Мака

      Выйдя из палатки, я направился к месту, где мы остановились на ночлег, по дороге размышляя, как поведет себя Наруш, когда проснется завтра утром. Когда уходил, я, конечно, ещё раз подпитал его, в надежде, что, когда он проснётся, у него будут совсем другие проблемы, и он отвлечется он своей растянутой дырки. Ведь последний раз я без проблем засовывал ему туда руку почти наполовину локтя. Пусть лучше борется со своим стояком.       Проходя мимо орков, ждущих результатов лечения, я нашел глазами Кадана и подошёл к нему:       — Вроде все получилось, точно будет известно только утром, когда он проснётся. А сейчас пусть меня проведет кто нибудь к моим.       — Спасибо за Наруша. А насчет провести тебя, вон твоя охрана дожидается, — сказал он, указывая на стоящего невдалеке Эрсина. — Завтра утром встретимся.       Пока мы разговаривали с Каданом, к нам подошёл вампир. И дождавшись окончания нашего разговора, развернулся и пошел к нашей стоянке, указывая мне дорогу. За время нашего пути он не проронил ни одного слова. Уже видя наш костер, я спросил у него:       — Эрсин, я долго была в палатке?       — Нет, не прошло и часа.       — Это хорошо, еще спать не хочется, можно будет посидеть возле костра.       — Сейчас лето, и возле костра жарко.       — Мне нравится сидеть возле костра и просто смотреть на пламя, ни о чем не думая.       — Хорошо, посидим, но завтра рано вставать. Нам надо успеть к открытию ворот, пока нет очереди на въезд.       Подойдя к костру, мы застали сидящих возле него Аниме и Шалу.       — Мака, ты уже вернулась, — обрадовалась Аниме. — Я так и подумала, что ты надолго не задержишься. Как все прошло?       — Вроде у меня получилось, когда я уходила, он спал. И вид у него уже был здоровый.       — Так ты маг-лекарь? — спросил Маерк. — Ты ходила лечить?       — Я не лекарь, то, как его я лечила, любой знающий человек может лечить, — ответил я, — Просто надо знать, как лечить. А вы что подумали?       — Так мы и не могли понять, зачем ты туда пошла.       — А вы разве днем наш разговор с орками не слышали?       — Мы как-то не обратили на него внимание, — ответил он.       — Странные вы какие-то охранники, — сказал я.       — Наша задача охранять Аниминуэль.       — Тогда охраняй ее и не лезь ко мне со своими расспросами, — ответил я, надув губы.       Маерк понял, что обидел меня и захотел исправить положение. Но я деланно его игнорировал, не обращая на него внимания. Подсев к Шиле поближе, так, что наши руки касались, я замолчал и просто сидел, и смотрел на огонь. Скоро дрова все прогорели, и мы засуетились, готовясь ко сну. Для нас поставили палатку, в которую мы втроем с трудом и поместились. Эрсин с Маерком остались дежурить, распределив между собой дежурство.       В палатке так получилось, что мне досталось место с краю, а посередине положили Шалу как самую маленькую. Решив в шутку покапризничать, я без задней мысли проныл.       — Вот ты как, Аниме, убежала от меня, даже ночной массаж сисичек не сделала, как я спать теперь буду, вдруг мне плохие сны приснятся?       — Мака, я тебе потом в двойном размере массаж сделаю, — смеясь, сказала Аниме, — ты от него просто уплывешь.       — Смотри, не забудь, ты обещала, — сказал я. Пожелав всем спокойной ночи, закрыл глаза и постарался расслабиться. Хотелось посмотреть и послушать наших охранников.       На этот раз, легко покинув тело, я выскользнув из палатки и подлетел к костру.       — Ты зачем злишь Маку? Ты же знаешь, на нее планы у главы, — отчитывал Маерка Эрсин. — Наша задача доставить их в резиденцию целыми и невредимыми.       — Я сам не пойму, что на меня нашло. Такое впечатление, что под заклятьем нахожусь. Мне ее постоянно видеть возле себя хочется. Хотя она и не маг, у нее и ауры как таковой нет.       — Я тоже ауру у нее не вижу, думал даже, что со зрением проблемы. Потом по сторонам посмотрел, у других вижу. Значит, не у меня проблемы.       — Может, из-за этого и глава приказал ее к себе доставить?       — Да я тоже думаю, что из-за этого.       — Ладно, первым дежурю я, ты за мной. Меняемся каждые два часа. Сейчас ложись спать, — сказал Эрсин.       Так ничего нового и не узнал, до того, что я услышал, я и сам дошел.       Вернулся в палатку. Нырнув в тело, я поворочался, устраиваясь поудобнее, и стал засыпать. Заснуть мне не дала ручка Шалы, которая, пробравшись к моей груди, стала мять ее через платье. Сначала мне удавалось лежать спокойно, не выдавая себя, делая вид, что я сплю. Но когда она добралась до соска и стала его разминать между пальчиков, иногда, чуть сильнее сжав, оттягивать его, я, не контролируя себя, начинала двигать бедрами, сжимая их.       