Покажи мне, что ты можешь

      Девушка стояла напротив певицы, смотря в пол и думая, как же ответить. Ведь её приглашает сходить куда-нибудь не какой-то там Уолтер, к примеру, а самая что ни на есть настоящая Билли Айлиш, любимая певица девушки. Но с другой стороны, Катерина очень стеснительная особа, и она боится испортить вечер и упасть в глазах певицы. Ведь, если так можно сказать, Айлиш сама бегает за девушкой, пытаясь сдружиться. «У меня у самой мало друзей, — подумала Катя, — Я думаю, что стоит согласиться.» — Можно, — посмотрев в глаза певицы, сказала девушка. Её глаза были цвета океана, в которых легко можно утонуть. — Только вот надо отнести мою сумку домой, — сказала Катя, показав увесистую сумку с учебниками. — Может, пусть в моей машине полежит? — спросила нетерпеливая О’Коннелл, перебирая свои пальцы. — Ну… давай, — неуверенно сказала Катя, и снова её уволокли в машину Билли. Но на этот раз на переднем сиденье сидел Финнеас. — Финн, это Катя. Катя, это Финн, — они пожали друг другу руки. — Финн, отвезёшь нас в кафе, пока я познакомлюсь поближе с этим чудом, — сказала она, посмотрев на Катю. — Почему чудо? — удивившись, но всё-таки улыбнувшись, спросила девушка. — Ну, а кто ты есть? — усмехнувшись, спросила Айлиш. — Появляешься из ниоткуда, распугиваешь толпу разъярённых фанатов, а потом, ничего не сказав, уходишь? — Я же сказала, что торопилась, — она надула губы. — Ладно, проехали. — Расскажи о себе, — певица повернула голову вбок. — Чем ты занимаешься? — Пока что ничем… Я переехала в этот город около года назад, — она посмотрела в пол. — А до этого ходила в музыкальную и художественную школы… Играла на фортепиано… — А где жила до этого? — спросила певица, положив свою руку на плечо девушки. — Россия… Москва… — девушка посмотрела в окно. — Я родилась и училась там. Но однажды, я прошла на международный этап олимпиады по английскому языку, потому что мне очень нравился этот предмет, да и потому что я всё равно собиралась учиться за границей. Там был директор школы, в которой я теперь занимаюсь. Он предложил мне переехать в Лос-Анджелес и учиться у него, как ученица по обмену. И я согласилась… — Понятно… — Билли отсела от Кати и посмотрела в окно. «Есть что-то, что она не хочет говорить… то, что она скрывает. Она и так это всё из себя выдавила, — подумала Билли. — Что же случилось ещё в этой чёртовой Москве?» — Приехали! — сказал Финнеас, нажав на педаль тормоза и припарковав машину.       Ребята вышли из душной машины и пошли в кафе. На улице тоже было жарко. В заведении было много людей: кто-то после школы пришёл, кто-то на перерыве от работы, а кто-то просто так решил посидеть. Много кто узнал певицу. Но все были адекватные и не приставали просто так. Финн, Билли и Катя уселись за стол и стали листать меню. — Это веганское кафе, — сказала Билли, посмотрев на синеволосую исподлобья. — Ты не веган? — Не-а, — девушка посмотрела на певицу и положила меню на стол. — Выберешь что-нибудь мне? А то я даже не могу сосредоточиться. — Нет проблем, — Певица позвала официанта. — Можно пожалуйста два буррито и два карамельных фраппучино на соевом молоке? — Три, — исправил её Финн. — Три буррито и три фраппучино, только мне не карамельное. — Хорошо, — записав всё в свой блокнот, сказал официант и ушёл.       Финнеас залез в телефон и начал переписываться с кем-то. Билли же, постоянно что-то рассказывала Кате. — А вот ещё. У меня между занятиями был перерыв, и я решила зайти в Старбакс. И вот я сижу, спокойно попиваю кофе, и мне звонит Финнеас. Я отвечаю, и он мне говорит: «Билли, «Ocean Eyes» набрала тысячу прослушиваний!» Ну я удивилась и прямо на весь Старбакс закричала от удивления и радости. Это было смешно!       