Двенадцать Тёмных Лун

В штаб-квартире Пожирателей, кажется, произошло нечто плохое, потому как после того ужасного инцидента, когда Тёмный Лорд соизволил коснуться Луны, она вновь надолго осталась одна в своей круглой комнате. Она была удивлена, обнаружив, что на стенах отсутствовали заглушающие чары; время от времени она могла слышать снующих по коридору людей, их бормотание и порой даже тревожные крики. Словно кого-то пытали. Сильная тёмная магия, заклинания, наложенные с отчаянием. Луна даже позволила себе немного помечтать о том, что за ней прибыл Орден Феникса, и она вот-вот будет спасена. Но никто не приходил. Через пару дней все звуки утихли. Скудная еда для Луны продолжала подаваться магией домовых эльфов. Она чувствовала, что теряет в весе. Луна плохо представляла, как такое возможно, но теперь её ключицы, казалось, выступали из кожи еще сильнее. На пятый день, когда после тихого постукивания в комнату вошел Снейп, Луна почувствовала себя словно какой-то подопытный образец. — Мисс Лавгуд, — коротко бросил он. Луна не могла перестать пялиться на Снейпа. Он выглядел ужасно. Тёмно-фиолетовые круги под его глазами еще никогда не казались ей настолько огромными. Его кожа была белее мела, тонкие губы плотно сжаты, и в каждом движении профессора чувствовалось нечто неестественное, словно каждый его мускул испытывал боль. Именно тогда Луна поняла, что крики принадлежали Пожирателям Смерти. Волдеморт, должно быть, был в ярости. Несмотря на всю свою жалость к своему бывшему профессору, Луна была рада, что не послужила еще одним объектом для вымещения гнева. — Сэр? — неуверенно проговорила она. — Вы в порядке? — Я в порядке, — огрызнулся Снейп. — Он хочет тебя видеть. — Профессор, вы плохо выглядите, — продолжала Луна. Она хотела услышать о случившемся из уст Снейпа. Тогда она поймет, в чем причина злости Волдеморта, и это подготовит её к тому, с чем она, возможно, столкнется. — Тёмный Лорд потерпел поражение в последней битве, — тихо сказал Снейп. — Последние несколько дней выдались тяжелыми. Орден сделал что-то, что ослабляет его. Основной удар пришелся на нас. Луна наморщила лоб, обдумывая полученную информацию. — Следуйте за мной, — сказал Снейп. Они пришли в комнату, где Луна впервые встретилась с лордом Волдемортом, просторную комнату с голыми стенами на втором этаже особняка. Внутри было тихо. Ни одна из магических свечей не горела, оставляя тускло мерцающее оранжевое пламя камина единственным источником света в комнате. Глаза Луны остановились на высоком тёмном силуэте у окна. — Сколько они уничтожили? — едва слышно прошипел Волдеморт и обернулся к ней. — Ч-что? — Луна ощутила, как он вторгается в её мысли. — О чем вы говорите? — Артефакты, глупая девчонка. Ты знаешь о них! Голос Волдеморта дрожал. — Говори! — Вы уже знаете обо всём, что мне известно, — запротестовала Луна. Она начала отчаянно соображать, почему эти странные артефакты основателей были так важны для него. — Они говорили что-то о чаше, — прошептала Луна, перед её глазами всё заволокло туманной пеленой. — Чаша Хельги Хаффлпафф. Думаю, они её уничтожили… Пожалуйста, хватит! Луна рухнула на колени, зажмурившись, чувствуя, как её сознание теряет связь с реальностью. — Чаша, — медленно повторил Волдеморт, разрывая ментальную пытку. — Вот как. Он взглянул на Луну, словно только сейчас осознавая её присутствие. — Я… я не понимаю, — запнулась Луна. — Тебе и не нужно, — прошипел Волдеморт и вновь повернулся к окну. Луна слишком боялась что-либо еще ему сказать. Она осталась сидеть на полу. Её взгляд блуждал по комнате, пока не наткнулся на Нагини, свернувшуюся у камина, и Луна едва заметно помахала ей, радуясь хоть одному «знакомому лицу», хоть и принадлежавшему змее-убийце. Внезапно раздался стук в дверь. — Войдите, — сказал Волдеморт, по-прежнему глядя в окно. Снейп вернулся, слегка поклонившись спине Тёмного Лорда. — Повелитель, — услужливо проговорил он. Волдеморт лишь махнул белой рукой. — Мисс Лавгуд, идемте со мной, — тихо сказал Снейп. Луна быстро поднялась на ноги и последовала за Снейпом, с облегчением покидая компанию Волдеморта. Она молча вошла в свою комнату с круглым окном. — Присядьте, — быстро бросил Снейп, кивая на софу. Сам он опустился в её пыльное кресло и устало протер глаза. Она повиновалась. У неё не было причин доверять Снейпу, но почему-то она ему доверяла. Луне показалось, что в его взгляде было что-то сочувствующее. Она никогда не видела его таким во время учебы в Хогвартсе, но война, кажется, изменила всех. — Думаю, вы заслуживаете знать, — сказал он. — Очевидно, вам известно, что Поттер искал и нашел древние магические артефакты, связанные с основателями