Жизнь меняется.

Спустя неопределенный срок времени.

       Дни, недели, месяца. Время идет, и в доме все меняется, так же как и в жизни.        В доме полный кавардак. Найти что-либо уже было нельзя, многое было потеряно с головой. — Кто-нибудь видел мои штаны? — кричал Дмитрий. — Кофты Тео нет, куда ее дели? — кричит Марк. — Кто видел мои ботинки? Их нигде нет. — кричал Оли. — Кто-нибудь приготовил детям цветы? — все так же кричал Гасс. — Какие цветы? — не поняла Амелия. — Цветы на первое сентября, в школу? — спросил Дмитрий. — А какие еще цветы могут быть?! — сказал Марк. — А где цветы? — спросила Амелия. — А я откуда знаю? — сказал Гасс. — Они в ванне! — крикнул Тео. — Давайте поспокойнее, а то мы ничего не найдем такими темпами. — сказала Амелия. — Это конечно великое событие, но давайте поспокойнее. — все еще успокаивала Амелия. — Давайте спокойно соберемся, и выйдем наконец, а то мы все опоздаем. — сказал Дмитрий.

Полчаса спустя.

—  Все готовы? — спросил Дмитрий. — Да. — раздался хор.        Пара секунд таймера, и камера щелкнула, фотографируя, и оставляя в памяти фотографию всей семьи, которая сопровождала в школу двух детей. Тео стоял в брюках и синей кофте с букетом астр в руках. Это не первый поход в школу, но зато самый значимый, так же как и у Оли, для которого это событие было не менее важным, и так же сравнимо, как и у Тео. Оли держал букет хризантем, он был одет в белую рубашку и черные словно уголь брюки. — Я так за вас рад. — сказал Марк, у которого глаза были на мокром месте. — Да ладно тебе, пап, мы же не расстаемся на всю жизнь. — сказал Оли, подходя к Марку и обнимая его. — Чего ты плачешь, мы же уже совсем не дети, не надо плакать, пап. — сказал Тео.        Марк просто расплакался в объятиях своих детей. Это были слезы счастья, счастья, которое нельзя было передать словами. Марк поднял взгляд, посмотрев на Гасса, и позвал его обниматься, как и Амелию с Дмитрием. После слезных обниманий, дети ушли к своим классам, так как начиналась церемония открытия учебного года. — Ну и с чего столько слез? — спросил Гасс. — Я просто слишком счастлив. — сказал Марк, прижимаясь к Гассу.        Они стояли прижимаясь плечами друг к другу, смотря на детей, которые только начинали чувствовать жизнь по-новому, смотреть на нее с другой стороны.