Демон в Академии!

Шестые сутки, день. Кабинет Гектора Профессор ван Карни, трудовым подвигом ознаменовав очередной день в Академии святой Ласкавии, возвратился в свой кабинет и с удивлением обнаружил, что в его отсутствие тот превратился в что-то среднее между бомбоубежищем и лачугой бездомного гнома на развалинах радиоактивного Токио. Повсюду были следы разрухи и варварского обращения с комнатой: мебель исчезла полностью, освещение было грубо заменено временным мини-солнцем, которое раздраженно гудело под потолком на половинной мощности, в ободранных стенах и полу зияли дыры, словно после бомбардировки. Гектор критически осмотрел кувалду, застрявшую в подоконнике, и вздохнул. — Големы постарались, м-да… А ведь чуяло мое сердце, что не надо оставлять их без присмотра, не надо… Где же их богохульный оператор, этот низкорослый и сладкоречивый Тахион Локк? Испытываю острое желание с ним переговорить. — Господин профессор? — на пороге разгромленного кабинета образовался искомый коротыш. — А я вас как раз дожидаюсь. У нас тут, как вы видите, осуществилась некоторая проволочка, но мы над этим уже работаем… — Неужели? — язвительно осведомился наш герой. — Я всего лишь просил установить здесь новую мебель, а между тем нынче моя комната выглядит как апартаменты уездного комиссара после веселого налета махновцев! Задам традиционный вопрос обманутого мужа: как же так вышло? — Это не то, что вы думаете, я все могу объяснить, — мгновенно согласился Тахион Локк. — Дело в краткосрочном сбое программы големов, отчего они не разобрались в ситуации и немного… пошумели здесь. Но хорошие новости в том, что я их обездвижил и отправил в мастерскую на диагностику. Никаких проблем! — Я вижу только одну: мое скромное жилище косплеит бордель после насильственного прорыва танкового полка вермахта. Предположу, не глядя, что в спальне дела еще хуже, верно? Ну, вот видите. И как прикажете мне в нем жить и работать? — Использовав заклинание возврата, конечно, — не моргнув глазом, предложил карлик. — Это как бэкап в облачном сервисе, только для материальных объектов. Если вы делали его недавно, то вообще ничего не потеряете. Гектор мысленно проклял нечистую силу, испортившую программу големов, а также тот час, когда он вообще задумал переделку комнаты. — Я тут работаю без году неделя, — сообщил он угрюмо. — А раньше кабинет принадлежал профессору Скидубиэлю. — Так попросите у него копию, — пожал плечами Тахион. — Перекантуетесь на старой версии, пока мы не починим големов. О, кстати — я побежал проверять, как они там себя чувствуют, немного волнуюсь за ребят. Я сообщу Виктории насчет следующего сеанса, а она передаст вам, хорошо? Гектор подождал, пока за углом затихнет топот ног карлика, и испустил протяжный стон. — Придется идти налаживать отношения со своим истеричным предшественником, что не так-то просто после всего, что между нами было — или пожить несколько дней на пепелище, без кровати, кофе и шансов привести кого-нибудь в гости. Что выбираешь, почтенный профессор? М-да, я так и думал. *** Чтобы узнать, где преподает Скидубиэль, Гектор пришлось проконсультироваться с массивным магическим расписанием, серебристо-бронзовым, украшенным изображениями роз и крыльев, черепов и звезд по углам. Попыхтев с непривычки, он действительно обнаружил надпись: «Профессор Скидубиэль. Физика процессов самогипноза в аспекте сознательного воспитания молодежи, аудитория №28. Комментарии: 36». Ткнув пальцем в последнюю строчку, Гектор ознакомился с мнениями студентов относительно курса, из которых следовало, что Озимандиас Скидубиэль — создание весьма рассеянное, неприветливое и склонное к педантизму, который под влиянием мании величия стал поистине безграничен. Обилие орфографических ошибок в комментариях вызывало доверие — теперь Гектор мог быть твердо уверен, что