С первого удара

В квартире Джима пахло ёлкой, что было совсем нехарактерно для Гордона, ведь последние десять лет он не праздновал ни Рождество, ни Новый год. Во-первых, было не с кем, а во-вторых, не было настроения. Но в этом году всё сложилось совершенно иначе. — Доброе утро, милый, — открыв глаза, Барбара сладко потянулась и прижалась к уже проснувшемуся Джиму. — Счастливого Рождества. — День же только начался, — мягко усмехнулся он, обнимая её за талию. — Это как-то должно помешать мне пожелать тебе счастливого Рождества? Она так часто подкалывала его, но делала это настолько по-доброму, что совсем не злила Джима, а даже наоборот, заставляла его улыбаться. Впрочем, он в целом стал гораздо чаще улыбаться с того момента, как Барбара вернулась в его жизнь. После завершения дела Памелы Айсли, длившегося одиннадцать лет, Гордон вернулся в полицию. Ему больше не от чего было бежать, хотя Барбара сильно переживала, что с этой профессией он лишний раз будет подвергать себя опасности. Но после того, как он объяснил ей, что там он по-настоящему чувствует себя живым, она сдалась. В департаменте бывшего коллегу встретили тепло, а Харви с насмешкой подметил, что его возвращение было лишь делом времени. Буллок так и не поверил до конца в невероятную историю с Барбарой-Эйлин, хотя Джим очень долго и усердно доказывал ему, что всё это — истинная правда. Памелу Айсли и Виктора Заса вновь упекли в Аркхем, теперь уже в соседние камеры. Как оказалось, Зас был влюблён в Памелу и, если верить слухам, чуть ли не на коленях умолял администрацию лечебницы поместить его рядом с ней. К слову, она тоже была совсем не против. Может, надеялась вновь каким образом использовать его, а может, за всё это время тоже успела проникнуться к Виктору чувствами. Айви Пеппер оказалась цела и невредима. Выяснилось, что Памела держала её в одной из камер, расположенных в том длинном коридоре, но даже пальцем не тронула. Об истинном происхождении девушки знали только Джим, Барбара и она сама. Всю свою жизнь Пеппер думала, что оказалась в том лесу после какого-то несчастного случая, искала родных и, не найдя никого, решила заняться саморазвитием. Теперь же смириться с мыслью о том, что она на самом деле клон, было довольно тяжело, но Айви неплохо справлялась. Гораздо сложнее ей было справиться с потерей лучшей подруги. К слову, Харли и Джеремайю так и не признали погибшими: их тела не удалось найти, хотя Эд уверял, что они оба прыгнули в чан со странной зелёной жидкостью. Кстати, это была кислота, и эти котлы стояли в подземелье с тех времён, когда лаборатория функционировала наряду с подземным химическим заводом. Теперь было решено провести капитальную чистку заброшенном помещении, но в итоге власти решили просто закрыть его, наивно полагая, что психов вроде Памелы в Готэме не так уж и много. У Джерома и Освальда всё сложилось ещё менее прозаично. За тот расстрел, в котором никто, кроме Освальда, не пострадал, Валеска взял всю вину на себя. Его временно посадили в тюрьму Блэкгейт, до тех самых пор, пока суд не будет готов вынести ему окончательный приговор. Освальд приходил к нему каждую неделю — так часто, как только позволяли. После того выстрела ему сделали операцию, и хотя парень всё ещё хромал, он шёл на поправку. Врачи обещали, что однажды Освальд сможет ходить как раньше, и мысленно он благодарил Джерома за то, что он напоследок, пусть странным и болезненным способом, но всё же помог ему. На свиданиях в тюрьме они вынуждены были притворяться друзьями, и Освальд с ума сходил, когда видел такие желанные губы, которые не мог поцеловать. Он очень долго злился на Джерома за его самоотверженность, но тот лишь отмахивался и говорил, что ему в тюрьме гораздо проще, чем было бы Освальду. Отчасти Валеска немного по-мазохистски радовался своей участи, хоть и надеялся на наиболее мягкий приговор. В любом случае они всё равно были друг у друга, и, несмотря на обстоятельства, своеобразно, но