Ястребиные хроники

      Невыносимо сильно ныла шея. «Старею, что ли?» — первым делом подумала Тоуки, вслепую шаря руками по одеялу. Интуиция и настырный звук рингтона подсказывали, что звонкоголосый нарушитель режима сна находился где-то рядом.       Первая попытка с треском провалилась, и девушке, сонно нахмурившись, пришлось открыть глаза. На кровати царил полномасштабный бардак. Другими словами тонну тетрадей, единичных печатных листов, ручек, карандашей и цветовыделителей назвать не получалось.       Телефон нашелся под завалами конспектов с лекций философии медиа и вопросам к экзамену по праву массовой коммуникации. Тоуки приняла вызов и рухнула обратно на подушку, чувствуя, как седьмой позвонок изъявил особенно сильное желание рассыпаться в пыль.       — С днем рождения, неповоротливая ты лошадь! — торжественно прокричал таинственный абонент ей в ухо подозрительно знакомым голосом.       С днем рождения? Тоуки моргнула, отвлекаясь от созерцания потолка, на котором узорчато извивались тени от занавесок.       Точно. Она ведь сегодня реально стареет.       — Спасибо, — прошептала Сузуме, постепенно отходя ото сна. — Как ты думаешь, какой час, Аой?       — Семь сорок пять в большом городе, шеф, — с готовностью отозвалась Кацуя, и, судя по искаженной телефонной связи, зевнула. — Пора скатываться с кровати колбаской и вершить великие дела.       Ребята обусловились, что рейд на квартиру Тоуки начнется в девять. То есть, еще около получаса она могла спать. Девушка закрыла глаза, плотно сжала зубы и насупилась.       — Ты меня ненавидишь.       — Отнюдь, — запротестовала Аой. — Очень сильно люблю, поэтому и звоню, чтобы поздравить первой.       — Мне придется тебя разочаровать, — ехидно хмыкнула Тоуки.       Кацуя замолчала, но ненадолго.       — Кенкичи-сан?       — Он самый, — девушка приподнялась, разминая затекшую шею.       Она начинала вспоминать. Отец позвонил, едва часы пробили полночь, и битых двадцать минут поздравлял с наступившим праздником. Кенкичи всегда был в этом плане излишне эмоциональным, но к тому времени у Тоуки за спиной топтался целый вечер, проведенный за учебниками, и после поздравления усталость окончательно сморила ее.       Оставив высыпаться в окружении вагона и маленькой тележки незаконченных дел.       — Ну конечно, — пробурчала Аой. — Да чтобы Сузуме Кенкичи свою-то ласточку забыл поздравить.       С губ Тоуки сорвался смешок. Вряд ли Кацуя действительно расстроилась, а вот манеру разговора Кенкичи она скопировала замечательно, не подкопаешься.       Девушка прочистила горло и, будто бы подыгрывая, ответила голосом отца:       — Ну я же его ласточка.       — Ага. По фамилии ты воробей, по телосложению страус, а смеешься не хуже альбатроса. Мечта орнитолога.       — Думаю, поэтому Миэ-сама и не уточняла, какая я Птица.       Теперь они обе засмеялись в голос. Волшебное чувство — Тоуки сразу вспомнились тренировки в Сидзуоке. После отбоя они вдвоем выбирались на улицу и, оккупируя скамейку на заднем дворе, пересказывали друг другу самые забавные моменты дня. В тринадцать лет Сузуме расцветала как бунтарь и полный профан в использовании собственной причуды — голосовые связки не слушались и брали октаву то выше, то ниже.       Сердце защемило. Тоуки перевернулась на бок.       — Как твоя смена? Опять яблоку негде упасть?       Аой засопела в трубку. Уже полтора месяца она работала в круглосуточном комбини, и благодаря этому магазину количество фантастических историй в ее жизни начало расти в геометрической прогрессии.       — Пришел сегодня в четвертом часу утра парень. Таскался по всему залу из угла в угол, таскался… Раз мимо меня пройдет, второй, третий… Клянусь, у меня, видимо, глаз дергаться начал, только поэтому ко мне и подошел. Мнется весь, глаза бегают. Подходит и говорит: «Девушка, а где у вас принтеры?»       — А ты что?       — А я на ногах почти сутки. В университете грузят так, словно я докторскую защитила. И соседи сверху ремонт затеяли — сверлят так, что слышит весь дом. Не выспалась ни черта, скоро все запасы кофе в магазине вылакаю. Ну вот я его и не расслышала.       — И?       — Что «и»? Я думала он из тех… Ох, ну зачем в круглосуточные магазины среди ночи бегают? Взяла и отвела его к полкам с презервативами.       Сколько Сузуме ее помнила, Аой постоянно строила из себя полнейшую невозмутимость. Но ошибки свои признавала тяжело, а когда ее тыкали в них носом, то смущалась так, что на лице можно было жарить мясо.       Тоуки прикусила край подушки, но истеричный смех все равно взял верх. Подавленное хихиканье Кацуя не оценила.       — Ну давай-давай, смейся. Смейся над бедным человеком, который учится, работает и лечит великовозрастного ребенка! Я всегда знала, что вам с Кэмом лишь надо мной поржать!       — О, ты и ему рассказала?       — На свою голову. У этого комика температура второй день держится, не ест, не спит, но поугарать он готов всегда!       Сузуме представила энергичную жестикуляцию подруги и окончательно расстроилась.       — Это все потому, что ты не приехала в Токио и оставила меня в такой день одну. Карма мстит, Ао.       — Ты на жалость тут не дави, а. Мы ведь обо всем договорились, так что давай без очернения моей белоснежной ауры.       То, что договорились, это верно. Но желание обнять эту вспыльчивую заразу никуда не пропало.       — К тому же… Ты там вообще в край обнаглела, Тоу? Санго мне рассказал, какой у вас бизнес-план на сегодня назначен. Слушай мой приказ, рядовой: нос выше и развлекаться на полную катушку, пока я буду отсыпаться, понятно?       Она разговаривала с Санго? Интересно.       — Боюсь, с развлекаться возникнут проблемы.       — С чего бы?       — Да я с этим чартом из дома выходить не особо хочу, если честно.       — Прошла почти неделя. Не сочти за грубость, но сейчас о тебе никто не вспомнит.       Кацуя обладала невообразимым даром: с помощью какой-то черной магии она умудрялась отгонять от себя фанаток на километры вперед. За все их совместные прогулки к Сузуме ни разу никто не подходил. Ни разу.       Аой говорила, это из-за того, что у нее лицо страшное. «У тебя просто на лбу написано, что ты ноги переломаешь любому, кто посмеет обидеть Тоуки-чан», — уверял ее Кэм.       