Антигерой

Утро встретило Юру мягкой рассветной тишиной — он проснулся сам, за несколько минут до звонка будильника. Тихо отключив его, юноша направился в ванную. Сонно взглянув на своё отражение в зеркале, он плеснул в лицо ледяной водой — это помогло окончательно прогнать остатки сна. Вернувшись в спальню, Юра быстро переоделся в серые джинсы и чёрную футболку, затем бесшумно вышел в прихожую. Из‑за двери родительской комнаты доносился размеренный храп отца. Юра надел белые кроссовки, накинул старую кожаную куртку — новую он отдал Агате и забыл забрать обратно, — и покинул квартиру. Сегодня он решил отправиться в школу на мотоцикле: впервые с тех пор, как приобрёл его. Лёгкий весенний ветерок играл с его и без того растрёпанными волосами, а в воздухе витал неповторимый аромат пробуждающейся природы. Юра глубоко вдохнул сладкий запах цветущей вишни и неторопливо зашагал к гаражу. Подойдя к воротам, он открыл их, взял шлем, выкатил байк и, надев защиту, оседлал мотоцикл. Заведя двигатель, Юра направился к школе. День обещал быть насыщенным. Он понимал: Илья не оставит всё как есть. Но Юру это мало волновало — главное, чтобы с Агатой всё было в порядке. На школьной парковке Юра припарковал мотоцикл и с удивлением заметил рядом дорогую иномарку. Из машины вышел молодой мужчина с портфелем в руке. Юра окинул его взглядом, усмехнулся и, сняв шлем, слез с байка. До начала урока оставалось двадцать минут — он надеялся, что Агата уже в школе. Ему отчаянно хотелось с ней поговорить. Войдя в здание, Юра направился к кабинету, где должен был пройти первый урок. Возле окна напротив класса он увидел Агату. Она стояла к нему спиной. Юноша мягко улыбнулся, тихо подошёл к девушке, аккуратно закрыл ей глаза руками и, наклонившись к её уху, ласково произнёс: — Угадай, кто. Агата вздрогнула, но, узнав голос Юры, мягко улыбнулась и осторожно убрала его руки, повернувшись к нему. Юра не рассчитал расстояние — когда девушка обернулась, они невольно столкнулись. Однако он не отступил, а остался стоять совсем близко, словно незыблемая скала. Юноша поставил руки по обе стороны от неё, будто создавая вокруг неё невидимую клетку. — Доброе утро, — выдохнула Агата. Она вдруг занервничала: дыхание участилось, взгляд забегал, пытаясь прочесть что‑то в глазах Юры. — Доброе, — не сдвинулся с места парень. — Как дела? — Всё в порядке… Спасибо ещё раз за вчерашнее, — улыбнулась девушка. — Не знаю, то ли Север проговорился, то ли сам Коробейников, но почти все одноклассники передо мной извинились. Многие говорят, что ты — герой, — тихо усмехнулась. Юра вскинул брови, на губах заиграла лёгкая усмешка. Похвала одноклассников его не трогала, но то, что Агата больше не избегает его, согревало душу. — Сегодня-то сядешь со мной? — промурлыкал он, словно довольный кот, и наконец отстранился, убирая руки и освобождая девушке путь. — Конечно. А ты что, заскучал по мне? — Агата легонько ткнула Юру в бок и, тихо рассмеявшись, направилась к дверям кабинета. Юра расплылся в глуповатой улыбке и поспешил следом. Войдя в класс, он сразу заметил хмурого Илью. От того словно отпрянули все прежние друзья — даже Север предпочёл сесть неподалёку от парты Юры и Агаты. Одноклассники перешёптывались, бросая на Лисева осторожные взгляды, полные немого восхищения, но заговорить с ним никто не решался. Лишь Коробейников метался взглядом между Юрой и Агатой, сверкая глазами, точно загнанный в угол хищник. Подойдя к своей парте, Юра бросил взгляд на Севера. Тот тут же оживился и протянул руку для