Глава 8
29 ноября 2019 г., 20:56
Жизнь Шинсо вошла в долгожданный поток. Она больше не казалась дорогой, где любая незначительная ямка окажется самым настоящим обрывом. Мальчик уже привык к среде, в которой оказался. К нагрузке быстро привыкаешь, а к тому подобию еды, что им дают — тоже, особенно если есть на неё и не смотреть. Окружающие не перестали смотреть на него как на ничтожество, но и к этому привыкаешь. Становится всё равно, ведь человек ко всему адаптируется.
Но время идёт, а все остаётся прежним. Шинсо так и остался одиночкой, и единственная, кто около него крутится, это Сойёко. И это было странно, потому что все вокруг были готовы поубивать друг друга. Однако существовали условные группы, или же банды, что хоть как-то помогали здешним сосуществовать, но Михару ни с кем особо не контактировала, лишь частенько крутилась около Шинсо. Некоторые моменты вызывали подозрение, но мальчик всё списывал на то, что девушка такой же изгой как и он сам.
На спаррингах его часто пытаются задеть побольнее, лишь строгий взгляд Иоши немного спасает. Он плюёт и выкидывает что-то про то, что нет смысла тратить силы на Хитоши, лучше игнорировать. Обычно все вокруг послушно отстают от мальчика, попутно соглашаясь с лидером о том, что им и так нет смысла опускаться ещё ниже. И хоть Иоши всё так же толкается и задирает Шинсо, от внимательных детских глаз не укрылось его замаскированная под очередное издевательство помощь. И следуя примеру Иоши, все оставшиеся в штабе тоже не горели желанием обращать внимание на мальчика. После победы над Томурой он приобрёл хорошую репутацию, потому за его действиями следили, наивно уверенные, что если повторять за ним, то добьёшься чего-то. Лишь очередное примитивное поведение и только.
Единственные, кто так и не привык к новичку-одиночке, это компания смазливого парня и его змееголовой подружки. Они оба с самого начала хотели поставить новичка на место, но постоянно что-то мешало. Потом тот проигрыш Шигараки, обострившийся конфликт с Иоши, что, вкусив власти, возомнил себя самым главным. Но этих двоих почему-то раздражал именно Шинсо. То, что он ходит слишком спокойный и ему ничего не нужно. Даже местные вдруг перестали замечать мальчишку, вспоминая о его существовании только на тренировках или если тот мешает. Как-никак, когда Шинсо только попал в это место, Кента приметил в нём лишь новую шестёрку, но тот отказался подчиняться принятым обычаям, раздражая одним своим видом. И он с Кураге намерен проучить Хитоши.
— Эй, мелкий, тебе кто-то из надзирателей передал, чтобы ты шёл на площадку для тренировок около моста, — с ухмылкой произнёс Кента, когда Шинсо заправлял свою койку.
— Зачем? — поинтересовался Хитоши, абсолютно не понимая, зачем вдруг он понадобился кому-то из надзирателей.
— Мне-то откуда знать? Мне приказали передать — я своё дело сделал. Если не веришь, то не иди, потом сам разбирайся, — аргумент был убедительным, всё же местные надзиратели жестоко наказывали, если кто-то не воспринимал их приказы всерьёз. Потому, как можно быстрее закончив со своими делами, мальчик направился в указанное место.
Оказавшись на заброшенной площадке около моста, Шинсо огляделся, но никого не заметил. Это было странно и настораживало. В голову мальчика сразу пришли мысли о том, что он пришел раньше времени или имелась в виду другая площадка. Перспектива лишиться ужина и получить очередные побои за то, что он невнимательный не была радужной. Но в тоже время его надзиратель мог попросту ещё не прийти. Потому Шинсо решил подождать. Но не прошло и нескольких минут, как на горизонте показалась кучка людей, которые явно направлялись к нему. Это был Кента с Кураге и своей шайкой. Они ухмылялись и смело шли прямо к мальчику.
