Время перемен

      Гермиона разливала кипяток по трем кружкам, когда на кухне появились Джейкоб и Гарри. Парни, устроившись за столом, потянулись за булочками с изюмом. Девушка, стараясь не встречаться взглядом с Джейкобом, поставила перед каждым чай. Гарри кратко изложил суть произошедшего, объяснив, почему на этот раз магия вышла из-под контроля. Он заверил обоих, что подобное больше не повторится — мол, просто стечение обстоятельств. Гермиона с подозрением смотрела на него, и Поттер понял: она не вполне ему поверила. Значит, серьезный разговор еще впереди. Джейкоб же успокоился и уже не рвался в драку. Возможно, сработал инстинкт самосохранения, а может, дело было в булочках, которые Гарри пообещал испечь для всей семьи Блэков. Джейкоб, как и Чарли, не устоял перед этой волшебной сдобой. Узнав все, что хотел, он посоветовал Гарри в ближайшее время избегать встреч с Беллой — иначе квилет не ручается за живучесть мага. На что Гермиона усмехнулась и заметила, что Гарри — Мальчик-Который-Выжил, так что ему не привыкать. Джейкоб перевел на нее взгляд, но та быстро отвернулась. Блэк недоуменно посмотрел на Гарри, но тот лишь махнул рукой: мол, разбирайся сам. Вздохнув и прихватив пару булочек, Джейкоб отправился к Белле. — И когда ты ему скажешь? — спросил Гарри. — Никогда, — ответила Гермиона. По тону девушки Поттер понял, что продолжать разговор не стоит. Чтобы не терять времени, он достал из холодильника пакет с едой, приготовленной для Чарли еще накануне, добавил несколько булочек для коллег шерифа и, подхватив задумчивую Гермиону под руку, направился к выходу. Всю дорогу до школы девушка молчала. — Гермиона, я, конечно, не хочу отвлекать тебя от размышлений, скажем, о глобальном потеплении, но ты мне нужна. У меня нет опыта общения с маггловской администрацией. — Ох, Гарри, что бы ты без меня делал? Я думала не о потеплении, хотя вопрос интересный, а о твоих выбросах. Я не Джейкоб и прекрасно помню, какими они были раньше. Раньше они не превращали вещи в уголь, — она смотрела на него выжидающе. — Гермиона, давай не сейчас. Все живы-здоровы. — Нет, Гарри, то, что с тобой происходит, могло привести к жертвам. Твоя магия не под контролем. Если не возражаешь, мы прямо сейчас идем подавать документы, а потом ты приглашаешь меня в кафе и рассказываешь ВСЕ. Я давно заметила, что ты что-то скрываешь. Гарри посмотрел на нее, улыбнулся и чмокнул в щеку. — Я не шучу! Ты что, смеешься? — Ты сейчас напомнила мне Гермиону с первого курса, помнишь, что ты сказала, когда мы впервые встретили Пушка? Не хватает только: «Нас могли убить или, что еще хуже, исключить!» — Девушка покраснела и несильно ударила его в грудь. — Ауч! Больно! А я сегодня два выброса пережил! — Гарри Поттер, что ты еще от меня скрываешь? — Все, я понял. После школы — все мои тайны твои. Гарри всегда удивлялся, как Гермионе удавалось так быстро переключаться со своих проблем на его. «Наверное, она просто привыкла их решать», — с грустью подумал он. Решив, что школу они успеют рассмотреть позже, Гермиона направилась к охраннику узнать, где находится администрация. Мужчину звали Монти Макгрегор, и он оказался знаком с девушкой. Минут пять он расспрашивал ее о родителях, потом двадцать вспоминал разные шалости Гермионы, Беллы и Джейкоба, а затем еще две минуты выражал соболезнования. И только после того, как Гарри спокойно, но настойчиво повторил вопрос, намекая на спешку, Монти соизволил помочь. — Я уж думал, мы там на год застряли. Не хочу быть грубым, но