Но так складывалось рядом с Кацуей. Без нее картина зачастую выходила куда плачевнее.       — Знаешь, а я уже пожалела, что не приехала, — призналась Аой. — Из Осаки чувствую, как кому-то не хватает целебного подзатыльника.       — Вообще-то мне не хватает тебя, — кисло хмыкнула Сузуме.       — А теперь я хочу напомнить кое о чем. Так что слушай внимательно, повторять больше не буду.       Она выдержала драматичную паузу. Тоуки показалось, как за дверью, ведущей из комнаты, что-то зашумело.       — Ты создана для этого. Для назойливых папарацци, которые мешают спокойно ехать на учебу. Для психованных фанаток, которые готовы разорвать тебя на британский флаг за сам факт твоего существования. Для желтой прессы, которая не устает каждый день придумывать новый бред, связанный с твоим именем. Нет, так-то ты создана и для многого другого: носить широкие ремни на талии, объедаться пончиками после восьми вечера, распивать вермут со льдом в шикарном бассейне на последнем этаже небоскреба. Отрываться с друзьями в караоке-баре, орать во все горло ту дурацкую майскую песню, которая тебе нравится, танцевать на столах из эпоксидной смолы, потому что вес, черт возьми, позволяет. Создана жить прямо здесь и сейчас, не думая о последствиях. И плюя на то, что подумают фанаты или он сам.       — Слишком много у меня… привилегий.       — Это только часть. Например, еще ты создана для того, чтобы написать о себе книгу. Так ее и назовем — «Я была создана для того, чтобы завалить Ястреба в рабу-хотэру на третью нашу встречу».       — На четвертую. И его пиар-агент убьет меня за такую книгу.       — Возвращаемся к первому пункту: тебе должно быть плевать на реакцию. Особенно на реакцию агентов. Ты своим внукам будешь рассказывать эту историю, а они — сидеть с открытым ртами и истекать слюнками, потому что их бабушка в молодости так отжигала. Слышишь меня? Ты была рождена для того, чтобы превзойти по крутости Кохану-сан!       «Вот это точно вряд ли», — подумала про себя Тоуки, но улыбку сдержать не смогла. За стенкой опять раздался шум, и Сузуме вздрогнула.       — Я люблю тебя, Ао, — сказала она, начиная терять нить разговора.       — А еще ты меня бесишь. Так что быстро встала, намотала сопли на кулак и начала приводить себя в порядок, потому что сегодня ты снова идешь взрывать Интернет! А на следующей неделе приеду я, и потащу тебя на второй заход. Пройдемся по списку: пошумим в «Лафорет», обанкротимся в той кофейне с потрясающими булочками, а остаток ночи будем шататься по Голден Гай. Под утро заявимся к твоим родителям, получим нагоняй по самые гланды, а потом завалимся спать на весь день. О, знаешь, я хотела заскочить в Сидзуоку и выдуть хотя бы бутылку кампари на спортивной базе. Ночью!       Тоуки прервала ее мечты неожиданно притихшим голосом:       — В моей квартире кто-то есть.       Видимо, на эмоциях Аой откусила себе язык, потому что бурлящий словесный поток резко остановился, а тишина повисла чуть ли не звенящая.       — Ты меня так… Не пугай меня.       — В гостиной кто-то шумит, — шикнула Тоуки в динамик. — И уже долго.       Сузуме дрожащими руками убрала конспекты в сторону и свесила ноги с кровати. Под тканью домашней футболки побежали мурашки.       — Ты там что, дверь не заперла, идиотка?.. — спокойно спросила Кацуя. Но от Тоуки не укрылось, как в интонации скользнули нотки паники.       Она как раз старательно вспоминала тот момент.       — В том-то и дело, что закрыла. На два оборота. И ключ с собой забрала, — с абсолютной уверенностью заявила девушка.       — Поздравляю, к тебе залезли через окно!       — На седьмой-то этаж?       — Уважаемая, ты больше года крутила хвосты с парнем, у которого размах крыльев шесть гребаных метров!       Ее правда. Тоуки поджала губы так, что от них отлила вся кровь.       А если кто-то из злодеев?       Нет. Нет, это совершенно исключено. Канеко-сан мастер своего дела, да и в юридическом отделе агентства Ястреба работают настоящие профессионалы. Ее адрес никак не мог просочиться в народные массы, разве только… Черт, за ней что, установили слежку?!       Сейчас о тебе никто не вспомнит, да, Аой?       — Сузуме, что бы ты там ни придумала, не смей сбрасывать тру…       Договорить она не успела, потому что девушка завершила вызов и набрала 119.       Кенкичи работал в участке двадцать пять лет. Тоуки всю жизнь пробыла дочерью полицейского, и этот маленький аспект оставил след на ее воспитании. Первое правило экстренных ситуаций — звони в специальные службы. Второе — рви когти в туман так быстро, чтобы пятки сверкали.       Только вот бежать из комнаты получалось только через злополучную гостиную.       «Время смерти — восемь утра воскресенья. Погибла в возрасте двадцати двух лет в день своего рождения», — прозвучал у Сузуме в голове голос, подозрительно похожий на Мору Айлс. Никогда Тоуки не жалела, что так и не уговорила отца выбить ей разрешение на персональный пистолет, как сейчас.       Бесшумно встав с постели, девушка подхватила стоявшую на полке статуэтку. Фарфоровая кошка Манеки-нэко, сувенир, приобретенный во время поездки в Иватэ. У Шио дома стояла точно такая же.       Не выпуская телефон из рук, Сузуме поудобнее перехватила фигурку и как бы взвесила ее в воздухе. Ничего. Гимнастика дала ей хорошую физическую форму, а в курсе самообороны Кенкичи все-таки не отказал. На свой тяжелый хук с левой Тоуки жаловаться не приходилось.       Сердце гулко забилось под самой шеей, каждая мышца в теле натянулась как струна. Затаив дыхание, девушка припала к двери и прислушалась.       Она ни за что бы не подумала, что хорошая звукоизоляция сыграет с ней такую злую шутку. Судя по приглушенным шумам, незваный гость пришел не один. Тоуки напряженно сглотнула слюну.       А не лучше ли остаться здесь? Раз не прошли в комнату раньше, то, кто знает, возможно, удовлетворятся и ограбленной кухней. Даже завались они сюда под конец, у Сузуме останется преимущество неожиданной атаки. А пока преступники будут приходить в себя, можно вырваться на улицу.       В спортивных шортах. В ноябре.       