Наигравшись с одной грудью, она перешла на вторую, уже по-хозяйски запустив руку в вырез платья. Прислонившись ко мне лобком, она стала тереться им о мое бедро, при этом только сильнее сжимая мою грудь. Скоро она задрожала, и её застывшая рука сильно сдавила сосок, вызвав такую же судорогу и у меня. Потом нас немного отпустило, и уже более мелкие спазмы подарили нам чувство эйфории. Придя в себя, я отметила, что на этот раз у меня ничего по ногам не потекло, ножки были сухими и чистыми. Ася и Мася поработали на славу.       Только о них подумал, как услышал их голоса, как будто звучавшие из ниоткуда.       — Мака, ты такая вкусная, спасибо тебе. И если хочешь, мы и писю почистим.       Подумав, зачем добру засыхать, я им разрешил. Прошло немного времени, и писечка была чистая и сухая. Поблагодарив своих феек, я спокойно уснул.       Проснулся от того, что кто-то вылизывал меня, пока я спал. Перед просыпанием мне приснился сон, в котором Маерк, пробравшись к нам в палатку, залез мне под платье и стал меня вылизывать. Во сне я ему не препятствовал и даже раздвинул ноги, поддавшись его напору, позволяя делать с моей киской все, что он посчитает нужным. Я распалился до такой степени, что уже готов был попросить его перестать меня целовать и войти в меня уже по-настоящему, наконец, сделав меня женщиной.       Поэтому, когда я открыл глаза, первое время я не мог понять, что происходит. Мои подруги лежали на месте, но меня продолжали вылизывать, уже приближая меня к оргазму. Задрав платье, я вскрикнул от неожиданности: между моих ног стоял Джон и лизал мою шёлку.       — Ты что творишь, уродец?! — возмутился я, но ноги так и не сдвинул. Честно сказать, я был не против. Мне действительно хотелось кончить, и было все равно, с кем.       — Госпожа, простите, позвольте остаться с вами, сегодня произошло то, что я ждал много веков. Тысячу лет назад погибли наши хозяева, а сегодня вы приняли моих родственников, и когда я подсоединился, понял, и я вам подхожу. Это немного непонятно. Они созданы для женщин, я для мужчин. Но мы вам подходим.       — Я что, продолжаю спать, не понял я, как созданы, кем созданы? — Оторопел я.       — Я не знаю, я отвечаю только за обслуживание, как и родственники. Мы перерабатываем отходы.       — Тогда в чем отличие тебя и девочек?       — Они обслуживают с учетом женского строения, я мужского.       — Но во мне мужского нет?       — Я знаю, но я могу подключиться, и это странно. Я никому не мог подключиться, а к вам могу.       — Тогда объясни, зачем ты мне нужен, если у меня есть Ася и Мася.       — Они помогают в общении с мужчинами, вырабатывая особые запахи, я с женщинами. И я еще могу создавать кристаллы из собранной пыли, которая осталась после отходов.       Слушая этот разговор, я, наконец-то, понял, чем он меня сразу насторожил, Джон говорил техническим языком, что совсем не вязалось со средневековьем. И он был уверен, что я его понимаю.       — Джон, ты почему решил, что я могу понять все, что ты тут мне рассказал?       — Потому что мы не смогли бы к вам присоединиться, если бы вы были, как все здесь.       — Тогда почему Ася и Мася мне ничего не сказали?       — Они полностью разрядились за это время, и пока не зарядятся, память не вернется. Если вы мне разрешите присоединиться, тоже надо будет разрядиться, иначе ничего не получится. И я временно потеряю память, как и они.       Подумав, что я в принципе ничего не теряю, уже хотел согласиться, но, вспомнив его внешний вид, решил уточнить:       — Послушай, а почему вы по-разному выглядите?       — Мы выглядим так, как выглядел последний носитель. Вообще, мы размером с маковое зернышко, а это проекция.       — Ну, раз так, подключайся.       — Тогда ложитесь, я сам все сделаю.       Возбуждение уже прошло, поэтому я лег и, расслабившись, стал с интересом ждать, как он будет подключаться.       Моед опять приблизился к моей промежности и, раздвинув губки пизденки, найдя языком клитор, стал его сосать. Уже, казалось, прошедшее возбуждение снова стало зарождаться у меня в животе, положив свои руки на грудь, я стал ее массировать, стараясь унять томление в ней. Джон, перестав, к моему сожалению, ласкать мой клитор, стал просовывать мне в смазанный соками анус свой писюн. Член у него был тонкий и короткий, поэтому без труда проник вовнутрь, и он стал ритмично двигать им, шлепая своими яйцами мне по попке.       