Мака

      После того, как орки забрали наших коней, Эрсин и Маерк быстро оседлали для Аниме нашу заводную лошадь. И тут неожиданно Маерк предложил отвезти меня к магичке, от неожиданности я кивнул головой, соглашаясь с его предложением.       Взглянув на задумавшуюся Аниме, я понял, что тут какой-то подвох. Хотя я и раньше понимал, что их нам оставили не для охраны, а для чего, уже догадалась Аниме. И очень хотелось с ней на эту тему поговорить. Но сразу это сделать не удалось, и мы поехали в сторону (я, сидя в седле перед Маерком), куда нам указал Кадан, когда говорил о магичке.       Ехать нам действительно оказалось недалеко, но за этот короткий промежуток времени, что мы проехали, я на физическом уровне ощутил заинтересованность Маерка ко мне, в виде его стоячего члена, упирающегося мне в попку. Решив его подразнить, я уже привычно влил немного энергии. Хоть до повозки, где ехала Ритела, было не больше двадцати метров, судя по непроизвольным движениям бедер вампира, он уже все успел. Подъехав к повозке, я обратился к Рителе:       — Спасибо вам, что нас выручили, а то эти орки так пристали с продажей коней, что пришлось согласиться, они такие свирепые.       — Не стоит благодарности, не могу же я бросить в беде своих будущих студентов, — не моргнув глазом, ответила она.       — Маерк, не поможешь, мне спуститься с лошади?       Весь красный, пряча пятно на штанах, он не смог мне отказать. Спускаясь, я намеренно задержался в его руках и, потупив взгляд, отстраняясь от него, сказал:       — Благодарю, Маерк, надеюсь, наше короткое путешествие ещё как-нибудь повторим, если ты не возражаешь?       На что он стал меня заверять, что ему это было не в тягость. И, сев на коня, быстро ретировался. Я же, заняв в повозке выделенное мне место напротив Рителы и вытянув ноги, блаженно расслабился.       — Все-таки в повозке ехать, это не на лошади трястись, — заметил я, — и ноги вытянуть можно.       — Мака, я хотела тебя спросить, — начала разговор магиня, — что от вас хотел Элиаменуель? Он не часто показывается на людях, большую часть времени проводя либо в своем лесу, либо в резиденции в столице империи.       — В гости приглашал, мама Аниме по дочке соскучилась. Вот и звал погостить, пока мы проездом в академию.       — А кто ее мама?       — Его сестра, по крайней мере так сказала Аниме.       — А это он вам охрану оставил?       — Переживает, что с Аниме может что-нибудь случится.       — Но все это не так важно, я хотела тебя спросить о твоем учителе. Ты случайно не знаешь, что он с тобой делал?       — Не знаю, я очнулась только через несколько дней после его опыта, и у меня случился провал в памяти, так что я все помню только с момента своего пробуждения. Я прошлую свою жизнь знаю только по рассказам своих служанок.       — Тогда еще один вопрос, он не говорил, почему тебя взял в ученицы, просто насколько я знаю, он учеников никогда не брал?       — Не знаю, у меня, все говорят, и способностей особых нет. Может, потому, что он меня вместе со служанками сначала оркам продал, а потом ему стыдно стало.       — Ему стыдно никогда не было, не с его профессией. Но что он в тебе нашел?       — Не знаю, он об этом не говорил. Он меня в ученицы принял и через день погиб.       — Может, он к тебе по ночам приходил, ну, ты понимаешь?       — Приходил, только девственности меня не лишал.       Услышав эти слова, она облегченно вздохнула.       — Меня к тебе будет предложение, если тебе предложат продать девственность, вспомни обо мне, я заплачу больше. Столько, что тебе хватит и на первый год обучения, и на наряды еще останется.       Похоже, тут все за целками охотятся, у этих магов просто фетиш на почве этого, все так усилиться хотят.       — Регина, я тоже хотела спросить, что вы так все о девственности переживаете, неужели это так важно?       — Для магов да. Один раз в год за счет этого можно немного усилиться, это не секрет, об этом все знают. Вот, например, мои воспитанницы продали свою девственность мне за две тысячи. Правильно, я говорю? — обратилась она к своим воспитанницам, — За эти деньги они будут учиться, ещё и на наряды хватит, и к тому же я их опекать буду. Поэтому и тебе предлагаю такой же договор.       — Я подумаю.       — Конечно, подумай, время еще есть. И я так понимаю, Аниме тебе с Шалой тоже предложила продать ей свою девственность. Я заплачу больше, помни об этом.       Затем мы ехали молча, каждый думал о своем. От неторопливой и монотонной езды меня начало клонить в сон. Чуть ослабив шнуровку на рубашке и сняв курточку, так как погода была жаркая, а в повозке магини мне ничего не угрожало, я провалился в сон.       Проснулся я оттого, что мы остановились. Оказалось, что мы подъехали к реке, и все решили сделать небольшой привал и напоить лошадей, так как место было очень удачное, с нашей стороны был пологий спуск к воде. Только наш караван остановился, как к нашей повозке подъехали Аниме с Шалой в сопровождении вампиров.       — Я смотрю, ребята от вас не отстают ни на шаг? — прокомментировал я.       — Мака, мы можем с тобой поговорить? — вместо ответа спросила Аниме. — Давай отойдем чуть в сторону.       Когда мы отошли в сторону, чтобы нас никто не услышал, Аниме заговорила:       — У меня подозрения, что дядя специально оставил тут своих сыновей.       — Так это сыновья?       — Да, конечно, у него в телохранителях только они и служат, у него только официальных жен пятьдесят семь, а ещё наложницы. Вот он из их сыновей и набирает охрану. Но сейчас не об этом. У меня создалось такое впечатление, что тебя хотят оставить в клане в качестве жены одного из сыновей и меня заодно тоже.       — Но ты же сказала, что ты вроде теперь моя жена.       — Это не помеха тебе стать женой кого-либо. Тогда и мы становимся его жёнами. Это тоже сплошь и рядом.       — Не переживай, я тоже пришла к таким выводам и не собираюсь никому становиться женой.       — Но они на тебя воздействуют магией, и ты по-моему не отдаешь себе отчет.       — Не знаю, я ничего не почувствовала.       — Как? У тебя не было непреодолимого влечения ни к Эрсину, ни Маерку?       — Нет, они, конечно, красивые парни, но я тебя люблю, зачем они мне?       — Но магии вампиров невозможно противостоять.       — Я не чувствую к ним никакой страсти. Постой! — встрепенулся я, — А ты на меня тоже пыталась воздействовать?       — Прости, это было в самом начале, но я поняла, что на тебя моя магия не действует, но я подумала, это потому, что ты девушка. И когда ты сделала мне предложение, я поняла, что это от чистого сердца, и магия тут ни при чём.       — А на Шалу ты воздействовала?       — Нет, зачем, она же гнома, ее только добровольно можно к себе расположить.       — Давай, мы договоримся, на подруг своей магией не воздействуй, не хочется, чтобы к тебе испытывали искусственные чувства. Договорились?       — Договорились.       — Ну, тогда пойдем к Шале, а то она уже волнуется. Вон как на нас смотрит, не надо ее лишний раз волновать. И ещё, ты не могла бы из сумки мне платье мое принести, в штанах в повозке очень жарко, я уже вся упрела.       — Конечно, пошли, я тебе сейчас достану.       Взяв платье, мы втроем отправились на берег, искать место, где можно мне переодеться. Найдя подходящее место, окруженное с трех сторон кустами и с выходом к реке, я разделся и, не выдержав, зашел в воду.       Вода оказалась теплой и, стоя по шею в воде, я потихоньку остывал. Мое тело опять оживало. Вспомнив сегодняшний случай с Маерком, я почувствовал томление внизу живота, но времени предаваться утехам не было, обоз скоро уже должен был отправляться, поэтому, ополоснувшись, я вышел на берег, встав под лучи солнца, чтобы быстрее обсохнуть. Возле реки дул небольшой ветерок, и было значительно прохладнее, чем в повозке, о чем я и сказал подругам.       — А чего ни ты, ни Ритела не наложите плетение прохлады? Вы ведь в повозке едете, а не, как мы, на лошади.       Точно, Баракуз такое плетение использовал, когда мы в карете ехали. Я до сих пор не привыкну, что это мир магии, и ей можно пользоваться.       — Не знаю, но она тоже сидит, потеет. Наверное, хочет, чтобы ее попросили. Или есть ещё какая-то причина. Приду, обязательно спрошу.       Не успев как следует обсохнуть, как начались раздаваться характерные звуки снимающегося с привала обоза. Накинув на ещё мокрое тело платье, мы отправились к ожидающим нас Эрсину и Маерку. Девушки сразу вскочили на своих коней и отправились куда-то в сторону, где им было определено место в караване. Я же отправился обратно в повозку к Рителе. Видя меня в платье, она обрадовалась, заявив, что я правильно сделала в такую жару в платье намного прохладней.       — Ритела, как ты думаешь, мы сегодня успеем попасть в столицу? — начал я разговор.       — Нет, конечно, обычно обозы прибывают туда к вечеру и ночуют на специально отведенной территории, утром кому надо, въезжают в город. Но обозы обычно так и остаются за городом. Там стоянка бесплатная, и базар есть, на который ходят все горожане, а в город, чтобы войти, надо пошлину заплатить и, я тебе скажу, не маленькую. Про повозку даже не говорю, целую серебряную монету берут. Вот потому все к вечеру и стремятся попасть. Так что нам придется ещё одну ночь провести с караваном.       — Я ещё хотела спросить, почему вы не намагичите более прохладный воздух в повозке, тут такая жара?       — Если это делать на открытом воздухе, то лишний расход сил, а чтобы сделать езду комфортнее, надо тент поднять. А если тент поднимать, придется на более жестких коврах сидеть, сейчас мы как раз на тенте сидим. Да и дороги не увидим. Это девочки попросили снять тент, им на дорогу нравится смотреть.       — Мы уже насмотрелись, только не знали как вам признаться, что вы были правы, с тентом намного лучше, а на дорогу и на козлах можно полюбоваться. "Так это все она для своих воспитанниц устроила — чтобы они знали, кого слушаться надо", — понял я.       — Хорошо, девочки, сейчас попрошу возницу поставить тент. — Сказала она, параллельно кивком головы указывая вознице, что от него требуется.       Прямо на ходу позвав в помощь соседей, за пятнадцать минут был поставлен тент, и мы, развалившись на коврах, продолжили путешествие.       Постепенно комфортные условия путешествия и неторопливые беседы сделали свое дело, нас начало клонить в сон. Проснулся я оттого, что меня постоянно, но не сильно кто-то толкал вбок.       Открыв глаза, я увидел, что все, кроме Рителы, спали. Она в это время стояла на четвереньках между мной и Наташой, своей воспитанницей. А сзади, пристроившись, пыхтел возница, с моего места не было видно, чем он занимался, зато было хорошо слышно, как его бедра бились о ее попу, при этом раздавались характерные звуки. Проснулся я к самому финалу, когда возница часто засопел и стал изливаться в магиню. Она, видно, еще не успела достигнуть оргазма и теперь пыталась наверстать упущенное, помогая себе рукой.       Но тут возница обмяк и, вытащив свой член, устало стал оседать на ковёр. Не получившая своего, Ритела, развернувшись, так на него рявкнула, обозвав его ни на что не способным болваном и придав ему ускорение магией, похоже, воздушным кулаком, вышвырнула его из повозки. Через несколько мгновений раздался глухой удар о землю и стон наверняка сломанного тела. Ритела, не обращая внимания на крики за бортом, усевшись на ковер и задрав платье, начала натирать свой клитор, изредка проводя ладошкой по всей длине щелки, чтобы смочить ладонь.       Наблюдать за Рителой с полуприкрытыми глазами и при этом не шевелиться было для меня приятной пыткой, мне самому хотелось сесть напротив нее и повторять все ее движения. Но я терпел, и это была сладкая мука, видя, что у Рителы начались судорожные спазмы, я тоже начал сжимать и разжимать мышцы киски, оргазм у нас наступил почти одновременно, и если Ритела кончала шумно и со стоном, то я тихо и незаметно, как мне казалось. Отдышавшись, Ритела подползла ко мне и, поцеловав в губы, сказала:       — Спасибо тебе, если бы не ты, я, наверное, еще бы долго не смогла. Только зря этого урода к себе позвала.       Договорить у нее не получилось. Наш обоз остановился, оказалось, что мы уже приехали, и в нашу повозку уже стучалась Аниме с Шалой.       — Ритела, спасибо за приятную поездку и прекрасное общество, надеюсь, мое присутствие вам не было сильно в тягость.       — Ну, что ты, Мака, мы, по-моему, прекрасно провели время, и не забудь, пожалуйста, подумать о моем предложении.       Кивнув ей на прощание, я направился к своим подругам, чувствуя, как при ходьбе из меня начинает выливаться весь сок, который успел собраться за время наблюдения за Рителой. Пока я шел к своим подругами, мне пришлось на себя три раза накладывать заклятие очистки, и все равно между ножек был целый потоп. Я еще подумал, хорошо, что нижнее белье не надел, сейчас пришлось бы идти во всем мокром. Я хотел сесть позади Аниме, но Маерк предложил подвезти до места стоянки нашего обоза, и я почему-то согласился.       Уже помогая мне сесть в седло, он почувствовал мой запах, его ноздри раздулись, и движения стали излишне резкими. Было видно, что он себя сдерживает. Сев сзади меня, он как бы невзначай поправил мое платье, якобы, чтобы не помять его. Но получилось так, что между его членом и моей попкой оказались подъюбник и его штаны. Медленным шагом мы отправились по готовящемуся к длительной стоянке лагерю.       — Маерк, ты свои штаны не испачкаешь таким способом передвижения? — решил пошутить я.       — Ты знаешь, может и такое случиться, — заверил он. Ещё через мгновение он заявил:       — Я придумал.       Он зашевелился в седле, и я понял, что теперь между моей попкой и его членом остался только мой подъюбник, он достал из своих штатов член и уткнул его прямо между половинок. При езде на лошади ему не надо было предпринимать какие-либо действия, равномерная тряска загоняла его член все глубже и глубже, и если бы не подъюбник, он уже добрался бы до первой от него дырочки.       Меня самого эта ситуация возбуждала, кроме того, я почувствовал: тонкий ручеек энергии потек в меня, и все мое тело просило увеличить этот поток, превратить его в реку. Я только ждал удобного момента, чтобы приподняться в седле и невзначай приподнять подъюбник, и так изрядно задранный Маерком. Скоро такой случай представился, его лошадь слегка оступилась, и я, приподнявшись в седле, ойкнул, как будто от неожиданности.       Маерк не сплоховал, и его член, наконец, добрался до моего тела. Поток энергии увеличился, но и мы уже подъезжали к повозке с вещами Шалы. К моему сожалению, поток пришлось прервать, спрыгнув с лошади, а Маерк остался сидеть, спешно поправляя свою одежду. Оказалось, ужин был уже готов, его Шала заказала у повара хозяев каравана.       Поэтому рассевшись на траве, мы приступили к еде. На этот раз я сел между подругами, специально, чтобы понаблюдать за братьями. Надо сказать, Маерку от меня досталось прилично, даже такой контакт высосал из него почти половину его энергии, и сейчас он выглядел довольно уставшим, но что поразительно, он этого не замечал и сидел с одухотворенным лицом, тогда, как его брат сидел слегка напряженным.       — Эрсин, мы ведь в город сейчас уже не попадем? — спросил я, стараясь приободрить его.       — Нет, ворота на ночь закроют и откроют только утром, тогда и в город попадем.       — А в городе нам долго ехать до вашего дома? — спросила Шала.       — Да нет, минут тридцать.       — Я еще хочу родственников своих навестить, мы случайно их квартал проезжать не будем?       — Конечно, будем, ведь наш дом возле вашего квартала, мы же от вас далеко не селимся.       — Да, это точно, у нас в горах возле нашего племени тоже ваш клан живёт, «Ночной ветер».       — Моя мать из этого клана, — сказал Эрсин.       Наш разговор прервал Кадан:       — Мака, мы поставили палатку, все готово. Мы только не знали, будет ли с тобой Аниме или нет, поэтому жертва есть, но ее в палатку не приводили.       — Я одна пойду сегодня. Это же не тебя лечить, — и уже поднимаясь:       — Давай, веди, — и пошел за орком.       Идти пришлось недалеко, буквально через пять минут Кадан указал на отдельно стоящую палатку:       — Тебе туда.       — Вы только к палатке никого не подпускайте, — направляясь к ней, сказал я.