К черту. В любом случае она успеет нажать кнопку вызова и прокричать адрес. А ожидание неизбежного и неизвестного ее стопроцентно убьет. «Лишь бы не сильные причуды, — напоследок взмолилась она, медленно приоткрывая дверь. — И без оружия, пожалуйста».       — Стоять! — мощно рявкнула она голосом, застрявшим по воображаемой шкале где-то между Всемогущим и доблестным премьер-министром. — Без резких движений!       После этого произошло много важных моментов, которые неподготовленный зритель при всем стремлении запомнить бы не сумел.       Пугливая Шио, державшая наготове бумажный скотч, пронзительно запищала, подпрыгнув на месте. Оторопелый от внезапно сработавшей двойной сигнализации Санго вскинулся и выпустил из рук гирлянду-растяжку. Рыжая челка упала ему на глаза, лишив возможности здраво оценить сложившийся кошмар. В завершение всего Исаму, который вообще стоял в стороне от вечных выдумщиков, из-за экстренности ситуации едва не сбросил несколько плоских коробок пиццы на пол.       Тоуки смотрела на ребят как на возникших из воздуха рождественских гномов, а именно — широко распахнув глаза и ошалело хватая ртом воздух.       Первым, скорее по традиции, отрезвел Санго. Сдув с лица волосы, он лаконично поднес кулак ко рту и откашлялся.       — Ну… Это… Типа с днем рождения тебя, Птица.       Комнату взорвал звон бьющегося фарфора. А за ним раздался и истеричный раскатистый хохот. Тоуки потребовалось около десяти секунд, чтобы понять, что он принадлежал ей.              @sssakurai: С днем рождения мою самую лучшую подружку!       Раньше я думала, что длинные поздравления это скучно и по-стариковски. Ведь мы, новое поколение, привыкли общаться короткими фразами и одним кликом. Но так было до того, как я встретила тебя. Теперь я знаю, что есть люди, все чудеса которых не описать парой слов.       Без тебя не было бы и половины моих приключений. Ты — самая главная выдумщица, самая веселая, самая лучшая, самая чудесная и просто самая самая! Завтракать в пять вечера яцухаси и зеленым чаем? Валяться в постели тридцать шесть часов, устроив сериальный марафон? Уезжать в совершенно неожиданное путешествие, имея при себе всего лишь пятьсот йен в сумке? Это все ты. Ты показала мне, как широк и прекрасен наш мир, как многое упускают люди, как нужно по-настоящему жить!       Я люблю тебя. И желаю, чтобы ты всегда оставалась такой же веселой и потрясающей. Чтобы все в твоей жизни складывалось, чтобы не было больше грусти и печалей, чтобы все обидчики локти кусали от зависти! Знаешь, почему? Потому что ты лучшая, Тоу-чан.              @beastoftheforrest: Ты похожа на солнце. Яркое и теплое, освещающее все на своем пути. Но ты не сказочное солнце, а настоящее. То самое, вокруг которого издавна вращается наша планета. Если кто-то попытается напасть на тебя или твоих близких, ты его испепелишь. И я всегда уважал это.       Сила, совмещенная с нежностью. Мужество и женственность. Красота не только тела, но и души. Всех словарей мира не хватит, чтобы сказать, как я рад, что жизнь свела нас. Ты необычная, Тоуки. И так считаю не один я. Поверь, мне действительно жаль людей, которые привыкли тебя оскорблять. Зависть и злость застилают им глаза так сильно, что они добровольно тратят время на негатив вместо того, чтобы заняться своим счастьем. Странные, да?       Продолжай озарять каждый свой день и дальше. А вместе с собой и жизни тех, кто оказывается рядом. С днем рождения.              @therealsango: Я не такой красноречивый, как ты. Так что простишь меня за кривое поздравление, окей?       Птица. Клянусь всем, что у меня есть, ты самая невероятная девчонка в моей жизни. Я понял это, впервые тебя увидев, и убедился, едва услышав твое имя. Но тогда я даже представить себе не мог, что ждало меня впереди. Конечно, порой ты ведешь себя просто ужасно. Творишь всякую ерунду, играешь на нервах других, ломаешь королеву драмы так, что зубы сводит. Но разве не все мы смертны?       Например, никто кроме тебя не был готов съехать в первый же день из номера, который оплатил на неделю вперед, просто потому что у меня заболела сестра. Друзья, знаешь, познаются в беде. И спустя почти четыре года я могу с уверенностью сказать: Птица, ты не только классная девчонка, но и четкий пацан. А для своих братанов я хочу исключительно всего самого лучшего.       Чтобы после универа тебя с руками забрали в какую-нибудь потрясную редакцию, где ты могла бы спокойно в свое удовольствие писать статьи. Чтобы твоя семья была здорова и жила так долго, как никто и вообразить не мог. Чтобы никакая больше падла не посмела и слова плохого в твою сторону сказать. Потому что у меня уже закончились цензурные выражения, которыми можно было бы описать твою крутость.       С днем рождения, мать. И помни, что, вопреки всему, я всегда буду рядом. Ведь ты на моем месте поступишь точно так же.              @green.arrow: Долго думала, стоит ли вообще это писать. По сути же все самое главное я сказала тебе лично. Нужно ли распинаться и здесь? Так думала я, пока не нашла пару наших общих фото из Сидзуоки. Помнишь? Это твой четырнадцатый день рождения, на который никто из родственников не смог приехать. Мы тогда всей базой скинулись, упросили Миэ-сенсей освободить зал на час и поздравляли тебя. А ты жутко бесилась и постоянно повторяла, что за такие калории никого на соревнования не выпустят.       Ты всегда была такой. Думала о других больше, чем о самой себе. Поэтому позволь себе сегодня расслабиться и, как я уже говорила, оторвись на полную катушку.       С праздником, Тоу. Люблю тебя, невыносимая ты истеричка.              Шио сбегала за щеткой и совком так быстро, что никто из присутствующих не успел это заметить. Собрав отдельно крупные осколки, она сочувственно осмотрела кусок кошачьей лапы и положила Тоуки руку на плечо.       — Ничего, мы тебе новую купим, — заверила она подругу, но сразу же изменилась в лице. — Ох, да почему же ты в последнее время все разбиваешь?!       Просмеявшаяся Сузуме никак не могла привести дыхание в норму, поэтому только неопределенно качнула головой. Санго, стоявший напротив нее, протянул руку к телефону девушки и, мельком глянув на дисплей, неодобрительно цокнул языком.       — Птица, сколько можно грозиться сдать нас властям? Я помню, что у тебя связи и тому подобное, но хватит уже козырять этим направо и налево.       