Шинсо сразу же сложил все события в одну картину и понял, что его обманули и таким образом заманили в ловушку. Хотя и существовало правило не убивать друг друга, злодеи его легко обходили. Если убить за пределами казарм и так, чтобы никто об этом не болтал, то никто из надзирателей тебя даже пальцем не тронет, если, конечно, факт убийства не будет слишком очевиден. Это правило существует для порядка, но на самом деле, чтобы будущие злодеи умели заметать следы. К тому же Шинсо должен был почувствовать подвох, когда Кента лично передал послание. Он не любил Хитоши и скорее всего просто проигнорировал приказ, тем самым обрекая мальчика на наказание.
— Зачем ты устроил это? — первым спросил Шинсо, как только Кента со своей шайкой оказались перед ним.
— Я всего лишь хочу объяснить тебе, как устроено наше место. Ты тут уже достаточное время, но так и не усвоил основные законы, — самодовольно произнёс блондин.
— Местные правила я знаю, но не думаю, что они относятся к тебе. Ты лишился всех своих привилегий после того, как Шигараки их выбил из тебя, — ответив ухмылкой на ухмылку, произнёс Шинсо. Слова мальчика явно задели злодея, он тут же поменялся в лице и сжал зубы.
— Этот ублюдок Иоши лишь пользуется мимолётной славой от победы, но скоро она пройдёт. Скоро я поставлю его на место, а начну я с тебя. Если быть внимательней, то можно заметить, как этот ублюдок намеренно избегает тебя, а вместе с ним другие тоже. Один раз помог ему и тот подобрел. Он не злодей, а лишь хулиган, поэтому ему самое место быть на побегушках у настоящих злодеев.
— И под настоящим злодеем ты подразумеваешь себя? — спросил Шинсо, осматривая весь народ перед ним и пытаясь придумать план отступления.
— Конечно! Я настоящий злодей, я должен тут всем заправлять. Когда меня переведут в штаб лиги, то и там я быстро займу высокую позицию. Тебе не понять того, что некоторые родились, чтобы быть лидерами, — змееголовая девушка стояла рядом с блондином и явно закатывала глаза, привыкшая к самодовольным речам.
— Кента, не забывай, зачем мы сюда пришли, — осадила своего товарища Кураге. Змеи на её голове зашевелились, бледно-жёлтые глаза с вытянутым зрачком хищно смотрели прямо на Шинсо. — Нет смысла тут распинаться, мы же хотели прибить его.
—Да-да, я помню. В общем, я не собираюсь терять свою позицию и покажу, где место этого ублюдка!
— Это ваши разборки, я тут не причём.
— Мне просто надо с чего-то начать. У Иоши к тебе особое отношение, да ещё я видел, как Шигараки с тобой сюсюкается. Ты тут не просто так, наверняка кто-то из Лиги послал тебя сюда и это меня бесит. Когда я стану там главным, таких ничтожеств, как ты, там не будет.
— Задолбал речами. Если ты закончил, то можно его уже убить? — получив молчаливое согласие от блондина, Кураге кивнула остальным членам шайки. Это был зелёный свет для банды, и они сразу же направились к Шинсо. Сам же Хитоши был в панике, ведь одно дело спарринг один на один, а другое — целая толпа подростков, которые собираются избить его до смерти.
Пути отхода не было, единственное, что пришло в голову, это держать дистанцию. Поэтому Хитоши побежал к куче мусора в нескольких метрах от него. Когда он только пришёл, то приметил ржавую железную трубу, что могла сослужить неплохую службу в данной ситуации. Но даже сумев получить в руки оружие, шансы выпутаться из ситуации оставались мизерные.
Панически вспоминая приёмы других ребят с тренировок, Хитоши пытался бить трубой в самые болезненные места. Но это не спасло. Кто-то смог остановить очередной замах и вырвать железяку из слабой хватки. Следом кто-то в отместку ударил Хитоши по спине. Все позвонки одновременно хрустнули и мальчик упал на землю. Другой схватил его за волосы и приложил головой об землю.
— Эй, Кураге, у меня вопрос? — с трудом прохрипел Хитоши, захлебываясь кровью из разбитого носа. Змееголовая с интересом дёрнулась и вопросительно приподняла бровь.
— Ну чего тебе? — ответила девушка и застыла. Шинсо добился своей цели и растянул губы в кровавой улыбке.
— Помоги мне, — спокойно произнёс Шинсо.