какая ему разница, есть у тебя жених или нет? И какие у нас с тобой отношения? Не понимаю! — Гарри, в этом городе мало что происходит. Жителям скучно, вот они и развлекаются сплетнями. Не будь к ним строг. А вот и пришли. Ни слова о Хогвартсе. Помни: мы окончили среднюю школу для одаренных детей в Британии, но из-за ремонта в старшей школе приехали к Чарли. Я остаюсь здесь, так как он мой единственный родственник. А ты — сирота, и дядя, по моей просьбе, оформил над тобой опекунство. Прости, что напоминаю, но нельзя забывать нашу легенду. — Не переживай, я привык. Но у нас же нет документов об опеке? — тихо сказал Гарри. — Все есть. Пока ты развлекался с Джейкобом, мы с Чарли все оформили. Пришлось подключить гоблинов, но бумаги у нас на руках. — Гермиона, ты лучшая. Когда я в следующий раз на тебя разозлюсь, напомни мне об этом. Девушка, покраснев, подошла к администратору. Оформление прошло гладко. Им повезло — директриса, Виктория Визердейл, была на месте и провела собеседование. С Гарри она говорила долго: ее интересовало все — от лондонского метро до курса фунта, от прожарки стейков до сортов кофе. Поттеру стало даже неловко, и он резко перевел разговор на школьное расписание. На прощание мисс Визердейл попросила называть ее Викторией и выразила надежду часто видеть его в своем кабинете. Гарри, смутившись от чересчур дружелюбного прощания-объятия, постарался поскорее ретироваться. Прежде чем Гермиона вошла в кабинет, он успел предупредить, что директриса «немного странная». Девушка провела там полтора часа. За это время Гарри успел прогуляться по двору школы, сходить в магазин, купить два мороженого, понять, что Гермиона еще не вышла, и съесть оба самому. Наконец она появилась. Администратор выдала им список литературы и посоветовала приобрести книги самостоятельно — библиотеку недавно затопило, и учебники пришли в негодность. На вопрос о книжном магазине в Форксе женщина по имени Эрика посоветовала съездить в Сиэтл — выбор там лучше. Было уже час дня. Ребята направились в единственное в городе кафе «У Ли». Хозяин, мистер Гордон Ли, готовил там восхитительные ребрышки барбекю. Зайдя внутрь, они обнаружили свободный столик у окна. Интерьер был эклектичным: ярко-желтые занавески, вазочки с полевыми цветами на столах, чучела животных на стенах и огромная подкова над входом. Гарри даже подумал, что будет, если ее снять. Пока Гермиона изучала меню, он разглядывал обстановку. — Гарри, ты меня слышишь? Здесь готовят невероятные ребрышки! Давай закажем. Так, как мистер Ли, не готовит никто. Возьмем с овощным салатом вместо гарнира. А если останется место — по мороженому. — Давай, только я с мороженым пас. Пока тебя ждал, два съел. Кстати, тебе не показалось, что директриса странновата? — Нет, это для тебя странно видеть таких гиперактивных людей. В Британии народ сдержаннее. Американцы же очень общительны. Привыкнешь. Только не шарахайся, если кто-то бросится обниматься. К ним подошел улыбчивый официант. Гермиона сделала заказ и попросила еще по стакану сока. — А теперь, Гарри, ты не отвертишься. Рассказывай. Как давно у тебя выбросы и кошмары? И какие виды у тебя на мою сестру? Гарри грустно посмотрел на нее: — Ты и о кошмарах знаешь? — Конечно. Ты ставишь заглушающие заклинания, но я чувствую твою магию. И ты бы не ставил их, если бы не боялся всех разбудить. Поттер не хотел делиться, но понимал: Гермиона не отстанет. Он вздохнул и рассказал о ночных кошмарах, о жертвах Риддла, о мольбе в их глазах, о выросшей вдвое магии