. Прикрыв глаза, Джек откинул голову. Навалилась усталость, и казалось, что ему не двадцать три, а все пятьдесят три. Сняв очки, он свободной рукой помассировал переносицу. Можно было сделать коррекцию зрения, но Джеку было банально пофиг. Может, потом когда-нибудь. А пока ему нравились дорогие и стильные очки, которые сделали по его личному дизайну. Может, другому они и показались бы слишком большими и даже громоздкими, но лицу парня придавали нежную загадочность, сглаживая звериную хищность. Все, кто впервые встречался с ним, да и те, кто не нарывался, думали: «Ах, какой милый и добрый мальчик». Ну а тем, кому не повезло… Им только и оставалось смотреть, как снимаются почти и не нужные очки. А затем хищные тигриные глаза цвета янтаря впиваются в жертву, растерзывая взглядом и обещая немыслимые кары. В школе его так и прозвали - «Безжалостный Тигр». Джей терпеть не мог, когда кто-то по глупости сравнивал его со львом. Нет, он не такой. Царь зверей? Пф, не смешите тапочки вашей бабушки. Вот тигры - это да. Особенно Джеку нравились белые. Чёрные полосочки - это он в гневе, а белые - спокойное затишье. Хотя нет-нет да и проскользнёт тонюсенькая чернота, еле заметная для постороннего взгляда. После звонка детективу он решил просмотреть то, что находилось на флешке. Включив компьютер, вставил в её в соответствующее гнездо. На ней был лишь один файл. Щёлкнув по нему, уставился на экран, но тут же пожалел. Сузив глаза, заскрипел зубами. Руки просто жуть как зачесались избить в кровавую кашу любовничка Грега, а потом вот этим... этим, чтобы зубы потом собирали по полу в баночку. Нет, Джек помнил, что писал брат, но когда читаешь - это одно, а видеть воочию, как твоего близнеца имеют в разных позах, когда тот умоляет отпустить... Джек перевёл взгляд на фото Марка, потом на Джорджа. С Марком всё было понятно, он уже не впервой такое проделывал и ему воздастся втройне. А вот как Джордж мог отвернуться, высмеять его братика из-за этого жуткого видео? В душе поднимало голову всё тёмное, что парень прятал глубоко внутри. Ему пришлось долго, очень долго успокаиваться после увиденного. Джек тяжело вздохнул, побарабанил по столу, приводя мысли в порядок, а потом встал и пошёл в поисках матери. Он хотел узнать, знает ли она про смерть брата и завещание. Желание мести разгоралось ярким пламенем...