Антигерой

Ненавистный будильник на телефоне пронзительно прозвенел где‑то возле уха. Юра сонно нащупал мобильник и, не открывая глаз, выключил неприятную трель. С трудом разлепив веки, парень бросил взгляд на приоткрытое окно: оттуда веял прохладный весенний ветерок, ласково касаясь лица. После ночной генеральной уборки сил на пробуждение почти не осталось — тело умоляло остаться в постели. Но в школу Юру манил лишь один человек — Агата. До её появления в классе число учеников было нечётным, и Юра неизменно сидел один — за задней партой, чаще всего на втором ряду от учительского стола. С тех пор как Агата стала его соседкой, у парня появился настоящий стимул ходить на занятия. Он ловил себя на том, что счастлив просто украдкой наблюдать за ней, пока она занята делом. Ценил мимолетные случайные касания локтями — ведь Юра был левшой, — а потом с глупой, но безмерно счастливой улыбкой извинялся. Ему хватало этого, чтобы забыть про вечный недосып и то, что полноценный восьмичасовой сон стал далеким воспоминанием. Юра был рад приходить в школу — лишь бы быть рядом с ней. Немного полежав в тёплой постели, Юра всё же встал с кровати. Наспех натянул серые джинсы и белую футболку. В спешке он не позавтракал и даже забыл взять рюкзак. В прихожей парень накинул на плечи кожаную куртку, надел недавно купленные кипенно‑белые кроссовки и вышел из квартиры, направившись к автобусной остановке. В автобусе он то и дело проваливался в дрёму, вздрагивая и просыпаясь всякий раз, когда объявляли очередную остановку. Наконец, добравшись до школы, Юра у входа столкнулся с Агатой. Девушка что‑то чертила на асфальте, а вокруг нее кружились младшеклассницы, наперебой что‑то рассказывая. Юра невольно улыбнулся, увидев эту картину, и молча подошёл ближе. На асфальте были начерчены классики. Агата старательно выводила последнюю линию, затем аккуратно встала и, окинув взглядом собравшихся девочек, заметила Юру. — О, Юр, привет! — Шатенка заправила за ухо кудрявые волосы, и на её лице расцвела тёплая, нежная улыбка. — А ты что, не на уроки пришёл? — Заметив, что у парня с собой ничего нет, Агата тихо рассмеялась. Юра продолжал улыбаться, а сердце в груди билось так сильно, что, казалось, его удары отдавались в ушах. Юноша засунул руки в карманы куртки. — Доброе утро. Да нет, как раз на уроки. Просто забыл взять рюкзак, — ответил он и взъерошил непослушные волосы, невольно выдавая свое смущение. В этот момент девочки хором затянули: — Тили‑тили‑тесто, жених и невеста! — Так, а ну перестаньте! — весело рассмеялась Агата и шутливо погрозила девочкам пальцем. — Пойдём, Юр, — добавила она и аккуратно взяла парня по руку. Они направились к школе под заливистый хохот девчонок. Агата подняла на Юру свои зелёные глаза и мягко произнесла: — Спасибо тебе, что вчера помог донести книги до дома. Я бы без тебя точно не справилась. Юра крепче прижал к себе руку Агаты, наслаждаясь ее близостью и едва уловимым ароматом. Он словно растворился в этом мгновении и не сразу нашел слова для ответа. — Ты же всегда знаешь, что можешь на меня положиться, — наконец тихо произнёс он. Агата смущённо улыбнулась, а затем с живым интересом поделилась планами класса на сегодняшний пятничный вечер: — Юр, ты, может, в беседе видел, что Север предложил? Классом собраться, посидеть — как говорится, в последний раз полной грудью надышаться перед надвигающимися экзаменами. Ты сможешь прийти? Девушка не отводила взгляда от юноши, её глаза внимательно скользили по его худому, четко очерченному лицу, словно пытаясь прочесть в чертах ответ раньше, чем он его произнесёт. Юра замер на мгновение. Хотя сегодня у него был выходной, мысль о встрече с одноклассниками казалась ему не самой удачной. С первого класса за ним закрепилась репутация хулигана — и это клеймо никуда не делось. Ребята невольно сторонились Лисева: все знали, на что он способен в приступе гнева. Юра не раз затевал драки в школе — неважно, с ровесниками или старшеклассниками. Если он считал, что произошло что‑то несправедливое, то непременно вмешивался и ставил обидчика на место. — Я пас, — не отрывая взгляда от Агаты, ответил Юра. — Буду корпеть над подготовкой к физике. — Он солгал легко и почти незаметно, ведь