они не оставлены коллегами профессора. Оставив анонимный тридцать седьмой отзыв, мстительно гласивший, что «он вопще козел», Гектор удовлетворенно кивнул и отправился на поиски аудитории. Поиск быстро привел его на второй этаж, а искомая высокая дверь с нужными цифрами располагалась рядом с лестницей. С легким скрипом отворив ее, Гектор одним глазком заглянул внутрь. Да, все верно: бесконечные ряды столов, уходящие вверх античным амфитеатром, огромная доска, сверху донизу завешанная агитационными плакатами «За наше здорово живешь!», «Нам не страшен Гагтунгр!» и «Мы ангелы хоть куда!». Кроме наглядных пособий, стену за преподавательской кафедрой украшала репродукция картины великого Георгия Вучика «Пипл схавал». Щуплый на фоне всего этого великолепия профессор стоял у кафедры, громко и невпопад диктуя: «Итак, под чутким руководством Ангелов… записали? …все разумные расы Солнечной системы… системы… неуклонно двигаются к светлому будущему… записали? «Светлому будущему», да… кроме людей, конечно. Люди все так же копошатся в навозе, как и пять тысяч лет назад…» Студенты маялись. Наш герой обнаружил себя в небольшом затруднении: с одной стороны, ему безумно хотелось закричать: «Не верьте ему, девчонки! Скиду все врет, а на самом деле — он агент демонов!» В этом случае студенты получали хорошее настроение, профессор — головную боль, а сам Гектор — славу борца с закосневшей системой местного образования. С другой стороны, ему отчетливо требовалось заклинание возврата, которое если у кого и было, то только у Скидубиэля, и чтобы заполучить его, требовалось хорошее отношение последнего, чего покамест не было и в помине. Что выбрать: желание творить хаос или перспективу спать в своей кровати? Промучившись секунд двенадцать, демонолог сделал мысленный финт: разобраться со своим кабинетом он хотел куда больше, чем прослыть героем среди студентов. Он все еще руководствовался желаниями, просто ввел их градацию у себя в голове. Разобравшись с этим вопросом, Гектор утер пот с внутренней стороны черепа, толкнул дверь, и аудитория № 28 приняла его. — Служу Ангелам, дорогой товарищ профессор! — рявкнул он, прерывая бормотание Скидубиэля. — Разрешите на пару слов? Студентки оживились, захихикали и застреляли глазками. Неожиданный перерыв в скучной лекции все-таки вышел нашему герою на пользу. Скидубиэль прищурился от неожиданности, вгляделся в нежданного визитера и скорчил омерзительную гримасу — узнал. — Ван Карни? Что за нелепый розыгрыш? — Дело жизни и смерти, — артистично выпучил глаза наш герой. — На минуту буквально, умоляю! С кислым выражением лица преподаватель протопал по аудитории, миновал незамеченный ранее транспарант «Верим, не сомневаемся, любим, но пасем!» и вышел в коридор. Закрывающаяся дверь мрачно грюкнула за его спиной. — Так что вы хотели, ван Карни? — Скидубиэль неприязненно уставился куда-то за спину Гектору. — Кому здесь угрожает смерть? — Собственно говоря, никому, — признался наш герой. — Я пошутил. А может, и нет — зависит от того, как посмотреть. Вот если вы сможете прямо сейчас накормить меня тремя хлебами и пятью сардинами… — Очередная ваша идиотская шутка. — Эльф громко фыркнул. — Мне следовало бы догадаться, что ничего другого от вас… — Стойте-стойте! — Гектор примирительно поднял в воздух ладошки. — Ладно, извините. Я несу ерунду, потому что волнуюсь. Послушайте, Скидубиэль… Мне кажется, мы начали наше знакомство с неправильной ноты. И поэтому… — Еще бы! — глаза Озимандиаса вспыхнули. — Вы нагло отобрали кабинет, в котором я провел даже не годы — десятилетия! И после этого вы… — Простите, но я ничего не отбирал. Метатрон по собственной инициативе выдал мне это помещение, причем я даже не… — Может быть, и так! — Скидубиэль воинственно нахмурился. — Но я ведь не могу орать и осыпать ругательствами собственного