Кураге сразу же направилась к куче злодеев, что столпились около мальчика, а её змеи приподнялись, показывая всем видом, что готовы к атаке. Первому, кто попытался поинтересоваться нормально ли всё, одна из змей впилась в глаз. Следующего смельчака она вырубила вручную. Девушка касалась всех подряд применяя причуду, и тут же на её жертву нападали змеи с её волос. Никто не понимал, что происходит, но тщетно пытались отбиться. Когда Кураге опустила на землю последнего злодея, её лицо, змеи на голове, всё остальное было в крови. И в этот момент она будто бы, наконец, глотнула воздуха, и её отпустило. Тут же непонимание сменилось гневом.
— Да как ты посмел использовать меня?! Я лично вырву тебе твой поганый язык! — девушка кинулась на мальчика, схватив его за шиворот. Змеи же кружили вокруг Хитоши. С такого ракурса она была вылитое чудовище из греческих мифов.
— Прибей этого ублюдка! Из-за него ты всех наших перебила! — со стороны скомандовал Кента.
— Смотри! — выкрикнул Шинсо.
— Что?! — снова ответила девушка и снова это чувство оцепенения.
— Отпусти меня, — змееголовая послушно выполнила приказ, и, не теряя времени, Шинсо продолжил, — убей его, — указывая пальцем на Кенту, приказал мальчик. Кураге послушно направилась в сторону парня.
— Эй, Кураге, ты чего творишь? Остановись! — кричал парень, но бесполезно. Девушка повалила парня и впилась в его лицо своими ногтями, расцарапывая его. Кента пытался спихнуть с себя девушку, но, брыкаясь, делал только больнее. Не выдержав, он сформировал вместо руки булаву с острыми шипами и ударил подругу по голове. Она тут же падает на землю. Когда Кента встаёт, его глаза сразу падают на кровь, что медленно вытекает из размозженного черепа. Змеи, вяло шевелясь, медленно отмирают, а в открытых глазах девушки уже нет жизни.
— Вот же проклятье, я убил её. Как жаль, она была такой полезной, — отдышавшись и встав на ноги, произнёс Кента. — Ты хоть представляешь как сложно найти себе полезную шестёрку? Чёрт, она мне лицо расцарапала! Всё из-за тебя, ублюдок! — парень сформировал вместо руки меч и уверенно направился в сторону Хитоши. Шинсо же быстро придумывал, как поступить дальше, чтобы выжить.
— Ты что, убить меня решил? — произнёс Хитоши, нагло смотря прямо в глаза Кенты.
— Я заставлю тебя страдать, — ответил парень и тут же застыл. То самое оцепенение, после которого Кураге начала нападать на всех. Шинсо же, поднявшись с земли и переступая через бездыханные тела, встал прямо перед злодеем. Вытерев рукавом кровь с лица и сплюнув то, что было во рту, мальчик направился к телам. Присев на корточки, Хитоши начал лазить по карманам в надежде найти что-нибудь полезное, ведь мёртвым уже всё равно.
— Ты так уверенно говорил про то, что поставишь всех на место, но даже не заметил в чём подвох моей причуды. Она бесполезна, но если такие как ты решат что-то сделать мне, то она помогает выжить, — обыскивая тела, начал говорить Хитоши, пока Кента застыл как статуя, однако при этом он мог слышать и видеть. — Мне плевать на местные правила и устои, у меня есть человек, ради которого я выживу любой ценой, — Шинсо закончил обыскивать карманы убитых и снова стоял перед злодеем, смотря ему прямо в глаза. — Я могу заставить тебя расцарапать себе лицо, пока ты не умрёшь от потери крови, приказать тебе задушить себя или воткнуть осколок стекла в живот. Я могу заставить тебя сделать всё, что я захочу, меня ограничивает лишь моя фантазия. Но я не буду этого делать, и знаешь почему? Потому что мне нужно то, что знаешь ты. Я тут ещё многого не знаю, ты же наоборот. Так что это ты станешь моей шестёркой.
