Каково это?

Позволь мне рассказать всё о своей жизни, говоря о чужой

Удушающее солнце слепит глаза

Тону в чувстве, которое душит разум

Надеясь, что дождь скроет небеса

Как мне пережить этот шторм?

Собирая все обрывки мечт, которые так и не сбылись

Кажется, всё это было моей ошибкой.

Время от времени,

Я просто снова ломаюсь.

В погоне за мечтами, всегда недосягаемыми,

Всё уносится прочь.

Я не могу угнаться.

Чувства, которые невозможно стереть.

Боль и ярость.

Это никогда не то же самое, верно?

***

      — Здравствуй, старый друг, — ухмыльнулся Лу, приветствуя Окса. Лидия, Кэти и Тьюсдэй замечательно справились с заданием.       — Л-Лу? — рассеянно спросил заяц.              — Они знают друг друга? — удивилась Лидия.              — Он только что сказал: «Л-Лу»? Прочисти уши, — съязвила Кэти.              Окс опустил свой взгляд и слегка нахмурился. Кажется, он начал понимать, в чём дело.              — Эй, Лу, как тебе моя челка? — совершенно не в тему произнесла Тьюсдэй.              — Так, вы своё дело сделали. Можете быть свободны, — с явным раздражением скомандовал Лу.              Шпионки переглянулись и поняли, что дело, кажется, серьёзное. Хотя об этом можно было догадаться еще когда им приказали кого-то похитить… С Лу в любом случае лучше не спорить, так что они поспешили удалиться.       Окс был в полном смятении. Эти девочки выполняли поручение Лу? Значит, он всё так же руководит Университетом? Но почему и как после стольких долгих лет он вспомнил о нём? Откуда узнал о том, где его найти?       И зачем он ему?       Заяц поднял взгляд на своего похитителя и почувствовал, как по его шерстке пробежали мурашки.       Он все ещё помнил его улыбку.       Но она больше не принадлежит ему.       Улыбка превратилась в ухмылку, а от когда-то горящих глаз теперь веет лишь холодом.       В комнате повисла громкая тишина. Вдруг, Лу начал говорить.              — Итак. Давай по порядку. Как ты выжил? – Лу сложил ладони треугольником и прищурил глаза. Что-то в его старом плане явно пошло не так, как надо.              — В том туннеле была развилка… — Окс сам не знал, почему так просто отвечает на вопросы своего старого друга. Он ведь явно использует всю информацию в пользу себе и во вред всем остальным. — Она вела в пустошь. Я заделал путь, ведущий в сжигатель.              — И с каждым новым днём вас, уродцев, становилось всё больше. И вы соорудили себе свой уродский городок. А теперь пытаетесь своим уродством испортить то совершенство, которого я так долго добивался — Лу наклонил голову, испепеляя Окса взглядом.              — Лу, я не понимаю…              — Конечно. Конечно, ты не понимаешь. Ведь твои маленькие друзья не сказали тебе, что собираются сделать. Похоже, лидер из тебя так себе. Куклы в Университете – мои. Они и шага в сторону не сделают без моего разрешения. Хотя, было наивно полагать, что ты можешь быть хоть в чём-то лучше меня.              Окс сверлил взглядом пол, переваривая каждое ядовитое слово Лу. Видимо, дело в ком-то из дефектных кукол. Но кто из Агливиля мог натворить что-то настолько серьезное?       …       Кажется, более правильный вопрос в этом случае – «что» и «как».       Потому что на вопрос «кто» мог быть только один ответ.              — Мокси…              — О, так ты догадываешься, что произошло?              Она всё-таки не послушала. И никто из её друзей так же не послушал.              — Я… Я пытался оградить её от этого…              — Ну, значит, ты пытался недостаточно.… Какая жалость. Но ведь и я, и ты знаем: правду не скроешь.              Окс взглянул на Лу исподлобья. Неужели от его старого друга совсем ничего не осталось? Он похитил его, угрожает ему, его друзьям…       Нет.       Не только ему или его друзьям.       Всем дефектным куклам.       Он искренне не понимал, как такое могло произойти. Неужели ему было недостаточно сломить его одного?

Любовь и ненависть - всё это смоется прочь

Скажи мне, где ты прячешь свою боль

Так грациозно и сияя улыбаясь?

Каждое маленькое обещание, которое мы когда-либо давали

Неся груз ответственности за каждую совершенную ошибку

Всё же мы приближались к наступлению нового дня.

