Время перемен

Эдвард не поехал домой сразу. Ему нужно было побыть одному, переварить увиденное. Он направился на свою тайную обзорную площадку — место, которое построил ещё до всей истории с Ним, когда нуждался в уединении от постоянного шума чужих мыслей. С высоты открывался величественный вид: бескрайний хвойный лес, подобный тёмно-зелёному океану, серебряная лента реки внизу и горы на горизонте. Но сегодня даже эта красота не могла успокоить его разум. «Одна из судеб». Слова отца звенели в нём навязчивым эхом. Значит, одна из тех двух девушек — его предназначение. Но какая? «Кудрявая...» Мысленно он видел её снова: испуганные глаза, дрожащие руки, выроненная палочка. Она волшебница. Без сомнений. Но её страх... Он вспомнил обрывки её мыслей, когда тот негодяй схватил её. Мелькнувшие образы были не просто страшными — они были... знакомыми. Чудовища, похожие на оборотней, но не совсем. Таких он видел в иллюстрациях из книг. Его книг. Где такая хрупкая волшебница могла столкнуться с таким? «А вторая...» Его брови сдвинулись. Девушка с прямыми тёмными волосами. Она отбивалась яростно, эффективно, несмотря на численное превосходство нападавших. Но что-то было не так. Что-то очень важное. «Её мысли... Я не слышал их. Совсем». Это было так же неестественно, как тишина в гуще леса. Ни единого обрывка, ни намёка на внутренний монолог. Как будто её разум был для него закрытой книгой. Почему? Он перебирал в памяти каждую деталь, и вдруг, словно вспышка, в его сознании возник образ, мелькнувший в голове кудрявой волшебницы. Лицо, которого не должно было быть здесь. Джеймс Визердейл. В Форксе. Лёд пробежал по его позвоночнику. Если Джеймс здесь, то... Эдвард сорвался с места и помчался прочь с нечеловеческой скоростью. Ему нужно было домой. Сейчас же. --- В доме Калленов царило напряжённое ожидание. Джаспер и Элис уже вернулись. Воздух был густым от невысказанного. Эдвард ворвался в гостиную, его обычно спокойное лицо искажала холодная ярость. Взгляд скользнул по каждому: Эсми, пытавшейся выглядеть успокаивающе; Карлайлу, смотревшему с пониманием и грустью; Джасперу, стоявшему рядом с Элис в защитной позе; Эмметту и Розали, чьи позы и выражения лиц ясно говорили о солидарности с ним. — Вы знали, — его голос был низким и опасным. — Вы все знали, что одна из них может быть... моей, и позволили этому случиться? Позволили им чуть не погибнуть? — Нет, Эдвард. Мы не собирались дать им погибнуть. И совершенно точно одна из них — твоя судьба. Я много раз видела этот эпизод и прокручивала его в голове. Никто, кроме нас, не мог им помочь. И совершенно точно этим «кем-то» не должен был быть ты. А теперь ты догадываешься почему? — возразила Элис. Девушка отодвинула Джаспера, и тот нехотя сделал шаг в сторону: — Они связаны с магией. Неизвестно, как ты мог отреагировать. Ни один из вариантов будущего с твоим участием не заканчивался хорошо. Ты злишься, срываешься, убиваешь хулиганов, тебя убивает Гермиона. Это лишь один из вариантов. — Гермиона — это та, что с кудрявыми волосами? — Да, — ответила Элис. — Но я всё равно взбешён! — взорвался Эдвард. — Вы решили всё за меня! Вы до сих пор не доверяете мне. Почему? Из-за магии? Вы думаете, я стал бы стоять в стороне, если бы знал? И если уж на то пошло, когда я увидел палочку у... Гермионы... я всё равно был настроен их спасти. Меня остановили только слова Карлайла. Я зол и разочарован. Розали, к всеобщему удивлению, резко поднялась: — Он прав. Скрывать это от Эдварда было вашим худшим решением. Но волшебники в городе! Карлайл, ты же сам говорил, что магам доверять не стоит. Что изменилось теперь? Эмметт мрачно кивнул, скрестив мощные руки на груди: — Как и в любом мире, есть хорошие люди и плохие. Эти волшебники достойны. — Волшебники? Их что, много? С каждой секундой тучи над нашей семьёй сгущаются. Надо бежать отсюда! Вы что, не понимаете — они нас уничтожат! Элис, ты сама сказала, что Гермиона в одном из вариантов будущего убивает Эдварда! — выкрикнула Розали. — Стой, Розали, — возразила Эсми, до этого момента хранившая молчание. — Мы никуда не уедем. Даже Тому, прости, Эдвард, мы дали шанс. В конце концов, уйти мы можем в любое время. Эдвард, ты сам, зная теперь часть правды, сможешь ли ты бросить свою судьбу? Эдвард скривился, понимая правоту Эсми. — Он не уедет, — без тени сомнения произнесла Элис. — Хотя мысль уехать на Аляску у тебя действительно была. Но почему ты передумал? — Потому что я кое-что вспомнил, — прошептал Эдвард, и его взгляд стал острым, как лезвие. — В мыслях той волшебницы, Гермионы, я видел Джеймса Визердейла. Он здесь. В Форксе. Как по команде, все присутствующие вампиры замерли. Имя «Визердейл» подействовало на них, как красная тряпка на быка. — Ищейки, — мрачно констатировал Карлайл. — Самые безжалостные и непредсказуемые из наших сородичей. Что им нужно в нашем городе? — И как они связаны с девушками? — добавил Джаспер. Его голос был ровным, но в глазах бушевала буря. Началось бурное обсуждение. Выдвигались теории, строились планы. Как выследить Визердейлов? Как защитить девушек, не раскрывая себя? Как вытеснить незваных гостей со своей территории? Когда страсти поутихли, Элис подошла к Эдварду, всё ещё стоявшему у камина. — Ты должен понять, Эдвард, — её голос был беззвучным шёпотом, предназначенным только для него. — Если бы мы не спасли их сегодня, если бы не приехали на ту площадь, не вырвали из лап смерти, на Земле начался бы настоящий конец света. Он смотрел на неё, пытаясь прочитать в её глазах хоть что-то, кроме твёрдой уверенности. — Почему? Что в них такого особенного? Что связывает их, ищеек и... меня? Но Элис лишь покачала головой, и лёгкая, печальная улыбка тронула её губы. — Не «что», а «кто»! Но это всё, что я могу тебе сказать. Некоторые истины нужно постигать самому. Ты найдёшь ответы на свои вопросы... когда пойдёшь в школу. Эдвард замер, глядя на свою семью — разную, полную противоречий, но всё же его семью. Гнев медленно отступал, сменяясь холодной, отточенной решимостью. Кажется, ему в самом деле предстояло вернуться за школьную парту. Чтобы найти не только свою судьбу, но и ключ к тому, что может спасти их всех.