декана. А вас — могу. Так вот, вы негодяй! — Я не… подождите. Хотите сказать, что на самом деле вы злы на декана, но не рискуете поднять на него голос? И поэтому выбрали мальчиком для битья меня? Скидубиэль изобразил сложную гримасу, долженствовавшую сообщать что-то вроде: «А чего вы хотели, кто-то же должен получить от меня на орехи?» — Больше всего не повезло студентам, — сообщил он уже почти спокойным тоном, — я на них постоянно ору и называю идиотами, но они уже привыкли. Фактически, вам достается уже по остаточному принципу, но не расстраивайтесь — еще годик-другой, и вы тоже привыкнете. Не исключено, вам это даже станет нравиться. «Любовь идет по проводам, — философски прокомментировал Гектор у себя в голове. — А какашки капают сверху вниз. Из этого следует, что мне нужно либо оказаться как можно выше… либо обзавестись таким непромокаемым плащом, чтобы ко мне ни одна какашка не осмеливалась приблизиться! Окончательным плащом, броневым! Только любовь, только хардкор!» Он отвлекся от бессвязной ахинеи, происходящей с той стороны черепной коробки, и обаятельно улыбнулся Скидубиэлю. — Послушайте, Озимандиас, но ведь должно же быть что-то, чтобы я мог сделать, чтобы искупить свою невольную вину и доказать хорошее к вам отношение! Может, вам нужна какая-нибудь помощь? Его собеседник презрительно сморщил нос. — Если вы думаете, что я нуждаюсь в помощи такого наглого, грубого, бесцеремонного… Хм. Процесс сморщивания сперва замедлился, а потом и вовсе остановился. В тусклых глазах загорелся робкий огонек осмысленности. — У меня такое впечатление, — быстро сказал Гектор, — что у вас такое впечатление, что я все-таки могу быть вам чем-то полезен. Я правильно понял вашу искусную мимику? — Разумеется, нет! — огрызнулся Скидубиэль. Внутри него, по всему видно, кипела сейчас напряженная работа. — Но… как у вас отношения с библиотекарем? Этой… Скульгрим? На лице демонолога не дрогнул ни единый мускул. — Прекрасные отношения, она милейшая женщина. Она же женщина, я правильно понимаю? Я так и знал. Мы сразу нашли общий язык, много похожих интересов… а что? — Коротко говоря, несколько недель назад я, возможно, был с ней несколько резок. — Что?! — громовым голосом воскликнул Гектор. — Вы, почтенный эльф, нагрубили женщине-орку? В это невозможно поверить! Скидубиэль только дернул уголком рта, медленно подбирая слова. — Мне нужен был некий манускрипт, очень важный для моей работы, а она… словом, вы знаете ее риторическое искусство. Не помню точно, но я мог назвать ее тупым животным, от которого больше проку в пещерах Земли, чем в учебном заведении. С тех пор она отказывается выходить из архивов и обслуживать меня. — Нет нужды продолжать, — кивнул Гектор. Дело оказалось настолько пустяковым, что оторопь брала. — Все будет сделано в лучшем виде, любезный Озимандиас. Вам нужна только ее голова или какие-то другие части тела? Скидубиэль открыл было рот, чтобы высказать свое мнение об очередной безвкусной шутке этого молодого нахала, но всмотрелся в радостные — и совершенно безумные — глаза собеседника, и раздумал. Возможно, молодой нахал не шутил. А если так, то определенно не стоило его провоцировать. — Нет, да? — немного огорчился Гектор, когда реакции на его мощный стендап не последовало. Он, конечно, ожидал другого, но, возможно, сдержанность тоже оказалась неплохим решением. — Моя ставка не зашла на NBA? Ладно, давайте тогда название вашей книжонки, и покончим с этим. — «Партия ангелов — сила народная» за авторством профессора Хадукена Сумимуры, издание тысяча четыреста восемьдесят шестого года… — Эх, а я-то надеялся, что это будет «Молот ведьм», там, кстати, и картинки поинтереснее… Ладно, скоро будет, прохвессор, не шебуршитесь. — Пфф! — среагировал Скидубиэль. *** Во владениях Скульгрим было привычно пусто и тихо. Как известно любому