Странные дела

Сольвейг Хилл никогда не видит снов. Но если бы могла – она бы хотела смотреть лишь один. Сольвейг Хилл прекрасна и мудра, как и полагается легендарной героине. Сколько песен сложено о ней - прозорливой и щедрой, милосердной и доброй. Сольвейг лежит в тиши комнаты в ночь их победы над Мораг и думает о том, что провалиться бы всему Невервинтеру с его славословиями. Она всегда была разумной. И в тот день именно разум продиктовал ей пощадить Арибет де Тильмаранд – во благо Невервинтера, разумеется. Она пощадила. И, пожалуй, ни о чём не жалела сильнее. По уму взывала она в тот день к её совести. И добилась своего: объятая раскаянием, Арибет сдалась на милость градоправителя Нашера. Сольвейг не дала себе воли в тот день. Но кто бы знал, как ей хотелось. «Кто тебе сказал, что твоё горе сильнее моего?» Кто бы подумал, что разумная Сольвейг способна о таком даже помыслить, не говоря уж сделать? Жаль, что не сделала. Жаль, что хотя бы в снах она не может переломать этой кукле каждую косточку своей палицей – сто тысяч раз. За каждую секунду своего неизбывной боли. О горе леди Тильмаранд узнал каждый. О горе Сольвейг почти никто. Она представляет почти каждую ночь именно это. До мельчайших подробностей. Ей хорошо.