всё же были счастливы. В день Рождества Селина работала в котокафе, поэтому Освальд зашёл к ней, весь сияя в предвкушении праздника. На входе он столкнулся с высоким парнем и рыжеволосой девушкой и испуганно отшатнулся, успев заметить только то, что парень нёс в руках переноску с белой пушистой кошкой. Проводив их взглядом, Кобблпот зашёл в помещение и, закрыв дверь, подошёл к Селине, накладывающей корм в мисочки. — Привет. — Сам с приветом, — буднично бросила Кайл, не глядя на друга. — Там... Люди. Парень и девушка. Они ведь забрали Альпину? — встревоженно спросил Освальд. — Её хозяин так и не выкарабкался? — Нет, это и был её хозяин со своей девушкой, — взглянув на него, Селина улыбнулась. — Он вышел из комы две недели назад. — Какая прекрасная новость, — растроганно произнёс Кобблпот. — А ты ещё Рождество отмечать не хотела. Видишь, какое волшебное время? — Да отметим, отметим, — отмахнулась девушка и, положив мешок с кормом на полку, подошла к Освальду. — И куда мы пойдём? — Домой к Эду. Он ведь так и не справил новоселье. Селина сомнительно покосилась на друга, одним взглядом показывая, что это не лучшая идея. В тот день, когда копы схватили Памелу Айсли, скорая приехала чуть позже. Врачи не позволили Эду ехать с ними, и его забрали в департамент давать показания. Однако сразу после этого он помчался в больницу, где целый день просидел в палате Ли, ожидая, когда она проснётся. Но Ричард Томпкинс пришёл раньше и напомнил Нигме, что у них был уговор: спасение Ли и больше никаких встреч с ней. Эд уехал из больницы с самым понурым настроением, надеясь, что Лесли сама придёт к нему на неделе, не могла же она просто взять и уехать. Но она уехала. Эд узнал об этом, когда искал её по всему Нэрроуз, едва ли не начал опрашивать бездомных собак. Его просветил один бродяга, который, кажется, знал все местные сплетни. Ли действительно уехала с отцом в Метрополис навстречу лучшей жизни. Подальше от Эда. Желая отвлечься, он не обнаружил другого выхода, кроме как искать работу. В итоге он умудрился устроиться в полицейский департамент стажёром на должность судмедэксперта, всё-таки образование, пусть и неоконченное, позволяло. Эд с головой погрузился в работу и с первой получки, спустя полмесяца, снял квартиру, гораздо более приличную, чем та каморка, в которой он жил раньше. Освальд и Селина тут же начали гадать, как быстро в новом доме скопятся слои пыли и заведутся тараканы, но Эд старался их не слушать. Было и то, о чём Нигма не рассказал друзьям — он начал посещать психотерапевта, и сеансы были довольно успешными. Во всяком случае, голос Загадочника звучал в голове уже не так навязчиво. Гораздо более навязчивыми были эти проклятые воспоминания. Каждый угол старой квартиры (да и всего города, чего греха таить) напоминал ему о Ли. Он надеялся, что смена обстановки поможет ему забыть её как можно быстрее, но почему-то этого не происходило. Когда друзья спросили, где он собирается отмечать Рождество, Эд коротко ответил, что нигде, и именно после этого Освальду пришла в голову идея сделать ему сюрприз. — Это плохая идея, — заявила Селина, осознав, что Кобблпот её красноречивых взглядов не понимает. — О, поверь, это просто прекрасная идея, —усмехнулся он. В половину двенадцатого в дверь Эда позвонили. Он уже собирался лечь спать, поэтому недовольно поморщился и, включив свет, направился к двери. Заглянув в глазок, Нигма тяжело вздохнул, но дверь всё же открыл. — Сюрпри-из! — громко протянули Освальд и Селина, запуская в прихожую хлопушки. — Сами будете убирать, — мрачно кивнул Эд, даже не думая поддерживать их праздничное настроение. — А то до этого тут так чисто было, — усмехнулась Кайл, проходя внутрь. — Выключай свою депрессию, идём на крышу. В новостях обещали салюты. — Я не в настроении, — бросил Нигма и направился в спальню, всем видом показывая, что разговор окончен. Однако Освальд так не считал. Подбежав к другу, он схватил его за плечо, резко