Полосатая Шляпа

- Это очень хреновый плаааа…. – все отдаляющийся голос стих, перекрытый гулом двигателей буллхеда. - О, нет. Очень хороший, - с ухмылкой произнес Джуниор, когда люк летательного аппарата с шипением закрылся, отрезая звуки снаружи. – И, удачи тебе.

***

Почему люди не летают как птицы? Физиологические особенности? Отсутствие крыльев, или там – плохая аэродинамика? Божий промысел, запретивший рожденным ползать осквернять небеса? Или просто недостаток желания, ведь именно мечта о покорении неба вела придумавших первые летательные аппараты? Но то – костыли. Полезные. Иногда даже комфортные. Но костыли. Человек все еще не может летать. Но некоторые в своем упрямстве готовы поспорить с данным утверждением. Пусть даже не добровольно. Когда Киске спросил Хея – как они будут добираться до Гленн, а тот ответил – по воздуху, тому и в голову бы не пришло, что последняя часть пути пройдет буквально «по воздуху»! Вниз! Нет, шинигами, конечно, слышал о бзике Озпина и его любимом развлечении на посвящении первокурсников Бикона, но, чтобы самому лихорадочно пытаться выработать стратегию приземления? Так вот он каков «метод воробья» - родительский пинок из гнезда! Ему даже не дали парашют! Само собой, падение Киске не убьет, но кому приятно, когда тебя выбрасывают из буллхеда на километровой высоте? Наверное, Хей думал, что подобное испытание для кого-то вроде Урахары - плюнуть и растереть. Пользователей Ауры не так-то легко убить банальным падением с высоты. Ну, или если он даже с такой мелочью не будет способен справиться, то миссия по спасению заранее обречена на провал. В Гленн слабакам делать нечего. Придерживая рукой шляпу, чтобы ту не сдуло воздушными потоками, Урахара завис в свободном падении. Краткий миг, за который экстремалы готовы отдать многое. - Джуниор, я тебе отомщуууу! Но не Киске. Иначе сейчас бы не верещал, судорожно пытаясь воспроизвести опору из рейши, прежде чем превратиться в миленькую такую лепешку. Получалось не очень. Падение замедлилось, но, в отличие от воды, воздух не желал удерживать тело шинигами. Секунды растянулись в вечности. Говорят – в такие моменты вся жизнь пролетает перед глазами. Только что-то летается как-то странно. Неправильно. Гравитация передумала играться с ним в перетягивание шинигами? Приоткрыв один глаз, Киске позволил себе оглядеться. Он все еще летел, правда, уже не вертикально, а горизонтально. Довольно необычно. Боги этого мира сжалились и изменили законы физики, чтобы Урахара выжил? Нет. Всего лишь Невермор, пролетавший мимо и, по всей видимости, благодаривший судьбу за излишне шумную, но легкую добычу. Впрочем, гримму Киске обрадовался, как родному! - Птичка! Как же ты вовремя, птичка! – похвалил он пернатого летуна, закладывающего вираж вокруг пика горы Гленн. – Так. Стоп. Куда ты меня тащишь? Собственно, транспортная компания «Невермор.Ink» имела свой собственный утвержденный маршрут следования, и случайный попутчик нисколько не влиял на ее планы. Киске сделал зарубку в памяти, чтобы позже обязательно написать им жалобу и выкатить претензию авиаперевозчику. - Ладно, с тобой, птичка, хорошо, но мне пора-с! Адьё! Стук тростью по лапе. Кар! Уиии! Полет продолжился, но уже на его условиях. К тому же, он был не слишком продолжителен, так как парень приземлился прямиком в пышную крону дерева. Ветки и листья смягчили «посадку», и через пару мгновений шинигами твердо стоял на земле. Невермор же, по всей видимости, решил не связываться с беспокойным «клиентом» и продолжил свой путь как ни в чем не бывало. Но недолго шинигами находился в вертикальном положении. - Земля! Землюшечка! Родная моя! – плюхнувшись на колени, Киске принялся тереться щекой и травянистый склон горы. – Я больше тебя не покину! Никогда-никогда! Ладно, он готов признать, что иногда ведет себя как полный придурок. Ему об этом сказала семилетняя блондинка, которой нынче уже одиннадцать. Более авторитетного мнения быть не может! Ведь, как говориться, устами младенца…! Да и повышенная эмоциональность не являлась чем-то удивительным тогда, когда знаешь – часть твоей души позаимствована у довольно стервозной женщины. А Бенихиме никогда не отличалась спокойным нравом. Тем не менее, лобзания с почвой закончились, ибо время поджимает, да и трава с землей дюже невкусные оказались. Отплевавшись, Киске встал, отряхнулся и произвел ревизию наличных средств. Рюкзак с едой, водой и медикаментами? Чек. Свиток с примерной картой Гленн? Чек. Трость с