Натянувшаяся нить горячего раздражения вывела ее из состояния транса.       — Ч… Что? — в гневе взвизгнула она, поджав плечи. — Вы… Вы… Да вы пробрались в мой дом! Мы договаривались на девять часов, откуда мне было знать, что это тут вы шумите? И какого черта вы тут вообще забыли?!       Санго скривился, и Тоуки точно кинулась бы на него с кулаками, если бы не почувствовала, как кто-то мягко коснулся ее спины.       — Прости, что напугали. Но иначе это не было бы сюрпризом, — объяснил Исаму, указав рукой на украшенную стену, которую Сузуме до этого упорно игнорировала.       Сначала она не поняла, что это. А потом осознание хлынуло снежной лавиной, и девушка в удивлении открыла рот. И, наплевав на теоретические остатки фарфоровой крошки, босыми ногами прошлепала ближе.       — Это же…       Фотографии. Серия красочных глянцевых снимков, которые причудливо расположились в подобии числа «22». Их, кстати, и насчиталось двадцать два. И на любом можно было отыскать Тоуки: по пять фотографий с каждым из «братства», пять общих и еще два исключительно с ней.       История в подробностях. Некоторые фото с Исаму были родом из далеких школьных дней, общие снимки напоминали об их общих путешествиях. Личные портреты девушки тоже застали две эпохи: с длинными волосами и последняя публикация из профиля. С медалью и футболкой из фирменного мерча Старателя.       Надеясь сдержать накатившие чувства, Тоуки зажала рот рукой.       — А ключи мне достались от Кацуи, — хмыкнул Санго. — Для инспекций. Но ты уж не рассказывай, что я их в личных целях использую.       Он приблизился к подруге с правой стороны, Исаму с левой, а Шио со спины. Сузуме медленно провела ладонями от лба до подбородка и тихо прошептала:       — Ребята…       — Да, — улыбнулся Хаяши.       — Мы тоже тебя обожаем, — сверкнул двумя рядами Сэкигучи.       — Групповые обнимашки! — воскликнула Сакурай, и все четверо одновременно переплели руки.       — Я сейчас заплачу, — честно призналась Тоуки где-то на второй минуте действа.       — Атас, братья, — спохватился Санго. — Мы теряем контроль над ситуацией. Шио, тащи тяжелую артиллерию!       Сакурай не растерялась, схватила с тумбочки свою сумку и, выудив из нее бумажный конверт цвета маренго, торжественно протянула подруге:       — От всего сердца.       — И почек.       — Сэкигучи…       — Хаяши?       — Умолкните оба! — раздраженно бросила Шио.       Глядя на предложенный предмет, Тоуки настороженно округлила глаза.       — Только не говорите, что собираетесь меня купить, — хрипло произнесла она, осторожно касаясь шершавой бумаги кончиками пальцев.       — Всех богатств мира не хватит, — заметил Санго. — Раскрывай, Птица. Поверь, оно куда лучше денег.       Аой бы сказала, что лучше денег может быть только больше денег, но Сузуме была слишком заинтригована таинственным подарком, чтобы цитировать подругу. В голове закрутилась сотня догадок. Но ни одна из них не оказалась даже близко верной, поэтому, увидев результат, девушка обомлела.       В руках девушки оказался сертификат на профессиональную фотосессию.       — Безумцы…       Сэкигучи растрепал волосы.       — Хватит тебе растрачивать харизму на социальные сети. Поэтому мы, бедные студенты, посовещались и решили оплатить тебе путевку в мечту. Жги, Птица.       Тоуки громко фыркнула.       — Бедные студенты? Бедные студенты, которые оплатили дорожку в боулинге и столик в караоке до полуночи?       — Мы очень экономные бедные студенты!       А еще в бронирование боулинга и караоке они вкладывались вчетвером. Тоуки опустила взгляд на бюджет, выделенный под фотосессию.       — Нет, ребята, — решительно отрезала девушка. — С учетом остальных затрат, это очень дорогой подарок. Я не могу его принять.       Исаму и Санго одновременно закатили глаза.       — Все ты можешь, Птица.       — Это очень хороший фотограф, — пустилась в убеждения Шио. — Мне его мама посоветовала, а ты в курсе, она в этом разбирается.       — Мы прекрасно знаем, насколько ты любишь это, — снисходительно улыбнулся Хаяши. — Иногда ведь можно себя побаловать. И, того глядишь, вдруг и получится нечто большее…       — Ладно, — побеждено вскинулась Сузуме. — Уговорили.       Троица подстрекателей по часовой стрелке стукнулась кулаками. Тоуки смотрела на них с нескрываемым скептицизмом.       — А теперь, — возвестил Санго, — Исаму, настраивай проигрыватель. Я целый месяц ждал, пока этот гребаный фильм выйдет в открытый доступ.       — Надо разогреть пиццу, — хмыкнул Хаяши. — А то холодная она уже невкусная.       — Дотрепались, — вздохнула Шио, прикрыв глаза ладонью. — Как обычно.       Тоуки обняла ее за плечи.       — Да ладно тебе… Боги хранят существование микроволновок. Пойдем, поможешь мне с едой. А вы, — она указала на парней, — шевелитесь. Чтобы через десять минут фильм был наготове.       — Как скажете, мадам! — Санго приподнял в воздухе воображаемую шляпу.       По комнате прокатилось сдавленное хихиканье. Чудная компания.              КоричнаяПалочка: Итак… Я наконец дождалась этого дня! Дня, в который двадцать два года назад родилась потрясающая девушка с не менее потрясающими улыбкой и характером. А что лучше — никто не помешает нам сегодня поздравить ее с днем рождения (: О Сузуме-сан я узнала два года назад, и все это время она не переставала меня удивлять. Веселая, находчивая, стойкая и сильная духом при любых обстоятельствах — в нее невозможно не влюбиться! (будь ты хоть Про, если вы понимаете о чем я, хе-хе). В моменты особого одиночества я открывала «Делай как Птица», читала посты, общалась с другими читателями, а на душе становилось хорошо. Мне даже удалось найти себе интернет-друга с другого конца Японии (это я про тебя, Марико-чан, да-да)! И все это благодаря Сузуме-сан и ее замечательному блогу. И в столь важный для нее день я хотела бы пожелать всего самого лучшего и светлого. #сднемрождениясузумесан       ТриМетраПодУровнемМоря: Присоединяюсь к поздравлениям! Вышла на Сузуме-сан совершенно случайно: моя младшая сестра загорелась желанием пойти в гимнастику, и я проводила ночи напролет, штудируя любую имеющуюся информацию. «Делай как Птица» помог безмерно, там я нашла ответы на все свои вопросы. Года прошли, сестра