Агата до сих пор не догадывалась, что одноклассники сторонятся его. — А где вы будете? — добавил он как бы между прочим, лишь бы знать, где и как проведёт вечер девушка. — Север что‑то своё придумал, — оживилась Агата. — На природе, с шашлыками. — Как ты туда будешь добираться? — заботливо, почти по‑братски поинтересовался Юра. — О, наверное, на такси, — пожала плечами девушка. — Но, вообще, Север недавно права получил — он клятвенно пообещал взять пару человек с собой. Надеюсь, я буду в их числе, — и Агата тихо,мелодично рассмеялась. Так, увлечённо беседуя, ребята и зашли в школу. В их поселке было всего пара мест, подходящих для шашлыков, и Юра отлично знал дорогу к ним. В глубине души он уже твёрдо решил: пусть Агата думает, что он останется дома, — но вечером он все равно будет неподалёку, просто… наблюдателем. Уже у самых дверей школы, когда мимо пробегали другие ученики, заглушая голоса, Агата вдруг тихо произнесла — так тихо, что любой другой мог бы и не расслышать: — Жаль, что ты не сможешь поехать. Я бы хотела, чтобы ты тоже был там. Юра лишь усмехнулся про себя. «Буду, обязательно, — подумал он. — Только ты об этом не узнаешь». Школьный день промелькнул незаметно. Юра то и дело клевал носом на скучных уроках — сон упорно настигал его, несмотря на все усилия. Лишь на физике пришлось встряхнуться: он вышел к доске, уверенно решил задачу и получил заслуженную пятерку. В этом предмете он разбирался лучше всего — здесь логика и формулы словно складывались в единую гармоничную картину, понятную только ему. Когда прозвенел звонок с последнего урока, Юра без лишних раздумий предложил Агате проводить ее до автобусной остановки — хотя его собственный маршрут лежал совсем в другой стороне. По дороге они болтали о чём‑то лёгком и весёлом, и в эти мгновения Юра словно забывал о своей репутации,о прошлых драках и о том, как одноклассники его сторонятся. Рядом с Агатой он чувствовал себя обычным парнем — своим, нужным, живым. — Ты молодец! — восхищённо заметила девушка. — Я очень долго корпела над этой задачей, а ты решил ее сразу. Ты уже уверен, на кого будешь поступать? Юра и сам не знал, кем станет в будущем. Но физику он всё равно решил сдавать — хоть в чём‑то он разбирался по‑настоящему. — Да я просто с решебника её скатал, — подмигнулон Агате и тут же получил несильный толчок в плечо за своё враньё. Рассмеявшись, Юра чуть ускорил шаг и, развернувшись к Агате лицом, пошёл так дальше — спиной вперёд, не боясь наткнуться на кого‑то из прохожих. — Мне впору писать на вас заявление, Агата Олеговна Веденская, — шутливо произнёс он, — за нападение на личность, преемника, возможно, самого Теслы! Агата звонко рассмеялась. Ей действительно было весело рядом с Юрой, и в этот момент она вдруг подумала: почему они не общаются вне школы? Девушка решила, что, как только вернётся домой, обязательно напишет ему в социальной сети — пусть его и не было у неё в друзьях, она его найдёт. Юра, в свою очередь, заглядывал на её страницу куда чаще, чем на свою. — Нет, я напишу встречное заявление на вас, Юрий Вячеславович Лисев! — подхватила игру Агата. — За ваше враньё! Юра смеялся, позабыв обо всём на свете, как вдруг мимо пронёсся автобус — тот самый, на котором должна была уехать Агата. Он быстро подъехал к остановке и так же стремительно собрался трогаться, едва пассажиры зашли в салон. — О нет, следующий только через час! — в отчаянии воскликнула Агата, когда автобус уже начал отъезжать. Юра мгновенно обернулся, и без раздумий сорвался с места. — Я его остановлю! — крикнул он и побежал так быстро, как только мог. Автобус набирал скорость, а Юра махал руками, надеясь, что водитель заметит его в зеркало заднего вида. И — о чудо! — машина затормозила и открыла двери. Юра подбежал, встал в проёме между распашными створками, бросил взгляд на хмурого водителя и, запыхавшись, произнёс: — Подождите, пожалуйста, сейчас девушка подойдет. Он не собирался уходить — боялся, что двери закроются и автобус снова тронется. Но тут пассажиры за его спиной недовольно зашумели: — А мы что, не опаздываем? Юра окинул взглядом салон и, заметив пару вечно недовольных бабушек, невозмутимо ответил: — Вам уже спешить некуда, два понедельника жить