занпакто? Чек. Шляпа… А где шляпа? - Птичка, а я тебе верил! Подлая пернатая зараза все-таки отомстила, лишив Киске самого драгоценного, что у него было! Не иначе именно ради этого она летала по округе, поджидая, когда из пролетающего мимо буллхеда выпадет человек в шляпе! Ууу, не зря гримм величают Злом! Ну, или та просто взяла плату за проезд. Тут уж кому как больше нравится. В любом случае Урахару покинула верная подруга и теперь он скорбел. Что не помешало ему зарыться в Свиток в поисках ближайшего входа. По странному стечению обстоятельств, он находился в двухстах метрах от текущего местоположения шинигами. - Птичка, ты прощена! Но шляпу я тебе все же припомню. Как-то быстро растет список тех, кому надо отомстить, не находите? Собственно, у Джуниора действительно был план. Не зондирование Гленн с помощью сбрасывания с высоты наемников, конечно. Хотя на счет этого Киске имел обоснованные сомнения. Нет. У Хея имелась довольно подробная карта уничтоженного поселения и несколько схронов. На всякий случай. О некоторых из них знали близнецы. Если бы что-то пошло не так, они должны были отступить, укрывшись в безопасном месте. Условно безопасном. В отношении Гленн никто не мог дать хоть каких-то гарантий. Тем не менее, раз сигнал о помощи дошел до Джуниора, значит сестрам удалось добраться до одного из схронов. Проблемы начинались далее. На связь Мэлакайт более не выходили, следовательно – произошло что-то еще, вынудившее их двигаться, не дожидаясь помощи. Обо всем остальном остается только догадываться. Но, хотя бы, у Киске есть отправная точка – откуда начинать поиски. Без этого за такую работу даже браться не стоило. В конце концов, истинные размеры Гленн сложно было переоценить. Представьте себе Вейл, поставьте два таких города друг на друга, переверните и начинайте копать вниз километра на три. Представили? И это только известные уровни, а сколько накопано неучтенных? Гора Гленн являлась самым масштабным проектом последних десятилетий. И тем чудовищнее был момент, когда этот колосс на глиняных ногах все же рухнул, погребая под собой десятки и сотни тысяч жизней, ломая судьбы и калеча сердца. Найти в этих руинах человеческого высокомерия двух девчонок, не имея ни малейшего представления о том – откуда начинать искать, едва ли не самая безумная затея со времен попыток обжить Гленн. Итак. Дверь. Ржавая, заросшая кустарником так, что Киске потратил минут пятнадцать чтобы только ее найти. Толстая. Металлическая. Дверь. - Ммм… Пароль… Пароль? – наивно предположил он, постучав по растрескавшейся панели и закономерно не получил никакого отклика. На что он вообще надеялся? Строили на века. Пожалуй, даже самые здоровые и могучие гримм поимели бы некоторые трудности, задайся они целью – проникнуть внутрь через данную дверь. Но Киске от осознания этого не легче. Он мог бы попробовать поискать вентиляционные шахты. Наверняка их тут немало понатыкано. Должны быть и те, через которые пролезет даже человек. Проблема в том, что на подобные изыскания могут уйти дни, если не месяцы. Природа хорошо потрудилась, стирая с лица горы все признаки пребывания тут человека. - Хья~, быть мне самым популярным парнем в этой деревне… - недовольно пробормотал он, вынимая занпакто из трости. Вспышка духовной силы и шум наверняка не останутся незамеченными, но не сидеть же под дверью, надеясь, что она чудесным образом откроется сама? - Окиро, Бенихиме. Для коренных жителей этого мира японский – совершенно чуждый им язык. Ничего похожего по звучанию тут и близко не было. Имелись схожие черты в культуре, архитектуре и одежде в Менаджери, но язык, язык для них оставался чужим. И если местные оказались бы обескуражены, обратись Урахара к ним на своей родной речи, то привычный толчок духовной силы, разгоняющий рейши по венам, показывал – тот, кто должен – его услышал. Клинок меча потек, с жадным треском меняя свою форму. Его суть, его дух, его личность – спали, закутанные в кокон багровых нитей, но ОНА все еще помнила свое Имя. И откликалась. А звук ЕЕ Плача до сих пор с легкостью резал сталь. Мир утонул в алом свете, а толстая гермодверь с ленцой рухнула, лишившись всех своих запоров. Вырезанный прямоугольник металла словно в отместку упал с жутким грохотом, привлекая к Киске много ненужного внимания. - Йяяя~, мне стоит поторопиться. Местные обитатели вряд ли имеют хоть какое-то понятие о правилах гостеприимства. - Хадо №31 – Шаккахо! – и в зловещем алом свете заклинания, шинигами вступил в обитель смерти.

