Время перемен

Сознание возвращалось к Белле медленно, будто сквозь толщу мутной воды. Первым, что она ощутила, был знакомый, успокаивающий запах — машинного масла, металла и свежего воздуха, который всегда витал вокруг Джейкоба. Она лежала на своей кровати, а он сидел рядом в кресле, его темные глаза с беспокойством следили за каждым ее движением. — Беллз? — его голос был тихим, почти шепотом. — Ты в порядке? Воспоминания нахлынули разом: утро, кухня, Гарри... Его лицо, искаженное гневом, воздух, потрескивающий от невидимой силы, вспыхнувшая огнем кухонная техника. Страх сжал лёгкие, сердце забилось слишком часто. Белла ненавидела это чувство. Она резко села, отшатнувшись от протянутой руки Джейкоба. — Не надо, — выдохнула она, и голос ее дрогнул. — Я... я сама. — Гермиона с Гарри сказала, ты немного... перенервничала, — осторожно начал Джейкоб, выбирая слова. Белла резко встала. Халат распахнулся, пальцы дрожали. — Джей, он чуть не разнёс кухню. И ты хочешь, чтобы я просто успокоилась? — Гарри не хотел тебя напугать, — попытался защитить парня Джейкоб. — У него, видимо, свои демоны. Война, все дела... — А у меня что, нет? — голос Беллы сорвался на крик. Она встала и начала метаться по комнате. — Мои демоны — это она! Магия! Она забрала у меня семью! Она развела моих родителей! Она превратила мою сестру в самодовольную... волшебницу, которая смотрит на меня сверху вни- Она не договорила. Волна злости, горя и страха, которую она так старалась сдержать, вырвалась наружу. Белла больше не произносила слов. Она просто почувствовала, как что-то горячее и неуправляемое бьется у нее внутри, рвется на свободу. И вдруг. Книги с полки с грохотом полетели на пол. Зеркало на туалетном столике треснуло. Осколки рванулись к Джейкобу, словно сама комната решила ударить вместо неё. Лампочка над головой с щелчком погасла, осыпая их дождем мелкого стекла. — Белла! Остановись! — крикнул Джейкоб, уворачиваясь от осколков и пытаясь к ней подойти. Но она его не слышала. Она была в эпицентре своего собственного шторма, в панике наблюдая, как ее собственные, проклятые способности выходят из-под контроля. Это было так же страшно, как и тогда, в детстве. И когда Джейкобу почти удалось дойти до Беллы. Он почти смог схватить ее и:  — Стой! — отчаянно выкрикнула Белла, и это было не просто слово. Это был приказ, подкрепленный вырвавшимся наружу импульсом магии. И Джейкоб замер на месте, как вкопанный. Его глаза расширились от непонимания и шока. Он не был парализован страхом — он был парализован буквально, ее силой. Он не мог пошевелиться, не мог даже пальцем двинуть, оставаясь беззащитной мишенью в центре бушующего хаоса. Дверь в спальню распахнулась, и на пороге замерли Гарри и Гермиона. Ещё внизу, когда Гарри увернулся от летевшего в него ножа в прихожей, оба мага поняли: с Беллой творится что-то неладное. Её магия вышла из-под контроля. Гарри мгновенно подавил собственной магией разбушевавшиеся предметы мебели и посуды, буквально пригвоздив их к полу и стенам. Гермиона на бегу расчищала им путь к комнате сестры, отбрасывая летящие обломки. Они действовали слаженно, без единого слова, как во времена войны — два тела, но одна мысль, одно стремление достичь цели, поддерживая друг друга. И вот — дверь комнаты Беллы. Они ворвались в комнату, и ужас отразился на их лицах, когда они увидели: комната, превращённая в эпицентр урагана, и среди этого хаоса — застывшая, беспомощная фигура Джейкоба, парализованного вышедшей из-под контроля магией Беллы. — Белла! — воскликнула Гермиона, инстинктивно делая шаг вперед, но Гарри остановил ее. — Не надо, — тихо сказал он. Его взгляд был прикован к Белле. Он видел не злую сестру, не истеричку, а напуганного человека, который теряет почву под ногами. Он знал это чувство. — Отпусти его, Белла! — сказал Гарри спокойно, но твердо, стараясь перекричать грохот. Но она не слышала или не могла это остановить. Ее магия, подпитываемая паникой, вышла из-под контроля. Осколок стекла от разбитой лампы, крупный и острый, как бритва, сорвался с места и помчался прямо в грудь обездвиженному Джейкобу. Время замедлилось. Гермиона вскрикнула и двинулись в сторону парня. Джейкоб, не в силах пошевелиться, мог только смотреть на летящую смерть широко раскрытыми глазами. И тогда Гарри резко остановив подругу, двинулся вперед.  