перестала заниматься спортом, но я до сих пор остаюсь с Сузуме-сан. Потому что она покорила меня как личность, а не блогер. Эта девушка заслуживает любви всего мира, а не того хейта, что выливают на нее до сих пор #сднемрождениясузумесан       ПростоИкумиЧан: Сузуме-сан я обязана многим. В выпускном классе старшей школе у меня была затяжная депрессия, выбраться из которой помог ее блог и рассказы о том, как Тоуки сама справлялась с выбором дальнейшего пути. Спустя год опять же через Сузуме-сан я влилась в фандом Ястреба и познакомилась со своим парнем — этим летом мы наконец съехались, представляете? Вот так случай и сводит людей, ха-ха. А в сентябре я встретилась с ней в Фукуоке лично! И поверьте, в жизни она такая же искренняя, как и в Интернете. Как она обрадовалась, когда мы сказали, что хотим сфотографироваться и с ней, а не только с Ястребом! Вроде как Сузуме-сан собирается переезжать в Кюсю, хотя я точно не уверена, но… Если они вместе, я счастлива. Эти ребята заслуживают друг друга. Безоговорочно #сднемрождениясузумесан #птенчикиреальны              Аой рвала и метала.       Чтобы дать своим барабанным перепонкам право на жизнь, Тоуки пришлось отнять телефон от уха сантиметров на двадцать, и все равно крик стоял оглушительный. И это без включенного-то динамика.       — Слушай, ну обошлось же все, — пролепетала Сузуме, когда Кацуя немного успокоилась, чтобы перевести дыхание.       — Обошлось?! — сипло переспросила Аой. — Обошлось?! Да ты… Да я… Не беси меня, придурочная! Не доводи до греха, а не то сейчас же сяду на первый синкансен до Токио!       — Кацуя, — осторожно обратился к ней Санго. — Мы тебя все любим и ждем, но…       — А ты вообще молчи! — взревела девушка. — Нет к тебе никакого больше доверия, Сэкигучи! Нет и не будет!       И так далее и тому подобное. Спустя полчаса дипломатических переговоров общими усилиями и стараниями Исаму конкретно Кацую удалось угомонить и отправить отсыпаться. Но препятствия на этом не закончились: через пятнадцать минут после первой победы телефон Тоуки начал разрываться вновь.       Звонили все: вечно бойкая и энергичная Кохана-сан, болтливая и сонная Харуми-сан, считавшая долгом поздравить дочь отдельно, однокурсники из университета и даже далекая Фукуока не осталась в стороне.       — Я, конечно, не эксперт, — наигранно протянул Санго. — Но мне кажется, мы тут сродни пустому месту, братья.       Тоуки, выслушивавшая в тот момент поздравления от молодого человека Аой, Кэма, ударила друга по плечу. Сэкигучи задорно фыркнул и обменялся многозначительными взглядами с Хаяши.       Фильм они с горем пополам досмотрели. И сразу же отправили так и сидевшую в пижамных шортах и футболке Тоуки в ванную прихорашиваться. Чтобы как-то поторопить процесс и предоставить подруге незаменимую помощь, к ней диверсантом отправили Шио.       — Ты прямо светишься, — довольно заметила Сакурай, поправляя и без того идеальный макияж.       Подкрашивающая глаза Сузуме дернула уголком рта.       — Обычно у нас светишься ты, Шио.       Девушка пропустила укол в сторону своей причуды и навалилась на край раковины.       — Но сейчас ты, Тоу-чан. И знаешь что? Тебе безумно идет эта улыбка.       За окном бушевал холодный промозглый ноябрь, но Тоуки чувствовала, как после этого диалога на душе словно расцвел май. Все проблемы отошли на задний план и вмиг показались слишком ничтожными — эффект сродни тому, когда глубокой ночью лежишь в тишине и смотришь на таинственное мерцание Млечного Пути.       Тоуки слегка подкрутила волосы, придав прическе больше объема, закрепила блестящей заколкой на затылке боковые пряди и сбрызнула получившееся лаком для надежности.       — И кто там был уверен, что с этой стрижкой я похожа на дикобраза? — с вызовом спросила девушка, вылетев обратно в комнату.       Разглаживающий складки на белой рубашке Санго часто заморгал, после чего сделал шаг вперед и карикатурно по-рыцарски склонился в поклоне.       — Покорнейше прошу прощения, ваше величество, — в карих глазах сверкнули искорки. — Готов принять смерть, если меня казните лично вы.       — Согласен, — прохрипел Исаму. — Королева, одним словом.       Привалившаяся к дверному косяку Сакурай акцентирующе откашлялась, но улыбки сдержать не смогла. Она и сама выглядела по меньшей мере потрясающе — воздушное нежно-розовое платье, собранные в причудливый пучок длинные волосы и неизменные фиалковые глаза делали Шио похожей на цветочную фею. О чем не постеснялась упомянуть Тоуки:       — Прекращайте распыляться, — она тряхнула головой. — Лучше потратьте свои ресурсы на эту прекрасную леди, которая всем видом показывает, что мы заболтались.       — Я думал, красота этой прекрасной леди у нас безоговорочный эталон, — не растерялся Санго, мгновенно очутившись по правый бок от второй подруги. — Кто на свете всех белее, да, Сакурай-сама?       — Льстец, — заявила Шио, но все же покраснела. — Мы реально задерживаемся. Посидеть вчетвером дома идея хорошая, но у нас вообще-то были планы!       — Вот именно, — подтвердила Тоуки, навалившись на плечо Хаяши. — Так что давайте пошевелимся, очень экономные студенты.       Не ожидавший нагрянувшую по его душу ношу Исаму чуть пошатнулся, но тоже не остался в стороне от всеобщего настроения и произнес:       — Наше счастье, что метро обходится без пробок.              @th1s1sf1ne: С днем рождения! Надеюсь, у тебя выдастся хороший день хх       @flooweroad__: Каждый день в течение нескольких лет ты делишься с нами своим позитивом, Сузуме-сан. Сегодня же сама прими наш! С днем рождения!       @yourownmaxx: Спешу поздравить с праздником самую сумасшедшую девушку на планете. Твой блог многим помог преодолеть жизненные трудности, а плохой человек такой хорошей вещи точно не сделает С: Не отчаивайся, Сузуме-сан, вокруг тебя всегда будут люди, готовые поддержать в любом вопросе!       @anripraks: А ведь многие хейтеры реально клянут сегодняшнюю дату… Как хорошо, что я не из них. С днем рождения, Сузуме-сан! [улыбающийся эмоджи]       @svtrbrrycpck: Надеюсь, отожжешь сегодня! Будем ждать доклады в профиле! #сднемрождениясузумесан              Кислотно-зеленый шар, прокатившись аккурат по самому краю глянцевой дорожки, задел одну кеглю и сразу же рухнул в плоский желоб. Кегля опасно зашаталась и, зацепив рядом стоящую, упала на пол. Все затаили дыхание в ожидании того, как решится судьба второй кегли. Но, кажется, рыжие люди действительно обладали какой-то черной магией, поэтому она устояла.       