Бросив ласкать свою грудь, я стал гладить свою пизденку. Скоро к моей руке присоединились руки моеда, который, одной рукой обхватив клитор, как будто это был член, стал его разминать. Вторую руку стал проталкивать во влагалище, с каждым толчком продвигаясь все глубже и глубже. Скоро его ручка полностью оказались у меня во влагалище, хотя длина ее и была сантиметров пять, все равно это доставляло мне удовольствие. Оказалось, он ждал моего оргазма, а потому, как только я содрогнулся от первого спазма, он стал накачивать мою попу горячей спермой и морем энергии. Это вызвало новые судороги, и я застонал от переполнявших меня эмоций. Когда я отошел от оргазма и посмотрел на место, где находился моед, и не увидел ничего.       Протянув руку, я стал ощупывать себя в районе промежности и нащупал в районе ануса маленький бугорок, который быстро рассасывался,       Внедрение, как я понял, прошло успешно, теперь у меня два метки и один моед. Получается, до меня тут были попаданцы из других миров, и я не исключение. Правда, это было тысячу лет назад.       Еще немного полежав, уже почти засыпая, вспомнил разговор с Джоном, мне пришло понимание, что секиру я смог к себе привязать только после ее полной разрядки. Значит, если я хочу владеть мечами и чешуйками, их надо полностью разрядить. Уняв свой исследовательский зуд, я всё-таки заставил себя уснуть.       Утром нас всех поднял Эрсин.       — Поднимайтесь, нам пора выдвигаться в город, если не хотим попасть в то время, когда все там толпятся. Лошадей мы уже оседлали.       Высунув голову из палатки, я посмотрел на небо. Солнце только начало вставать, и было еще темно. Не спеша мы начали вылезать из палатки. Как только мы покинули палатку, Эрсин с Маерком стали быстро ее разбирать и, скрутив, уложили в одну из седельных сумок.       — Может, не будем так торопиться, орки обещали мне лошадь. Мне не хочется ехать с кем-нибудь на одной лошади по всему городу.       — Они не обещали, что сегодня, — возразил Эрсин.       — Тогда поедем покупать лошадь, а потом поедем в город, — сказал я.       — Но если мы задержимся, то поздно попадем к воротам, и в город попадем только под вечер.       — Если вам так надо в город, то вас тут никто не держит. Вы вообще можете хоть сейчас отправляться. Видно, они не ожидали, что я буду возражать им. Поэтому первой реакцией на мою речь был легкий шок. Строптивость от женщины они никак не ожидали. В довершении всего я развернулся и направился к еще тлеющему костру, чтобы развести огонь и приготовить завтрак. Постояв, за мной отправились и мои подруги.       — Мака, ты не сильно резко с ними?       — Нет, Аниме, пусть знают, кто тут хозяин. Я не собираюсь подчиняться им, они для меня никто. И не потерплю тех, кто мне указывает, как жить.       — Но они же мужчины, и их оставили, чтобы они охраняли нас, — привела аргумент Шала.       — Шала, для меня это совсем не причина, подчиняться их требованиям. Кроме того, надо стребовать лошадь с орков, И за вчера надо еще получить золото с Наруша.       Когда уже закипела вода для каши, к нам подошли вампиры.       — Хорошо, мы подождем, пока не появятся орки, — заявил Маерк.       — Маерк, нам не надо делать одолжений, если вам надо срочно попасть в резиденцию, можете ехать. Мы и сами прекрасно доберемся. Без вас как-то до столицы от самой границы добрались, так что и до резиденции доберемся.       Моя речь эльфам не понравилась, но, придержав свои эмоции, они стали помогать нам готовить завтрак. Когда солнце поднялось из-за горизонта, мы уже поели и, убрав стоянку, сели немного отдохнуть и переварить пищу.       Достав свои новые мечи, я стал их разглядывать. Сталь действительно была необычна, в этом Шала оказалась права. Налюбовавшись блеском металла, я немного с опаской дотронулся до лезвия. Неприятных ощущений от прикосновения не было, только показалось, лезвия были теплые. Не поверив своим ощущениям, я опять провел рукой по лезвию одного из мечей. Первый раз мне не показалось, лезвие действительно оказалось теплым.       Помня, о чем я додумался ночью, попытался потянуть энергию. Ожидаемо у меня ничего не получилось. Покрутив еще мечи в руках, я уже хотел прятать их в тряпку, в которой они переносились, как мне пришла в голову мысль. Ведь я начинал пить энергию после того, как смажу своей слюной и смазкой.       