останавливая. — Что же ты за тварь такая?! — громко возмутился он, обогнал Эда, пройдя на кухню, залез в холодильник и резким движением поставил туда принесённое шампанское. — Мы старались, готовили сюрприз, хотя могли бы забить на тебя, а ты... — Господи, хватит, — поморщился Нигма, встав у порога. — У меня от тебя голова болит. Раз вам так хочется посмотреть на эти салюты, то пойдёмте, я всё равно не усну после... Такого. Освальд довольно улыбнулся, подошёл к Селине и дал ей «пять», не обращая внимание на Эда, демонстративно раздражённо натягивающего пальто поверх пижамы. Спустя несколько минут они уже стояли на крыше у железного ограждения и смотрели в небо. Салютов пока что не было, но очень красиво падал снег, да и вид с высоты птичьего полёта радовал глаз. Эд даже расслабился и перестал жалеть, что пошёл вместе с друзьями. До тех самых пор, пока Освальд не открыл рот. — Боже, я оставил шампанское в холодильнике! — воскликнул он, всплеснув руками. — Какое Рождество без шампанского?! — Ну, так спустись и забери, — тяжело вздохнул Нигма. — Вообще-то, у меня больная нога! — Зачем вообще было ставить его в холодильник, если мы собирались на крышу? — недоумённо посмотрела на Кобблпота Селина. — Хороший вопрос, Селина, — Эд гневно покосился на друга. — Тормозить ногами надо, а не головой! — Я случайно, — Освальд виновато взглянул на него. — Ну, сходи, тебе же не сложно! Мысленно сосчитав до десяти, Нигма глубоко вздохнул и, натянуто улыбнувшись, сдержанно кивнул. — Хорошо. Я схожу за твоим чёртовым шампанским. Всеми силами сдерживая себя, он направился к двери, ведущей на лестничную площадку. Эд проклинал друга последними словами, спускаясь вниз. Даже в рождественский вечер Кобблпот умудрился достать своим нытьём, это же ещё постараться надо. Хотя, наверное, без своего порой скверного характера Освальд бы не был Освальдом, и не было бы столько безумных историй... Невольно Эд усмехнулся про себя, вспомнив, как Кобблпот вышел на сцену, чтобы признаться в любви Джиму Гордону. Это было всего пару месяцев назад, а кажется, что уже так давно, будто не один десяток лет прошёл. Грустно улыбнувшись внезапно нахлынувшим воспоминаниям, Эд замер у своей двери, услышав за ней шорох. Он настороженно прислушался к звукам, но они уже стихли. «Всего лишь сквозняк — успокоил себя Нигма — можно подумать, у тебя есть, что воровать». Покачав головой, он открыл дверь и, зайдя внутрь, последовал на кухню. Однако увиденное заставило его застыть на пороге. Девушка стояла к нему спиной, открыв холодильник и держа в руках найденное там шампанское, но он узнал бы её даже по подушечкам пальцев. — Ли, — только и смог произнести Эд, всё ещё не веря своим глазам. Повернувшись, девушка тепло улыбнулась ему, так, как умела только она, словно не было долгого месяца, который он безуспешно пытался её забыть. — Привет, Эд, — сказала она наконец и выставила вперёд руку с бутылкой. — Думаю, ты это искал. — Так это всё Освальд! — воскликнул Нигма. — Что тут происходит? — Может, заберёшь уже шампанское? Ли выжидающе взглянула на него, и Эд решительно подошёл к ней, почти вырывая бутылку у неё из руки. Что она вообще себе позволяет? Сбежала от него в другой город (плевать, что изначально он сам велел ей бежать, могла бы и не послушать), скрывалась столько времени, а теперь заявилась в его дом, да ещё и в холодильник залезла. Судя по всему, она была в сговоре с Освальдом, а может, и с Селиной, и они всё это время молчали! Эд был просто вне себя от злости. — И как тебе жизнь в Метрополисе? — язвительно спросил Нигма, ставя бутылку на стол. Скрестив руки на груди, он внимательно посмотрел на девушку. — Он оказался совсем не таким, как я представляла, — глубоко вздохнув, Ли подошла к парню настолько близко, что он ощутил тепло её кожи, и тут же судорожно сглотнул. — И что же с ним не так? — спросил Эд уже менее язвительно. — Мне кое-чего не хватало, — тихо ответила Лесли, опустив взгляд. — Кое-чего? — Кое-кого. Ему