приличному преподавателю, библиотека — это кладбище знаний, полное мертвой информации и окаменевших афоризмов, которые никто никогда не прочтет, так какой смысл умерщвлять свою молодость посреди пыльных сочинений? Разве за стенами Академии нет мест, где можно провести время с большей пользой, чем за столом в библиотечном зальчике — парков, баров и прочих источников доступных чувственных радостей? Не следовало ли из этого, что местная библиотека нуждалась в радикальных реформах? Над этим стоило поразмыслить, чего Гектор, разумеется, делать не стал. Вместо этого он остановился посреди просторного зала, воздев руки на манер мексиканского оракула, и торжественно прокричал: — Есть тут кто? Ему не ответило даже эхо. — Это был риторический вопрос, — вздохнул Гектор, принимая обычную позу. — Он не требовал реакции, хотя мне немного обидно, что всем невидимкам в окрестностях настолько на меня плевать. Впрочем, я все равно знаю, что где-то поблизости находится Агне Скульгрим. Где ж ей еще быть? Я тут уже целую неделю ошиваюсь и ни разу ее не видел ни в столовке, ни в коридорах — ни даже в ночных клубах! Он упер задумчивый взгляд в пустоту, приложив к длинному носу нервный палец. — Лично я предполагаю, что эта самая Агне питается наиболее медлительными и неловкими мышами, которые наверняка давно обжили большую часть местного архива, а развлекается преимущественно… — Скульгрим тут, — сообщила библиотекарь, бесшумно возникая из-за стеллажа. — Хвала Аллаху! Потому как я не придумал, как ты тут можешь развлекаться, а мысли на этот счет у меня роились самые тревожные. Оркиня среагировала на эту мысль в своем привычном ключе, то есть тупо промолчала. Гектор вздохнул и переменил тему. — Так о чем это я? Ага! Меня сильно интересует книга, которая называется что-то вроде «Партия Ангелов — наш рулевой», автор Кадуцей Ханамура, или как-то так. Я планирую нагло взять ее в плен до выяснения, утащить к себе в кабинет и зачитать до дыр! Есть еще такое редкое извращение — библиофилия. Никак не вылечу. — Нет, — прошепелявила сквозь свои оркские клыки Скульгрим. — Понятно, спасибо. Тогда я пошел, — Гектор выполнил разворот через уставное левое плечо и опомнился. — Не, стоп, фиг там пошел — мне нужна эта книга, эй! В каком смысле «нет»? — Книга нет. Другой профессор забирать. Вернуть нет еще. — Вот все и прояснилось! — восхитился демонолог. — Кто же тот коварный похититель, что лишил меня эстетического удовольствия припасть к кладезю премудрости, именуемому… черт, опять забыл название. В общем — припасть к продукту освященной веками академической типографии? Скульгрим подарила Гектору еще один бессмысленный взгляд. — Да, точно. Снова забыл, что тут в моде иные слова и иные песни. Давай так: имя профессор. Брать книгу. — Вик-тор Идра-же, — библиотекарь сверилась с записями, свисающими с большого рулона, напоминающего туалетный. — Один месяц. Прошлое. — Как-то по-французски парня зовут, — решил наш герой. — Это не к добру. К тому же, само имя явственно попахивает декадансом — наверное, это какой-нибудь порочный педераст-полуэльф, по самые глаза замотанный в парики и дизайнерские шмотки, и обязательно с вырвиглазно бирюзовым маникюром на по-старчески скрюченных когтях… Тут он, наконец, догадался сложить два и два. — А, погоди! Это не Виктор Идраже — это Виктория Драже! Вики! — Драже, — подтвердила оркиня. — Ну, а я что говорю! Мы с ней хорошие знакомые — у нас почти случилась близость в одном не особенно и далеком ночном клубе пару ночей назад… хотя это не та история, которую мечтаешь рассказать пожилому архивариусу, так что замнем. М-да… Она же с этой… с кафедры запрещенных веществ, если не ошибаюсь? Судя по поведению. Скульгрим молчала, мигая желтоватыми глазами. — Я, в общем, так и думал, — кивнул Гектор. — Благодарствую, будем искать! Шестые сутки, вечер. Территория Академии св.