Кента, застыв как статуя, стоял не в силах пошевелиться. Он мог только видеть и слышать. И он ясно видел перед собой не просто ребёнка, а настоящего монстра. Ему же на вид лет семь или восемь, а он без колебаний приказал Кураге убить всех его людей. Змееголовая даже пыталась убить его по чужому приказу. И сейчас, не в силах даже пошевелиться, смотря в глаза пугающего мальчишки, Кента понял, насколько он слаб. Так просто подчиниться ребёнку было стыдно и на подсознательном уровне так естественно.
— Отвечай, — приказал мальчик.
— Х…хорошо, — процедил сквозь зубы Кента, с неохотой осознавая, что проиграл.
— Тогда избавься от тел и, — Шинсо задумался, стоит ли оставлять его в живых, ведь с одной стороны ему нужна информация, так как он ещё многое не знает об этом месте и всех его дел, но с другой стороны нет гарантии, что он не выдаст его. Ведь за то, что ты нарушил правило и тем более попался, сразу убивают, — я просто хотел напомнить, что я сюда попал не просто так. Ты упомянул, что видел меня с Шигараки, так вот, он не просто так приходил. Изначально меня сюда послали из главного штаба Лиги. Рэй посчитал, что мне надо пройти подготовку здесь. Считай, что меня сюда отправили, чтобы научился делать всё самостоятельно, ведь в штабе я контактировал только с местными злодеями, Шигараки и Курогири, — Шинсо нагло врал, используя лишь ту информацию и имена, что запомнил с того мимолётного пребывания в штабе после того, как Рэй взял его с собой, — поэтому если ты всё ещё намерен в дальнейшем стать злодеем, то лучше тебе держать рот на замке. Ведь у меня слишком влиятельные друзья в Лиге, — по мере того, как Хитоши говорил, глаза Кенты расширялись. Он и подумать не мог, что люди, имена которых страшно говорить вслух, будут стоять за этим ребёнком. — Кивни, если понял, — Кента тут же закивал головой, — отлично, а теперь убери тут всё и ты свободен, — произнёс Шинсо и, собрав всё найденное добро, решил удалиться прочь.
А в это время за полуразвалившимся зданием стоял кто-то, кто приложил руку ко рту, чтобы ненароком не пискнуть. Когда Михару отправилась за Хитоши, прекрасно осознавая, что Кента просто так не стал бы выполнять приказ ради мальчика, он бы скорее подставил его, она не знала, что застанет подобное. Сначала она подумала, что Шинсо пришёл конец. Но когда мальчик приказал Кураге перебить всех, включая Кенту, из-за чего та в итоге умерла, Сойёко потеряла дар речи. Внимательно прислушиваясь и следя за событиями, она хищно улыбалась, обнажая свои клыки. Михару уже предвкушала то, что она сделает с этой информацией. Сколько раз она использовала зелёных новичков, чтобы выжить и тут ей попалась настолько необычная жертва.
Михару, с ловкостью кошки, сбежала с поля боя обратно в казармы. Её сердце бешено стучало о рёбра, кошачьи конечности сводило, а хвост пытался завязаться в узел. Где-то в груди разливалось жгучее тепло с томящими нотками. Сойёко зашла в зал и её взор тут же был устремлён на доску. Если убрать имена погибших в этой схватке, то её разделяет от красной зоны только этот ребенок. Имя пацана мозолило глаза, от чего та нервно заскрипела зубами. В её голове стали мелькать разные планы и стратегии, как лучше избавиться от Шинсо, чтобы самой быть в плюсе. Девушка прошла к койке и рухнула на неё спиной. В зале было не так много людей, многие разговаривал, другие читали книги, некоторые выполняли физические упражнения, а Михару строила козни.