Но Катя всё это знала и видела в интервью, но девушка не подавала виду. Она сидела, скрестив руки на груди, и смотря прямо в глаза Айлиш, которая в этот момент рассмеялась. — Ты же уже это слышала? — не увидев интереса от собеседницы и немного расстроившись, спросила голубоглазая. В ответ послышалось мычание. Билли понимала, что нужно как-то разряжать обстановку. И тут она вспомнила, о чём наверняка ещё не рассказывала в интервью. — А вот этого ты точно не слышала! — лукаво улыбнувшись, сказала певица. Катя присела поудобнее. О’Коннелл начала говорить девушке на ухо: — Я однажды решила пранкануть Финна. Он часто ночью не высыпается, так как с Клаудией фильмы смотрят по ночам. И вот однажды, я разбудила Клаудию. Она сказала, что они смотрели что-то про призраков. Так вот. Я закрыла окна, выключила все источники света, принесла несколько свечей, зажгла их. Ну, надела белое покрывало и пнула его ногой. Он так орал, когда проснулся. Ну, и меня чуть не убил потом. — прошептала она. Девчонки засмеялись. — Что случилось? — Спросил Финнеас, вылезая из телефона, но глянув на него, девочки стали смеяться ещё громче. — Билли, ты серьёзно?       Финн толкнул Билли по плечу, одновременно посмеиваясь. Она же толкнула его в ответ. Так и началась небольшая драка, туда даже вступила Катя. Но всё это прекратилось, когда пришёл официант с блюдами. — Вот ваш заказ, — сказал он и достал что-то из кармана. Это была фотография Билли. — Можете расписаться? Это для моей племянницы, Греты. — Да, конечно, — она расписалась, и официант ушёл, спрятав фотографию в карман. — Слушай, а давай я тебе тоже распишусь на фотке? — Да ладно, обойдусь, — сказала Катя, покусывая буррито и попивая фраппучино. — Воу! Какой сладкий кофе! — Мне нравится, — сказала Билли, делая глоток. — Если хочешь, можем заказать другой. — Да нет, всё нормально, — Катерина поставила стакан с кофе на стол. — Просто я никогда не пила такой сладкий фраппучино. Да и вообще фраппучино никогда не пила. Просто времени особо не было. Сначала я шла в школу, из школы сразу в музыкалку. Позанимавшись там, я возвращалась домой. Там могла поесть, сделать ещё что-нибудь, а потом в художественную. А потом, наконец, домой. А там ещё уроки нужно сделать… — Понятно, — сказала певица. — А я вот училась на домашнем обучении, и вроде не жалуюсь. Чего же ты на домашнем не училась? — У нас, в России, — кареглазая посмотрела в окно, сделав ещё один глоток, — не так, как у вас. У нас, если на домашнее обучение идти, то должна быть важная на то причина. Тем более, за это нужно платить дополнительные деньги. Ещё, на домашнем обучении можно учиться, если родители недовольны школой, но дедушке и бабушке всё нравилось. — А как же папа с мамой? — спросил Финн, жадно откусывая кусочек от своего буррито. — Они… они погибли, когда мне было семь, — девушка отвела взгляд в сторону, чтобы спрятать наворачивающиеся слёзы. — Прости, я не знал… — сказал Финн, опустив голову. Тем временем Билли просто обняла Катю, тем самым успокоив её. — Всё будет хорошо… — сказала певица. Катя же уткнулась лбом в плечо Айлиш. Они так просидели пару минут. — Так, мы поели. Давай поедем к нам домой, посмотрим какой-нибудь хороший фильм? — Давайте, — сказала Катя, нехотя выпуская из своих объятий Билли. В них было так тепло…       Билли заплатила за всё, несмотря на возражения Кати. Они зашли в машину. В этот раз брат с сестрой решили оставить девушку наедине с мыслями. Она сидела и смотрела в окно, о чём-то вспоминая. Пока они ехали, начался дождь. Катя любила такую погоду. Ей нравилось выходить на улицу, когда моросило. Даже ночью. Однажды она, сидя дома и делая уроки, услышала, как за окном пошёл дождь. Девушка накинула куртку и вышла из дома. Она села на скамейку и сидела так, пока дождь не кончился. Он помогал ей черпать вдохновение. Так, однажды, она написала свой стих про дождь. И писала она его, сидя под дождём. Дождь — это её второе «Я». — А можно… — посмотрела девушка на Билли. — открыть окно? — Если тебе так нужно, ты можешь не спрашивать, — сказала Билли, улыбнувшись. Девушка открыла окно и почувствовала запах дождя, который она так любила. Она закрыла глаза и облокотилась на окно…