осталось. В ответ на него обрушились гневные реплики, но Юра уже не обращал внимания: к автобусу спешила Агата. Не раздумывая, он оплатил за неё проезд, а на ее возмущённые протесты просто вышел из салона и с широкой улыбкой помахал ей, пока она смотрела на него в окно. По‑доброму закатив глаза на эту выходку, Агата послала ему воздушный поцелуй. Юра сделал вид, что поймал его, и приложил руку к щеке. Девушка заливисто рассмеялась, а Юра, глупо улыбаясь, стоял и смотрел, как автобус медленно удаляется, увозя её всё дальше. Юра шёл пешком до дома — словно опьяненный, он напевал песню любимой группы «Сектор газа» — «Лирика». В душе царил удивительный подъем: он и сам не понимал, почему присутствие Агаты так на него действует, но рядом с ней он ощущал себя по‑настоящему живым. Каждая встреча в школе, каждый разговор будто наполняли его существо новой энергией, пробуждали что‑то давно забытое, дремавшее где‑то глубоко внутри. «Ты идёшь, ты моя теперь, я приятную дрожь ощущаю с головы до ног. Ты со мною забудь обо всём…» — тихо пропел юноша и пнул камешек, катившийся по асфальту. В этот миг в кармане джинсов завибрировал телефон. Юра достал его и взглянул на экран — и сердце тут же согрелось от тепла: на дисплее светилось уведомление, от которого на губах невольно появилась улыбка: «Агата Веденская хочет добавить Вас в друзья». Он замер на мгновение, а затем, расплывшись в еще более широкой улыбке, тут же принял запрос. В который раз он открыл её профиль и принялся внимательно рассматривать фотографии — будто заново переживая мгновения, которых ещё не было в его жизни, но которые уже казались до боли родными. На одном снимке Агата стояла у окна рядом со своим пушистым котом, её лицо озаряла широкая, искренняя улыбка. На другом — она была на море: под тёплыми лучами солнца, в купальнике, слегка щурилась от яркого света, и в этом простом, естественном моменте было столько лёгкости и счастья. Третья фотография запечатлела её в библиотеке: она сидела с книгой, погружённая в чтение, и в её взгляде читалась тихая сосредоточенность. Юра знал каждую деталь этих снимков наизусть — мог бы воссоздать их по памяти, словно художник, пишущий портрет по едва уловимым штрихам души. Не в силах больше сдерживаться, он сам написал Агате: «Забыл сказать, я буду скучать все эти выходные и с нетерпением ждать понедельника». Несколько секунд он смотрел на отправленное сообщение, словно пытаясь уловить в нём отголоски своих чувств, а затем нажал «Отправить». Две галочки тут же появились рядом с текстом — и Юра вдруг осознал: Агата тоже была в чате, возможно, ждала его сообщения.  Сердце пропустило удар, когда на экране высветилось короткое: «Я тоже». Юра глубоко выдохнул, запустил руку в непослушные волосы и принялся их ерошить, пытаясь унять бурю эмоций. В эту секунду он был счастлив до безумия — настолько, что мир вокруг будто заиграл новыми красками. Боясь ненароком все испортить, он аккуратно заблокировал телефон и убрал его в карман. Теперь шаги его стали легче, а песня, которую он напевал, зазвучала громче — Юра шел домой, и душа его пела в унисон с мелодией, наполненной надеждой и теплом.   Отца дома не оказалось. Вместо того чтобы отдохнуть, Юра взялся за готовку на выходные: успел сварить ароматный борщ и запечь в духовке мясо с овощами. Погружённый в хлопоты, он не заметил, как день незаметно сменился вечером. Отец, похоже, снова где‑то пропадал — скорее всего, в компании друзей. Закончив с делами, Юра опустился на диван в гостиной. Усталость навалилась разом — он не успел даже устроиться поудобнее, как провалился в глубокий сон. Ему ничего не снилось: лишь беспробудная темнота, в которой он наконец нашёл покой и умиротворение — то, чего давно был лишён. Сон окутал его, словно мягкое одеяло, обещая долгий отдых до самого утра. Но внезапно тишину нарушил настойчивый вибрирующий звук — телефон в кармане джинсов напоминал о себе. Юра сонно приоткрыл глаза и бросил взгляд на часы. Он удивлённо замер: неужели проспал до самой ночи? На циферблате застыло время — 22:32. Телефон продолжал вибрировать. Не глядя на номер, Юра поднёс мобильник к уху: — Да, — голос после сна звучал хрипло и устало. Он прикрыл глаза — сон всё ещё пытался