***
Кента, как и приказал Хитоши, избавился от трупов. На заднем дворе он выкопал ямки в огороде и разместил в них части тел бывших товарищей. Парень собственными руками разрубал их на куски и кусал губы до крови, чтобы не зареветь. Какая же ужасная у них судьба. Бывший красавчик был весь в чужой крови, а запасной одежды у него не было и что делать он не знал. Кента сидел на коленях перед небольшой могилкой, куда поместил туловище и голову своей подруги, и пальцами сжимал свежеперекопанную землю, она попадала в ранки от царапин, под ногти. Слёзы скатывались по щекам прямо на «могилку», парень беззвучно рыдал. Тут на его плечо ложится маленькая рука и сжимает его плечо. Кента вздрагивает и медленно поворачивает голову назад, в голове бардак, а сердце замирает, с ужасом понимая, что это может быть кто угодно: от учителя до любого другого придурка, который суёт нос не в своё дело. Но ему повезло, это была всего лишь «крыса». Михару улыбалась парню, а в руках держала черный пакет. — Сочувствую твоему горю. Это одежда. От улик нужно избавляться, — девушка всё ещё держала в протянутой руке пакет, видимо, там была одежда на смену той, что он запачкал кровью. Кента молча берёт пакет, поднимаясь на ноги. — Зачем это? — удивлённо он вскидывает целой бровью и в тоже время видит, как эмоции на лице девушки меняются за секунду. От милого красивого личика теперь не осталось ничего, её перекорёжило от удивления и омерзения. Да, именно «омерзения», ведь теперь он урод. Его лицо, а точнее правая половина, была исцарапана ногтями его любимой, кожа была содрана до мяса, глаз кровоточил, поэтому он старался его не открывать, брови как таковой больше не было. На верхней губе остался шрам, от ноздри до подбородка. Кента скривил гневное лицо, смотря на девушку. — Если пришла поглазеть, то вали сразу же, тупица! — Нет, я пришла поговорить. Парень недоверчиво смотрел на неё, словно та была лисицей, что забрела в курятник. — Михару, я знаю о твоём прошлом и поверь, я не такой тупица, как те, кого ты использовала, чтобы выжить в этой дыре. Ты маньячка! Тебе ничто не стоит уничтожить человека, будь это герой или злодей! — Кента фыркнул, отмахиваясь от девушки. — Какой же ты тупица… — вздыхает та, спустя несколько минут молчания. — Я ведь хотела для тебя как лучше, а получается, что ты винишь меня в том, что ты убил своих друзей. Слова злодейки-гепарда ранят блондина в самое сердце. От её пронзительного взгляда волосы встают дыбом, а по коже пробегает холодок. Она словно хищник впилась зубами в свою добычу, явно не собираясь отпускать её. Сойёко улыбнулась, обнажая короткие клыки. Она бесшумно ступала по земле, приближаясь всё ближе к парню. — Этот Шинсо лишь помеха, как ты и говорил… Ему здесь не место, он лишь бельмо на глазу, мелкая сошка. Пофиг, что он «важная шишка», он для нас обуза, думаешь все захотят подстроиться под него? Ха! Глупее я в жизни не слышала! Ну так что? Ты поможешь мне? Или будешь слушаться сопляка? — девушка протягивает руку покоцанному блондину с пустым взглядом. Кента смотрит на девушку нечитаемым взглядом, но не в силах, он опустил голову вниз. — Прости. Слабые… подчиняются сильным, чтобы выжить… — прошептал он с дрожью в голосе, сжимая крепко зубы, так, что можно услышать скрежет. Кента поднялся на ноги, отряхнул колени от земли и его руки трансформировались в два молота. — Верное решение, — раздался хрипловатый голос за спиной Сойёко. Сердце замирает в груди и девушка вздыхает так, будто на неё сейчас должен был свалиться грузовик. Михару оборачивается и видит краем глаза взъерошенные фиолетовые волосы, торчащие во все стороны, и холодные фиалковые глаза. Он стоял в расслабленной позе, засунув руки в карманы серой формы. Время казалось таким долгим, особенно в молчании. И кто теперь из них троих жертва, а кто хищник? Девушка чувствует всем телом скопившееся напряжение между парнями, и оно давило тяжелым грузом прямо на неё, в такой ситуации даже лишний глоток воздуха было страшно сделать. — Кента… — наконец, произносит Хитоши, чуть