Хогвартса. Они очень важны для Тёмного Лорда. Луна коротко кивнула. — Вы знаете, почему они важны для него, мисс Лавгуд? — Нет, сэр. Снейп вздохнул. — Я собираюсь научить вас кое-чему. Думаю, вы неплохо овладеете этим навыком. Я был удивлен, когда обнаружил, что Орден не обучил вас… — он пристально посмотрел ей в глаза. — Окклюменция. Вы должны овладеть ею. Луна пораженно ахнула. — Профессор Муди пытался обучить меня. Но затем он сказал, что у меня проблемы с сосредоточенностью, я не могу концентрироваться достаточно долго, и что у меня безумный ум, — она пожала плечами. — Думаю, в чем-то он прав. Во время того урока я заметила в окне чудесное облако, оно выглядело точь-в-точь как клавесин! Не пианино, потому что они большие и менее квадратные, а прямо-таки настоящий клавесин! Разве не здорово? Я думала, что, возможно, кто-то наколдовал его в небе… — Мисс Лавгуд. — Простите, — быстро сказал Луна. — Он сказал, что именно поэтому мне тяжело дается окклюменция. — Вообще, — задумчиво начал Снейп, — я думаю, мы могли бы использовать это качество в ваших интересах. Всякий раз, когда кто-то — скажем, Тёмный Лорд — попытается применить к вам легилименцию, я хочу, чтобы вы позволили себе отвлечься. Любой злоумышленник в вашем разуме просто посчитает, что вы сошли с ума. Это сыграет вам на руку, и, — он криво улыбнулся, — будет почти что верным заключением. Слова Снейпа немного ранили Луну. Ей не нравилось, когда её называли психом только потому, что другие люди чего-то не понимали. Но Снейп был не из тех, кого заботили чужие чувства, и она приняла это. — Сейчас я не в том состоянии, чтобы заниматься с вами, — сказал Снейп. — Но я научу вас некоторым упражнениям, которые вам нужно будет выполнять самостоятельно, дабы обезопасить ваш разум от вторжения, подменяя хаотичными мыслями важную информацию. Вы пообещаете мне, что будете усердно выполнять их? — Хорошо, — сказала Луна. Ей ничего не стоило добавить немного упражнений в свою рутину. Снейп обучил её некоторым медитациям и способам контролировать поток мыслей. Для легкомысленного разума Луны это было довольно трудно, но Снейп сказал ей, что разработал эти упражнения специально для нее. — Пусть ваши мысли будут хаотичными и необычными, — сказал он. — Находите самые смехотворные и дикие. Используйте их. Развивайте их. Луна думала, что вполне сможет это сделать. В конце концов, её мысли всегда были похожи на яркие облака, скользящие по небу, движущиеся туда-сюда, никогда не касаясь огромного пространства, которое, как знала Луна, и было её истинным разумом. Ей нравился принцип отвлечения: её мысли были выражением, а не формой. Её мысли были иллюзией, подобно тому, как окрашенные в красный цвет ногти отвлекали взгляд от самих пальцев. Занятия со Снейпом и упражнения подарили ей первую надежду на свободу. Волдеморт не вызывал её в течение нескольких дней, и Снейп тайно посещал её комнату, опасливо озираясь и настороженно проверяя действие заглушающих чар всякий раз, прежде чем войти внутрь. Он попросил её не рассказывать никому об их занятиях. Луна ответила, что вряд ли кто-либо станет её об этом спрашивать. — Он знает, — сказал Снейп. — Я сообщил ему, что промываю вам мозги. Что, в некотором роде, правда. — Профессор? — проговорила Луна во время их четвертого занятия по окклюменции. — Да? — Снейп пристально посмотрел ей в глаза. — Почему вы делаете это? Почему помогаете мне? — Потому что, — сказал Снейп. — Потому что вы не должны быть здесь, мисс Лавгуд. Вы не должны проходить через всё это, особенно в столь юном возрасте. — Я не понимаю… — Подумайте, мисс Лавгуд. Серьезно подумайте. Она подумала, что, должно быть, профессор презирает Волдеморта, потому что тот мешает ему вести нормальную жизнь. Волдеморт создал ситуацию, в которой ученики её бывшего профессора убивали и пытали друг друга в круговороте разрастающейся войны. Волдеморт мог применить к нему Круцио просто из-за плохого настроения. Затем белой, кристально-чистой волной на Луну обрушилось осознание и наполнило её сердце другой, более дикой надеждой. — Вы — Источник? — выдохнула она. — Да, — кивнул Снейп. — Я удивлен, что вы не пришли к этому выводу раньше, мисс Лавгуд. Луна была слишком смущена, чтобы поделиться с ним своей теорией об анимаге, который жужжал над ухом Волдеморта. — На сегодня достаточно, — сказал Снейп, поднимаясь. — Проделайте упражнения, прежде чем лечь спать сегодня вечером. Думаю, осталось совсем немного. Вы хорошо справляетесь. Луне было очень приятно услышать похвалу. Также было приятно осознавать, что она действительно хороша в чем-то; это заставило её вспомнить свою детскую наставницу по танцам, мадам Данблатт, и о том, как она