***

Он никогда не любил игры в стиле стэлс. Прятаться. Красться. Шарахаться от любого звука, прячась в шкафах, под кроватью, за тумбочками и в пустых комнатах. Как какой-то Бугимен из страшных детских сказок. Или привидение. Пусть, технически, Киске как раз им и был. Его куда больше привлекали размеренные исследования мира, чем боевка или игра в «крысу». Единственный раз он позволил себе ударить в спину - тогда, когда вышел со своими друзьями против Айзена. Оно и понятно. С подавляющей мощью приходилось действовать иными методами. Но даже так все в итоге свелось к банальному мордобою, в котором пострадавшими «мордами» оказались именно Киске с союзниками. Но Гленн – совсем другое дело. Здесь нет задачи – победить. То, что сейчас должен сделать Урахара – найти и тихо уйти, не привлекая внимания. Как бы он ни был силен, против сотен и тысяч гримм с одним клинком не попрешь. Банально не хватит выносливости. А если еще в этот момент за спиной будет балласт в виде двух девчонок (сомнительно, что они сохранили боеспособность за два-то дня!), то можно смело заказывать самому себе погребальный венок. Что-то ему не хочется проверять – есть ли в этом мире свое Сообщество Душ и что оно из себя представляет. Особенно, когда в Генсее властвуют эти пародии на Пустых. Если это – Жизнь, то какова – Смерть? Вот и получается, что приходится тайно-тайно и скрытно-скрытно красться по пустым коридорам, стараясь не издавать лишнего шума. Разграбленный схрон, о котором говорил Джуниор и с которого следовало начинать поиски, Киске обнаружил спустя пару часов блуждания по грязным тоннелям. То тут, то там на изрытом воронками полу встречались кости. Десятки. Сотни. Кое-где целые груды. Обломки клинков, стрел, наконечники копий, поеденные ржавчиной пистолеты, автоматы, винтовки, совсем уж древние на вид карабины, со сгнившими прикладами и деревянными накладками. Аккурат за дверью, через которую прошел Киске, обнаружился целый могильник. Судя по всему, люди бежали к выходу, но что-то пошло не так. То ли гермодверь заклинило, то ли случилось нечто другое, но никому не удалось спастись. Зажатые в угол, они яростно сражались там же, где и встретили смерть. Печальное зрелище. Обходя полуразрушенные баррикады, продираясь через переборки и заклинившие двери, глядя на следы от когтей и взрывов на облицовке стен, сердце замирало, когда перед глазами разворачивалась картина былой трагедии. Истинные масштабы можно было осознать, только увидев все самому. Схрон находился на глубине примерно пятого-шестого уровня, в северо-западной части Гленн. Если верить карте в Свитке и пояснениям, сделанным Джуниором, тут когда-то были склады. Что очевидно. Если брать технические туннели, то там на стенах можно было увидеть истлевшую проводку, трубы и другие коммуникации. Пустые плафоны ламп цеплялись прямо за каменный потолок, а в стенах были выдолблены углубления специально для технических линий. Жилые же блоки выглядели более футуристично – металлическая отделка стен, потолка и пола. Двери, что должны были отходить вбок, как седзи в традиционных японских домах. Раньше коридоры освещали длинные лампы дневного света, но теперь от них остались лишь пластиковые осколки гофр, да стеклянная крошка. Складской участок же мог похвастаться более широкими проходами, толстыми металлическими плитами пола и отсутствие какой-либо отделки на потолке и стенах. Ах, да. Еще тут почти не было трупов. И гримм. Ни одного Киске не встретил за все время путешествия. Это начинало напрягать. Приятно, конечно, что никто так и не решился его побеспокоить, но навевает невеселые мысли. Жрать «зверушкам» не требуется. В отличие от Пустых – Голод этих существ не мучает. А вот эманации смерти, горя, отчаяния и тому подобного – очень даже. Потому-то Гленн – идеальное место для гримм. Но – никого. Несмотря на подозрения Урахара таки добрался до схрона Джуниора без каких-либо проблем. Огляделся, осмотрелся. Чистенько. Даже странно. Не иначе как парни Хей специально прибрались. С одной стороны, понятно – кому захочется ходить по чужим костям, а с другой… палево, однако! Впрочем, гримм все равно, а другие тут не ходят. Но, как уже сказано ранее - ни одного зубастого ублюдка Киске так и не встретил. Может, этой части лабиринта Гленн их попросту не было? Не зря же Джуниор выбрал это место для своей ухоронки? Сама она представляла из себя техническое помещение. Раньше тут коротали время рабочие склада. Два длинных ряда шкафчиков вдоль стен. Небольшое помещение со столом и двумя полусгнившими кроватями. Имелась даже душевая комнатка! Хорошо жили люди. Когда-то. С тех пор прошло немало лет, а душевая оказалась приспособлена Хеем для своих нужд. Он говорил, что использовал ее в качестве перевалочного пункта. Получил товар, дал ему отстояться пару дней на предмет хвоста, а потом забрал. Со временем, партнер по бизнесу изменил маршрут поставки и место постепенно забросили. Но на всякий случай Джуниор оставил тут кое-какую наличность, сухие пайки, воду в герметичной