Мир романтики

Каждое утро у него во рту металлический привкус, и он знает, откуда он. Каждый день он думает о том, как бросит курить, но каждый раз закуривает новую. Каждый вечер он думает о том, что эта сигарета последняя, но затем следует ещё одна. Глаза ещё не успели открыться, но из него вырвался поток мокрого кашля. Он зевнул, проморгался и медленно поднялся с постели. Опять этот ужасный привкус. Он сплюнул, почистил зубы, умылся и взглянул на себя в зеркало. Мешки под глазами ярко выражали его усталость и миллион бессонных ночей. Каждое утро он проклинал себя за то, что решил пойти по стопам отца и связал свою жизнь с полицией. Каждый день похож на предыдущий. Рутина поглощает с головой. Он всматривается внимательно. — Новая, — на выдохе произносит он, проводя грубой кожей по морщине. Лицо с каждым годом все больше и больше покрывается морщинками, раньше это было не так заметно. Мужчина видел лишь этажи бумаг на столе, дела, ручки, преступников. У него не было времени смотреть на себя, на своё окружение и на свою жизнь. Не было времени заводить отношения, а тем более семью. Он обходит пустую квартиру, где всё кажется серым. Готовит чай, ведь не любит кофе, и закуривает. Снова думает о том, чтобы бросить. Но клубы дыма, разлетающиеся по прокуренной кухне, заставляют его в наслаждении прикрыть глаза. Машина немного поржавела, да и подвеска подводит. У него нет времени отдать её в ремонт, а общественный транспорт точно не для него. Сентфор ещё спит или только начинает просыпаться, пахнет мокрым асфальтом и жженной листвой. Осень накладывает мрак на округу. Осенью он впервые её увидел. Двенадцать лет назад. На столе в его кабинете всегда есть место для рамки с фотографией. На ней они с друзьями стоят в обнимку на фоне школы. Все улыбаются. Все счастливы. Тогда никто из них ещё не догадывался, что с ними будет дальше, что им придётся пережить. Тогда ещё никто не знал потаённых чувств и переживаний друг друга. Кенди с теплом смотрит на него на этой фотографии, пока стоит в обнимку с Бобби, который почему-то как обычно недоволен. Его рука лежит на плече Дерека, что с улыбкой смотрит на объект своих душевных терзаний. Сара приобнимает его за плечо и широко улыбается. Вторая рука девушки обрезана, будто отсутствовал кусок фотографии. Но на самом деле он был. И каждый раз мозолил глаза. Он приводил его в гнев или просто расстраивал. Всё зависело от настроения. В один из самых худших и мерзких дней своей жизни Дерек сел за стол, чувствуя всю скопленную годами злость. Он пытался успокоиться, заперевшись в кабинете, но как только взгляд упал на эту фотографию, он резким движением ударил рамкой о стол. Расчистил вокруг разбитое стекло, оцарапал пальцы, достал оттуда фото и вырезал чертового Майкла. Он разорвал его лицо на мелкие кусочки. — Успокойся, — прошептал он себе и достал сигарету. Обрывки фото было решено сжечь. Тлеющие кусочки медленно падали на стол, давая мужчине насладиться моментом. Кто бы знал, что в будущем он так сильно будет ненавидеть Тёрнера. Он выдохнул. Он наконец-то это сделал. Близился вечер, что в очередной раз не сулил ничего хорошего. Пара закрытых дел об украденном кошельке и застрявшем на дереве коте. Как он вообще до такого докатился? Какой к черту кот? — Эй, — стук каблуков резко ударил по ноющим вискам. Дерек потёр их пальцами, поднял глаза на девушку, что медленно подходила к окну. — Какие планы сегодня, шеф Никсон? — Съесть пару бургеров в закусочной и упасть лицом в подушку, — пробурчал он и уткнулся обратно в бумаги. Моника — детектив, что работала вместе с ним. Была немного старше, имела ребёнка и крайне была бы рада, чтобы он обзавёлся таким замечательным и мудрым отцом, как Дерек Никсон. Она крутилась вокруг него. Спала с ним, носила ему на работу еду в надежде, что однажды он соберёт свои вещи и придёт жить к ней. Но Дерек этого не делал, как и не общался с её сыном и не проводил с ней время вне работы и кровати. Она совершенно не интересовала его как спутница жизни. Возможно, что на внешность она была очень даже привлекательной: пышная грудь, широкие бёдра, яркая, контрастная внешность. Но ничего более. Пустышка. Дерек сложил остаток вещей в поясную сумку и