Запах черной смородины.

Мари посмотрела на него с возмущением и попыталась вырваться, но Нуар сильнее. - Ну что, Маринетт… — Он приподнял ее подбородок, чтобы унести ее в страстный поцелуй, но решил немного подождать. Так сказать момент не элегантен. - Кот… — Простонала она и еще сильнее прижалась к стене лопатками. Парень взял девушку за ягодицы, и она подняла ногу, чтобы ухватиться за его торс. Говорить или нет? Парень наклонился еще ближе. Меньше секунды и они поцелуются. Впервые. Темноволосая и Нуар. Внутренний голос говорил девочке признаться в ее чувствах и наконец быть вместе. Мозг это отрицал. А бабочки, порхающие в животе, только больше желали мальчика в латексе. Вдруг он резко отошел, и облокотившись на решетку, засмеялся. - Я так и думал. Он снова рассмеялся, только на этот раз ломая сердце милой даме. Также, как она сломала ему в тот вечер. - Ты такая легкодоступная… Тебя даже взять не хочется. Ты простая. Стала простой. Его глаза блеснули той злостью, которую Мари никогда не видела раньше. Впервые она видит его в таком состоянии. - Вот знаешь, ты похожа на проституток из клуба. Такие, которые виснут на тебе, лишь бы потрахаться. Он потрогал рукой оградку, параллельно смотря на нее. - Ты стала простой и неинтересной. Девушка склонила голову вниз и смотрела на свои ноги. А ведь в каком-то смысле он говорил правду. По щекам покатились слезы. Парень обомлел. Конечно он знал, что доведет ее до слез. Это было понятно еще с первого смешка в сторону девушки. - Че нюни распустила. Ты же сильная! Или я на больное надавил? Он все больнее и больнее говорил ей слова. - Да. Ты прав. Уходи. Она вытерла слезы с лица. - Уйди. Пожалуйста. Адриан стоял и просто смотрел, как она умоляет его. Он знал, что если он уйдет, то все будет еще хуже. Она ведь что-нибудь с собой сделает. Пойдет и отдастся первому встречному. Этого он точно не хотел. Парень сделал шаг и к ней навстречу. Мари вжалась в стену вновь. - Не подходи. Удар. - Уйди! Не трогай меня! Еще один. - Ты ужасен Кот! Какой ты герой, если можешь обидеть девушку? Разбила. Он протянул руку, чтобы взять ее лицо, но она резко отошла в сторону. - Уходи. Прошу тебя. Она посмотрела на него мокрыми глазами. Теперь он понял, что совершил ошибку. Злость взяла над ним контроль, и парень уже не знал, что говорит. - Я не уйду. Маринетт села на пол и взяла колени. - Почему ты такой? Агрест промолчал. - Почему я люблю тебя до сих пор?! Блондин улыбнулся и сел рядом. Она сказала это. Подняв взгляд, темноволосая увидела его довольное личико. - Тебя это смешит? Что смешного? Нуар, ты идиот! — Она пихнула его рукой. Кот резко обнял ее. С такой силой, кого никогда так не обнимал. Девушка была в шоке. Сначала он называет ее шалавой, а сейчас обнимает, причем до хруста костей. - Ты еще и странный. - Маринетт, я люблю тебя. Девочка подняла одну бровь и раскраснелась. - Точно странный. Руки потянулись, чтобы обнять блондина, но не успели. Адриан поцеловал ее. Теперь они оба чувствовали нотки любви в поцелуе. Их языки переплелись внутри. Мари почувствовала, как он улыбается уголками губ. Конечно, он был безгранично счастлив признанию. Теперь они могут быть вместе. Навсегда. Ночь. Время переваливает за 3 часа, но молодым не спится. Маринетт целует Кота в живот, снова приближаясь к главной точке. Они целовались. До того момента, пока губы не стало жечь. Значит пришло время к самому главному. К их первому сексу. Они должны попробовать друг друга. Мари стянула этот латексный костюм и прикоснулась к его члену. Парень неловко вздрогнул, что дало понять девушке: он возбужден сильнее, чем она думает. Первый минет в ее жизни. Еще неумелая Мари взяла половой орган в рот и спустилась вниз до самых гланд. Адриан покраснел и сжал рукой одеяло, выгнув спину. Такого прекрасного неумелого минета он никогда не получал. Девочка изредка касалась зубами, что придавало еще больше удовольствия. Боль скрывалась возбуждением с каждой минутой. Прошло немного времени и парень излился белой краской в ее рот. Маринетт закрыла глаза и проглотила все, что было. До последней капли. Взяв Мари за руки, он притянул ее к себе. Поцеловав в макушку, он сказал: - Ты восхитительная. И начал ее раздевать, чтобы продолжить начатое.