упаковке, запас праха и некоторый запас лекарств, что не испортятся слишком уж быстро. Тут даже имелся старый, как мир передатчик (примитивный, но зато – простой как лом), через который и был отправлен сигнал SOS. Время от времени, Хей лично обновлял некоторые вещи с истекшим сроком годности, чтобы не отравится, случись ему воспользоваться ухоронкой, менял батареи средства связи. Те, кто о ней знали – давно кормили червей, лишь сестрам мужчина рассказал об этом месте. На всякий случай. Что же. Близнецы определенно тут были, - подумал Киске, рассматривая высохшие следы крови, разворошенную ухоронку с медикаментами и обрывки испачканных в алом бинтов. Бутылок с водой на указанных местах не было. А нет. Вон одна пластиковая лежит в углу, вместе с пакетиками из-под быстрорастворимой лапши. Пустая. А вот передатчик оказался сломан. Разрублен надвое, по какой-то неизвестной причине. По крайней мере, когда они покидали это место, девочки были живы. Но почему тогда Мэлакайт не вернулись? Киске бросил очень странный взгляд на разрубленный кнопочный коммуникатор, по всей видимости, подключенный по проводному каналу к усилителю, выходящему из горы, так как обычная связь внутри Гленн не работала. - Вопросы-вопросы, - пробурчал себе под нос парень, непроизвольно потянувшись поправить шляпу. Ах, да. Он же ее потерял. Вздохнув, шинигами принялся исследовать помещения на предмет хоть каких-то подсказок. Увы, ничего похожего на тропинку из «хлебных крошек» обнаружить не удалось. Хотя, постойте-ка. Кровавые следы на полу подразумевали под собой, что одна из сестер или обе - ранены. Алых разводов было немало, особенно с той стороны, откуда пришли близнецы. Но и в стороне, куда они двигались дальше, красные капли имели место быть! В зловещем свете Шаккахо Урахара принялся ползать по пыльному полу. И нашел! Пусть и не сразу, но нашел! Похвалив себя за сообразительность и пообещав голове купить новую шляпу, лучше предыдущей, Киске отправился в дальнейший путь.

***

Снова туннели. Снова коридоры. Снова свидетельства человеческой глупости и высокомерия. Кости. Кости. Кости. За всю свою долгую жизнь Киске не видел столько костей. Пожалуй, второй раз в это место он более не сунется. Ни за какую награду. Может в центральных областях Гленн и есть места менее угнетающие, но здесь, в местах почти не хоженых, мертвецы правили бал. Почти шесть часов ему потребовалось, чтобы напасть на след. Коридоры вели бывшего капитана Готея вниз, все глубже и глубже. Карта становилась все менее подробной, отчего мужчина начал нервничать. А ну как заблудится и что тогда? Выход тут искать можно годами! Лишь одно заставляло его идти вперед, не поддаваясь нехорошим предчувствиям - постепенно багровые капли на полу и смазанные следы на стенах становились все более и более свежими. Иногда попадались пустые бутылки, а также те самые пакеты из-под лапши. Иной еды в ухоронке не было. Встречались и лежки. Там валялись использованные бинты. Похоже, девочки часто делали перевязки. И в какой-то момент, Киске услышал: - Тихо, сестра! Все затихло. Замерло. Замер и Киске, прислушиваясь. Тихий стон и всхлип послышался чуть впереди. Там, где в метрах десяти от Урахары виднелся небольшой проход, забирающий вправо прочь от основного туннеля. - Сестра, пожалуйста, тихо! Оно может нас услышать! Не веря в свою удачу, Киске произнес: - Мелакайт? Сестры Мелакайт? Меня зовут Урахара Киске. Хей послал меня на ваши поиски, - только тут до него дошло – у него ведь нет ни единого доказательства своей работы на Джуниора! А ну как девушки решат, что он из нападавших и не пожелают сдаваться без боя? Что ему делать тогда? Некоторое время в коридоре стояла тишина. Потому раздался шорох. Медленно, из-за поворота показалась девушка лет семнадцати. Черные волосы, спутанные, грязные. Рваное, когда-то белое, платье. Мелакайт, а это точно была она, подволакивала правую ногу. Бинты вокруг конечности промокли от крови. Зеленые глаза на осунувшемся лице смотрели на парня с некой покорностью судьбе. - Мелани, верно? – что ж, Киске не мог не радоваться, что его поиски завершены. Он улыбнулся. - Вы… его не встретили, да? – едва слышно спросила девушка. - «Его»? – удивленно переспросил Урахара. Медленно рука девушки поднялась, указывая куда-то за спину шинигами. Кисть подрагивала, но негнущиеся пальцы все же сплелись в указующий перст. - Его, - сглотнув, апатично произнесла Мелани. Киске медленно повернулся. Алый огненный шарик над его ладонью потерял стабильность и погас. Впрочем, свет заклинания больше не был нужен. Из темноты на шинигами смотрело два фасетчатых глаза из-под костяной маски. Время от времени на черном теле гигантского гримма-богомола вспыхивало потустороннее зеленое пламя, а две лапы-серпа ярко сияли во тьме. Встречая в жутком месте страшного монстра в голове всегда возникает лишь один вопрос – в какой момент уже можно верещать, как школьница и это не будет считаться позорным? - Какой милаха. Будем дружить? – веко парня нервно дернулось.