наклонив голову в бок, так, чтобы он смог увидеть парня из-за кошки. — Только сразу не убивай её. Блондин коротко кивает и делает замах трансформированной рукой, точно в голову Михару. Резкая боль разноситься вниз от шеи через позвоночник к пяткам. Сначала становится холодно, а потом по телу разливается необычное тепло. В глазах темнело, а ноги стали ватными, и девушка рухнула на землю. Хитоши фыркнул, размахивая рукой перед лицом. — Столько пыли размела… Кента, тащи мусорный мешок, — блондин, прокашлявшись, поднимает на мальчика непонимающий взгляд. — Хоть она и не была моим союзником, но её нужно наказать, за то что хотела убить с помощью одного солдата другого, — Кента широко распахивает целый глаз, он хочет что-то сказать, но молчит, мало ли что. — Кота в мешке не утаишь… Хех… Тогда сделаем кое-что другое. Кента отходит ненадолго, но возвращается уже с плотным мешком из-под земли, запихивая туда девушку, и завязывает. — Что теперь? — блондин смотрит то на мешок, то на Шинсо и ему страшно представить, что сейчас творится в этой маленькой голове. Ребенок выглядит задумчивым, а в его голове действительно сейчас роем летели и гудели идеи, но ни одна не подходила: слишком примитивно или скучно, банально или неинтересно. Парень начинал злиться, но тут на его глаза попадается печь, в которой злодеи обычно сжигали отходы. На лице мальчишки расплывается зловещая улыбка, от которой у старшего бегут мурашки по спине. — Как же нехорошо мы поступаем… раскидали тут мусор, надо его сжечь, — Кента оглядывается и замечает печь, теперь ему ещё больше не комфортнее, но под горячую руку попадать не хотелось. Парень хватает мешок и волочит его по земле. Шинсо помогает открыть створку и разжечь огонь. Яркие языки пламени так и стремились вырваться из печки. Кента не боялся огня в этой железной коробке, он боялся дьявольских искр в аметистовых глазах. Он подхватывает мешок и закидывает его в печь, Шинсо тут же захлопывает створку и закрепляет её крючком, отходя на пару шагов назад. Кента смотрел на мальчика и видел перед собой демона. Ему ещё никогда не было так страшно. Он подошёл к нему и встал рядом, чуть сгорбившись. Чего этот монстр ждет? Не прошло и пяти минут, как по ту сторону дверцы раздались вопли и стуки о железо. Кента вздрагивает и, не удержавшись на ногах, падает на пятую точку. Он бледнеет, с ужасом смотря то на Шинсо, то на горящую печь. — Но… я думал, она мертва. Я… мы сожгли её заживо? — парень впивается в свои волосы пальцами и кидает полный ужаса взгляд на Хитоши, а тот лишь довольно улыбается, слушая крики драной кошки. — Хорошо горит, — прохрипел мальчик. За углом все это время стоял человек и наблюдал за этой картиной. На его лице играла улыбка, а красные глаза были прищурены. Томура был доволен своим маленьким подопечным, он видел его улыбку, видел с каким наслаждением он пользовался своей причудой, когда убивал других ребят. Тонкие пальцы нажимали на жёсткие кнопки в мобильнике, набирая короткое сообщение: «Он справился.» Шигараки встряхнул головой и довольный пошёл прочь под ласкающие слух крики подыхающей сучки.***
По залу разносились громкие хлопки и счёт. Мидория зашёл в ярко освещенный зал и увидел несколько девушек, что закинули ногу на турникет, прикованный к стенке, у зеркала, а рядом с ними стояла женщина. Она делала отсчёт и хлопала в ладоши. На ней надет необычный костюм. Чёрные лосины обтягивали стройные длинные ноги, на поясе была перевязана, на вид, тёплая серая кофта, из такого же материала, что и лосины, на ней надета водолазка без горла. Её волосы собраны в тугой пучок, а на глазах солнечные очки. Она даже не обратила внимания на мальчика и мужчину, что зашёл следом за ним, а вот ученицы напротив. — Маюра, не отвлекаться! Или хочешь снова отжиматься? — раздался тут же властный голос, от которого все девочки разом встрепенулись и отвернулись от Изуку. Их мышцы заметно напряжены, а одна из них вообще находилась на пределе. Девочка была русой, маленькой, намного меньше, чем другие, лет восьми, а те были лет двенадцати — тринадцати. Очередной хлопок, и она падает на пол. — Мариса! Мидория сам вздрагивает, когда слышит кончик плети. Нет, женщина не ударила девочку, она ударила плетью по полу. Мальчик заметил, как на глазах малышки собрались слёзы. А чего она ожидала? Сорвалась — значит не справилась, а за это должно последовать наказание. Мидория равнодушно смотрел на девушек, что продолжали стоять и даже головы не пошевелили, но на их лицах явно был страх. Женщина подошла ближе к русой девчушке, дернула её за руку, чтобы та поднялась, и громко произнесла: — Тридцать отжиманий и без халтуры, замечу, что остановилась, добавлю ещё десять! — женщина развернулась и только сейчас заметила гостей. — Шигараки-сан, какая встреча. — она убрала плеть в карман толстовки и грациозной уверенной походкой подошла к мужчине и протянула руку. — Миледи, — отец Мидории взял руку женщины и коснулся её бархатистой кожи губами. — Спасибо, что согласились обучать моего сына. — А что мне оставалось? — усмехается балерина, пожимая плечами и разводя руки в стороны. — Твой крысёныш позвонил мне и заявил, что я должна обучать твоего сына, пока он разбирается с проблемами в Японии. А с какой стати у тебя появился сын? — Всё ещё сердишься на Рэя? — игнорируя щекочущий вопрос, произнёс с ухмылкой Все За Одного. Женщина недовольно морщит носик и вздёргивает его вверх, поднимая голову. — Это не твое дело, — прошипела она, словно змея. — Но полно, вы ведь пришли сюда не этого крысёныша обсуждать? Где твой пацан? — когда взрослый отошел в сторону, он открыл обзор для Мидории. Теперь мальчик мог рассмотреть женщину в полной красе. Она действительно красива: высокая, стройная, с нежной и слегка бледноватой кожей. Её губы вытянулись в тонкую линию, на лице красовался аккуратный носик. Наманикюренные ноготки отбивали ритм на предплечье, пока она поправляла другой рукой строгие солнечные очки. Почему она их носит? Может, из-за освещения? Ведь когда мальчик первый раз зашёл в зеркальный зал, то чуть не ослеп. Женщина протянула руку к мальчику, но тот на автомате отстранился. Женщина молчала, поняв, что к ребёнку ей не прикоснуться, поэтому она обошла его со всех сторон. — Почему я? — произнесла она после долгого молчания, обращаясь к мужчине. Мидория поднял одну бровь. — Юрио, ты лучшая из лучших, к тому же, тренировала когда-то одну из моих помощниц, а теперь она секретный агент в Германии, — спокойно произнёс Все За Одного и положил руку на плечо мальчика. Балерина заметила, что темноволосый даже не вздрогнул от прикосновения, а от неё он прямо-таки отшатнулся. Она нахмурилась, просчитывая все в своей голове. — Что ж… — она развернулась к девушкам, которые все еще стояли в позе. — Mon chéri, — она хлопнула в ладоши, и девочки убрали ноги с турникета, встав в шестую позицию. — Я возьму твоего мальца в ученики, но предупреждаю, — теперь она, не сгибая коленей, наклонилась к мальчику и посмотрела ему в лицо, — будет очень тяжело. — Я буду стараться, — Мидория опустил руки по швам и поклонился очень низко, так он показывал своё уважение. Взрослые синхронно хмыкнули, но Юрио подняла его голову, нажав наманикюренным пальцем на подбородок: — На моих уроках, ты будешь кланяться так, как я это тебе скажу, — на её губах появилась усмешка садиста, от чего Мидории вдруг стало не по себе. — Шигараки, вы можете идти, мальчишкой я займусь лично. — Как скажешь Курокава. Изуку, я ушёл, удачи, — мужчина покинул зал, хлопнув дверью. Юрио Курокава… Кто же эта женщина? Мидория поднял изумрудные глаза на наставницу и стал сканировать её. Где же он мог слышать это имя? Перед глазами стали проскальзывать буквы, предложения, статьи, они пролистывались сверху вниз, как водопад. И тут в одной из статей высвечивается знакомое имя: «Юрио Курокава» — известная балерина, занявшая первое место в золотом кубке среди юниоров, позже она завоевала ещё несколько золотых медалей, танцевала на большой сцене в Америке, Франции и России, получила пост примы и уехала преподавать для юных учеников, у кого, разумеется, были больше