и о том, как контроль над ней ослабевает после таких снов. Пока он говорил, принесли заказ. Каждый погрузился в свои мысли. — Признаю, ребрышки — высший класс. Надо спросить шефа, в чем секрет. Гермиона, ты меня слушаешь? — А? Да! Вряд ли он поделится. — Спорим? — Гарри, куда ты? Зачем? Парня не было минут десять. Он вернулся с таинственной улыбкой. — Никогда бы не подумал, что дело в определенной специи. — Но как ты узнал? Повара никогда не делятся секретами! — Я не узнал, какую именно. — Увидев ее взгляд, он продолжил: — Я подсказал ему, как дольше сохранить свежесть листьев салата. Гермиона закатила глаза: — Это так на тебя похоже. Но я рада, что здесь ты чувствуешь себя лучше. На чем мы остановились? — Сегодня мне приснился другой сон. О Томе и его, как я понимаю, паре… — Парень пересказал все, что запомнил, и в конце показал витиеватый браслет на запястье. Гермиона придвинулась ближе и внимательно его рассмотрела. — Здесь определенно есть магия. — Она оглянулась, убедилась, что никто не смотрит, и достала палочку. Провела ею по узору, произнеся заклинание на латыни. Браслет засветился красным. — Хм, клятва. Ты давал кому-то магическую клятву? — Гермиона, ты же знаешь, после того, что мы прочли о клятвах на четвертом курсе, я стараюсь контролировать свою магию, когда даю обещания. Почему он красный? — Этот браслет — клятва. — Она снова произнесла заклинание, и на одной из веточек проявился ряд рун. — Смотри, перевернутая руна смерти — значит, жизнь. Но для жизни есть своя руна… Значит, клятва не о защите. Тут еще руна семьи, рода или клана из… пяти закрашенных и двух прозрачных кружков. И третья — «сверхчеловек». Мне нужно подумать и… — Поискать в книгах, знаю. Давай пока забудем. Пойдем к Чарли, он, наверное, голодный и злой. Гермиона срисовала руны на салфетку. Пока Гарри платил, она размышляла: «Перевернутая смерть… Профессор Вектор говорила, что есть редко используемые руны. Для перевернутой смерти есть аналог — руна жизни, но в определенных случаях используют именно ее… Надо подумать». Попрощавшись, они вышли. — Гарри, скорее всего, по праву победителя тебе перешла магия Тома и произнесенная им клятва. Такое бывает редко. Значит, Волан-де-Морт по-настоящему признал тебя равным. — Это странно. Судя по снам, он был невероятно образован. Столько знаний… Если бы не его жажда власти и бессмертия, из него вышел бы великий ученый. А я и половины этого не знал. Его знания по частям появляются у меня в голове. Это невероятно, но и ужасно — некоторые заклинания и зелья лучше не знать. А Том проверял их на жертвах. От воспоминаний магия снова взбунтовалась. Гарри остановился и закрыл глаза. — Гарри, все хорошо? — обеспокоенно спросила Гермиона. Они были уже почти у участка. Она подвела его к скамейке. — Вспомни уроки Флитвика. Дыши ровно. Направь излишки магии в один предмет — вон в то дерево. Гарри, стараясь дышать ровно, сконцентрировался на дереве. Через некоторое время на почти засохшей лиственнице появились почки. — Удивительно! А ты переживал, что твоя магия разрушает. Нет, Гарри, она дает жизнь! Парень улыбнулся, наблюдая, как дерево оживает. — Тебе нужно научиться контролировать ее, — Гермиона достала шоколадку и дала ему кусочек. — Или найти, куда сбрасывать излишки. Твое тело не справляется. Заняться спортом — может, поможет. Но излишков слишком много, надо придумать, как от них избавляться. — Гермиона, ты вечно решаешь мои проблемы. Отдохни. Скоро учеба, а я как-нибудь сам. Заняться спортом — хорошая