***

Почему никто не верит в силу Дружбы? Если бы монстр мог, он бы улыбался, будь жвала насекомого вообще способны на такое. Киске мило улыбался, потому что мог, но это его обычное состояние. Девчушка почему-то не улыбалась, нарушая тем самым единение душ всех присутствующих. Она просто в ужасе смотрела на большого страшного богомола, которые решил сделать из нее закуску. Но так ей не стоит пока беспокоиться! Первым блюдом назначен совсем другой человек. И этот человек сейчас лихорадочно соображал – кто виноват и как унести отсюда ноги. Только вот гримм имел на этот счет свои планы. Серповидное лезвие на его конечности метнулось вперед, разрубая воздух и место, где еще мгновение назад находился шинигами. Тот, однако, не пожелал уподабливаться амебе и делиться надвое. В конце концов, даже если он одноклеточное, то гордое, желающее жить! И мир хотел жить! Два Урахары Киске – уже перебор! К тому же, он не только уходил от удара, но и убирал Мелани с линии атаки. - Посиди-ка пока тут, - сказал он, грубо закидывая девчонку в тот самый тупичок из которого она появилась. Что же, не зря сестры прятались именно в этом месте. Слишком узкий для того, чтобы гримм сумел втиснуться, и длинный, не позволяющий достать до жертвы конечностью, тоннель, оказался идеальным с точки зрения «переждать опасность». Правда, бежать оттуда уже некуда, ибо заканчивался коридор стопроцентным тупиком. Все это Киске отметил краем глаза, как и привалившуюся к стене в дальней части тоннеля вторую девушку. Выглядела она куда более скверно, чем ее сестрица. Но об этом можно подумать и позже, - рассудил Урахара, вовремя пригибаясь, иначе так недолго и головы лишиться! Для длинной и хрупкой на вид туши, богомол-переросток оказался на диво шустрой тварью. Слишком шустрой. Прямо-таки нечестно шустрой! - Накэ, Бенихиме! – алый полумесяц был ответом на столь неуважительное отношение к наемным спасателям. Однако, ожидаемого результата это не принесло. Скрещенные клинки богомола приняли удар «Плача», не получив никаких повреждений. Зато в следующее мгновение лезвия мрачно засветились темно-зеленым и гримм совершил конечностями движение от себя. - Эй-эй-эй, я не собирался тебя этому учить! – только и успел воскликнуть Киске, когда оказался под ударом ярко зеленых энергетических клинков. Самое паршивое в этой ситуации было то, что размер лезвий полностью перекрывал не такой уж и узкий основной тоннель, практически лишая шинигами пространства для маневра. Щит Крови оказался единственно-верным решением в данной ситуации. - Фью~, а это уже было опасно, - заключил Киске, рассматривая трещины на защитной технике занпакто. – Вот уж не думал, что кто-то кроме Куросаки-куна так легко сможет его повредить. Пора стать серьезней. - Хадо №31 – Шаккахо! Багряный шарик сорвался с руки шинигами, но, как и «Плач» его встретили скрещенные вместе лезвия. Хадо впиталось в конечности существа, словно его и не было. Никакого взрыва. Обидно, однако! Но, как и в первый раз, гримм не стал тянуть с ответом. Жвала разошлись, на мгновение напротив них вспыхнул ядовито-зеленый шарик и в следующую секунду богомол «плюнул». - Ясненько, - увернуться от не слишком быстрого снаряда труда не составило. Шаккахо вообще не предназначено для столкновения на короткой дистанции, кто бы что не говорил. Для этого больше подходит Сокацуй. Алое Пламя – заклинание для поражения многочисленных целей на средней и дальней дистанции, когда точность и быстрота не важны, а котируется лишь грубая мощь. Похоже, гримм пришел к такому же выводу, иначе недовольный стрекот сложенных за спиной крыльев, объяснить было нельзя. Сообразительный малый, - отметил Киске. Плохо. Шаг. Хлопок поступи. Сокращение дистанции – хороший ход в случае, если дальний бой не возможен. Против любого другого противника Зелененький был бы не так хорош, ведь мало кто из Охотников пользуется техниками и умениями, основанными на энергии. Слэши – вообще довольно редкое явление. Обычно пользователи Ауры предпочитали пользоваться праховым оружием дальнего боя, а не тратить силы на столь затратные приемы, которые еще надо выучить. А уж о Кидо тут вообще не слышали. Но и гримм оказался не лыком шит. Лезвие встретило лезвие. Звон и искры разлетаются по тоннелю. Череда косых ударов клинком натыкается на практически идеальную защиту. Киске с неудовольствием отметил, что гримм как-то уж больно уверенно орудует своими серпами. Узкое пространство и чрезмерно ловкий противник. Первое – спасало, позволяя отталкиваться от потолка и стен, уклоняться, маневрировать. Рефлексы у богомола также оказались на высоте. Интересный противник. Сложный. Давненько Киске не оказывался в столь затруднительном положении. Ему не хватало скорости, чтобы нанести удар, который дал бы шинигами преимущество, и физической силы – пробить защиту существа. То, что техники Бенихиме и Хадо оказались бесполезными – пол беды. В конце концов, разорви