Incredibly loud and extremely close

Эпилог

    Юдзуру Ханю. Проживает в Сендайе, Япония. Занимается тренерской деятельностью и благотворительностью. Счастливый муж, отец троих детей и обладатель домашнего мини-зоопарка из двух кошек, собаки и парочки хомяков. Работает строго по нормированному графику, дважды в год ездит с семьей в отпуск в Москву и ещё дважды — куда-то на закрытый курорт, где их семью не будут тревожить журналисты, папарацци и прочие надоедливые люди. Он каждый день улыбается и его практически невозможно вывести из себя.    Много лет назад, рассказывая о себе, говорил, что вся его жизнь заключается в успехе на льду, а остальное не имеет никакого значения. Сейчас же, по прошествии стольких лет, он улыбается этим юношеским словам и говорит, что счастье скрыто в улыбке любимой женщине, в бегающих по дому детях и их задорном смехе, из-за которого тишина бывает лишь по ночам. В его новом доме игрушек больше, чем медалей, а на самом почетном месте красуются не олимпийские награды и почетные грамоты от Императора, а рисунки любимых детей, фотографии с поездок и памятные вещицы, которые имеют значение для их семьи. Никаких титулов, никаких побед, никаких тренировок — дома он остаётся лишь в роли заботливого отца и любящего мужа.    За эти годы, пока он старался найти себя, произошло много событий, ранивших его до глубины души. Пришлось отказаться от многого, что приносило удовольствие, приходилось адаптироваться под жизненные условия и искать компромисс с самим собой... Пока не уложилось главное: в жизни имеет значение лишь семья. Без этих людей рядом, которые любят тебя ни за деньги и славу, ни за победы и титулы, просто невозможно идти по жизни. Они заботятся о тебе в моменты, когда другие отворачиваются. Они остаются рядом, когда ты сам в себя перестаёшь верить. Без них жизнь никогда не будет полноценной.    Лёд. Раньше он был самым главным и важным другом, без которого он не представлял своего дня, теперь же он просто стал верным товарищем и помощником в работе. Юдзуру по-прежнему выказывает ему своё уважение при каждой встрече, шепча слова благодарности, но перестал считать его единственным верным партнёром. Жизнь течёт и сильно меняется, заставляя пересматривать приоритеты. Каждый шаг, сделанный на этом пути, был им продуман и взвешен.    Единственное, куда он позволил себе упасть с головой, это семейная жизнь. Несмотря на то, как долго он к этому шёл, сам факт, как всё произошло, стал для него катализатором внутреннего взросления. Сколько бы ни били жизненные обстоятельства, сильнее всего сработал именно этот переход от одинокой жизни к совместному проживанию с любимой женщиной и её дочерью. Это был первый шаг на пути к отцовству, когда он только учился взаимодействовать с ребёнком, прислушиваться к её словам, наблюдать за тем, как дети смотрят на мир и как они воспринимают его слова.    Рождение общей дочери стало тем моментом, когда он понял, что больше ничего в жизни никогда не будет иметь для него значение, только этот маленький человечек, пронзительно кричащий, когда что-то не устраивает, и счастливо причмокивающий маленькими губками, когда всё наоборот очень хорошо. Тот первый раз, когда она была в его руках, отложился в памяти навсегда: разве может быть такое, что маленький человечек становится центром вселенной? Все разговоры о том, как это бывают, не отражают даже миллионной части чувств, сложившихся в этот момент в его сердце. Всё будто бы встало на свои места. Все обрело смысл.   Каждое сказанное слово, каждое выполненное действие, каждое принятое решение — всё было ради семьи. Для него это стало не просто центром вселенной, а причиной, по которой он продолжает двигаться вперед. Концентрация на семье и желание обеспечить их самым лучшим стали тем самым спусковым механизмом, который направлял и помогал в сложных ситуациях. Видеть счастье любимых людей — это то, о чём он мечтал долгие годы в одиночестве.    Теперь держа на руках троих детей, он больше не может думать только о себе. Для него становятся важными другие вещи: их улыбки, благополучие, счастливые воспоминания и звонкий смех целый день. Теперь стало важным то, о чем он так мечтал. И больше не нужно прятаться на катке, больше не нужно бежать от самого себя. Теперь всё встало на свои места.    ***   — Что ты делаешь? — Женя подходит ко мне со спины и опускает руки на плечи. Я не скрываю от неё ничего, поэтому и на этот раз я не закрываю документ, а наоборот отклоняюсь в сторону, позволяя ей заглянуть в экран и увидеть то, над чем я работал долгие годы.    — Юзу... Это...? — она вопросительно смотрит на меня широко распахнутыми глазами. — Это твоя биография? Ты написал книгу?    — Это не просто моя биография, — обнимаю её за талию и усаживаю себе на колени. — Это наша биография, это история нашей любви. Такая, какая она есть: несовершенная, сложная, с глупыми ошибками и миллиардом маленьких препятствий, которые мы сами себе учинили. Здесь всё, что было: не утаивая ничего, не обеляя меня за совершенные ошибки, не сглаживая острые углы и брошенные слова. Это наша история, наша жизнь.    