рукопожатия. — Привет, — беззаботно произнёс блондин. Юра крепко, но без излишней силы пожал его ладонь и опустился на своё место, сперва пропустив вперёд Агату. Первый урок прошёл под шёпоты и украденные взгляды в сторону Юры и Агаты. Когда прозвенел звонок, девушка вместе с подружками направилась в столовую, а Север поднялся из‑за парты и окинул Юру задумчивым взором. Сам Лисев никуда не торопился — следующий урок должен был состояться в этом же кабинете. — Пойдём выйдем, покурим, — негромко предложил Север и направился к выходу. Юра проводил его взглядом, пока спина блондина не скрылась за дверью, затем поднялся и последовал за ним, не обращая внимания на тяжёлый взгляд Ильи, полный неприкрытой неприязни. В коридоре одноклассник подождал его, и они вместе направились к школьному туалету. Оказавшись внутри, Север закрыл дверь на щеколду, подошёл к подоконнику, открыл форточку и уселся на него. Достав из кармана пачку сигарет, он предложил одну Юре. Тот отказался — он не курил. Север вытащил сигарету, поджёг её и задумчиво выпустил дым в окно. — Коробейников объявил мне бойкот, назвал предателем и пообещал нам с тобой неприятности, — наконец произнёс он и сделал затяжку. — Я знаю, на что он способен. Всё утро следил за ним: он ходил по параллельным классам, искал единомышленников. Но его отвергли — никто не хочет связываться с тобой. Думаю, теперь он начнёт искать поддержку вне школы: у ребят из ПТУ и всякой мелкой шпаны. Я не навязываю дружбу, но готов помочь, чем смогу, — закончил Север, выбросил окурок в окно и посмотрел на погрузившегося в раздумья Юру. — Спасибо за предупреждение, хотя, признаться, это было ожидаемо, — усмехнулся Юра, пытаясь распутать клубок мыслей в голове. — Но почему ты вдруг решил помочь мне вчера? — Потому что этому подонку Илье давно пора дать отпор, — Север спрыгнул с подоконника и бросил взгляд на дверь. Юра всё ещё сомневался: может, Север играет на два фронта? Или эта дружба — часть плана Ильи, чтобы отомстить за пошатнувшуюся репутацию? — Я понял. Я не против, — после короткого раздумья принял правила игры Юра и протянул Северу руку — тёплую, крепкую, словно пламя костра. — Если понадобится помощь, дай знать — я подъеду, разберёмся. Он был не просто школьным задирой. Среди местной уличной молодёжи Юра слыл под прозвищем Лис — и эта репутация могла сыграть свою роль в грядущих событиях. Север крепко пожал протянутую руку Юры и молча кивнул. Затем, не говоря ни слова, подошёл к двери, распахнул её и вышел в коридор. Юра ещё несколько мгновений стоял на месте, погружённый в мысли, но тут прозвенел звонок — и он, резко развернувшись на пятках, поспешил на урок. Школьный день пронёсся незаметно, словно стремительный поток: Юра пару раз выходил к доске, заработал заслуженные тройки и терпеливо выслушал замечания Агаты о том, что ему пора всерьёз взяться за учёбу. Они шли по школьному коридору, и девушка всё ещё продолжала мягко увещевать его, когда Юра осторожно перебил её: — Поедешь со мной? — Ты на мотоцикле? — удивлённо переспросила Агата, тут же забыв о своих нравоучениях. В её глазах вспыхнул радостный огонёк: ей безумно понравилось кататься с Юрой, и она вовсе не собиралась упускать шанс повторить это приключение. — Конечно! Юра не смог сдержать счастливой улыбки и повёл Агату к парковке. Каждый, кто встречался им на пути, провожал пару взглядами — кто с любопытством, кто с недоумением. В коридорах шептались: неужели у проблемного Юры Лисева наконец появился шанс на счастье? И как такая светлая, правильная девушка, как Агата