Ловушка

Рон Уизли направлялся к кабинету Снейпа, его шаги эхом отдавались в пустыном коридоре. Подземелья казались невероятно жуткими, и через некоторое время от их пустынности Рону показалось, что он практически кожей ощущает ту атмосферу безнадежности, что обычно присуща подземельям, используемым в куда менее благородных целях. Он нервно сжал в левой руке кусок пергамента. Это была записка, которую он получил во время завтрака. Ее доставила школьная сова. В ней говорилось:

Вторник и четверг, от четырех до пяти часов пополудни. Ответьте, если вас не удовлетворяет время.

Разумеется, она была от Снейпа. Так как никаких проблем со свободным временем у него не было, то Рон просто отправил сообщение, что ему все подходит. Поэтому сейчас, когда уже почти четыре, он подходит к кабинету мужчины. И всего через пару минут он с ним встретится. Начиная с того знаменательного случая на завтраке, у Рона было несколько дней, чтобы осознать свои чувства к профессору Снейпу и собственные сексуальные пристрастия. Несмотря на то, что он утверждал, будто его интересуют только девушки, он не мог не признать, что было что-то в преподавателе зелий, что заинтересовало его. Так что, видимо, он все же оказался бисексуалом, и, по правде, его это устраивало. В последние дни он более пристально следил за Снейпом и заметил несколько вещей. Для начала, хотя он все еще сходился с остальными гриффиндорцами во мнении, что Снейп, как и любой слизеринец, – настоящая сволочь, Рон не мог не думать, что есть что-то еще под этой маской надменности и злобы, которую зельевар демонстрировал всем окружающим. Иногда, когда все ученики были заняты зельями, и Снейп думал, что на него никто не смотрит, мужчина выглядел… почти уязвимым... сидя там, за столом из темного дуба, и задумчиво уставившись в потолок. Разумеется, Рон вел себя очень осторожно, что Снейп не заметил его наблюдений. И все же он пристально следил за мужчиной. Ему очень нравилось смотреть на зельевара, пусть даже это получалось мимолетно и нечасто. А теперь он стоял перед дверью в кабинет. Тридцать секунд до четырех. О, отлично... Дверь резко распахнулась. – Входите, мистер Уизли. Рон тихо вошел. Снейп постоял немного и тоже проследовал за ним. Они оказались в другой комнате. Это был небольшой конференц-зал с прямоугольным столом, за которым вполне можно было бы усадить человек восемь. – Каждый вторник и четверг у нас здесь будут уроки. Вы обязаны приходить в назначенное время, – Снейп загнул длинный черный локон за ухо. – Если меня здесь нет, когда вы пришли, то вы можете войти и оставаться в этой комнате и читать книги. Ясно? Рон кивнул и быстро осмотрелся. Две стены были закрыты стеллажами с десятками книг, аккуратно выставленных на полках. Что же, Снейп настолько же пунктуален и педантичен, как он и подозревал. – Итак, а теперь садитесь, и мы начнем. Урок зелий прошел беспрецедентно, ведь впервые Рон так внимательно слушал профессора Снейпа. Уизли вдруг осознал, что зелья – это круто, и что их изготовление довольно захватывающая штука. Этот урок был разительно другим, ведь вокруг не было его друзей гриффиндорцев, шушукающихся и хихикающих по любому поводу. А еще – никаких раздражающих слизеринцев. Рон даже жалел, что не пошел на эти индивидуальные консультации раньше. От скольких мигреней это спасло бы его! И тут оказалось, что уже пять часов. Снейп достал палочку. – Что ж, мистер Уизли, время. Мы с вами разобрали особенности приготовления заживляющего бальзама. И, по правде, вы справились даже лучше, чем я ожидал, – неохотно признал мужчина. Рон с трудом сдержал усмешку. – Рад, что вы так думаете, профессор. – Лучше, чем ожидалось от гриффиндорца, – сильнее нахмурился Снейп, а Рон улыбнулся в глубине души. Мужчина действительно с трудом одаривал похвалой представителей конкурирующего дома. – Прекрасно, – сказал Снейп. – Тогда увидимся в четверг. У вас будет практический урок, так что принесите свои ингредиенты. Не забудьте прочитать те главы, которые я вам порекомендовал. Они вам пригодятся, чтобы справиться с письменным заданием по моему предмету. Рон угрюмо кивнул, развернулся и вышел из кабинета. Как