      — Лу… Что с тобой стало?              — Со мной? — Лу усмехнулся. — Со мной всё прекрасно. Всё так, как и должно было быть. Я знаю кто я, а ты - знаешь кто вы. Ты ведь поэтому все эти годы не пытался сунуться обратно? Пока не появились те, у кого смелости хватило… — Лу начал расхаживать из стороны в сторону. — Но! Где-то в глубине души ты знал. Знал, что так и будет. Это рано или поздно должно было произойти. Ведь все куклы одинаковые. Даже вы, дефектные. Все мечтаете о Большом Мире, зная, что он для вас закрыт.              Слова Лу давали на больное. Вскрывали старые раны, втирая в них соль. Но Окс не хотел спорить с ним, ведь знал, что это бесполезно. Сейчас важно лишь найти выход из тупика. Если, конечно, таковой имеется.       — Лу, нам не обязательно ссориться. Я смогу уладить проблему с Мокси, обещаю. Только не поступай с ними так, как поступил со мной.              Лу приподнял бровь, уголки его груб слегка подрагивали в попытке сохранить безучастную ухмылку.              — Как Я поступил с тобой? Позволь напомнить тебе: это именно то, чего ты хотел. Ты хотел уйти. Выбрал уйти. Ты всё закончил. И посмотри, к чему это привело: теперь у нас серьезные проблемы. И я не думаю, что есть способ их разрешить. И теперь, то, что будет с Мокси и остальными уродцами – твоя вина. ВСЁ это – твоя вина.              Окс нахмурил свой единственный глаз. Так вот значит, что решил сделать Лу? Выставить его одного виноватым во всём?              — А у меня был выбор? Что я, по-твоему, должен был сделать?              Лу нахмурил брови. Ухмылка с его лица растворилась.       «Остаться» — подумал он.       

Что ж, это могло быть просто, всё, что ты должен был сделать — остаться.

Но уже слишком поздно.

      — Ты начинаешь действовать мне на нервы. Давай проясним: только лишь по старой «дружбе» я позволю вам и дальше жить свои ничтожные уродские жизни. Ты расскажешь Мокси и её дружкам всю правду, заберешь их в ваш Уродовиль. И ты так же, как и все остальные, никогда не сунетесь обратно. Это ясно?              Окс в последний раз поднял свой взгляд и в последний раз убедился, что его старого друга больше нет. Всё, что говорил Лу – хоть и горькая, но правда. Это по его вине куклы попали в Университет. Из-за него правда, которая разрушала душу Окса, разрушит надежды и мечты всех остальных дефектных кукол.       Из-за него.              Нужно поскорее забрать остальных. Главное, чтобы они были в безопасности.              — Ясно, — Окс опустил голову, стиснув зубы.              — Мы наконец поняли друг друга, — Лу довольно развел руками. — Какое облегчение. Прошло достаточно времени без выходок твоих протеже. Думаю, сейчас точно должно будет что-то произойти. Пойдем-ка на главную площадь. Надеюсь, их… ваш позор застанет как можно больше кукол.              Окс поднялся и медленно побрел вперёд, ничего не отвечая. На лице Лу вновь появилась победная ухмылка. Он привык ломать кукол: уничтожать их дух, разбивать мечты в дребезги. И Окс не стал исключением. Может быть, когда-то он и был его другом, но ровно до того момента, как решил, что сбежать будет лучше, чем бороться.       Несмотря на то, что Лу был тем, кто решил избавиться от Окса, он был уверен, что это его бросили.       Окс хотел уйти точно так же, как и все остальные. Он ушел, а Лу стоял и смотрел, как легко, как он думал, тот решил уйти, уйти от всего, что было, что их объединяло. От него. А затем, Окс даже начал жить «счастливую» жизнь, обретя новых друзей. Только вот Лу так и остался один. Окс был его первым и единственным другом. И он же был тем, кто его бросил. Но если бы он выбрал остаться…       Тогда Лу никогда бы не стал настоящим собой.       Когда-то он был готов отдать всё, чтобы в тот проклятый день Окс решил не уходить. Ему казалось, что они поняли друг друга и узнали достаточно, но что-то пошло не так.       А потом было горько и холодно. Было темно, и в этой темноте растворялось всё. И теперь, не осталось ничего. Только пустота. И Лу отчаянно хватался за неё.       Но всё, что было – прошло. И оно растворяется. А тишина – поглощает.       Лу не мог оглядываться назад без преследующих его, словно призраки, воспоминаний.       Но это больше не так.              — Эй, Окс, повеселее! Сейчас ты наконец встретишь своих «друзей». И никогда больше не вернешься.

      Я никогда не забуду. Никогда не пожалею. И буду жить свою жизнь.

      

***

За эту бесконечную историю расплачиваются гордыней и судьбой.

Мы все падаем, не достигнув триумфа,

Потерявшись в своей судьбе.