Мысль залезть под платье и собирать там смазку посчитал бредовой, тем более Ася с Масей работали на славу, судя по ощущениям, там все было идеально чисто. Смочив палец слюной, провел по лезвию и попытался потянуть энергию, опять ничего не получилось. Подумав и назвав себя дураком, смочив палец, уже не отнимая его от лезвия, потянул энергию.       Теперь энергия легко текла, только недолго, пока палец был мокрый, а лезвие при откачке энергии слегка нагревалось. Поэтому, пока кончилась энергия в мече, пришлось много раз смочить палец и давать остыть лезвию. Энергия, как всегда, во мне не задерживалась и пропадала в районе солнечного сплетения. На мои манипуляции никто не обращал внимание, только Шала изредка на меня бросала взгляд. Поэтому, закончив с энергией, я отложил его в сторону и взял в руки второй меч.       — Мака, ты и его будешь облизывать? — спросила тихо Шала.       — Я просто хочу с ними разобраться, раз уж они мне достались.       После того, как я закончил с мечами, нужно было попробовать привязать их к себе. На виду у всех я это делать не хотел, поэтому решил отойти чуть в сторону, где меня никто не увидит. Поэтому, сказав, что мне надо отойти по нужде, пошел к ближайшим кустам. Достав один из ножей, которые крепились на бедре при помощи ремня, и порезав палец, капнул на лезвие мечей. Привязка прошла быстро, как и с секирой. Уже выходя из кустов, заметил идущего ко мне на встречу Маерка.       — Мака, там пришли орки, хотят, чтобы ты пошла с ними, они тебе коня приготовили, но сюда не привели.       — Тогда пошли, буду рада, если съездишь со мной, посмотришь, кого они приготовили, я, если честно, в конях не сильно разбираюсь.       Дойдя вдвоём до ожидавших нас орков, я поздоровался. Оказывается, за мной пришли Кадан с сыном.       — Подождите, мечи только оставлю, и пойдем. — Сказал я и спрятал мечи, опять завернув их в ткань и, подхватив секиру, пошел с орками.       Оказалось, идти было недалеко, увидел знакомые места, то место, где еще вчера вечером стояла палатка.       — Как себя чувствует Наруш? — спросил я у Кадана. — Палатку уже успели собрать, значит, он уже проснулся.       — Да вроде неплохо, — ответил Кадан. — Сейчас сам должен прийти, деньги принести.       — Кадан, показывай моего коня, мы ведь за этим сюда пришли, — сказал я.       — Так его Наруш и должен привезти, он у нас лучше всех в лошадях разбирается. Он и пошел за ним, как только проснулся. Ты не переживай, он проснулся очень рано и уже должен скоро прийти.       Пришлось еще немного постоять, подождать. Наруш появился минут через десять верхом на вороном коне. Спрыгнув с остановившегося возле нас коня, он сразу обратился ко мне:       — Вот, выбрал тебе лучшего, что у них был. И спасибо тебе за лечение, чувствую себя сейчас, как двадцать лет назад.       С этими словами он передал мне уздечку, а затем, вытащив из кармана штанов мешок с деньгами, протянул и его.       — Тут, как мы и договаривались, вся сумма, что я тебе должен был.       — Маерк, что скажешь, действительно конь хороший?       Подойдя к коню, погладив его и обойдя со всех сторон, он подтвердил, что это молодой хороший конь.       — Мака, мы тебе еще седло купили, как раз под тебя. Это уже подарок от нас с троих за наше излечение, — добавил Ореан. — Мы действительно благодарны тебе и твоей подруге.       — Спасибо вам за подарок, — поблагодарил я орков. — Нам надо уходить, нас в столице семья Аниме ждет. Надеюсь, еще встретимся с вами и расстанемся опять друзьями.       После этого мы с Маерком отправились назад, ведя на поводу коня.       — Спасибо, что пошел со мной, с тобой не так страшно общаться с этими дикарями, — сказал я. — Мне все время казалось при общении с ними, что они не хотят меня отпускать от себя. Они подумали обо мне, что я великий лекарь и решили к себе забрать.       — Пожалуйста, мне было несложно, — с покровительственными нотками в голосе ответил он. Ему явно пришлась по вкусу моя неприкрытая лесть.       — И нам не надо больше на одной лошади ездить. У меня теперь есть свой конь, — заметил я.       — Я думал, тебе понравилось?       — У меня потом вся попа мокрая была, — не стесняясь, ответил я, тем более Аниме уже мне рассказала о здешних нравах благородных, и моё заявление было в рамках местной морали.       — Тогда я возьму в следующий раз что-нибудь постелить на седло.       — Может, тогда без седла покататься?       — Можно будет попробовать.       За этим разговором мы дошли до ожидавших нас Эрсина и моих подружек. Распределив груз между собой, мы отправились к городским воротам.