осмотрелся. — Точно не хочешь провести время вместе? — Точно. Мужчина равнодушно вдохнул. Было душно. Всё, чего ему сейчас хотелось, это банку пива и упасть лицом в подушку, ведь завтра должен быть долгожданный выходной, в который он договорился поужинать с Кенди. Кенди приезжает сюда раз, в казалось бы, тысячелетие. Но на самом деле, раз в полгода. Они обязательно ужинают месте, прогуливаются по Сентфору, может быть, идут в кино, а затем не видятся ещё полгода. Он задумался. Пока Никсон ушёл в свои мысли, кабинет опустел а он и не заметил. — Шеф Никсон! — слышится голос в дверях и гул за дверью. — Ну что? — рычит Дерек, устало потирая виски. — Я иду домой. Приму всех только в понедельник! — Там очень срочно, мистер Никсон! Он выдыхает и, делая пару шагов, оказывается впритык с дежурным. Он толкает его в плечо и пытается выйти в коридор, но видит на пороге своего кабинета её. Зрачки мигом расширяются при виде друг друга, сердце пропускает пару ударов. Эти русые волосы, голубые глаза, залитые слезами. Лицо покраснело, руки трясутся. Он хватает девушку и прижимает к себе, усаживая на диван. Она зарывается лицом в его грудь и плачет, с силой корябая его спину ногтями. Он почти сломлен. Как можно было не появляться здесь десять лет после школы и ещё пару лет после похорон мисс Хилл, а потом вот так завалиться в его кабинет со слезами. Да он что, железный?! Мужчина мягко отодвигает от себя девушку и пытается заглянуть в глаза, которые она успешно прячет за волосами. Из-под мокрых ресниц виднеется покрасневшая под глазами кожа. — Сара, что случилось? — серьёзно спрашивает он. Его голос холодный. — Я не могу найти маму уже два дня, — произносит она. — Она обещала меня ждать, когда я приеду, а в итоге я уже два дня схожу с ума в поисках её. — Ты уже два дня в Сентфоре?! — воскликнул он. — Почему не рассказала? — Дерек, мне не до этого! — Всё нормально с твоей мамой, — фыркнул Дерек, скидывая с себя руки Сары и отходя к окну. — Они с отцом уехали к моим бабушке и дедушке на пару дней, просто позвони ему. — И почему она меня не предупредила? Ты звонил ей? С ней точно все хорошо? — Твоя мама никогда не отличалась особенной теплотой, поэтому понятно, почему она не перезвонила. — Да что с тобой, мать твою? — воскликнула Сара и поднялась с дивана. — Ты можешь быть вежливее? Дерек сглотнул и смягчился.Он, накидывая на себя куртку, осмотрелся и тяжело выдохнул. — Пойдём, я отвезу тебя домой, — произносит он, подходя к выходу. О'Нил послушно следует за ним. — Давай поужинаем, я голодная, как собака. — Я собирался заехать в нашу закусочную. — Это просто прекрасно!

***

Всё то, что оставалось неизменным в Сентфоре, казалось бы, собралось в этой закусочной. Тот же ремонт, тот же персонал, то же меню. Атмосфера здесь тоже совсем не изменилась, заманивая всё население городка перекусить здесь лучших бургеров. Дерек молча ел бургер, стараясь не поднимать взгляд на Сару, а она, в свою очередь, увлечённо следила за ним. За каждой его морщинкой, движением. Она скучала. Она абсолютно точно скучала по его склочному характеру. — Не могу поверить, что мама меня не предупредила, — нарушает она тишину. — Не думай об этом, они обещали приехать завтра. — Где они сейчас живут? — В доме миссис О'нил. — А ты? — А я в нашем. — Один? Сару прошиб холодный пот от своего же вопроса. Она устремила испепеляющий взгляд на мужчину. Он прокашлялся и усмехнулся. — С Энни, — улыбнулся он. — С Энни?! Что-то внутри девушки холодом ударило по сердцу, и это что-то безумно сильно расстроило. Она миллион раз корила себя за то, что сбежала из Сентфора два года назад после того, что произошло между ними. Она с ним не поговорила, не объяснилась. А сделать это позже смелости уже не было. — Хочешь я тебя с ней познакомлю? — Эм... — Не бойся, — усмехнулся он и поднялся, бросив на стол пару двадцаток. — Ты ей понравишься. Через десять минут старенький фольцваген остановился около родного для глаз дома. Она вышла из машины и вдохнула знакомый запах Сентфорского леса, что находился прямиком за домом Никсонов. Осматривая все вокруг, она и не заметила, как Дерек уже открыл входную дверь, приглашая Сару войти. Она смущённо помялась, заламывая руки, глубоко