Вдохновляющая

София Аркадьевна разговаривала по телефону, когда я постучалась в дверь ее кабинета, находившегося рядом с тренерской. Махнув рукой, она тем самым пригласила меня войти, не отвлекаясь от своего собеседника. Немного помедлив, я переступила невысокий порог и, прикрыв за собой дверь, начала неловко переминаться с ноги на ногу. Новым жестом женщина подозвала меня поближе и предложила сесть, а я неспешно опустилась на стул напротив директора конного клуба. Софии Аркадьевне было около пятидесяти лет, хотя внешне никто не дал бы ей больше сорока. Эта женщина любила минимализм, что прекрасно прослеживалось в ее умении стильно, но недорого одеваться. Это же читалось в интерьере помещения: из декора здесь находились только календарь с фотографиями наших спортсменов и большая картина, кажется, прикрывающая дырку в стене. - Не волнуйтесь, мы решим эту проблему в кротчайшие сроки, - произнесла она, а затем положила трубку. Устало потерев переносицу и поправив очки в тонкой оправе, она шумно выдохнула и облокотилась на спинку своего стула. - Я когда-нибудь свихнусь с этой конюшней. Я сочувственно улыбнулась, неестественно выпрямившись на своем месте. - Вызывали? - Да. Олеся, я слышала, что ты снова отбиваешь денники у частников, - не смотря на меня, женщина переместила какие-то бумаги с одного края стола на другой. И мне даже понравилось, что она не поднимала взгляд, так я была уверенна, что директор не видит, как горят мои щеки. Многие частные владельцы были готовы платить неплохие деньги за отбивку своих любимцев, потому что работающие здесь конюхи относились к своим обязанностям, проще говоря, отвратно. - У меня кобыла на постое и съемная квартира, - осторожно попыталась оправдаться я. - Это я уже слышала. Я угрюмо молчала. Еще до прихода в кабинет я чувствовала что-то неладное. София Аркадьевна никогда не тратила время в пустую и не стала бы вызывать меня к себе для того, чтобы выпить по чашечке кофе. Женщина оторвалась от бумаг и посмотрела на меня поверх своих очков. - Со следующего месяца я передаю в твою работу трех коней. Елена Викторовна сделала отчет, в котором говорится, что многие из ее детей начали перерастать уровень тестов, и она готова передать их на дальнейшее обучение другим тренерам. Сходи к ней на тренировки и отбери себе учеников, хотя бы по одному на каждого из новых коней. Желательно, больше. Сказать, что я была удивлена – не сказать ровным счетом ничего. Округлив глаза, я какое-то время с открытым ртом молча смотрела на директора, не в силах выдавить из себя и слова. Конечно, мой рейтинг в клубе после удачных соревнований подрос, но я и представить себе не могла, что мне в работу передадут еще лошадей. - А что за кони? – наконец смогла я заставить себя говорить. - Логика, Изюм и Марафон. Первых двух я знала хорошо. Кобыла ранее была в работе у Тани, первый мерин - у Гроздевой. Последнего в клуб купили совсем недавно, и до настоящего момента он был на попечительстве одного из берейторов. - Надеюсь, прибавка к зарплате в двадцать тысяч и дополнительная работа в манеже заставят тебя перестать носиться с тачками, - улыбнулась София Аркадьевна. Я, невероятно обрадованная новостью, заколебалась и сдвинула брови. За каждого коня полагалась прибавка в пять тысяч, и цифры в моей голове никак не складывались. - Двадцать? - К тебе в тренерство переходит частный владелец, с него остальное из суммы. - Кто? – я тоже облокотилась на спинку стула. - Романовы. - Это кто? - Господи, Олеся, ты хочешь сказать, что не знаешь наших спонсоров? – директор сняла очки и положила их перед собой на стол. Я потупила взор, проследив за ее движением. Понятия не имела, о ком говорит женщина. Конечно, вся конюшня была в курсе, и я знала бы куда больше, если бы иногда появлялась в комнате отдыха и ходила на вечеринки коллектива. - Недавно переставились. У них рыжий немец, - пояснила директор, устав наблюдать за моими попытками что-то сообразить. И я вспоминал того рыжего жеребца. А еще вспоминал, как треснула его по носу, говорила о «понтах» при владельце коня, а потом при нем же устроила скандал в тренерской. - Нет. Тут уже настала очередь директора удивляться. - В каком смысле «нет»? Я молча теребила молнию на жилетке, плохо представляя, с чего хочу начать, но, в конце концов, подняла глаза на женщина и заговорила: - Их же Таня тренирует. И вы знаете, как я не люблю работу с частными владельцами. К тому же, уровень подготовки спортсменки… - Ты для того здесь и работаешь, чтобы уровень спортсменов повышать, - перебила меня София Аркадьевна. - Чтобы его повышать, надо чтобы перед этим хоть какой-то уровень был… - Так, все. Они изъявили желание перейти к тебе на тренировки, а, значит, тебе придется с этим смириться. Уверена, Вера Павловна, будучи на твоем месте, взяла бы их с удовольствием. - Но она не на моем месте. Я и не против, если она хочет их взять, - я вдруг почувствовала, что в кабинете слишком жарко. - София Аркадьевна, я же имею право отказаться. Мы, в конце концов, в спортивной школе находимся. - А ты не боишься, что недовольство нового спонсора может отразиться на тебе? - Это же не угроза? – я нервно улыбнулась. – Вы же не можете так просто… - Вот здесь, - женщина указала на внушительной толщины папку на краю стола. – Резюме на должность тренера. Олеся, мне тяжело разрушать рабочую машину, но сверху стоящее руководство прекрасно знает, что незаменимых людей не существует. София Аркадьевна когда-то взяла меня на работу совсем без опыта. Начала я с должности инструктора по верховой езде, но уже через полтора года тренировала самых сильный детей. Эта женщина подарила мне прекрасную возможность, потому что умела разглядеть в человеке потенциал, и, работая с ней все это время, я успела понять, что слов на ветер она не бросает. Опустив глаза, я посмотрела на свои руки. Ладони за последние два месяца успели покрыться мозолями и загрубеть от работы лопатой. - Ты же не первый день в конном спорте. Знаешь, что такие не задерживаются. Потерпи немного, большего от тебя не требуется. Да и деньги будут не лишними. Она была права – такие не задерживаются. Именно поэтому тратить на них свои время и силы хотелось меньше всего. - У меня же нет выбора, правда? – вновь подняла я взгляд на директора. Та внимательно смотрела на меня, отрицательно качая головой. Молча забрав со стола расписание тренировок Елены Викторовны, я поспешила покинуть кабинет. Время неумолимо приближалось к четырем часам, и мне было необходимо идти в манеж, где скоро начнется тренировка, но я не могла заставить себя сдвинуться с места. Прибавка к зарплате и обновление состава лошадей неимоверно радовали, потому что открывали новые возможности. Но привязанность к нашим новым спонсором пугала больше, чем приставленное к голове дуло пистолета.