Двойная цель.

      Тусклое освещение от луны за окном, едва уловимые очертания предметов мебели. Глухой тишине сопутствует холод, что пришел через открытую форточку. Освальд проснулся поздней ночью и беспокойно стал озираться вокруг. После потери его самых близких людей, ему часто стали сниться кошмары. Присев на угол кровати и коснувшись ступнями холодного пола, он обреченно вздохнул. Накинув на себя халат, Кобболпот прошел к стойке, в которой хранились дорогие вина. Ему нужно было успокоиться. Налив в бокал до краев красное полусладкое, он включил на виниле ту песню, которую пела ему матушка. Присев за стол, бутылка стала стремительно пустеть. А глаза стали наполняться горючей злостью и слезами. В это время прозвенел дверной звонок. Попытавшись успокоиться, он проследовал в ванную комнату и потратил целых пять минут на то, чтобы привести себя в порядок. Но ком в горле до сих пор стоял от воспоминаний, оставляя за собой неприятный осадок на душе. На момент, когда он только входил в гостиную, звонок прекратился.       — Оно и к лучшему, не хочу никого видеть сегодня, — Освальд вернулся к столику с выпивкой.       — Даже меня? — из дверного проема показался Нигма, слегка улыбаясь.       — Нигма, как ты?.. — полное замешательство отразилось на лице Освальда.       — Ты, наверное, уже забыл, ведь это было так давно. Ты передал мне дубликат «на всякий случай». Ну так что? Ты мне рад, или мне лучше уйти? — поправив очки, Эд ждал ответа.       — Я всегда тебе рад. Это правда, — Освальд поправил свой халат от подступающего холода и поднял глаза. Между ними произошел зрительный контакт, и, кажется, Нигма догадался, что его беспокоит.       — Знаешь что есть у меня и у полиции? — лукавый взгляд и в привычной манере сложенные руки на груди.       — Что?       — Ты.