парень расстояние, то можно вжарить чем-то помощнее. У гримм точно есть предел насыщения, после которого он попросту сдохнет. Останавливало одно – противник слишком быстрый и может попросту не дать времени, а еще – не факт, что сильное заклинание не заденет девчонок. Он вроде бы спасать их пришел, а не добивать. Можно попробовать Бакудо, однако и тут есть подводный камень. А ну как развеет или что хуже – сумеет повторить? Тут богомол вновь плюнул своим огненным шариком, от которого Киске едва успел убрать голову. Взрыв оставил дымящийся ядовитой зеленью кратер на полу. Действительно – плохо. Он-то было расслабился, позволив себе считать, что встал на одну ступень с сильнейшими охотниками и теперь ему море по колено. Та тренировка с Таянгом вселила в Урахару уверенность, а рейды ее лишь укрепили. Легко избивать маленьких безобидных беовульфов. Позабыл он – техники хакуда направлены на подавление гуманоидов, сиречь – человеков. Охотники, хоть и занимаются преступниками время от времени, основной своей целью выбрали именно гримм. Поэтому – глупо считать, что Таянг слабее Киске. Совсем нет. Менее умелый, куда менее опытный, проигрывающий в технике, когда против него выходит человек. Но никак не более слабый. И вот теперь Урахара столкнулся с противником, который был равен ему физически, не уступал в мастерстве обращения со своим оружием и явно имел огромный опыт. - Проблемно, - выдохнул шинигами, разрывая дистанцию. Богомол ринулся следом и их противостояние продолжилось. Он мог победить. Несмотря на все преимущества гримма, перед ним все же был Бог Смерти, имеющий чудовищный по меркам этого мира опыт, знания и умения. Проблема состояла в другом. Киске не хотел выкладываться на полную. Даже на половину не собирался. Просто, понимаете… Это ведь гримм! Да, необычный, да – старый! Слишком умный для их племени, но просто гримм! Один из многих! Не адьюкас и, тем более, не Васто Лорд! Обычный Пустой этого мира. Кроме необычных умений в нем нет ничего такого! Да против сильнейших гримм, о которых Киске доводилось только читать, он вообще никто! Но при этом заставляет шинигами уровня капитана, признанного военным потенциалом Сообщества Душ, выкладываться минимум на четверть от всех его возможностей! Один! Сраный! Гримм! Урахара мог попробовать оправдаться, что, мол, еще не полностью восстановился и до прежних кондиций ему еще далеко. Чушь! Эта четверть как раз и считалась от полного потенциала, то есть чуть меньше половины нынешнего! Каково? А?! Недооценил он Ремнант. Сильно недооценил. Настолько, что становится страшно – каких чудовищ на самом деле скрывает этот мир. Так недолго и головы лишиться. Вообще, это распространённая болезнь среди шинигами, а также других существ, обладающих силой, значительно превышающей «серую массу». И чем сильнее ты, тем больше твоя самоуверенность. Лишь единицы сохраняют осторожность, взобравшись на вершину. Власть – развращает. А сила и есть – власть. - Но с тобой пора уже заканчивать, - без улыбки произнес Киске. Они уже достаточно далеко отдалились от места, где спрятались сестры, а значит – можно. Все-таки шинигами не слишком доверял Джуниору и его людям. Не стоит им знать его истинных возможностей. Даже если они действительно потом станут друзьями (в чем парень сильно сомневался), пока – Урахара всего лишь наемник. - Прости, приятель. Без обид, ладно? Сейчас они находились в довольно просторном зале с высокими потолками. Сложно сказать, что тут было раньше. Полусгнившая мебель, ржавые столы и какая-то посуда на полу намекала на столовую, однако с тем же успехом тут могла располагаться комната отдыха или какой-нибудь игровой клуб. В любом случае, лучшего места не найти. Гримм как раз решил повторить свой трюк с двойными энергетическими лезвиями. Но только в этот раз шинигами не стал ставить защиту, да и убежать не пытался. Больше не нужно. Лезвие Бенихиме смотрит точно вверх. Оно кричит. Оно зовет. Оно жаждет крови. Кто-то боится собственно меча, кто-то считает его средством защиты от агрессии. Однако его истинное предназначение – Смерть. Беспощадная и бескомпромиссная. Никаких переговоров, исход один – Конец Существования. Враг будет повержен. Иной исход – противен сути Меча. - Накэ… - она скорбела о тех, кто умрет от ее клинка. Она кричала от радости, ведь именно ей суждено оборвать их жалкие жизни. -…Бенихиме. Зеленые лезвия встретились с багровым, но только в этот раз все было иначе. Фальшивый аурный слэш этого мира, стал всесокрушающим клинком кровавого света, легко разбившим пародию на самого себя. Богомол попытался привычно принять удар на скрещенные серпы, да только столкнулся с силой на порядок выше своей собственной. Возможно, он даже успел пожалеть о том, что вылез из своей норы, прежде чем его рассекло надвое. Впрочем, кому какое дело до переживаний какого-то там гримм? - Я облажался, да, девочка? – глядя на лезвие своего клинка, пробормотал Урахара.