Веденская, могла выбрать его? Или её близость с Юрой — всего лишь благодарность за спасение от Ильи? Догадки множились, и история отношений Веденской и Лисева стала главной темой для разговоров в школе. На парковке Юра подвёл Агату к мотоциклу, бережно надел на неё шлем, аккуратно подогнал его по размеру, помог устроиться позади себя и ловко запрыгнул на байк. Агата тут же прижалась к нему, обняв куда крепче, чем в тот первый раз, когда он вёз её домой. По телу Юры разливалось приятное тепло. Он едва заметно улыбнулся и, заведя двигатель, выехал с парковки. Тёплый ветер обдувал лицо, играл с прядями волос и словно уносил прочь все тревоги. Но Юра едва ли замечал что‑то вокруг — все его мысли были заняты девушкой позади. Он ощущал её тепло, слышал едва уловимое дыхание и изо всех сил старался совладать с порывом остановиться где‑нибудь по дороге, снять с неё этот шлем и целовать — долго, жадно, без оглядки на время. Агата, в свою очередь, трепетала от счастья. Близость Юры будоражила душу, заставляла сердце биться чаще. Романтичные мысли вихрем кружились в голове, от чего во рту пересохло, а внутри всё сжалось в сладком предвкушении. К сожалению, дорога до дома Агаты оказалась слишком короткой. Юра припарковался возле подъезда, слез с мотоцикла и помог спуститься девушке. Агата аккуратно сняла шлем и положила его на сиденье. Подняв глаза на Юру, она вдруг заметила: вокруг не было ни души — даже бабушки, обычно сидящие на лавочках, куда‑то исчезли. Она медленно обвела взглядом его лицо, мягко улыбнулась и замерла, словно собираясь сказать что‑то очень важное. — Свободна сегодня вечером? Может, погуляем? — тихо произнёс Юра, улыбнувшись. Агата тут же энергично закивала: — Конечно, с радостью! Во сколько? — Часам к шести успеешь собраться? — продолжал улыбаться Юра, не отрывая взгляда своих каре‑зелёных глаз от лица шатенки. — Успею. А если нет, обещаешь подождать меня? — хитро улыбнувшись, поинтересовалась Агата. — Обещаю, — твёрдо заверил её Юра. — Значит, до вечера? — До вечера, я буду тебя ждать, — улыбка не сходила с лица Агаты, но ей пора было идти: девушка боялась опоздать на онлайн‑урок с репетитором. Юра не отрывал взгляда от её фигуры, пока она шла к подъезду. Он дождался, пока Агата выглянет в окно и пошлёт ему уже такой знакомый воздушный поцелуй. Юра, как всегда, «поймал» его и приложил руку к щеке. Затем оседлал байк, махнул девушке рукой и покатил по просёлочной дороге к дому. Переступив порог квартиры, Юра невольно зацепился взглядом за обувь отца в прихожей. «Неужели и сегодня он выбрал себя, а не алкоголь?» — промелькнула робкая надежда. Тихо пройдя на кухню, парень увидел отца — тот одиноко сидел за столом. Юра шагнул к нему. По лицу Вячеслава читалась невысказанная боль, словно внутри него разрасталась тёмная бездна. — Ты в порядке? — спросил Юра, хотя и понимал, что вопрос риторический. — Да, — отозвался отец, тяжело вздохнув. — Был в ЗАГСе. Подал заявление. У матери срок большой, нас сразу развели. Взгляд Юры упал на зелёный документ на столе — с подписями и печатями, холодный и официальный, будто подчёркивающий окончательность случившегося. Вячеслав встал, подошёл к навесному шкафчику, открыл его и достал начатую бутылку самогона. — Ты опять собираешься пить? — хмуро спросил Юра, следя взглядом за тем, как отец берёт рюмку и наливает себе. — Да. А с завтрашнего дня — всё. Кодируюсь, — с горькой усмешкой бросил Вячеслав и опрокинул рюмку. Злость вскипела в Юре, обожгла изнутри. Не говоря ни слова, он вышел из кухни — злой на отца, неспособного