Fake

Девушка рассматривает свои руки, макает пальцы в кровь и делает разводы на стене их временного убежища под мостом. Скорее из интереса, нежели по какой-то другой причине. Узкие пальцы скользят по холодным камням, собирая пыль и грязь, расцвечивая серость алыми всполохами. Николай стоит сзади и с любопытством рассматривает светящийся в лучах закатного солнца рисунок: круг внутри которого смыкаются лучи звезды. Так красиво. Кровь от трупов скоро высохнет, так что она, такое ощущение, торопится. — Может я могу помочь? — восхищённо интересуется он и ловит взгляд её почти бесстрастных амарантово-фиолетовых глаз. — Если хочешь. Они рисуют вдвоём. Девушка хрупкая, тоненькая, эта пустота в её глаза практически завораживает. Коля смеётся, улыбается, повторяет за ней. Она позволяет, и после пятого (он нарочно считал) рисунка берёт его за руку и поправляет. От прикосновения по коже бегут мурашки, и всё переворачивается внутри. Такое новое чувство, которым хочется только наслаждаться. Он счастлив В следующий раз когда другие собираются вокруг неё, Коля наблюдает как она говорит. Тихий спокойный голос, но звенит в нём что-то такое, отчего хочется верить каждому слову. Будто гипнотизирует. В шестой раз он видит смерть "своих" от её руки. Кто-то снова усомнился в том, что девушка может вести за собой такую толпу. Возмутительно. Как они смеют перечить Богине? Она даже способность не использует. Движение ножа почти молниеносное, будто она всегда умела с ним обращаться. Росчерк и алые капли вспарывают воздух. Так красиво. Точь в точь те картины какие они рисуют вместе. Теперь парень начинает понимать. Её улыбку он видит только когда они знакомы уже три месяца. Николай не уверен, чей труп она разглядывает с таким интересом, но, кажется, оно должно иметь смысл. Или нет. По правде сказать он не уверен, насколько слово смысл уместно. Разве что в словосочетании с сакральный. Она молча поднимает голову, и амарантово-фиолетовый сияет, мертвым холодным блеском. Кажется, она злится, но он не понимает смысла. — Здесь был человек, которого я хотела увидеть снова. Интересный человек. Но мы опоздали, — взгляд наверх, на чернеющую громаду многоэтажки мафии. Коля следит за направлением взгляда и понимает, что ее что-то задело, но никак не может уловить что именно. — Это ты! Ты виновата в его смерти! Ты его убила, верно? — рыжий парень смотрит на них с такой ненавистью, что Николая снова переполняет возмущение. — Пустой трёп! Доказательства где, рыженький? Может сам его и столкнул, а теперь возмущаешься! Тот откровенно вскипает, и под ногами затряслась земля, а потом его откинуло в сторону. Николая словно задевает самого. Сердце ноет, и его отпускает. Несостоявшийся противник лежтт на земле без движения. Кажется, будто все кости в его теле переломались —конечности выгнуты под немыслимыми углами. Парень кидает взгляд на девушку. На мгновение в ее взгляде мелькает злость. Она достает нож и режет себе по запястью, размазывает кровь по лбу неподвижно лежащего на асфальте парня. — Ты обещал, что подождёшь, чтобы увидеть мою картину, — её голос звучит как у маленькой обиженной девочки, почти дрожал от эмоций — горечи, злости, разочарования. — Ты обещал мне, Осаму! Ты скотина! Несколько мгновений кажется, что она вот-вот даст трупу хорошего пинка, но она удерживается и только всхлипывает и разворачивается к нему спиной. Николай не понимает, что ее обидело, но впервые видит у Богини такую реакцию. — Я могу вам что-то помочь? — он делает шаг, проявляя несвойственную для себя осторожность и осмотрительность. Девушка моргает, только теперь словно осознавая, что он тоже здесь. — Можешь, — она чуть удивлённо смотрит на его протянутую руку, и он ведёт себя абсолютно нагло и сжимает её пальцы. Очень хочется заключить ее в дружеские объятия, но, право, он не настолько сошел с ума. — Вы говорили о картине. Это похоже на то, что вы рисовали под мостом тогда? — нет, Николаю действительно интересно. Любопытство сжигает его и по поводу того человека, который вызвал у Богини такие эмоции, какие он не подозревал вообще могут существовать. — Да. Для всего мира, — девушка вздыхает, но почему-то руку не вырывает и позволяет себя увлечь прочь от здания. Даже несмотря на то, что ночь, охрана может невовремя подоспеть. — Когда-то при встрече я пообещала другу, что напишу для него картину, а он решил, что имеет право сдохнуть прежде чем исполнит обещание. Николай выдыхает. Даже дуясь она просто очаровательна. Вознесенный на пьедестал образ трансформируется, но не теряет своей привлекательности. — Тогда я подожду. И помогу, — он безмятежно улыбается и подмигивает ей. Внутри восторг смешивается с безумием в одно цунами, которое обрушивается на душу, погребая под собой все целое,что там оставалось. — Буду благодарна, — она кивает и позволяет вести его так некоторое время. Парню чудится одобрение и как же он счастлив! Он обязательно поможет закончить Богине ее картину. Любой ценой.