хотелось продолжить строить из себя самого обиженного человека на свете, но он просто не мог. Она была так близко — не картинка из воспоминаний или снов, не эротическая фантазия, а настоящая, живая Ли Томпкинс, которой можно было коснуться, стоило лишь руку протянуть. — Я столько хотел тебе сказать, — грустно вздохнул Эд. — Но сейчас смотрю на тебя, и понимаю, что тебе эти слова просто не нужны. — Боже, ты не меняешься, — усмехнувшись, Ли посмотрела ему в глаза и, встав на цыпочки, прошептала: — Поцелуй ты меня уже. И, не дожидаясь ответной реакции, она сама прильнула к его губам, обхватив его шею руками. Спустя несколько секунд Эд отстранился и, тяжело дыша, быстро проговорил: — Будь ты проклята. — Пошёл к чёрту, — прошептала Ли, и тут же ощутила его руки на своей талии, притягивающие к себе, и его улыбку на своих губах. Их отношения были явно нездоровыми, они и сами это прекрасно понимали. Больной на всю голову неудачник с раздвоением личности и боевая девушка, мечтающая помочь всем на свете, но никому не доверяющая. Никому, кроме него. Бежать друг от друга было бессмысленно — они всё равно рано или поздно оказались бы вместе, судьба бы свела. Однако, будь они нормальными, без всех своих тараканов, вскоре им стало бы неимоверно скучно, так уж они оба были устроены. — Мне так тебя не хватало, — Эд прижимал её к себе, словно боялся, что она опять сбежит. — Почему ты не вернулась раньше? Дура ненормальная. — Сам ты придурок! — возмутилась Ли. — Мой отец решал проблемы. У него сейчас гораздо меньше власти и денег, и он решил остаться в Метрополисе. Когда я решила уехать, он долго сопротивлялся, а потом заявил, что не хочет держать меня в клетке. Кажется, он наконец-то понял, что может потерять меня навсегда. Ну, а я... А я поняла, что мне теперь не нужен город, где нет тебя. — Почему ты не попыталась связаться со мной? — Ты сам говорил, что так будет лучше. Сам прогнал меня. — Могла бы не слушать. — Я слишком гордая. — Я думал, что ты забыла обо мне. — О тебе забудешь, как же, — Ли усмехнулась и уткнулась ему в плечо. — Такого поехавшего больше нет. — Как и нет больше девушек, заступающихся за таких поехавших, да ещё и с битой наперевес, — Эд тихо рассмеялся. — Я рад, что ты здесь. — Давай больше не будем убегать друг от друга. Я-то точно не буду, а тебя в случае чего найду даже на краю света, — абсолютно серьёзно заявила она. — Не будет она, — Нигма покачал головой. — Можно подумать, я тебя отпущу. — Уже отпустил однажды, — Ли слегка отстранилась, заглядывая ему в глаза. Глядя на неё без тени улыбки, Эд ответил: — Отпустил и осознал, что не могу без тебя. Видимо, это был урок, из которого я понял, что был полным кретином. Улыбнувшись краем губ, девушка провела по его щеке рукой, и Нигма перехватил её запястье, задерживая на своём лице, чувствуя тепло ладони. — Ты у меня в долгу с нашей первой встречи, помнишь? Я спасла тебе жизнь, — Ли мягко улыбалась. — Теперь твоя очередь. Не ответив, он вновь притянул её к себе, заключая в объятия. Она в самом деле спасла его и, скорее всего, даже не до конца это осознавала. Эд думал, что даст ей шанс жить счастливой жизнью без него, и чуть было не уничтожил то, ради чего действительно хотел дышать. Он никогда не спрашивал, приносит ли какой-то смысл в жизнь Лесли, но сейчас точно знал, что так оно и есть. Иначе она бы не вернулась в этот жуткий город из солнечного Метрополиса, о котором мечтала с детства. Она делала его лучше и любила в нём всё, даже недостатки, он точно знал, что любила. И не мог поверить в то, что эта девушка в самом деле предпочла его роскошной жизни, предлагаемой ей с рождения. Эд в самом деле был ей должен, гораздо больше, чем Ли себе представляла. Но теперь он был уверен, что за последующие годы успеет вернуть ей долг сполна. — Я, конечно, всё понимаю, но я уже устал сидеть в гостиной и ждать, пока вы закончите свою мыльную оперу. Вздрогнув, Эд и Ли обернулись и, увидев