идея. Кстати, у тебя же есть права? Мне бы тоже сдать. — Я всегда готова помочь. На то и друзья. Да, права есть. Чарли подарил Белле пикап 1963 года. Не новенький, но для города сойдет. Думаю, она нас не бросит. Ну что, пришел в себя? Гарри кивнул, и они направились в участок. На входе их встретила офицер миссис Стэнли. Она тоже была знакома с Гермионой и обрадовалась ее приезду. Девушка рассказала, что они с Гарри поступают в школу. Миссис Стэнли сообщила, что ее дочь Джессика будет учиться с ними, и подмигнула Гарри. — Джина, ты подготовила отчет об аварии? Я жду его уже час, — раздался резкий голос. Женщина тут же стала серьезной. — Не включай начальника, Визердейл. Ты помощник шерифа, но это не значит, что все будут прыгать по твоей указке. Подождешь. Ладно, ребята, мне работать. Чарли на вызове, подождите у его кабинета. Или Визердейл соизволит вас пустить. Друзья посмотрели на мистера Визердейла. Молодой человек лет двадцати пяти, со светлыми волнистыми волосами, собранными в хвост, и глазами неестественного цвета, будто в линзах. Он был спортивного сложения, а взгляд у него был хищным. Гарри он напомнил оборотня Фенрира Сивого. Поттер стойко выдержал его раздраженный взгляд. Помощник шерифа велел им следовать за собой. В помещении за столами, заваленными бумагами, сидели полицейские. При виде вошедших несколько из них оживились. — О, Гермиона, давно не виделись! — Соболезную твоей утрате, — сочувственно сказал другой. — А этот твой жених? — весело спросил третий. — Я смотрю, вам заняться нечем? — резко осадил их Визердейл. — Прошу в мой кабинет, юная леди. Гарри хотел пройти за Гермионой, но мужчина грубо оттеснил его. — Думаю, девушка справится без вас, Гарри Поттер. На секунду Гарри показалось, что Визердейл знает, кто он. Магии в нем не чувствовалось, но интуиция кричала: этот человек опасен, и оставлять с ним Гермиону нельзя. Та понимающе кивнула: — Все хорошо, Гарри. Подожди меня. Он позволил захлопнуть дверь. — Что, и тебе он не понравился? Добро пожаловать в клуб ненавистников Джеймса Визердейла, — обратился к нему темнокожий офицер. — Я Теодор. А ты? — Гарри Поттер. И давно он тут командует? — Его перевели из Сиэтла в июне, и он сразу дал понять, что шутки с ним плохи, — ответил Теодор. — Уволил нашего старичка Тима. Обидно. Тим хоть и не блистал, но приносил сэндвичи с лососем — жена готовила. — Кстати, разбирайте, — вдруг вспомнил Гарри, доставая пакет с булочками. — Чарли хотел всех угостить. — О, знаменитые булочки? Я готов за них фуражку съесть! — крикнул рыжий офицер из другого конца комнаты. — Гарри, можно так тебя звать? А у Чарли правда женщина появилась? Кто-то же готовит ему такие вкусности! Или это Гермиона с Беллой? Не помню, чтобы они хорошо готовили. Признавайся, это женщина? — Андерсон, отстань от Гарри! — раздался у входа знакомый голос. — Как булочки? Надеюсь, мне что-то оставили. — Обижаете, шериф! Тут на пол-участка хватит! — ответил рыжий Андерсон. — Так кто ваша избранница? Может, заскочу как-нибудь, познакомлюсь. Зачем она вам, у вас две девушки дома! Нельзя пропадать такому бриллианту в царстве Свонов! Чарли усмехнулся и взял булочку. Он выглядел уставшим, но спокойным. — Андерсон, а в твоем царстве с пятью мужиками она не пропадет? Твоей маме памятник надо ставить — готовить на такую ораву. И боюсь, с та-а-акой невесткой она скорее выгонит тебя из дома. — Почему, шериф? Она некрасива? — Нет, Андерсон, она другого пола. Не помню, чтобы ты был геем. Или мы чего-то о тебе не