вздохнула и пошла. В доме вкусно пахло камином. Тишина и темнота, которую нарушили щелчком выключателя. Прихожая озаряется светом и из гостинной выбегает золотистый лабрадор. Она напрыгивает на хозяина. Дерек присаживается, чтобы быть с ней на уровне, и даёт себя облизать. Сара всегда побаивалась больших собак, но отчего-то именно эта вызывала в ней доверие. — Сара, это Энни, — поднялся Дерек. — Энни, это Сара. Переборов себя, девушка протянула руку собаке, а та, в свою очередь, сначала её понюхала, затем облизнула и радостно побежала в сторону двери. — Подождешь здесь или пройдёмся? — Давай я пока сделаю чай? Дерек одобрительно кивнул и скрылся за дверью. Она осмотрелась, снимая с себя куртку и обувь. Сара медленно перебирала ногами, осматривая каждый уголок дома. Она водила подушечками пальцев по комоду, стенке, провела по рамке с фотографией и вышла к кухне. Да что она вообще здесь делает?! Как её вообще сюда могло притащить? Она до сих пор не понимала, ведь приехала в Сентфор на пару дней с желанием никого не видеть. Всё, что ей было нужно — повидаться с мамой и свалить обратно в Нью-Йорк. И желательно, чтобы всё это — осталось незамеченным. Но благодаря теплому маминому приёму, она вынуждена скитаться по городу с мужчиной, от которого она в сотый раз бежала из города. Он с ней холоден, и сейчас она понимала, что больше никогда не сможет к нему приблизиться. Он не позволит, он не подпустит. Во всём, она уверенна, он винил лишь её. И в том, что она убежала после выпускного к Майклу, оставив Дерека одного. И просто в том, что она, бросившись на шею Тёрнера, уехала после той ночи в пещере, не оставив даже весточки. Она думала, ему плевать, ему все равно. Но именно в тот вечер разгорелась главная ненависть к Майклу Тёрнеру. Преступник, хам и самолюбивый засранец. Что она нашла в нём? Он к нему не питал особенной ненависти просто так. Значит, питает из-за неё? Глупости! Дверь со скрипом открывается, счастливый пёс врезается мордой в тарелку и начинает громко чавкать. Сара смотрит на него не спуская глаз, она давно хотела собаку, правда, куда поменьше. — Можешь лечь в гостевой, я тебе постелю, — слышится холодный голос у прохода. Дерек стоит, облокотившись о дверной проем, и смотрит на неё. Обращает внимание на то, что ничего не изменилось. Она также прекрасна. — Я думала поехать домой. — Уже поздно, — он устало трёт переносицу. — У меня завтра выходной, поедем туда вместе. Тем более приедут родители. — Я и сама доберусь до дома, — фыркает Сара. — Я же сказал, что ты останешься здесь, — прорычал Дерек. – Что непонятного? Усталость брала своё. От дикого желания спать он мог только недовольно фыркать или грозно рявкать. Он поднял виноватый взгляд на Сару, что скромно покусывала губы, и тяжело вздохнул. — Утром разберёмся, ложись, пожалуйста. Дерек устало вздохнул и стал выходить. Он медленно перебирал ногами, волочась, будто желая, чтобы его окликнули. И это произошло. — Мне не по себе тут одной, — произнесла она. Он остановился и сердце болезненно ёкнуло. — Хочешь лечь со мной? — усмехнулся он. — Можешь просто посидеть здесь? — Хорошо, — полушепотом произнёс он и прилёг на вторую часть кровати. Сара по-хозяйски достала из шкафа большую футболку и повернулась к Дереку, чтобы спросить его ли это. Он кивнул, и она, не спросив разрешения, она натянула на себя одежду и быстро залезла под одеяло. Казалось, что между ними сейчас целый километр, но на самом деле было сантиметров двадцать. Было слышно лишь дыхание. Глаза мужчины слипались и он послушно их закрыл, провалившись в омут сна. Он забрал его моментально. А вот к О'нил сон не шёл совсем. Она с интересом осматривала каждый сантиметр его лица. У ней была эта возможность, пока он этого не видел. Его грудь поднималась от каждого вздоха, он сладко посапывал. Она осмотрела его руки с особым вниманием. Такие крепкие. На мгновенье в глазах пролетел тот миг, когда он крепко сжимал в этих руках её горящие бедра, рядом играли языки пламени, но жар шёл совсем не от них. Сейчас Дерек спокойно спал и даже не подозревал, что Сара сходила с ума от каждого его вздоха, вспоминая, как он обжигал её шею. "Забудь и спи" — твердит она себе и отворачивается на другой бок.