побороть зависимость; на мать, решившую добить и без того надломленного человека; но больше всего — на самого себя, потому что никак не мог помочь отцу. За спиной послышалось звяканье посуды, а затем — громкий хлопок двери: отец отправился к друзьям. Единственное, что согревало душу в этот момент, — предстоящая встреча с Агатой. Юра нетерпеливо следил за стрелками часов, дожидаясь половины шестого, чтобы оседлать мотоцикл и помчаться к ней — к самой нужной, самой любимой, самой удивительной девушке на свете. В ожидании он перемыть всю накопившуюся посуду и успел принять душ. Стоя в ванной и вытирая волосы полотенцем, Юра заметил, как на стиральной машине загорелся экран телефона. Он подошёл, взял мобильник и открыл диалог с Агатой. В чате лежали сообщения от анонимных отправителей — мерзкие, ядовитые строки, поселившиеся в её переписке: «Подстилка Лисева, это тебе с рук не сойдёт!» «Передай своему геройчику, что правосудие нагрянет!» «Тупая девка». Ярость вспыхнула в груди Юры, словно пламя, готовое испепелить всё вокруг. Ему захотелось найти каждого, кто осмелился написать эти грязные слова в адрес Агаты, и заставить их пожалеть о содеянном. Дрожащими пальцами он нашёл в сообщениях диалог с Севером и переслал ему скриншоты. Север Романов, 17:12 Что и требовалось ожидать. Не могут добраться до тебя — решили бить по Агате. Юрий Лисев, 17:12 Ты знаешь, кто может этим заниматься? Сам Коробейников или кто‑то из его шайки? Север Романов, 17:13 Думаю, сам Илья. Не стоит рубить сгоряча. Пусть Агата сохранит эти сообщения — в случае чего предъявит в полицию. Ты только не лезь в это. Коробейников именно этого и добивается: чтобы ты снова замарал руки, а он снял это на камеру, чтобы выставить себя жертвой и очернить тебя. Юрий Лисев, 17:13 Понял. Перечитав последнее сообщение Севера, Юра тяжело вздохнул. Внутри всё клокотало от бессильной злости, но он понимал: друг прав. Нельзя поддаваться на провокации. Илья только и ждёт момента, чтобы подставить его. Вернувшись в диалог с Агатой, Юра быстро напечатал: Юрий Лисев, 17:16 Сделай скриншоты и закрой профиль, чтоб никто не дописался. Я скоро приеду. Отправив сообщение, он, не обращая внимания на мокрые волосы, натянул приготовленный спортивный костюм. В прихожей Юра обулся, накинул кожаную куртку и, выйдя из квартиры, поспешил к гаражу. Спустя несколько минут мотоцикл Юры замер под окнами дома Агаты. Сумерки уже окутывали улицу мягким сумраком, когда возле подъезда появилась девушка. В руках она держала кожаную куртку — ту самую, что Юра отдал ей после поездки с поляны. Юра мягко улыбнулся и дождался, пока Агата подойдёт ближе. Он аккуратно обнял её. Настроение у девушки было подавленным, но она всё же ответила на объятие. — Как ты? — с искренней заботой в голосе спросил Юра. — Жутковато, — призналась Агата и вздохнула. — Но я закрыла все профили, вроде бы теперь никто не сможет достучаться. — Она окинула Юру взглядом и вдруг беззлобно рассмеялась: — У тебя весь гардероб состоит из косух? Юра счастливо улыбнулся, окинул себя взглядом, затем снова посмотрел на Агату: — Хочу соответствовать ярлыку антигероя. В этот момент на парковку у дома подъехала машина. Агата заметно напряглась и невольно сжалась. Юра приподнял бровь, проследил за её взглядом и обернулся. Из автомобиля вышел стройный высокий мужчина с седыми волосами и безупречно выбритым лицом. Он окинул взглядом пару и громко произнёс: — Агата? Девушка вздрогнула и тяжело вздохнула, затем повернулась к отцу: — Да, пап, это я. Я просто вынесла Юре