***

Звуки борьбы давно затихли, а Мелани все еще осторожно прислушивалась, опасаясь выглянуть наружу. Она не имела ни малейшего понятия – кто победил в схватке, но надеялась, что это будет все же странный парень, которого Хей отправил им на выручку. Мысли текли медленно, апатично. Она устала бояться. Бесконечная гонка наперегонки со смертью полностью вымотала Мэлакайт. Эмоции выгорели, переживания ушли, оставляя девушку наедине с глухим Отчаянием. И вот пришел кто-то, подаривший Надежду. Да, Мелани устала бояться, но не сдалась. Закусив губу, девушка покосилась на сестру. А та была плоха. Очень. За два с лишним дня игры в кошки-мышки с гримм, Милше становилось хуже. Когда богомол напал на их группу, именно близняшка первой приняла на себя удар чудовища. Мэлакайт с болью поморщилась, вспоминая как хрупкое тело ее сестры бросало из стороны в сторону, резало серпами и ломало ей кости ударами. Мелани же, в какой-то степени повезло. Взрыв неудачно брошенной кем-то праховой гранаты на некоторое время контузил девушку, лишив ту подвижности, но, при этом, она почти не пострадала. Не считать же длинную резанную рану на ноге за серьезное повреждение? Она не помнила, как хватала неподвижное тело близнеца и уносила его. Не помнила, как умирали члены банды Топоров, прикрывая ее отход. Все, что запомнила Мелони – страх, гнавший ее прочь. Добравшись до ухоронки Джуниора, она выпотрошила ее всю. Только вот действительно полезного там оказалось немного. Вряд ли Хей рассчитывал, что на его руках будет умирать близкий человек. Бинты. Противоожоговое. Какие-то жгуты. Мази. Слишком мало, чтобы спасти человека, потерявшего много крови. Лишь на остатках Ауры Милша держалась все эти дни. Они прятались. Скрывались. А гримм… Гримм развлекался. Казалось, он наслаждался охотой! Загонял сестер в угол, а потом отступал. Лишь для того, чтобы вновь заставить бежать прочь, отрезая пути к отступлению. И с каждым шагом близнецы оказывались все глубже и глубже! Эта поганая тварь попросту питалась их страхом и отчаянием, раз за разом давая надежду, а потом ее отнимая! Разве так поступают эти безмозглые создания? Мелани больше никогда не поверит байкам о том, что гримм не обладают разумом! Возможно, они и не думают, как люди, но точно обладают каким-то самосознанием. Мерзким. Извращенным. Но обладают. В конце концов, богомол загнал их в эту дыру. Теперь же… - Хья~, такой большой был «таракан», а средство от насекомых я забыл в других трусах! Но против свернутой в трубочку газетки приема нет! Мелани подняла глаза на голос. В проеме действительно показалось лицо преувеличенно-веселого парня. Потрепанный вид, изорванная одежда, сквозь прорехи, в которой видны были многочисленные порезы. Ничего серьезного, но если до этого дошло, то Ауру спасатель точно израсходовал. "Это не сон. Мы спасены!" – и гордая, сильная, упрямо тащившая на себе умирающую сестру девочка - расплакалась. - Ну-ну. Тут и так сыро! – покачал головой парень, проходя к девушкам. Присев на корточки возле Милши, он начал быстро ее осматривать. Сестра находилась без сознания со вчерашнего дня, когда Мелани удалось ее в последний раз напоить. После близняшка приходила в себя урывками, как недавно, когда они привлекли внимание наемника Хея, тем самым спася себя. - Как она? – с трудом произнесла Мелани. Собственный голос казался ей далеким и чужим. - Не буду врать – плохо-с, - отозвался посмурневший парень. Сердце Мелани пропустило удар. И вот, после всего того, что им пришлось пережить, Милша… Тем временем, наемник продолжил: – Потеря крови, множественные переломы. Хорошо нет жара. Значит никакой инфекции. Пока, во всяком случае. Только сейчас девушка заметила за плечами долговязого юноши мешок, который тот скинул на пол и принялся там копаться. Ну, скорее – обратила внимание. Как-то не до того было раньше. На свет появились какие-то пакетики, скляночки, трубочки и шприцы. Довольно необычно. Мало кому приходит в