Исаму раздосадовано прикусил губы и поник плечами.       — Ничего, братишка, — успокаивающе произнес Санго, уже поглаживая свой шар. — Это ж дело случая. Обязательно повезет в следующий раз.       И сделал свой бросок.       Пирамида из кегель с грохотом разлетелась. Сэкигучи выпрямился и, оценив результат, нахально заулыбался.       — Ну что?! — заголосил он, подпрыгнув на месте. — Кто здесь папочка?! Кто?!       Иронично вскинув брови, Исаму посмотрел на товарища с нескрываемым скептицизмом. Тоуки поставила на столик бокал с недопитым апельсиновым соком и поднялась на ноги.       — Ничего, — прошептала она Хаяши, проходя мимо. — Отыграемся.       Юноша ничего не ответил. И решил, что, пока Санго упивается последними лучами бахвальства, а Сузуме готовит для него персональный грозовой ливень, стоит отойти подальше. Для безопасности.       — Давай, Птица, — вздохнул удовлетворенный ситуацией Сэкигучи, когда Тоуки взяла в руки малиновую полиуретановую сферу. — Только не дрейфь.       Тоуки дернулась так, что едва не шлепнула друга волосами по лицу. Взгляд у нее выражал нечто среднее между плохо скрытой угрозой и припудренным высокомерием.       — Прикуси язык, Санго, — озвучила очевидное Шио. — Пока не довел до точки невозврата.       Сузуме не проронила ни звука, чем сильнее нагнела обстановку в компании. Приближение бури ощущалось теперь каждой клеткой кожи, а девушка лишь подцепила шар пальцами и отошла к линии для разбега. Тонкая рука раскачалась маятником. Тоуки состроила сосредоточенную мину, прищурилась и резко подалась вперед. Воздушная юбка-пачка подпрыгнула следом за ней, снаряд покатился по дорожке. И столкнул все кегли в конце дорожки.       Тоуки отряхнула руки и медленно повернулась к Санго.       — Ну? — с нажимом спросила она.       Сэкигучи молчал. Как и все остальные, потому что нужных слов не находилось, а от Сузуме можно было ожидать что угодно. И когда девушка шагнула к Санго слишком внезапно, дернулись без исключений все.       — И кто теперь здесь папочка? — замогильным голосом поинтересовалась Тоуки. — Кто?       Расстояние между ней и Сэкигучи было так мало, что там не поместилось бы и кленового листа. Молодые люди пристально смотрели друг на друга секунд тридцать, и казалось, что напряжение в воздухе вот-вот можно будет резать ножом.       А потом оба расхохотались так громко, что позавидовала бы любая, даже самая новомодная сигнализация.       Медленно хлопая ресницами, Сакурай Шио наблюдала за ними и отчаянно пыталась понять, как эти двое умудряются выживать со своими воистину детскими замашками в пугающем мире коммунальных счетов, кредитов и других взрослых заморочек. Подавив прилив зависти, Шио помассировала виски и коротко резюмировала:       — Придурки.       — Зато с нами весело, — подметил Исаму. Он ненароком оценил, с какой легкостью Санго притянул хохочущую Тоуки к себе за плечи, и улыбнулся.       Время аренды дорожки для боулинга подходило к концу, и ребятам пора было уже собираться и делать ноги в сторону следующей станции их нехитрого маршрута. Чтобы добраться в караоке-бар, где они забронировали столик, нужно было проехать пару станций. Но, даже покинув боулинг, ребята никак не могли взять себя в руки и просто шатались по торговому центру, распугивая местных посетителей. Полчаса сущей беспечности и состояния, позволяющего чуть ли не парить в метре над землей… Сейчас это казалось таким доступным, что слезились глаза.       Но каждая минута счастья бьет ценой. И Тоуки представить себе не могла, как именно ей придется отплатить.       — Сузуме-сан!       Заливаясь после очередной шутки Санго, Тоуки обернулась и увидела перед собой двух девушек. Перекошенное от смеха лицо вдруг начало гореть. Сердце ухнуло куда-то в пятки, а во рту пересохло. Нет, только не сейчас…       — Приветики, — спокойно сказала Сузуме, помахав незнакомкам рукой. Большим трудом ей далось сделать это движение приветливым.       Буквально только что Шио, обнаружив, что у нее от перманентного хохота размазалась тушь, громогласно оповестила друзей, что ей жизненно необходимо в уборную. Вместе с ней за соседней железной дверью скрылся и Исаму, но о причине его отлучки друзья тактично не стали спрашивать. Санго и Тоуки остались одни и глазели на витрины ближайшего магазина, энергично поддерживая начавшийся заранее треп.       — Из-за новой стрижки тебя даже не узнать, — сказала одна из девушек, которая явно была посмелее. Или заинтересованнее. — Очень тебе идет!       Покрутив между пальцами кончик темной прядки, Сузуме вежливо поблагодарила за комплимент и кожей почувствовала, как стоявший за спиной Сэкигучи напрягся. И она, конечно же, понимала, из-за чего. Все-таки впервые за три месяца к ней подходили фанаты.       — А мне нравится твоя блузка. Где купила?       Девушка поделилась названием магазина, но тот, к мнимому сожалению обоих, находился в другой префектуре. Другая фанатка в то время достала из сумочки смартфон и, приблизившись, робко попросила:       — А можно с вами сфотографироваться, Сузуме-сан?       «Нельзя!» — завопил внутренний голос, но Тоуки вопреки ему жеманно улыбнулась и согласилась. Отказываться не полагалось, как бы звонко ни скрипели натянувшиеся нервы. Она зарекомендовала себя, со слов Канеко-сан и Коханы-сан, как личность полупубличную. И теперь вынуждена драться за каждый кусок личного пространства. Даже если тебе плохо, никому не позволительно лезть в твою душу. Сузуме того не хотела в принципе, СМИ и так выпотрошили ее, как плюшевую игрушку.       Сделав пару снимков сначала с одной девушкой, затем с другой, а потом и с обеими сразу, Тоуки вернула телефон владелице.       — Только выложите их, пожалуйста, позже. Мы с друзьями тут отмечаем мой день рождения, так что я бы хотела… Немного анонимности, если понимаете о чем я.       