вошедшего на кухню парня, синхронно застыли на месте. — А ты что тут делаешь? — удивлённо вскинула брови девушка и, осторожно подойдя к нему, присмотрелась, словно проверяя, настоящий ли он. — И кто ты из двух? Извини, я так и не научилась вас различать. — Джером, — грустно усмехнулся парень. — К сожалению, мой брат пока что не нашёлся. — Ну, знаете, это уже перебор, — возмущённо проговорил Эд и быстрым шагом подошёл к Джерому. — Решили устроить из моего дома проходной двор? — Эд, — позвала его Ли, но он не отозвался продолжая засыпать рыжего вопросами: — Как это вообще понимать? Как ты сюда попал? И вообще, ты что, сбежал из тюрьмы? — Эд, — девушка подошла, встав между ним и Джеромом и, улыбаясь, обняла его. — Чёрт, — только и произнёс Нигма, расслабленно выдыхая и чувствуя, как губы сами собой расплываются в глупой улыбке. — Какие же вы конченые, — беззлобно усмехнулся Валеска. — Эй, на себя посмотри! — мгновенно переменившись в лице, Эд шагнул было в его сторону, но Ли успокаивающе погладила парня по спине, и он застыл, всё ещё сверля Джерома недовольным взглядом. — Я не сбегал из тюрьмы, — между тем произнёс Валеска. — Мне помог выйти на свободу Джим Гордон. Думаю, ты в курсе, как он благодарен тебе, Эд, и моему брату за то, что вы помогли тогда им с Барбарой. Поэтому он хоть как-то решил искупить вину за... За исчезновение Джеремайи. А в твою квартиру я попал через окно, нормальные рамы надо ставить, между прочим. — Нормальные у меня рамы! — возмутился Эд. — Так ты хочешь сделать сюрприз Освальду! — восторженно воскликнула Ли, отстраняясь от Нигмы и поворачиваясь к Джерому. — Именно так, — кивнул он, улыбнувшись. — Слишком много сюрпризов на одно Рождество, — проворчал Эд. — Они с Селиной на крыше, если хотим застать их там, нужно поспешить. Перед уходом он несколько раз обошёл квартиру, проверяя, не прячется ли в ней ещё кто, в то время как Ли и Джером стояли на лестничной площадке, усталыми взглядами следя за перемещениями Эда. Он успокоился только тогда, когда Ли назвала его параноиком. Закатив глаза, парень вышел из квартиры и закрыл её на ключ. Джерому казалось, что они поднимались по лестнице целую вечность. Он так долго не чувствовал вкус губ своего возлюбленного, что уже с ума сходил, и потому мчался по лестнице со скоростью света. Когда они поднялись, он вдруг застыл у двери, ведущей на крышу, из-под которой просачивалась тонкая полоска лунного света. — Ну, давай, он ждёт тебя, — ободрила его Ли. Джером глубоко вздохнул, распахнул дверь и тут же чуть ли не нос к носу столкнулся с Освальдом, который, видимо, собирался спускаться вниз, чтобы найти задержавшихся Эда и Ли. — Привет, — еле слышно произнёс Валеска, не успев что-либо добавить, потому что Кобблпот тут же схватил его за ворот пальто и, притянув к себе, прильнул к губам парня. — Снимите мотель, — усмехнулся Эд, проходя мимо них, но тут же замолчал, потому что Ли сердито пихнула его локтём в бок. Селина стояла немного в стороне, с грустной улыбкой на лице наблюдая за друзьями. С того самого дня, как она открыла в себе те странные суперспособности, она больше не виделась с Бэтменом. Брюс тоже не приходил в университет, а когда Кайл в костюме Кошки вновь заявилась в поместье Уэйнов, то никого, кроме Альфреда, там не обнаружила. В стенах универа ходили слухи, что Брюс временно уехал в другую страну по каким-то семейным делам. Но почему тогда исчез Бэтмен? На самом деле у Селины всегда было одно предположение, как могут быть связаны её мрачный герой и богатый наследник, но это предположение она всегда отметала. Отмела и сейчас, отругав себя, что забивает себе голову глупыми теориями. Больше всего на свете девушка жалела о том, что так и не пришла тогда на крышу Центрального банка. Он предлагал работать вместе, вряд ли он вообще кому-то такое предлагает, а она так безрассудно упустила этот шанс. Тяжело вздохнув, Селина вновь взглянула на друзей. Эд и Ли отошли к краю крыши и стали