Ласкавии — Стоять, не двигаться! — После долгих забегов в поисках нужного кабинета демонолог чувствовал себя словно водитель фуры, в которую на федеральной трассе врезался бензовоз: ему было жарко и жутко хотелось спать, хотя спать было негде. — Вы арестованы за развратное поведение в увеселительных заведениях! Вики, выглядящая особенно хорошенькой в голубом лаборантском халатике среди столов и полок, обернулась, удивленная, но не испуганная. Она не изменила позы, все так же склоняясь над заваленным бумагами столом, согнув в колене изящную ножку, и вся ее стройная фигура выражала одновременно любопытство и истому. Девушка улыбнулась и помахала ему пальчиками, что показалось нашему герою до крайности двусмысленным, но он тут же увидел на кафедре еще с полдюжины эльфов и ангелов и понял, что план баталии придется перекраивать буквально на ходу. — Нет, — продолжил он вполголоса, приближаясь к лаборантке, — понятно, что они именно для этих самых увеселений и придуманы… Но должны же быть какие-то пределы! — Профессор ван Карни! — ненатурально воскликнула Вики и тоже перешла на конспиративный шепот: — Ты что, с ума сошел так орать! Тут кафедра, между прочим, а я приличная девушка… по общему мнению. — Общее мнение, — справедливо указал Гектор, — как всегда оказалось донельзя ошибочным… А я к тебе по делу. — Да неужто? — Что, неожиданно? Кое-кто считает, что демонологи — записные бездельники, но это все наглая ложь… Пошли в кафетерий. — Это что, свидание? — Вики мгновенно сделала охотничью стойку. Феечки или нет, все девушки одинаковы. Наш герой показушно и неискренне вздохнул. — Эх, если бы… Но это было бы непрофессионально — два уважаемых преподавателя предаются порочной и необузданной страсти прямо на столе кафетерия, среди шоколадных пирожных и недоеденных творожников… Нет — это не наш метод! Согласна? — Н-наверное… — лаборантка бросала быстрые взгляды вокруг, пытаясь понять, кто из ее коллег успел услышать хотя бы слово из горячего гекторова спича. — Среди творожников я н-не очень хочу… — Жаль. Но дело, тем не менее, не терпит отложения… нет, отлагания — так что пойдем хотя бы насладимся пирожными, которые я так беззастенчиво прорекламировал! Они успешно покинули кафедру, притворяясь, что увлечены важной беседой относительно статьи профессора ван Карни, в которой он намеревался продемонстрировать, что магические субстанции в правильной дозировке способны эффективно работать репеллентом против демонов. Через несколько минут они уже сидели за столиком кафетерия, уплетая сладости. — Вкусно! — вынесла вердикт Вики, старательно облизывая ложечку. — А ты умеешь увлечь девушку! — С порочной страстью получилось бы не хуже, — сообщил Гектор. Наблюдения за ложечкой здорово отвлекали. — Но не будем забегать вперед… в общем, мне нужна книга. — Книга? — недоверчиво переспросила лаборантка. — Книга. — Какая именно? — А их у тебя что, много? — Это все-таки Академия… — нахмурилась Вики. — Не вижу логики. — Ты меня сбиваешь! — Девушка на секунду уставилась в измазанное шоколадом блюдце. — В общем, да, у меня много книг. Какая из них тебе нужна и зачем? — Что-то про партию Ангелов, а также их роль в малом бизнесе и животноводстве. — «Партия Ангелов — сила народная?» — Во! — просиял Гектор, — она самая! Имею желание освежить в памяти деяния наиболее славных сынов отечества… то есть, Марса… и вообще… — Ни вот на столечко не верю. — Вики показала пальчиками, на сколько, и Гектор снова потерял нить беседы. Все-таки неделя воздержания — это непросто. — Я возмущен и оскорблен твоими намеками на собственный низкий патриотический уровень. Хотя на самом деле книжка нужна Скидубиэлю. За нее он мне даст заклинание отката, без которого мой нынешний кабинет выглядит крайне уныло. — Мне казалось, ты не очень-то ладишь с этим нудным