Подружки энергично закивали и принялись наперебой поздравлять с праздником. Выдавив тысячное за разговор «спасибо», Тоуки обернулась и приготовилась уходить, как та самая болтливая активистка окликнула ее:       — Сузуме-сан, подождите! Можно тебя еще кое о чем попросить?       Теперь точно не оставалось сомнений, что весь этаж выучил ее имя. Куда же пропали Шио с Исаму? Пора бы сматываться отсюда, да поскорее.       — Конечно, спрашивай.       — Ты могла бы передать Ястребу поздравления со вторым местом? — девушка взяла подругу за руку. — От нас, Суребы и Мицу!       Естественно. Надо ведь быть сущей идиоткой, чтобы верить, что они не вспомнят про Ястреба?       Тоуки начало казаться, что земля уходит из-под ее ног. Но она бросила последние силы, чтобы стать похожей на невозмутимую каменную глыбу.       — Я обязательно передам при случае. Но вряд ли мы увидимся в ближайшее время.       — Как же так?! Вы поссорились?       — Работа. И расстояние. Даже друзьям тяжело в таких условиях поддерживать контакт.       — О, а я слышала, что ты собираешься переезжать в Фукуоку! Это правда?!       Что?.. Нет, нет… Нет, как же это вообще могли узнать?.. И пока она судорожно дышала ртом, помощь пришла, откуда ее вовсе не ждали.       — Собирается, — авторитетно подтвердил Санго, выглянув из-за плеча Сузуме. — Ко мне.       Тоуки вылупилась на него в эмоции, смешавшейся из непонимания и благодарности. Но все же больше из благодарности.       — К тебе? — недоверчиво спросила Суреба. Или Мицу, кто ее знает.       — Ко мне, — подтвердил Сэкигучи. — Она же и в Фукуоку ездила исключительно в этих целях. С моей семьей знакомиться.       Спасибо. Сто пятьдесят раз спасибо, и тех будет мало. Так думала Тоуки, не без восхищения рассматривая своего рыцаря. И даже надрывно сжимающееся сердце на какое-то мгновение перестало болеть так сильно.       — Да, так и есть, — сказала она, с трудом ворочая потяжелевшим языком.       Когда смущенные фанатки удалились, Сэкигучи наконец рискнул коснуться локтя подруги. Слишком долго она стояла, не шевелясь, и пустым взглядом буравила стену напротив.       — Птица?       — Ты все слышал, — сухо промолвила Тоуки. — Передашь ему, когда пересечетесь в следующий раз.       Из уборной вылетела сияющая Шио, и Сузуме, натянув на себя добродушнейшую маску, поспешила навстречу подруге. Так и не услышав, что Санго ответил ей:       — Сомневаюсь, что я вообще еще хоть раз в жизни заговорю с этим уродом.              ВЭтомМиреЧтоТоНеТак: Напоминаю, что сегодня не только день рождения Сузуме-сан, но и ровно год с того момента, как Ястреб появился у ее университета с кучей воздушных шариков (: #сднемрождениясузумесан #птенчики #птенчикиреальны       Филадельфия: Они такие… Такие… Такие! Господи, как можно не верить, что у них все искреннее?!       ТонущийВБолотеЧеловек: Любовь — это когда он отдает ей свои ботинки, потому что ее туфли натирают ей ноги с::::: #птенчикиреальны       ЕнотПолоскун: ТонущийВБолотеЧеловек, у них что, ноги одного размера? Ну и ласты у этой Сузуме…       АгрессивныйФалафель: ЕнотПолоскун, ну так она и одного роста с Ястребом, алло…       ЖивуРадиПятниц: Я человек простой: вижу, что Сузуме оскорбляют за рост, и сразу таких баню хд       Умолкнипожалуйста: Просто иногда хочется быть на равных © Ауф!       АвгустовскийЦветок: Собрать, что ли, тред со всеми моментами Птенчиков… Составлю хронологию для потомков!       АгитацияПрощания: Скажите, что не одна я не теряю надежды… Ведь то, что Сузуме не заметили во время чарта, ничего не означает, да?.. Они ведь все еще вместе?..       ВашаСобакаВосхитительна: АгитацияПрощания, конечно. Когда они вообще светили своими отношениями на публику? Устали ребятки, вот и залегли на дно.       КусочекПиццы: А вам не кажется, что они не просто так затихли, а? D:       СамодостаточнаяОдиночка: КусочекПиццы, ооо, сейчас начнется. И дети, и тайные браки, и внезапное наследство на чью-то голову… Вам так жизненно необходимо нарываться на драму?       АрбузнаяКорка: День еще не закончен. Я просто надеюсь, что Ястреб и в этот раз успеет что-то эдакое выкинуть. Хотя его недавно видели в Фукуоке… Но я просто надеюсь…              После громкой музыки медленная мелодия действовала на организм сродни гипнозу. Какая-то женщина с выкрашенными в бирюзовый цвет волосами и выбритыми висками протяжно фальшивила популярную английскую песню. Ну как популярную — года три назад так точно. Тогда ее особенно любила Кацуя Аой.       Тоуки сжала ткань водолазки на спине Исаму и положила тому подбородок на плечо. Совсем рядом в таком же полуформальном медленном танце мерно покачивались Санго и Шио. Сейчас их разница в росте — полторы головы, не меньше — казалась комичной. Но в тот же момент до безумия трогательной: было что-то сентиментальное в том, как огромные лапищи Сэкигучи обнимают маленькую и хрупкую Сакурай. Сразу появлялся какой-то странный эффект защищенности. Великан, охраняющий миниатюрную фею.       Парочка плавно обернулась вокруг себя, и Тоуки встретилась с Санго глазами. Парень усмехнулся ей, тепло и по-настоящему, как умеет только он. Помедлив секунду, девушка вернула ему улыбку. И мягко притянула к себе Исаму еще ближе.       — Тоуки? — мягко спросил Хаяши.       — Все хорошо, — хрипло ответила ему Сузуме. Голос ее после всего выпитого и спетого заметно просел.       К концу дня мысли путались в неопрятный клубок, но одна из них сияла так ярко, что можно было бы освещать улицу в ночи.       — Я вас так люблю, — прошептала она на ухо Хаяши, глупо хихикнув.       — Мы тебя не меньше, поверь.       Когда новоявленная певица прекратила ломать голосовые связки, парочки расцепились и принялись перестраиваться на новый лад. Под всеобщий шум Тоуки, вооружившись телефоном, попыталась улизнуть из зала.       — Эй, ну давай еще хотя бы одну песню! — заканючили аспиранты с соседнего столика. С ними ребята из братства познакомились по приходе в бар и, как бы забавно оно не звучало, сразу «спелись».       Клятвенно пообещав вернуться так быстро, что они и глазом не моргнут, Сузуме удалось выскочить в коридор. Несмотря на предрассудки, атмосфера в караоке была превосходной. Особенно радовал факт, что здесь ее никто не узнавал. Или тактично делал вид, что оно так.       