только закрылась дверь, он несколько расслабился и позволил себе улыбнуться. Все сработало. Снейп уже пришел к мысли, что он не ничего не стоящий гриффиндорец, а что-то большее. Для этого Рону пришлось провести вчера несколько часов, усердно изучая те темы, которыми он совершенно пренебрег. Это было сложно, но определенно того стоило! Все, что от него требовалось теперь, поддерживать сложившееся положение. *** – Гермиона? – громко спросил Рон, надеясь, что его подруга находится в своей комнате. Он не мог дождаться. Ему хотелось поделиться с ней впечатлениями от первого урока. Разумеется, девушка будет рада. Она годами ворчала о том, насколько плохо они с Гарри занимаются уроками, и что понятие о правильной подготовке к учебе напрочь отсутствует у большинства учеников Хогвартса. Тишина. Никакого ответа. Уже будучи уверенным, что комната пуста, Рон сделал несколько шагов прочь, но тут услышал звук удара, а потом за ним последовал громкий стон. Встревожившись, он резко обернулся и подскочил к дверям комнаты. Уизли испугался, что кто-то посмел причинить Гермионе вред. – Герм, ты там? – снова позвал он. А потом услышал еще удар. – С тобой все хорошо? Ответа все также не было. Решив, что массивная дверь глушит его голос, и что там может оказаться раненная девушка, Рон открыл дверь, даже не постучавшись. И тут он почувствовал, как его челюсть буквально упала до пола, так он был шокирован открывшейся картиной. Стоны действительно издавала Гермиона. Вот только она не была ранена. Да и одиночество ей не грозило. На самом деле, в данный момент она выглядела очень счастливой и довольной жизнью, ведя сейчас на кровати весьма активный образ жизни. – Перси!!! Старший брат Рона подпрыгнул и попытался прикрыться подушками. Гермиона вскрикнула и нырнула под одеяло. На мгновение все трое смотрели друг на друга с абсолютно паническими выражениями лиц. Рон почувствовал, что пылает от смущения. Для него это было слишком. – Простите, – пробормотал он, отходя к двери. – Пожалуйста, простите. И без лишних слов он сбежал в свою комнату. *** – Рон? – раздался голос брата. – Рон, я могу с тобой поговорить? Буквально минуту? – Уйди! – Рон еще сильнее вжался лицом в подушку. У него совершенно не было сил предстать перед братом после такой отвратительной сцены. – Пожалуйста, Рон. Мне нужно поговорить с тобой, – нынешний Глава Отдела Международного Волшебного Сотрудничества медленно открыл дверь и направился к кровати младшего брата. Перси озирнулся. За исключением Рона, в комнате никого не было. – Слушай, я сожалею, – Перси присел на кровать около обессиленного Рона. – Мы не хотели, чтобы так получилось. Так просто... произошло! Тишина. – Послушай... – в голосе Перси уже начало звучать отчаяние. – Я не хотел уводить ее у тебя, но веришь или нет... Я люблю Гермиону. Знаю, она несколько молода для меня, но обещаю тебе, я не причиню ей вреда. Прости, что мы не сказали тебе раньше, но... – Ты вообще о чем говоришь? – Рон, наконец, сел на кровати, насмешливо смотря на брата. – Я не влюблен в Гермиону. Теперь наступила очередь Перси удивляться. – Нет? Рон рассмеялся, в шутку ударяя брата подушкой. – Нет, ты, идиот! Откуда ты вообще взял эту мысль? – Ну, вы трое всегда были очень близки, и ты никогда не рассказывал о своих девушках, поэтому я подумал... – затих Перси, усмехнувшись. – Она никогда не была чем-то большим, чем друг. На самом деле, она просто один из двух моих лучших друзей. Какое-то время я думал, что она влюблена в Гарри. Но, очевидно, я заблуждался, – усмехнулся Рон. – Я очень счастлив за вас, Перс. Прости, что так перепугал вас. Мне было действительно стыдно. – Да уж, предполагаю. Особенно если все так обстоит, – Перси рассмеялся над своим братом. Он был рад, что они со всем разобрались. И тут Рон немного напрягся. – Ну, на самом деле, мне самому есть в чем признаться. – На тему? – Перси удивленно нахмурился. Рон снова покраснел и наклонил голову. – Даже не знаю, почему я тебе это говорю. Ты будешь возмущаться. – Я не настолько пуританин, как ты думаешь, – стал подталкивать его Перси. – Продолжай… Доверься мне. – Ну, я как бы ухаживаю кое за кем