одолеть его. — Юра… — в трубке прозвучал тихий, дрожащий женский голос. Это была Агата. — Можешь приехать к нам, пожалуйста? Илья напился и пристаёт ко мне. Все ребята разошлись: кто на речку, кто за дровами, а мы с ним остались вдвоём… Мне очень страшно. Я спряталась в машине Севера, но не уверена, что он не найдёт меня до того, как вернутся остальные… Сон как рукой сняло. Юра резко вскочил с дивана и бросился в прихожую. — В смысле пристаёт? Что он делает? — в нём закипала ярость, кровь прилила к глазам. Быстро надев кроссовки, он выбежал из квартиры, сбежал по лестнице и устремился к гаражу, не прерывая разговора с Агатой. — Он делает мне двусмысленные намёки, пытался меня обнять, пока я не сказала, что мне нужно отойти в туалет, и не спряталась в машине, — голос девушки дрожал от страха. — Сначала он предлагал пройти с ним в палатку — якобы погреться, пока костёр затухает… Юру уже было не остановить. Злость нарастала с каждой секундой. От одной мысли, что с Агатой может случиться беда, внутри всё сжималось. — Я скоро приеду. Скинь геолокацию. И, пожалуйста, не выходи из машины. Закройся, ничего не бойся — я уже выезжаю. — Жду… — прошептала Агата. Юра подбежал к гаражу, открыл дверь, схватил шлем, выкатил мотоцикл. Дождавшись геолокации, он оседлал байк, сунул телефон в карман, надел шлем, завёл мотор и рванул с места. Скорость превышала норму, но ему было всё равно. Хотелось как можно скорее добраться до Агаты и проучить Илью так, чтобы тот надолго запомнил этот урок. Руки Юры сжимали руль с такой силой, что костяшки побелели. Прохладный ветер, вызванный скоростью, хлестал в лицо. Город остался позади, и вот уже показалась просёлочная дорога. Вскоре вдали замаячил отблеск костра. Юра заметил припаркованную иномарку и рядом — двухместную палатку. Возле неё расхаживал высокий статный блондин: он озирался по сторонам, будто кого‑то искал. Узнав в нём одноклассника Илью, Юра направил мотоцикл прямо к нему. Илья, увидев несущийся на него байк, едва не упал от неожиданности и едва успел отскочить в сторону, чтобы не угодить под колесо. В испуге он начал пятиться назад. Юра остановил мотоцикл, смерил одноклассника тяжёлым взглядом. Тот, едва Юра слез с байка, вдруг воспрянул духом и расправил плечи, пытаясь выглядеть внушительно: — Ты кто, чёрт возьми?! И что ты здесь делаешь, «призрачный гонщик»? Юра поднял стекло шлема, позволяя Илье увидеть его глаза, шагнул ближе, схватил за подбородок одной рукой, а второй замахнулся и с силой ударил по скуле. Из‑за выпитого алкоголя координация у Ильи была нарушена — он даже не успел защититься. От удара блондин рухнул на землю, а Юра, не сдерживаясь, начал наносить удары ногами. Они были настолько тяжёлыми, что Илья застонал от боли и взмолился о пощаде. — Что у тебя в голове, тварь?! — рычал Юра, теряя контроль. Услышав хрипы и заметив, что из носа Ильи пошла кровь, Юра остановился. Он подошёл к машине, за стеклом которой сидела Агата. Девушка, сжавшись, смотрела на него со слезами на глазах, узнавая в мотоциклисте вчерашнего ночного гостя. Разблокировав двери, она позволила Юре открыть их. С восхищением и благодарностью она смотрела на своего спасителя. Юра осторожно открыл дверь и протянул Агате руку. Она вложила свою ладонь в его — сильную и надёжную — и вышла из машины. Бросив короткий взгляд на Илью, всё ещё валявшегося в грязи, она перевела глаза на Юру и благодарно улыбнулась, а затем бросилась к нему в объятия. Юра обнял её за тонкую талию, прижал к себе. — Спасибо тебе… — всхлипнула Агата. — Поехали отсюда, — тихо сказал Юра. Он отстранился, снял шлем, аккуратно надел его на голову Агаты, подогнал по размеру. Приобняв девушку за талию, он провёл её к мотоциклу, помог сесть, затем устроился сам, завёл байк и, развернувшись, выехал с поляны, ставшей для Агаты местом ночного кошмара. Агата прижалась к Юре сзади, обняла его за талию. Повернув голову в сторону, она беззвучно плакала, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Юра чувствовал, как бьётся её сердце, и тяжело дышал, ещё не до конца успокоившись. Они ехали молча, каждый погружённый в свои мысли, но что‑то между ними в этот вечер изменилось — теперь их связывало нечто большее, чем школьная парта.