ангелопоклонником… А книжка у меня в лаборантской. Если пойдешь со мной и чуточку подождешь — поделюсь. — В чем, в чем — а в ожидании я особенно хорош, — просветил девушку Гектор. — Веди же меня, дружелюбная туземка! Они снова забрались на крышу — по странному совпадению, в небе снова царил разноцветный закат, к гипнотическим переливам которого уже примешивался лиловый сумрак, но давнишних парочек поблизости не наблюдалось. Оно и понятно: вечером пятницы Академия становится для студентов удивительно непопулярным местом. — Пары закончились, все разумные люди разбежались по общежитиям и стриптиз-барам… — нараспев прокомментировал обстановку Гектор. Воздух пах фруктами и спиртом. — И только трудолюбивые преподы сидят, как сычи, в четырех стенах… Вместо того, чтобы брать от жизни все, они пишут методички и при анахронических свечах роются в древних манускриптах, портя и без того слабое зрение… — Все-все, я поняла, — засмеялась Вики, — ты хочешь меня пригласить в клуб, правильно? — Обязательно! — согласился наш герой, мысленно поседев от причудливых изгибов женской логики. — Но потом. Сейчас мне нужна книга. — Фу, скучный… Сейчас найду, подожди… Она исчезла на своем стеклянном складе, а наш демонолог остался с тоской смотреть в темнеющие просторы, где слышалась музыка, звон стаканов, веселый гомон и — возможно! — жаркие стоны знойных куртизанок. Совершив титаническое усилие, он отвернулся от манящих перспектив. — Кстати сказать — а тебе эта книжонка зачем? Ладно еще этот ушибленный Скумбриевич, ему по долгу службы положено читать всякую мутную пургу, переться от нее, как слон на повороте, и объяснять студенткам насчет роли партии в ежедневном восходе Солнца… Но ты-то? Вики вынырнула из стеклянного куба с массивным фолиантом в обложке из свиной кожи, края которого были украшены орнаментами из медных дубовых листьев, а в центре красовался железный диск с выгравированными по нему загадочными знаками. Девушка сняла с переплета тяжелый замочек и щелкнула застежкой. — Если честно, сама книга мне не нужна… просто я случайно выяснила, что ее страницы пропитаны специальным составом — изначально он должен был придать страницам большую долговечность, но при соединении с некоторыми ингредиентами и последующим нагреванием получается слабый стимулятор… Должен получаться, по крайней мере — опытов я еще не проводила. Гектор мысленно зааплодировал. Вики еще больше раскрывалась с неожиданной стороны: не просто взбалмошная лаборантка в Академии для умственно отсталых, а вдумчивый химик, проводящий время с интересными веществами. — Опиум для народа, значит? — сказал он вслух, добавив в голос восхищения. — Это хорошо. Это мы одобряем. — И правильно делаете, — подмигнула лаборантка. — Тебе, между прочим, выпала возможность поприсутствовать на первом натурном эксперименте! — Натуризм — это даже еще лучше! — согласился Гектор, наблюдая. Вики беззастенчиво выдрала из объемного тома пару страниц, исписанных лозунгами и воззваниями, принюхалась, одобрительно кивнула и посыпала серо-зеленой смесью, которую вытащила из прозрачного пакета. После этого девушка свернула страницу в трубочку, превратив ее в своего рода самокрутку, и подожгла от ярко-алой искры, сорвавшейся с кончика пальца. По крыше разнесся сладковатый запах. — Не желаешь протестировать? После этого я отдам тебе книгу, честное слово! — Законом не запрещено? — подозрительно изогнул бровь демонолог. — По итогу я не превращусь в лягушку? Это не записывает скрытая камера? Вики хихикнула и протянула ему самокрутку. — Заодно и узнаем. Просто сделай глубокий вдох. Гектор опрометчиво затянулся, и в нос ему вдруг ударил аромат свежескошенной травы и теплое дыхание тропического океана, а немного позже к запаху трав прибавился еще и металлический привкус крови. В следующее мгновение Гектор почувствовал