знаем? — О, отлично, это по моей части! — подключилась к разговору офицер с короткой стрижкой, тоже взяв булочку. — Боюсь, это уже статья, Беккет. Вы меня замучаете. Позвольте представить моего личного повара — Гарри Поттера. Это он все готовил. Что, Андерсон, поведешь знакомить с родителями? — Что, правда, Гарри? У тебя талант! Эх, жаль, что я не гей. Будь ты девушкой — я бы тебя у семьи Свонов увел! — мечтательно закатил глаза рыжий. Все засмеялись. Гарри заметил, как с приходом Чарли атмосфера в комнате стала расслабленной и дружелюбной. Совсем не такой, как при Визердейле. — Гарри, а где Гермиона? — спросил Чарли. — Ее увел к себе Визердейл. Уже минут десять. Чарли, мне кажется, он нехороший человек. — И не только тебе, Гарри, — задумчиво ответил шериф. — И не только тебе. Внезапно из кабинета Визердейла донесся звук бьющегося стекла. --- Гермиона вошла в кабинет. Визердейл сел за стол, предложив ей стул напротив. Комната была аскетичной, словно он здесь не жил, а временно находился. На столе лежала желтая папка, и девушка с удивлением увидела в ней свою фотографию. — Не бойтесь, Гермиона, можно так вас называть? Я не собираюсь вас обвинять. Меня направили сюда помогать шерифу, вот знакомлюсь с жителями, — он показал на шкаф с папками. — Не люблю компьютеры. — Все понимаю, мистер Визердейл. — Джеймс. С какой целью вы приехали в Форкс? Его взгляд был пронизывающим, и Гермионе казалось, будто она сидит перед ним обнаженной. Он сыпал вопросами: где училась? зачем приехала? кем приходится Чарли? почему именно эта школа? Девушка держалась, хотя руки ее дрожали. Внезапно она заметила на столе фотографию. Женщина на снимке показалась знакомой. Гермиона потянулась к рамке. — Ой, это ведь директриса? Она ваша жена?.. Нет, скорее, ваша…? — Сестра, — раздраженно поправил он, потянувшись за фотографией. Их пальцы коснулись. Гермиона отдернула руку, рамка упала и разбилась. — Ой, простите! Я такая растяпа! Ай! — Она стала собирать осколки и порезала ладонь. Все произошло мгновенно: Гермиона с ужасом смотрела на кровь; Визердейл изменился в лице, его глаза потемнели даже сквозь линзы; он оказался рядом, притянул ее руку к лицу и… облизал кровь, не отрывая от нее взгляда. Боль сменилась опьяняющей эйфорией. Мужчина нехотя отпустил руку и медленно приблизился к ее лицу, но в этот момент в дверь постучали. Джеймс отпрянул в угол, словно ища что-то. Войдя, Чарли и Гарри увидели такую картину: отрешенная Гермиона с порезанной ладонью, осколки стекла по всему полу и Джеймс с аптечкой в руках. — Визердейл, что здесь происходит? И почему вы допрашиваете мою племянницу без моего ведома? Джеймс с раздражением смотрел, как Гарри уводит девушку. Он словно хотел броситься за ними, но, встретив взгляд Чарли, остановился. — Чарли, не ругайте его, это я уронила рамку. Джеймс, простите. Я принесу вам новую? — Не переживайте, Гермиона. Но от новой рамки не откажусь. Виктория обидится. Вы знаете, как сестры ревнивы. Гарри, не дав ей ответить, почти силой увел ее. Чарли же, прежде чем уйти, сказал: — Если я еще раз замечу твое самоуправство, доложу начальству. Вылетишь отсюда. Я простил тебе Тима, но вмешательство в мою семью — нет. Держись от них и от Гарри подальше. Если они не нарушают закон, им нечего делать в твоем кабинете. В четыре часа — общий сбор. Обсудим нападение на Хенерса. Убийства нет, но он потерял много крови. Жив. Мистер Свон вышел, не заметив взгляда, которым его проводил помощник шерифа. — Кто ты такой, чтобы указывать мне, смертный?