сообщила Луне, что та станцевала лучший вальс за десятилетие. — И ради всего святого, ешьте больше, — выдохнул Снейп. — Я сделаю так, чтобы эльфы оставляли вам побольше еды. Жизнь Луны в этой комнате и правда в какой-то степени стала лучше. Домовые эльфы стали больше уделять внимания её питанию и гигиене, которые теперь наконец-то соответствовали нормам. Был проведен последний урок окклюменции, и Снейп объявил её готовой встретиться с лордом Волдемортом. Луна не слишком разделяла его уверенность. Но времени поразмыслить у неё не было. Короткий стук в дверь, и надежда увидеть Снейпа мгновенно растворилась: на пороге стояли два Пожирателя Смерти. Один из них небрежно бросил на постель Луны длинную коробку. — Тёмный Лорд будет ждать тебя через час, — сказал незнакомый человек за маской. — Ты должна надеть это. Он кивнул головой в сторону коробки, и Пожиратели ушли. Её руки дрожали, пока она снимала крышку с коробки. Ну, конечно, там была одежда. Её сердце болезненно сжалось, когда она увидела платье. Платье определенно было в её вкусе. Нежный шелк цвета индиго с узором из бриллиантовых бус; спина была полностью открытой. Также в коробке была пара красивых остроконечных туфель в причудливом кристаллическом дизайне и крошечный футляр для драгоценностей, в котором она обнаружила пару больших сережек-сапфиров. Луна любила необычную одежду. Но она ненавидела мужчину, который послал её ей, если его вообще можно было назвать мужчиной, и страх, охвативший её, был острым. Волдеморт хотел, чтобы она выглядела хорошо, и для неё это не могло означать ничего хорошего. Один час, и она предстанет перед ним. Её охватила паника, но она тут же попыталась оттолкнуть её. Луна положила платье на софу, решив, что наденет его в последнюю секунду. Сапфировые сережки уже были на ней. Луна сняла своё старое черное платье опустилась на пол, оставаясь полностью обнаженной. Она расслабилась и снова проделала упражнения по окклюменции, усилив оборону своего разума. Через пятнадцать минут она позволила себе глубоко погрузиться в дебри собственного подсознания, ища ответ, что же ей делать с лордом Волдемортом. Время остановилось. Её разум искал ответ, паря и кружась над реальностью в поисках истины. Она не могла избавиться от ощущения, что предает Орден, просто оставаясь в живых. Любой другой на её месте, думала Луна, давно бы уже бросился на Волдеморта в попытке убить и не стал бы принимать никаких нелепых предложений. Это была бы благородная смерть. Но Луна всё еще была жива, и в одно мгновение она увидела, что Волдеморт делал с ней: он разрушал её доверие к друзьям, её верность, заставлял её чувствовать себя брошенной всеми предательницей. Она была невиновна, но как же легко было почувствовать себя виноватой. Эмоции сдавливали её грудь, но она старалась двигаться дальше в поисках решения. Будь практичной, Луна Лавгуд. Лорд Волдеморт был ужасен. Она позволила своему разуму без страха приблизиться к его лицу и попытаться проникнуть в голову. Разве можно его понять? Он хотел силы, у него была власть, контроль, непревзойденное мастерство и интеллект. И даже хороший вкус. Его образ был окружен мраком, который словно бы выпивал все жизненные силы окружающих. Луне хотелось проникнуть под его кожу. Она бы ни за что не поверила, что Волдеморт был абсолютным злом. Где-то внутри него должно быть что-то, что еще осталось нормальным, тёплым, живым. Светлая часть Тома Риддла была глубоко заперта, но, как надеялась Луна, еще не побеждена. И как она это сделает? Как освободит его? Уже скоро они придут за ней. Но Луна уже знала, что она должна делать. Она собрала все свои мысли воедино и пришла к выводу: она должна быть женщиной. Она знала, что Волдеморт хотел сломить её, для него это было некоторого рода развлечение. Что бы он с ней ни делал, она будет действовать испуганно, но одновременно притворяться, что наслаждается происходящим. Она знала, что Волдеморт не станет уничтожать то, чего не понимает. На мгновение Луна пожалела, что она не Джинни Уизли, неплохо владевшая женскими хитростями, и у которой уже была «история» с Волдемортом. Всё могло бы стать куда проще. Она глубоко вздохнула и надела изысканное платье, готовая сыграть с Тёмным Лордом в свою маленькую игру. В конце концов, это всего лишь игра, и Луна знала, что теперь её тело ничего не значит. Свой дух она крепко заперла до тех пор, пока не выйдет из этого хаоса. Орден не поймет, но, надеюсь, никогда и не узнает. Она будет занятной для Волдеморта и выживать, пока за ней не придет спасение. Пусть её тело служит Волдеморту, Луна знала, что она никогда не будет ему служить. Когда раздался стук в дверь, она уже спокойно ожидала Пожирателей.