***

— Катя… — кто-то будил девушку, но она никак не хотела просыпаться. — Катя! — Что? — девушке явно снился приятный сон, и она явно была недовольна тем, что её разбудили. — А? Приехали уже? — Да, пошли за мной, — взяв девушку за руку, сказала Билли. Выйдя из машины, Катерина заметила, что это был обычный дом, ничем не примечательный. Зайдя внутрь, она увидела встречающих своих детей родителей. — Мама, папа, это Катя. Катя, это мама — Мэгги Бэйрд и папа — Патрик О’Коннелл, — представила всех Билли. — Приятно познакомиться, — сказала девушка, пожав руку обоим родителям. — И мне, — улыбнулся Патрик. — И мне тоже, — сказала Мэгги и, пожав руку девочки, спросила: — Будешь что-нибудь? — Мам, мы из кафе, — сказал Финн. — Мы не голодные. — Ну как хотите, там если что, я чипсы купила, — женщина улыбнулась, взглянув на Билли. — Твои любимые. Так же есть всё, чтобы сделать сэндвичи. Сделайте что-нибудь, если проголодаетесь. А мы с Патриком поедем по магазинам. POV Катя.       Билли и Финн обнялись со своими родителями и пошли провожать их. Я чувствую себя лишней. Может, мне тоже стоило проводить родителей Билли и Финна? Пока они вышли, я осмотрела прихожую. Она была небольшой. Стены персикового цвета, на полу красивый бархатный ковёр. Также тут стоят шкафы, тумбочки, табуретки. Прихожая переходила в довольно большую кухню. О, Ребята вернулись. Конец POV Катя. — Осмотрелась? — спросила Билли. — Будешь что-нибудь? Или сразу пойдём фильм смотреть? Я даже знаю какой, — улыбнулась девушка. — Как хочешь… — Катя посмотрела на певицу. — Я ничего не буду, а если вы хотите что-нибудь приготовить, я подожду. — Ну в принципе, я ничего, кроме чипсов, не буду. Только соус достану, и всё, — сказала Билли и пошла к холодильнику. — А я пойду сэндвич сделаю, — сказал Финн.       Катя села на табуретку, стоявшую возле неё, и стала ждать, пока ребята наберут еды. Опять она чувствует себя так, будто она здесь лишняя. Вычеркни её, и никто не заметит. Девушка посмотрела на Финнеаса, который нарезал авокадо, затем на Билли, которая уже открыла упаковку с чипсами «Takis». К удивлению Кати, чипсы были красные и скрученные, не такие, какие она ела раньше. Билли заметила удивлённый взгляд девушки и подбежала к ней. — Хочешь попробовать? — спросила голубоглазая, держа в руках чипсину. Не ожидая ответа, она запихнула её в рот девушки. По выражению лица синеволосой, было понятно, что чипсы для неё были островатыми. Она вскочила, и начала искать стакан воды. Финнеас засмеялся, а Айлиш, тоже смеясь, торжественно вручила стакан Кате. Та мгновенно опустошила его. — Как ты ешь их? — спросила она, делая последний глоток. — Я люблю острое, — улыбнувшись, ответила певица. — Тем более я ещё и с острым соусом ем, — Катя поставила стакан, а Финн закончил делать сэндвич. — Все готовы? — спросила всё ещё улыбающаяся О’Коннелл. — Ага, — в один голос сказали Финн и Катя, что заставило их засмеяться. — Ну, тогда пошли в мою комнату! — повела всех за собой Билли.       Комната Билли была на втором этаже. Когда Катя зашла в комнату певицы, она сразу прочувствовала всю атмосферу этого места. Это было небольшое, но хорошо обустроенное помещение. Сразу показались стеллажи с кроссовками. Их было пар сто, если не больше. Также вся комната была обвешана плакатами. Прямо напротив входа был стол, за которым, видимо, девушка записывала свои песни. Ещё тут висит и лежит много рюкзаков. Рядом с кроватью стоит комод, на котором стоят рамки с фотографиями девушки, корона и манекен с тремя лицами. Ребята разместились на кровати Билли. В середине была Катя. Билли включила фильм «Бабадук». — Я смотрела этот фильм много раз, а ты? — спросила Билли, посмотрев прямо в глаза кареглазой. — Ни разу… — она посмотрела в экран. — Руки никак не доходили. Но я слышала, он страшный и интересный.       Фильм был довольно страшный, поэтому Катя обняла Билли за талию. Когда были страшные моменты, например, когда главная героиня листала заклеенную книгу, в которой появились новые, страшные надписи и картинки, девушка ещё сильнее прижималась к певице. А та, посмеиваясь, держала свою руку на плече девушки. Так Катерина и заснула, не досмотрев фильм.