голову, что пропавшие в столь опасных местах люди – могли действительно сильно пострадать. Все надеются на других, а сами пренебрегают основами первой помощи. Впрочем, столь обширный набор инструментов и медикаментов на «первую помощь» тянул слабо. Тут скорее – полевой госпиталь в миниатюре. - Она будет жить? – ей ничего не оставалось, кроме как спросить. - В обычных условиях – вряд ли. Открытая Аура позволяет выживать там, где любой другой человек давно бы умер, - говорил парень, не прерываясь и мастеря какую-то конструкцию из трубочек и пакетиков, жгутов и прочего скраба. – Но даже у нее есть предел. "Невозможно сотворить что-то из ничего, не имея соответствующего Проявления, конечно!" – процесс продолжался, но на него Мелани было плевать. Она хотела узнать только одно – можно ли спасти Милшу. Девушка многое была способна отдать за сестру. Практически – все. В том числе и свою жизнь. – С переломами еще можно существовать, но вот большая потеря крови для людей фатальна. Слабая тварюшка - человек! Менее живучей представляется только лошадь! Капля никотина? Пф! – девушка внезапно начала терять нить разговора. - Впрочем, у нас тут есть замечательный донор! – блеснули безумием серые глаза. Да, Мелани буквально трясло от страха за жизнь сестры. Но иголки… Иголок она боялась едва ли не больше. - Ик. - Не бойся, сейчас тебя укусит комарик! – радостно заявил этот жуткий тип, надвигаясь на нее.

***

Все хорошо, что хорошо кончается. Серьезно! Киске все-таки удалось отыскать сестер. Спасти. Даже провести переливание крови в условиях далеких от идеальных, без каких-либо проблем! В итоге жизнь Милши (чье полное имя Урахара так и не смог выговорить) оказалась спасена. Слава Великому Хомяку, что запасливый шинигами зачем-то потащил с собой полевой набор юного хирурга! Иначе бы ничего не вышло. Впрочем, некоторые техники Кайдо тут тоже имели место быть. Он мог бы использовать только их, но отказать себе в удовольствии поиграть на нервах пугливой девчушки? Ни-ког-да! Только вот выбраться на поверхность им удалось лишь через три дня. Девушки были слабы, им требовалось какое-то время, а Милше еще и стабилизировать состояние. В итоге на третьи сутки спасательная операция закончилась, когда трое выползли на склон Гленн. Правда, одна из сестер ехала безбилетником на закорках шинигами, но то – дополнительный сервис и он все стрясет с Хея. Устроившись на травке, лучась позитивом так, что даже Мелани со странным выражением лица поспешила отодвинуться от сияющей довольством счастливой рожи Киске, поближе к сестре, пришедшей в себя уже на второй день. Милша была слаба, но сейчас даже могла говорить. О чем близняшки шептались, косясь на Урахару зелеными глазами, тому было откровенно плевать! Жизнь прекрасна! Трава – прекрасна! Солнце – прекрасно! Восславим же его! Путешествие вышло весьма поучительным. Киске многое понял о себе и об этом мире. А еще ему крайне любопытно – кто такой умный, что решил экспериментировать с гримм. Аккуратные расспросы близнецов показали – подобные твари здесь не водились. «Здесь» - то есть на Ременанте. Пусть профессиональными Охотниками девушки не были, но основы им успели преподать. Цвета Гримм – красный, черный и белый. Иногда – производные, но, чтобы где-то видели вот такое вот зеленое чудище? Навевает на определенные мысли! Вряд ли Урахара найдет время и желание с этим разбираться, ибо заняться ему есть чем, но если вдруг что… Тем временем вдалеке показался буллхед, шустро рассекая своей тушей в небесные просторы и оставляя за собой реактивный след. Хей сработал оперативно. Не прошло и получаса, как Киске и девушки выбрались на свет божий, Свиток поймал сигнал и Урахара вызвал помощь, как эта самая «помощь» изволила явиться. Приятно, когда тебя ждут, да? Да даже если и не тебя – все равно приятно. Пожевывая стебелек, откинувшись на травку, Урахара с любопытством наблюдал за торопящемуся к месту эвакуации транспорту. Жить – хорошо.