деньги, но чаще всего юные дарования не выдерживали её тренировок. Но одна ученица выпустилась из её академии. Похоже, о ней говорил отец. Значит прима. Хорошо. Изуку продолжил её изучать. Настоящая леди. Строгая, статная, гордая. Да, для наставницы то, что нужно. Но вот причуда… О ней Изуку ничего не выяснил. Возможно, она беспричудна, как его дядя… Кстати, о Рэе. У них явно что-то произошло. Что именно — не ясно. Курокава смотрела на своего нового подопечного сверху вниз. Сейчас перед ней стоит лишь бесформенный кусок чего-то неизвестного и её задача придать этому форму, добавить неповторимых деталей. Мальчика оставили на её полное распоряжение, так что она даже не рассматривала мысли о пощаде. К ней, как к известной в своих кругах женщине, приводили богатеньких отпрысков в надежде сделать из них достойных людей. Но избалованные и испорченные дети не выдерживали и малой доли дисциплины, которой обучала Курокава. Но в данном случае ей нет нужды ограничивать себя, ей даже льстила мысль, что Его сын будет воспитан ею. Юрио не хочет, чтобы пацан, пойдя по стопам отца, вёл себя недостойно её школы. Женщина смотрела не только на неогранённый алмаз, но и на испуганного ребёнка, которому самое место где-нибудь около телевизоров, где он бы безвозвратно деградировал. Но в тоже время в глазах мальчика проскальзывало нечто, за что Курокава могла ухватиться. Как говорится — гены пальцем не раздавишь, и у этого мальчишки величие должно быть в крови. — С этого момента называй меня мисс Курокава. Я выделю тебе комнату в моём доме, если будут вопросы, то обращайся к прислуге. Если что-то понадобится, то также обращайся к прислуге. Я не люблю, когда меня тревожат по пустякам, — Курокава строго смотрела на ребёнка, что от страха даже не знал куда деть глаза. Женщина протянула деревянную указку, что держала в руке, и, приподняв подбородок Изуку, заставила того смотреть на неё. — Когда с тобой говорят, ты должен смотреть в глаза. Когда ты избегаешь взгляда, то только показываешь свою слабость, — женщина немного постояла, смотря прямо в зрачки ребёнка, что тщетно пытался не отводить взгляд. — Мне предстоит тяжелая работа. Завтрак в семь часов, обед в час, ужин в семь. Если опоздаешь или провинишься, то останешься без еды. Одежду тебе принесут в комнату. — Что с моей одеждой не та… Ай! — Изуку резко закричал, поэтому Юрио резко ударила мальчика своей указкой. — За что? — Прежде чем говорить, сначала спроси разрешение или дождись, пока я закончу и позволю тебе сказать. Сомневаюсь, что твой отец или его прихвостни занимались твоим воспитанием, так что я научу тебя всему, что должен знать каждый уважающий себе человек, — Курокава замолчала, надменно смотря на Изуку. Он же потирал ушибленное место, по опыту понимая, что там останется синяк. — Можно спросить, а зачем мне дру… Ай! — Курокава снова ударила ребенка указкой. — Что опять не так? — Где твои манеры, крысёныш? Ты должен обращаться соответственно. — Мисс Курокава, можно спросить, зачем мне другая одежда? — Изуку зажмурился, готовясь к боли, но её не последовала. Курокава всё также держала свою указку в руках и удовлетворённо смотрела на ребёнка, что усвоил её маленький урок. — Я не позволю, чтобы перед моими глазами ходили в этих тряпках. Отныне ты будешь одеваться как положено и содержать свой внешний вид в порядке, за отклонение от нормы будет следовать наказание. Ты должен привыкнуть держать свой внешний вид в порядке. Также тебе будут еженедельно выдаваться материал, который ты должен изучить и безупречно знать. Я лично буду проверять твои знания. Помимо этого ты будешь заниматься танцами в моей группе, фехтованием, а так же тебя надо привести в достойную физическую форму. Единственное, чему тебя никто не будет обучать, это поведение. Ты обязан знать, как себя вести и говорить. Я люблю, когда молодые люди образованны и ведут себя достойно. У тебя будет окно в четверг и в субботу после обеда перед занятиями по фехтованию, так что с умом распорядись личным временем. Ты всё понял? — Да, мисс Курокава.