Женя шокировано смотрит на экран, пока листает документ, задерживаясь на отдельных предложения и абзацах. Я вижу, как сменяются её эмоции: умиление при чтении строк из нашей юности, легкое смущение от особо чувственных моментов, боль в глазах от того периода, когда мы были ещё вместе, но уже не ощущали того единства, что было раньше, и спокойная улыбка от событий последних лет. Вся наша жизнь прячется в этой рукописи, работа над которой я начал ещё много лет назад, но на какой-то период откладывал, когда понял, что у меня нет счастливого финала. И лишь она вернулась в мою жизнь, как снова всё встало на свои места, как снова я начал ощущать себя живым и готовым и дальше рассказывать нашу историю.   — Ты хочешь отдать её издательству? — она оставляет мышку и переключает своё внимание на меня. — У тебя уже есть договоренность?   — Нет, никто не знает, что эта биография существует, — я мягко качаю головой, стараясь понять её чувства, — ты первая, кто видит это. Я хочу, чтобы ты прочитала её полностью, от начала до самого конца, а потом решила, что мы будем с этим делать. Если ты захочешь, то это останется нашей семейной реликвией, которую никто не увидит. Если же ты согласишься, то мы найдем возможность напечатать эту книгу и выпустить на наших условиях.    — Это твоя история, ты имеешь полное право делать всё, что захочешь, — её рука мягко касается моей щеки, — господи, я каждый день думаю, что невозможно любить сильнее, чем я сейчас тебя люблю, но каждый день ты влюбляешь меня в себя заново. Юзу... Милый Юзу.    — Это наша книга, ты её полноправный соавтор, — касаюсь её губ своими, — прочитай, внеси правки, допиши то, что я мог забыть. Я хочу, чтобы ты поняла мои чувства. Мы столько скрывали друг друга в период юности, что иногда мне самому кажется невероятным то, как мы вообще с этим справились и как смогли вернуться к нашей любви. Я счастлив быть твоим, я счастлив быть рядом каждый день, но это не означает, что я воспринимаю наши чувства как должное. По крайней мере, не теперь.    Её взгляд перебегает с моего лица на экран и обратно, и я замечаю, как интерес рождает в её глазах, как до неё постепенно доходит то, о чём я только что сказал. Да, мы скрывали раньше, но это не значит, что я не пытался сохранить свои чувства, пускай и в каком-то обрывочном формате, какими кусочками, из которых сейчас родилась эта книга. Я действительно не думал, что всё получится именно так, но оно получилось. Я боялся, что в какой-то момент всё пойдет по-другому, но у меня получилось рассказать историю. Я смог это сделать.    — Ты проделал невероятную работу, Юдзуру, — Женя восторженно шепчет, перебирая волосы у меня на затылке. — Я буду это читать. Я хочу, чтобы наши дети, когда выросли, смогли это прочесть. Я думаю... Я думаю, что мы могли бы действительно это опубликовать, чтобы и другие люди знали, какие препятствия могут появиться на пути у любви, что нельзя сдаваться, что нужно слушать своё сердце, а не только разум. Если бы мы не слушали нашу любовь, то не были бы счастливы, у нас не было бы детей, мы бы не добились тех успехов, которыми сейчас гордимся.    — Мы не были бы мужем и женой, — оставляю поцелуй у неё на плече. — Ты права, да. Всё именно так. Наше сердце, наши чувства... Это именно они привели нас в эту точку. Да, какой-то период нам пришлось поплутать по жизни, но я не жалею об этом. Я люблю Асю как своего ребёнка, я счастлив быть отцом троих детей. Мне нравится быть твоим мужем, держать каждую ночь тебя в объятиях, целовать в любой момент, когда мне вздумается, и любить сильнее, чем я мог даже представить.    — Знаешь, что я хочу добавить туда? Я ещё не читала, но... Я знаю, что ты никогда бы не написал о том, какой ты на самом деле. То, каким тебя видим мы: твоя мама и папа, сестра. Как ты общаешься с нашими детьми, решая их совершенно разные проблемы. Как ты взаимодействуешь с нашими домашними животными и, хоть и ворчишь каждое утро, но идешь в пять утра кормить кошек. Как ты укачиваешь Мари, когда она не можешь уснуть, и напеваешь ей любимые песни. Как ты играешь с нашим сыном, заботишься о нём и не стесняешься показать чувств. И то, как ты смотришь на меня, с какой любовью касаешься, целуешь и говоришь самые простые слова. Как ты не боишься дома быть слабым, демонстрируя свои слабости, как ты помогаешь мне оставаться сильной в сложные моменты. Как ты служишь клеем для моего сердца, души и тела.   — Женечка...   — Это все ты. Ты — это миллион частей, миллиард эмоций. Я не могу выбрать, кого я люблю больше: уверенного мужчину, который выходит на сцену и показывает свои культовые программы, или мужчину, который приезжает с катка и играет с нашими детьми в самые детские игры. Я люблю тебя таким, какой ты есть. Идеального своей неидеальностью.   Я держу её в своих объятиях и понимаю, что сейчас в моих руках есть всё, о чём я когда-либо боялся мечтать. У меня есть главное, о чём мы оба шептали одинокими ночами. У меня есть любовь и семья.   И о них мне не стыдно говорить громких слов.  Я не стыжусь появляться рядом с ними. Мне хочется на весь мир кричать о своей любви к ней. И держать в секрете ото всех на планете.  Я ношу на руках наших улыбчивых детей. Я целую на ночь самую красивую женщину. Я живу эту жизнь такой, какая она есть: Сложная, неидеальная и такая моя.