Телефон продолжал разрываться от входящих уведомлений. Писали старые знакомые, не успевшие поздравить утром. Отмечались подписчики из социальных сетей. И поздравляли девочки из секции по гимнастике. Их было уж слишком много: и те, с кем она занималась, и те, что постарше, и те, кто помладше. Ученицы Миэ-сенсей умели сколачивать дружбу, которая незримой нитью связывала всех на долгие годы вперед. Они даже изредка собирались на спортивной базе в Сидзуоке, чтобы вспомнить былое и навестить любимого тренера.       К слову о ней. Тренер тоже прислала личное поздравление. Короткое, но емкое. «Чем больше поражений, тем ярче победы. С праздником». Миэ-сама умела подбадривать единственной фразой. И прочитав это, Сузуме почувствовала, как в груди разливалось тепло. Но не полностью.       Из головы никак не шла встреча с Суребой и Мицу. Не получалось у нее развлекаться без задних мыслей: Сузуме даже чувствовала определенную тень вины перед Аой. До тех двоих она честно не вспоминала ни о Ястребе, ни о чарте, ни о своих печально завершившихся отношениях. «О, а я слышала, что ты собираешься переезжать в Фукуоку! Это правда?!» — правда. Когда-то это было, а сейчас, стоило Тоуки остаться одной, и перед глазами всплывала коробка, наполненная вещами. Ведь Сузуме не хватало сил даже взглянуть на нее, не то что вообще разобрать. Поэтому она оказалась задвинутой под диван, а к сегодняшнему дню точно покрылась слоем пыли.       У Тоуки не поднимался палец заблокировать телефон. Забыв написать ответ тренеру, она как зачарованная смотрела на сменяющиеся друг другом уведомления. Упоминания в лентах мировой сети. И в какой-то момент, не отдавая себе отчет, нажала на них.       «Напоминаю, что сегодня не только день рождения Сузуме-сан, но и ровно год с того момента, как Ястреб появился у ее университета с кучей воздушных шариков», — гласил один из постов. И фотография годичной давности. Длинные вьющиеся волосы, красное вязаное платье и кожаная куртка, накинутая на плечи. Сколько воды утекло…       Он ведь тогда появился неожиданно и для нее. Когда Тоуки сама перестала о нем вспоминать и едва похоронила в себе то, что между ними зарождалось. Но Ястреб вернулся с праздничными шарами, которые оккупировали ее квартиру целую неделю после. Вернулся, чтобы через десять месяцев снова превратить ее жизнь в дорожку из битого стекла.       Тоуки шагнула назад и привалилась к стене. Неосознанно листнула записи ниже.       «Любовь — это когда он отдает ей свои ботинки, потому что ее туфли натирают ей ноги». Фукуока, это лето. Она весь день гуляла с Мэй-чан, опрометчиво надев новые туфли. А он, встретив ее на вечернем патруле, отдал свои ботинки и организовал машину до дома. И пусть ботинки были пыльными и старыми, ни в каких других до этого ей не было так же комфортно.       То ли от алкоголя в коктейлях, то ли от нахлынувшей кинопленки ее колени стали совсем ватными. И Сузуме медленно сползла на пол.       «Просто иногда хочется быть на равных», — цитата из блога. Кейго всегда задевал ее рост. Он никогда не говорил об этом вслух, но Тоуки понимала, что это его беспокоит. Она перестала носить туфли на каблуках, и на всех случайных фотографиях получалась с ним наравне.       Буквы на экране поплыли, и что-то внезапно защекотало скулу. Тоуки хлюпнула носом и поспешила вытереть выступившие слезы. Но их оказалось непосильно много. Телефон выпал из дрожащих пальцев и упал на кафельный пол. Сузуме спрятала лицо в ладонях.       Это все от подавления. Она слишком долго убеждала себя в том, что все в порядке. И себя родимую стороной не обошла.       Лгунья. Идиотка. Дура.       Знала же, что ничем хорошим это не закончится. Что герои не выбирают себе девушек из гражданских, а отношения на расстоянии не бывают долговечными. Но почему-то решила, что ее случай особенный и чем-то отличается от остальных. Воздушные замки, построенные на детских мечтах и эгоизме. И банальном желании быть счастливой.       Кто-то забежал в коридор и остановился перед ней. Тоуки не смогла поднять потяжелевшие веки. Но пришедший выдал себя сам:       — Птица…       Санго упал на колени и поднял ее телефон. Экран пошел мелкой паутинкой трещин. Сэкигучи быстро взглянул на него и поджал губы.       — Прости, — шепотом сказала Сузуме. — Прости меня, Санго.       Прости, что позволила расклеиться сегодня. Во время праздника, который они все так долго готовили для нее. Ведь в Японии не принято закатывать пышные торжества на дни рождения, а все это устроилось лишь для того, чтобы заставить ее улыбнуться. Чтобы она выползла из своей депрессии, вспомнила, что мир не заканчивается на одном парне, и продолжила жить дальше. Но Сузуме все равно распустила сопли.       Санго не стал что-то говорить и просто обнял ее, как несколько минут назад обнимал Сакурай. Как обнимал ее всегда, как помогал во всех проблемах и утешал в жизненных невзгодах. Тоуки уткнулась носом ему в грудь, полностью отдаваясь истерике. Плотину из крепкой глыбы льда наконец-то прорвало.       — Я не понимаю… — между рыданиями проблеяла она. — Все же было хорошо. Я просто не понимаю, почему он поступил так…       — Я тоже, Тоуки, — признался Санго, — совсем перестал его понимать.       Она не могла успокоиться долго и не знала, сколько пробыла там, на холодной плитке, пачкая рубашку другу потекшей тушью и размазавшимися тенями. Но терпеливый и усидчивый Санго, образцовый старший брат, сидел рядом с ней и баюкал в своих объятиях, не говоря ни слова. Каждый думал о своем.       А потом к ним вылетела Шио.       — Вот вы где! — выпалила она, красная и запыхавшаяся.       Сузуме и Сэкигучи отпрянули друг от друга и взволнованно уставились на прибежавшую подругу. У той никак не получалось отдышаться.       — Там Исаму… Музыка очень громкая… И ингалятор же… Не взял… Господи, кажется, его сейчас накроет!..       Не сговариваясь, ребята подскочили на ноги и понеслись обратно в зал. Шио посеменила за ними, только сейчас сообразив, что заметила у Сузуме нехорошо опухшее лицо.       «День еще не закончен. Я просто надеюсь, что Ястреб и в этот раз успеет что-то эдакое выкинет. Хотя его недавно видели в Фукуоке… Но я просто надеюсь…»       Забытый за всеми потрясениями телефон так и остался лежать на полу. Беда друга для них всегда ощущалась важнее собственной.