его куртку — забыла отдать, когда он подвозил меня с поляны до дома. Юра впервые видел отца Агаты. При ближайшем рассмотрении стало очевидно, насколько они похожи: те же чёткие черты лица, тот же открытый взгляд. Олег окинул Юру недоверчивым взглядом и протянул руку: — Ну, здравствуй, Юрий. Юра без колебаний крепко пожал протянутую руку и кивнул: — Здравствуйте. Я хотел пригласить Агату погулять. Отпустите? — Она уже нагулялась, — усмехнулся седовласый мужчина, бросив на дочь строгий взгляд. — Да и завтра в школу. Не забывайте, что через полтора месяца у вас экзамены. Пора бы отложить гулянки и заняться подготовкой. — Я каждый день готовлюсь, — попыталась возразить Агата. — А теперь покажешь мне, как усердно ты готовишься, — Олег приобнял дочь за плечи и снова окинул Юру взглядом. — Возможно, в следующий раз, — с самодовольной улыбкой добавил он, обращаясь к дочери. — Прощайся, нас мама ждёт на ужин. Агата выпрямилась, убрала руку отца с плеча и твёрдо произнесла: — Пап, я хочу пригласить Юру к нам на ужин. Олег бросил на дочь короткий взгляд, затем равнодушно посмотрел на Юру: — Юрий, наверняка, спешит к своей семье. Не стоит его отвлекать. Семейный ужин — это очень важно. Правда, Юра? — Правда, — усмехнулся Юра, отчётливо понимая, что отец Агаты вовсе не желает видеть его за своим семейным столом. Он перевёл взгляд на девушку: — Как‑нибудь в другой раз обязательно. Спасибо за приглашение. Я поеду. В глазах Агаты заблестели непролитые слёзы. Юра чувствовал укол вины, но решил не усугублять ситуацию — не хотел портить её отношения с отцом своей настойчивостью. Он уже сел на мотоцикл и готовился уехать, когда Агата решительно произнесла: — Пап, можно я попрощаюсь с Юрой? — Конечно. Я пойду домой, — усмехнулся Олег, в последний раз окинув Юру оценивающим взглядом. — До свидания. Его вид говорил сам за себя — мужчина явно чувствовал себя победителем. Развернувшись, он направился к подъезду и скрылся за дверью. — Прости, пожалуйста, — тихо сказала Агата, глядя на Юру. — Не так должен был закончиться наш вечер. Я думала, успею уехать до того, как приедет отец. Он не одобряет моё общение с парнями… Считает, что я могу влюбиться, потерять голову и завалить экзамены. — Я не обижаюсь, — тепло ответил Юра, его взгляд бережно скользил по лицу девушки, ловя каждую эмоцию. — Будь у меня такая красивая дочь, я бы тоже беспокоился, чтобы ею не воспользовались. Агата тихо усмехнулась, на мгновение замерла, словно собираясь с духом, а затем шагнула ближе и аккуратно поцеловала Юру в щёку. Он не ожидал этого жеста — сердце в груди трепетно дрогнуло и наполнилось тёплым, почти невесомым счастьем. — До завтра, Юрочка, — прошептала Агата и, вся залившись румянцем смущения — словно спелый помидор, — развернулась и поспешила к дому. Юра остался стоять, улыбаясь самому себе. Только рядом с Агатой он ощущал это удивительное, почти волшебное чувство — будто весь мир становится ярче, а душа наконец находит покой. И пусть их прогулка сорвалась, эти короткие мгновения рядом стоили гораздо больше, чем долгие часы с кем‑то другим. Он дождался привычного момента: Агата, как всегда, появилась в окне. Юра поднял глаза, улыбнулся и помахал ей рукой. Девушка ответила тем же — её улыбка на мгновение осветила сумрак вечера, — а затем быстро скрылась из виду. В следующее мгновение к окну подошёл Олег и плотно задёрнул шторы, словно отрезая связь между ними. Юра лишь тихо хмыкнул, надел шлем, завёл мотоцикл и, бросив последний взгляд на тёмные окна, покатил по вечерней улице к себе домой.