Психолог Мин Юнги и полоумный самоубийца

      Уже шла вторая неделя как они с Юнги не виделись. Вместо Мина был другой психолог, только на этот раз девушка. Не высокая. В ней было всё идеально — фигура, длинные волосы, милый голос. Вот только одна проблема — либо же Чимин импотент, ну, или же он гей (в его случае второе), потому что на эту девушку он реагирует как натурал на парня. Зовут её Ли Суран. Она также приходила к Чимину, но они разговаривали на другие темы (на те на какие и нужно). — Чимин, тебя что-то беспокоит? — нахмурив брови, но мягко сказала девушка. — Нет, всё прекрасно — натянул улыбку Чимин, но всё было не прекрасно. Он уже понял, что любит Юна, но того не видел уже как третью неделю.

***

      Юн зашёл к себе в кабинет захлопнув дверь. Телом скатываясь вниз, парень держался за волосы и плакал. Юнги редко плакал, он был холоднокровен и не было ни одного человека из-за которого он бы пустил слезу. Но сейчас же по нему не скажешь — он в истерике швыряет то, что видит, а видит он много: сначала стопка бумаг летит и разлетается по небольшому помещению, а потом и маленькая ваза с жёлтыми розами подаренными девушками. Книги, кружки, канцелярия — что только не оказалось на полу. В конце концов он ударяет кулаком об стену, истерично крикнув — МРАЗИНА ЧОН ЧОНГУК — стены были звукоизолированными, так что все крики были не слышны прохожим и вообще тем кто был в этом здании. Слёзы текли по щекам оставляя мокрые дорожки, по которым проходили новые слёзы. Он стоял с кровавым кулаком при этом смотря в пол, куда же и падали соленые капельки воды. Он чётко понимал, Чонгук ни в чём не виноват, но ничего бы и не было, если бы у Чона был бы язык покороче. Но Мин и сам виноват — он почти нормально начал разговаривать с Чимином и вообще думал что чувства взаимны, но Чонгуки самым ужасным способом разрушил их «отношения», за это Чона по головке не погладишь. Юнги всегда был по девочкам, но Чимин заставил его быстро поменять своё отношение и к противоположному полу, Мин так же понял, что девушки стали его не привлекать, да и вообще все они казались шлюхами для Юнги. Так же скоро к нему приезжает его так называемая «девушка», с которой он хочет расстаться как только ту увидит. Её зовут Сон Йонг, которую как-то и не любил до этого, а эти отношения были для галочки. Как вдруг вспомнишь говно — вот и оно — телефон разрывается от рингтона, что поставил Хосок (это была песня Monster EXO (엑소)) с пипец какими басами, а на экране был «Гукарь» (Чон в телефоне Юнги подписал как Шугать, так что тот подписал его похожим). Спустя несколько настойчивых звонков, Юнги всё же взял телефон. — Тебе что?! — рявкнул в трубку Мин, но голос предательский дрожал. — Хах, наш пидрюга хнычет? — Это ты пидрюга, иди дальше со своим Тэхуем сосись! — Э, ну чего ты? Я же хотел поговорить! Только на хате Хосока. И Чимку с собой прихвати — на этом трубку положили.       Конечно же Юнги мог бы отказаться, да и вообще нахуй ему туда переться? Но вмазать Чону хотел он больше. Сам он понял что пойдёт, но насчёт Чимина он не знал — с ним у них плохи дела, а с Чонгуком ужасны. Не долго думая он понял, что думать за Чимина это — неправильно, поэтому поплёлся на второй этаж за оранжевоволосой бестией. Подойдя к 221 кабинету он посмотрел на время: была половина девятого. То есть спать тот не должен. Юнги аккуратно постучал в дверь и открыл её, заглянув в щель, а когда понял что свет горит, то зашёл полностью. Зайдя в комнату он поймал на себе взгляд шокированного Чимина, который не ждал гостя, так ещё и Юна. — Чимин, можно мы вместе сходим и обсудим? — Смотря что и с кем. — Может, поведение Чона? Если он хоть слово тебе скажет я ему не только нос сломаю. Он неделю целоваться с асфальтом будет. — Хорошо, но Юнги, пожалуйста, можно… — Чимин немного замялся. — Чимин, можешь просить о чём угодно! — Юнги-хён, можно твой номер телефона?