Он не использовал магию. Не кричал «Протего!». Он просто шагнул вперед, подставив себя под летящее стекло. Резкий, жгучий удар в плечо заставил его ахнуть, но он не отступил ни на шаг, заслонив собой друга. В комнате воцарилась оглушительная тишина. Словно щелчок выключателя, боль Гарри разорвала петлю ее паники. Белла застыла. Алое пятно на его рубашке расплывалось слишком быстро. Это сделала она. Магия, державшая Джейкоба, исчезла так же внезапно, как и появилась. Он вздохнул, едва не падая от неожиданности, и сделал шаг назад. Остатки магии вокруг Беллы развеялись, как дым. Последние осколки стекла мягко опустились на ковер. — Гарри! — первым пришел в себя Джейкоб, хватая парня за локоть. — Все в порядке, — сквозь зубы процедил Гарри, прижимая ладонь к ране. Он не сводил глаз с Беллы. — Просто царапина. Гермиона уже была рядом, ее палочка была наготове, но она смотрела не на рану Гарри, а на сестру. В ее глазах не было упрека, только понимание и боль. Белла медленно опустилась на колени посреди комнаты, с разломанными в щепки мебелью и кусочками стекла. Несколько осколков впились ей в колени, но она не чувствовала этого. Девушка смотрела на свои дрожащие руки, на которые упала капля крови, но это не была ее кровь, это была кровь его - Гарри. — Я... я чуть не... — она не могла вымолвить слово «убила». Она имела в виду и Джейкоба, и Гарри. Она использовала свою силу, чтобы обездвижить одного, и чуть не убила другого. Джейкоб хотел было подойти к ней, но Гарри снова остановил его, на этот раз легким взмахом здоровой руки. Он, преодолевая боль в плече, медленно опустился перед ней на коленях, оказавшись с ней на одном уровне. — Теперь ты понимаешь? — тихо сказал он. Его голос был спокоен, без тени обвинения. — Это не про «хорошо» или «плохо». Это про контроль. И его можно потерять. Я потерял сегодня утром. Ты — только что. А Гермиона когда-то в детстве. Разница лишь в масштабах. Он посмотрел на ее бледное, искаженное ужасом лицо. — Ты не монстр, Белла. Ты просто человек, которому больно и страшно. И тебе нужна помощь. Не для того, чтобы избавиться от этого, — он кивнул в сторону разгрома, — а чтобы научиться с этим жить. Позволь нам помочь. Позволь мне помочь. Белла подняла на него взгляд, полный слез. Впервые за долгие годы гневная стена, которую она выстроила вокруг себя, дала трещину, и сквозь нее пробивалось нечто хрупкое и беззащитное. Она молча кивнула, не в силах выговорить ни слова. Гарри осторожно протянул ей руку — не чтобы поднять, а просто как знак доверия. И после мучительной паузы ее пальцы еще дрожащие легли на его ладонь. И в тот миг, когда их руки соединились, а взгляды встретились, в комнате началось нечто настоящее, волшебное и чудесное. Воздух заискрился золотистой дымкой, наполняясь тёплым сиянием. Осколки стекла, подхваченные невидимым ветром, потянулись друг к другу, сливаясь в причудливом танце — осколок к осколку, пока на прикроватном столике не возникла почти новая лампа, чей абажур заструился мягким светом. Глубокая трещина на зеркале затянулась, будто рана на живом существе, оставив после себя лишь идеально гладкую поверхность. Кровать плавно вернулась на место, взбив подушки пушистым облаком. Полки собрались воедино с тихим щелчком, а книги, перелистывая страницы, сами расставились по алфавиту в аккуратные ряды. Разбросанные вещи аккуратно сложились и уплыли в шкаф. Даже бедный кактус Снуппи вернулся на свой подоконник, и его поникший стебель выпрямился, а колючки заискрились росой — казалось, он с тихим пониманием и сочувствием смотрел на свою хозяйку. Не только комната, но и весь дом будто вздохнул с облегчением, вернувшись в своё естественное состояние, став ещё чище, светлее и уютнее, чем прежде. Пока парень и девушка не отрывали друг от друга глаз, Белла чувствовала, как сквозь её ладонь льётся тёплый поток силы. Это была магия Гарри — но не та, что крушила и ломала, а та, что созидала. Он, словно дирижёр, направлял её собственные разрозненные силы, помогая им обрести гармонию и цель. — Вот это да! — восхищённо выдохнул Джейкоб, озираясь по сторонам. — Это нереально круто! — Это настоящая магия Гарри, — тихо подвела итог Гермиона, и в её глазах светилась гордость. — Она дарит свет... и вдохновляет жизнь.