себя так, словно его вывернули наизнанку, земля ушла из-под ног, а крыша начала переливаться всеми цветами радуги. Затем он упал. *** Шестые сутки, вечер. Крыша Академии — Что происходит? — слабым голосом вопросил у пространства Гектор некоторое время спустя. — Неужели я потерял память, пересмотрев порнографических китайских комиксов под названием «аниме»? Или агенты мирового империализма все-таки отравили меня просроченными пельменями? Когда сигарета с патриотическими лозунгами подействовала, в подсознание Гектора ворвались самые невероятные и яркие образы — викингов в латах гелиотропового цвета, дракона, с глаз которого падали капли расплавленного свинца, детей в эскимосской одежде и даже всклокоченную аборигеншу в остроконечном колпаке. Правда, он почти ничего не запомнил, но очнувшись, обнаружил, что во рту сухо, косяк докурен до конца, а в ушах звучит размеренный гул, похожий на шум водопада. Гектор полежал с открытыми глазами, насчитав на небе восемьдесят три звезды, но потом они вдруг начали прыгать и прятаться за месяц — действие веществ продолжалось. — Нет, — промямлил он, с трудом шевеля непослушными конечностями, — тут что-то более коварное… Вики, милая Вики, за что ж ты меня так… Гектор с трудом поднялся на тряских ногах. Пока он валялся на крыше, совсем стемнело, звезды придвинулись ближе и пылали ярче, а луна по-прежнему серебрила своими лучами черные просторы парка внизу. Вики Драже, по-видимому, давно ушла. Впрочем, рядом с ним лежала искомая книга, а это значило, что эксперимент с курением все-таки следовало признать удачным. Но с оговорками. — Я должен найти Скидубиэля, пока могу ходить и мыслить трезво! — провозгласил Гектор ван Карни и едва не свалился с крыши: ему пришло в голову, что вертикальный спуск имеет много преимуществ перед медленными и путаными устройствами, которые именуют лестницами. К счастью, низкая оградка по краю выполнила свою задачу и помешала блестящему замыслу. Магическая информдоска на первом этаже послушно предоставила информацию о местонахождении профессора О.Скидубиэля — судя по всему, он до сих пор находился на рабочем месте, в аудитории №28, иначе данные были бы недоступны. До чего трудолюбивый парень! Гектор поспешил навстречу цели, словно торпеда на радиоуправлении: в ногах ощущался странный зуд, они будто не желали оставаться на месте. Что за дрянь Вики намешала в самокрутку? Дверь аудитории широко распахнулась, внутри все было как обычно — засыпающие за партами студенты третьей смены, яркий свет магических фонарей с потолка, похожий на графа Дракулу в этом мертвенном сиянии Скидубиэль, унылым голосом диктующий очередную вселенскую премудрость: — Итак, с новой строки: «…несмотря на то, что над нами — ангелами и отчасти эльфами — по-прежнему реют враждебные вихри демонических козней, и их темные силы гнетут нас с невиданной доселе злобой, мы все как один готовы вступить в роковой бой с врагами…» — Эх, любезный! — закричал наш демонолог, и уныние сдуло, словно ветром, даже некоторые студенты проснулись. — Как же приятно слышать твой поставленный голос! Позволь, влеплю еще безешку в белоснежную щеку твою! Дракула замолчал на полуслове, и перспективы рокового боя остались туманны. — Что? А?.. Ван Карни, вы что, опять не в себе? — Это сложный вопрос, на который я сейчас не могу дать однозначного ответа… — сообщил Гектор. Свет фонарей был слишком ярок, и приходилось щуриться на манер эвенков и тофаларов на далеком Севере. — Просто хотел сказать, чтобы вы уже заканчивали свои занятия и возрадовались вместе со мной! Ваша книга нашлась! — Моя… А, из библиотеки! Прекрасно! Как вам удалось выцарапать ее из рук этой глупой орчихи? Гектор стремительной тенью скользнул в центр аудитории. Его красноречие было неиссякаемо. — Трудная выдалась задача… вернее сказать, почти невыполнимая! Эта