сейчас. Правда, я пока не уверен, насколько серьезно отношусь к этому. – И кто это? – Обещаешь не убивать меня? – сквозь ресницы посмотрел на него Рон. – Да. А теперь скажи имя, – потребовал Перси. – Снейп, – ответил юноша, затаив дыхание. – О... – протянул Перси, застыв и глупо моргая. Рон вздохнул. Он ожидал, что его брат более… отзывчив. – Итак, – несколько напугано начал Перси, – ты – гей? – Уммммм…. Не совсем, по правде. Я скорее думаю, что я – би. Понимаешь, тут дело в том, что… – и Рон быстро, вкратце рассказал историю про игру в шахматы и про ставку Гарри. – Дело в том, – продолжил Рон, – что я не уверен, хочу ли я выполнять это пари. Понимаешь, да я проиграл Гарри, и пари – это дело нешуточное, но я не хочу втягивать Снейпа в эту грязь. Чувствую себя скотиной. Он ведь, на самом деле, далеко не так плох, как я думал. – Ага, – нерешительно сказал Перси. – Вы решили начать с учебы, верно? Рон кивнул. – И ты действительно хочешь видеться со Снейпом? Ну, ты знаешь, что я имею в виду… Он тебе по-настоящему нравится – без этого пари и той игры? – спросил Перси. – Нууу…. Я…. То пари стало точкой отсчета. Я не знаю, нравится ли он мне именно в этом смысле, но он…. он меня интригует, – Рон опустил взгляд на руки. – Я хочу лучше узнать его теперь, когда увидел в Снейпе человека. – Ну и хорошо. Нет ничего страшного в том, чтобы ближе познакомиться с ним, – Перси похлопал Рона по спине. – И если, дорогой мой брат, ты и, правда, окажешься геем, то я вполне благословляю тебя. Снейп – хороший человек. Просто он скрывает свою неповторимость под огромным слоем сарказма. Рон улыбнулся. – Похоже, ты неплохо его знаешь. – Я был ближе к нему, чем обычный ученик во время своей учебы. Но нет повода для ревности: все ограничивалось отношениями учитель-практикант. Рон в шутку стукнул Перси, от чего парни на пару рассмеялись. – Рон? – оба юноши подскочили. Гермиона с несчастным лицом заглядывала в дверной проем. На этот раз она была полностью одета. Перси встал и подошел к ней. – Все в порядке, милая. Мы объяснились. Девушка нерешительно подошла к Рону. Ее щеки все еще были пунцовыми. Рон усмехнулся. – Нет необходимости смущаться, Герм. Я действительно счастлив за вас обоих, – он взял их за руки и крепко обнял. Гермиона и Перси с любовью посмотрели друг на друга. – Ну, а теперь... – Рон стал оживленно потирать руки. – Хватить обниматься. Идем искать Гарри и говорить ему отличные новости. *** – Итак, ты, и правда, решил серьезно закрутить с ним роман? – Гарри спросил Рона во время обеда. Уизли уже рассказал до этого все события дня Гарри и Гермионе. Кроме того, он известил их о своем решении по поводу отношений со Снейпом. – Да! – сказал Рон сквозь набитый пастой рот. – Просто, дайте нам понять, куда это приведет. – Ну, не могу тебя осуждать за выбор, дружище, – Гарри крутанулся на своем стуле и посмотрел на учительский стол. – Думаю, что он действительно довольно сексуален… эти длинные волосы, невероятный рост. Худоват, как мне кажется, но выглядит сильным. Кожа тоже довольно неплоха, жаль только, что он такой невообразимо бледный. Ну, как я предполагаю, самая привлекательная его часть – это глаза, они такие затягивающие. – Да ради Мерлина, Гарри! Хватит пялиться! – отчаянно прошептал Рон. Но было слишком поздно, Снейп заметил их гляделки. Он выгнул бровь и подозрительно посмотрел на обоих гриффиндорцев. В панике Рон дернул Гарри за руку, чтобы тот повернул голову в другую сторону. – Ты станешь моей погибелью! – прошептал он, постепенно успокаиваясь. – А теперь попытайся вести себя нормально. Не надо так очевидно изучать его! Гарри рассмеялся. – Почему ты так испугался? Я ведь делаю тебе одолжение, Рон. Ты же должен показать ему, что заинтересован в нем. – Шшшш! Не так громко! – в испуге стал озираться Рон. Убедившись, что, кажется, никто ничего не слышал, он повернулся к Гарри. – Я просто хочу, чтобы все было постепенно. Я ведь даже не уверен, что нравлюсь ему. Гарри фыркнул, но согласился молчать. – Ладно. Но лично я думаю, что вам обоим нужна дружеская помощь со стороны. Рон мудро не захотел отвечать, и вместо этого сконцентрировался на еде.