молча смотреть на звёзды. Он нежно обнял её за плечи, притягивая к себе, и она, улыбаясь, прижалась к нему. Кажется, они ещё не до конца осознали, что наконец-то свободны, что могут любить друг друга, но сейчас они выглядели гораздо счастливее, чем когда-либо. Джером крепко обнимал Освальда, рыдающего ему в плечо, гладил по спине и шептал на ухо что-то успокаивающее. После того, что они прошли, после всех жизненных испытаний, они все заслуживали счастья. Выбросив из головы грустные мысли, Селина взглянула наверх. Медленно падал снег, сверкая и переливаясь в свете луны. В этот день Готэм был совсем на себя не похож, став внезапно нарядным и почти не жутким. Кайл мазнула пальцами по ограждению крыши, смахивая снег, и внимательным взглядом проследила за его падением. В этот момент в небе, словно вторая луна, зажглось что-то яркое, и девушка, вздрогнув от неожиданности, резко подняла голову и уставилась широко раскрытыми глазами вверх. Её друзья тоже удивлённо смотрели на странное свечение круглой формы, посередине которого красовался тёмный, как само небо, символ летучей мыши. И Селина могла поклясться, что на соседней крыше она увидела его. В этом огромном развевающемся плаще, с этими странными ушами-локаторами, к которым Кайл, к слову, уже успела привыкнуть. — Ну, здравствуй, мышонок, — произнесла она одними губами, улыбаясь. Он смотрел на неё пару секунд, после чего развернулся и умчался в сторону мерцающего сигнала, словно зовущего его за собой. А Селина ещё долго смотрела ему вслед, на этот раз уверенная в том, что они ещё точно встретятся. Джим смотрел вдаль, всё ещё сомневаясь в адекватности своей идеи. Харви долго отговаривал его, утверждая, что это уже полный маразм, но Гордон точно знал, что Бэтмен существует. С того самого дня, когда столкнулся с ним в подземном коридоре, и он помог сбежать ему, оставшись вместе со своей подругой сражаться с одурманенными Памелой парнями. — Можно я назову это «бэтсигнал»? Джим резко обернулся на звук голоса. Бэтмен, подобно горгулье, сидел на огромном прожекторе, который капитан Эссен наконец-то согласилась установить на крыше департамента. Он смотрел явно в сторону Гордона, хотя за этой маской сложно было понять. — Мне кажется, это отличное название, — улыбнулся Джим. — Ты ко всему прибавляешь приставку «бэт»? — Ну, почти, — усмехнувшись, Бэтмен спрыгнул с прожектора и, встав рядом с Гордоном, уставился вдаль. — Меня долго не было, я оттачивал кое-какие боевые навыки. Только за это время улицы поросли грязью... Как же много работы предстоит. — Знаешь, меня хотят убить за сотрудничество с тобой, но я ни о чём не жалею, — Джим положил руку ему на плечо. — Ты нужен этому городу, как никто другой. — Мы оба, — ответил Бэтмен, повернувшись. — Оба нужны. Бэтсигнал огромным лучом освещал мрачное небо Готэма, и каждый, кто совершал нечто плохое, знал, что время преступности подошло к концу. А те, кто был в беде, с надеждой смотрели вверх и понимали, что в этом городе наконец-то появился герой. Бэтсигнал всё ещё горел в небе, когда яркой искрой взмыл первый салют, стремительно распускаясь огненным цветком. Друзья стояли у края крыши, завороженно глядя вверх. Эд прижимал к себе Ли, вдыхая аромат её волос, Джером обнимал Освальда, счастливо улыбаясь. Мельком взглянув на одиноко стоящую Селину, Кобблпот приобнял её за плечи и притянул к себе. Усмехнувшись, Кайл устроилась у друга на плече, не отрывая взгляда от цветущего яркими огнями неба. — Знаете, всегда хотел сказать вам одну вещь, — задумчиво произнёс Освальд, вспомнив мысль, посетившую его голову пару месяцев назад. — Как вы думаете, с чего начинается настоящая любовь? — Только не говори, что с первого взгляда, — усмехнулся Эд, закатывая глаза. — Конечно, нет, — поморщился Освальд и, чувствуя, как Джером сильнее прижимает его к себе, улыбнулся, заворожённо глядя на возносящийся в небо очередной взрыв сверкающих искр. — Настоящая любовь начинается с первого удара.