дуреха спрятала ее внутри утки, которая была внутри зайца, который был внутри сундука, который оказался под крышкой рояля! Рояль в кустах, знаете, как это бывает? Но самое главное, что все разрешилось наилучшим образом, и теперь… А может, вы уже отпустите студентов-то, а? Глядите, они так скоро в сне ходить начнут — разве таких результатов ждет от нас дорогой товарищ Генеральный Ангел? Скидубиэль моргнул. — Э-э-э… Да, разумеется… Уважаемые друзья, дописывайте до точки, а мы заканчиваем нашу интересную лекцию чуть раньше назначенного времени. Всего доброго, и да пребудет над вами ангельская благодать… «Сколько вранья в одном обращении… — мысленно поразился Гектор, глядя на мгновенно очнувшихся от летаргии студентов. — «Уважаемые», «друзья», да еще и «интересную лекцию»… Как он может все это произносить и не отращивать себе нос размером с корабельную мачту, как у Пиноккио?» Через минуту аудитория опустела, зато снаружи Академии донесся торжествующий рев — студенты готовились отпраздновать первую на этой неделе пятницу. Скидубиэль с видимым облегчением закрыл пыльные методички. — Итак, ван Карни… гм… словом, вы говорили, кажется, что книга у вас? — Истинно так, любезный! — Гектор, словно охотничья собака, учуял конец квеста. — Сподвигли меня источники благодати лютой… прошу прошения, ваша манера речи малость заразна… В общем, вот ваши «Ангельские рулевые», или как их там… Скрюченными пальцами эльф вцепился в кожу обложки: в этом было что-то чувственное. «Вот он, настоящий библиофил, — подумал Гектор. — Чертов извращенец». — Наконец-то! — Скидубиэль принялся жадно листать фолиант. — Вам, конечно, не понять, однако здесь приводятся редчайшие цитаты Генерального Ангела Скоятаэля относительно важности благочестивой жизни и полного подчинения… но что это? — Где? — Некоторые страницы вырваны! Святые крылья! Ценнейшие цитаты искажены и перевраны! Кто мог решиться на такое варварство? Гектор одним глазком заглянул через плечо: точно, именно отсюда Вики выгрызала нужные листа. В глаза ему бросился напечатанный полужирным курсивом тезис: «Политика — не просто набор слов, это еще и оружие массового поражения». — Стопудово наркоманка Скульгрим постаралась! — уверенно определил демонолог. — То-то она постоянно такая отмороженная! Надышится книжной пылью в своих архивах, а потом у уважаемых людей книги пропадают! — Ужас, какой ужас… — Скидубиэль отложил книгу чуть дрожащими руками. — Но следует признать, что вы выполнили свое обещание, господин ван Карни… Это отрадно. — Еще бы! — тут же согласился Гектор. — А теперь… — Да? — Как насчет заклинания? — Какого еще заклинания? В этот момент профессор ван Карни осознал страшное: он ни словом не упомянул Скидубиэлю, что в обмен на помощь в нахождении книги хотел бы получить благодарность для приведения своего кабинета в пристойный вид. А поскольку оказанная услуга не стоит ничего, на великодушие эльфа тоже можно не рассчитывать. — Големы-ремонтники разворотили все комнаты. Мне… очень-очень нужно заклинание возврата, которое у вас наверняка есть. Скидубиэль замер. Его, кажется, позабавило неподдельное отчаяние в глазах коллеги и соперника. В всяком случае, Гектор очень на это надеялся: его актерские способности оставляли желать лучшего. — Гм… что ж… это прискорбно, господин ван Карни, очень прискорбно. Но для чего нужны коллеги, как не для помощи в трудную минуту, верно? Конечно, я поделюсь с вами заклинанием возврата — оно у меня в наличии. Всего лишь за еще одну не слишком обременительную для вас услугу. Как вы полагаете, это справедливый обмен? — Ну, конечно, — пробормотал Гектор, повесив буйную голову. — Только проявишь свою доброту и чистосердечность — сразу все наваливаются. Давайте уже, вонзите нож в спину — какие у вас еще трудности в этом жестоком мире? Доктор ван Карни начинает прием!

***