Чёрная полоса не бывает вечной

      Шаги становились все ближе и ближе, а возбужденные возгласы юношей наверняка уже перепугали все живое вокруг. Нужно было очень быстро думать. Выбраться из круга я не мог, перевоплощаться в человека было бы самым глупым решением. Сконцентрировавшись, я перевоплотился в самое милое существо на всем белом свете. Теперь в центре круга сидел маленький пушистый вислоухий черный кролик, аккуратно почëсываясь за ухом. — Молодец, Дэ Мин! Не зря ты поставил магический круг. Теперь дух наш… Что? Кролик? — А где лиса? Неужели она убежала, а мы поймали кролика… — мальчишки посмотрели на меня пристальным взглядом, но, когда я склонил голову на бок и немного приподнял одно ухо, их взгляды изменились, — Ох, он такой милый! — Давайте отпустим это невинное существо? — Или заберём с собой в Гусу! Хангуан-цзюнь же разводит кроликов. «Что? Да ну! Неужели Лань Чжань все же оставил тех кроликов и теперь имеет целый кроличий клан?» — Постойте, Хангуан-цзюнь ещё не пришёл. Лучше подождем его. «Чёрт, какой правильный ученик попался!»       Вскоре Лань Чжань вышел из леса к нам. Ученики поприветствовали его, и он пошел ко мне. Опустившись к земле, он начал рассматривать меня, от его пристального взгляда становилось как-то неуютно, и были такие ощущения, что он знает, что это я. Но это же невозможно? Когда он вдоволь насмотрелся, то встал и посмотрел на меня серьезным взглядом. — Выбирай, Кицунэ. Или ты обратно становишься лисой и даёшь себя схватить, — Лань Чжань сделал многозначительную паузу, — Или мы обращаем тебя в человека, — Лань Чжань не шутил, он говорил все абсолютно серьезным тоном. — Ханьгуань-цзюнь, а разве это не лесной дух? — Его можно так назвать, но все же он лис-оборотень. — Получается, мы сейчас проведем ритуал изгнания? «Ну вот ты и отбегал свое, Вэй Ин.» — Не глупи. Мы заберём его в Облачные Глубины. Да, Хангуан-цзюнь? — Да. «А вот и нет! Я не для того оживал, чтобы снова попасть в Гусу, где три тысячи правил, если не больше! Да меня даже за сто сосудов «улыбки императора» не затащишь туда!»       Быстро обратившись снова в лиса, я начал буйствовать и ломать барьер. Он был действительно крепким, но я не собирался оставаться пленником, да и сил у меня хватало. От пары моих ударов барьер начал опасно трескаться, теряя свою мощность.       Увидев, что совсем скоро я окажусь на свободе, мальчики запаниковали и начали шариться по рукавам, ища талисманы для укрепления. Но их секундной растерянности хватило мне с лихвой. Барьер пал. Почувствовав свободу, я стрелой метнулся в сторону густых кустов и поваленных деревьев, но не успел сделать и трёх прыжков, как в меня полетел Би Чэнь. Вонзился он ровно перед самым носом, но я не был бы Вэй У Сянем, если бы не увернулся в последний момент. Обогнув острое лезвие, я почти добрался до спасительной густой растительности и заранее начал ликовать об успешном побеге, но не тут-то было. Когда я был уже почти в кустах, кто-то из группы охотников рискнул схватить меня за лисий хвост. Извернувшись всем телом, чтобы укусить наглеца, я встретился с золотыми глазами, в которых читался лишь холод. Мое тело словно застыло. Не теряя времени, Лань Чжань лёгким движением руки поймал мою пасть, сжав ее с такой силой, что я прикусил себе язык, после чего нажал на акупунктурные точки на моем теле, из-за чего я мгновенно повалился мешком на землю. Тело онемело и не хотело двигаться. Я был парализован. «Чёрт, а так и не скажешь, что под маской хрупкого и изящного мужчины скрывается человек, который не только духовной, но и физической силой не обделён.» — Хангуан-цзюнь, вы в порядке? — Да. Свяжите его. Рано утром мы выдвигаемся в Облачные Глубины. «Нет! Лучше убейте на месте!»       Ученики достали из мешочков зачарованные веревки и начали связывать мои лапы. Про мою мордочку они тоже не забыли, да ещё и бантик сделали. Устроив меня возле дерева, ученики принялись разжигать костер. Но даже сидя вокруг него, расслабившись, они не забывали поглядывать на меня и периодически проверять прочность пут. Когда они отворачивались и не смотрели на меня, я пытался освободиться, но все мои попытки были тщетны. В конечном счете мне пришлось смириться.        Так прошла ночь. Наступил рассвет. Было удивительным то, что я смог уснуть в столь неудобном положении. Проснулся же я потому, что мою бренную тушку перевязывали веревками. Закончив, адепты синхронно поднялись в воздух на мечах с веревками в руках, тем самым подняв мое тело над землей. В этом полете было что-то удивительное. Я довольно спокойно висел на верёвках в пару ли от земли и рассматривал пейзажи, которые мы быстро пролетали. Уже ближе к вечеру я начал различать знакомые речки и города, а потом, когда поднял голову вперед, что было крайне неудобно, увидел знакомую гору, покрытую облаками. Добро пожаловать в Облачные Глубины, где вас ждут три тысячи правил, а, быть может, и немногим больше. Миновав главные ворота, мы оказались на тренировочном поле, где ученики осторожно положили меня на землю. Развязывать меня никто не спешил. Я стал молча ждать своей участи. Спустя пару минут вся сопровождающая меня группа повернулась в одну сторону и поклонилась. — Приветствуем, Цзэу-цзюнь. — Брат, — Лань Чжань наконец перестал выжигать во мне дыру и поприветствовал своего старшего брата. — Ван Цзи, вижу, ночная охота учеников прошла хорошо, — Лань Си Чэнь опустился к земле и положил свою прохладную руку мне на голову, — Красивое создание. В свитках я читал, что белые и черные Кицунэ очень редкие. Белые — это посланники богов, а черные — демонов. Но ты же удивил всех, лесной дух. Прости, что мы схватили тебя, но так было нужно. Это для твоего же блага.        Его рука покинула мою голову, и через секунду я почувствовал, что мои лапы и пасть были свободны. Я сразу же попытался встать на лапы, и это получилось довольно не умело, от долго пребывания в связанном состоянии, при ходьбе ноги заплетались, но это не помешало мне отойти на небольшое расстояние от своих пленителей. Сев прямо напротив группы, я начал пристально смотреть на двух нефритов. И хотя смотрел я только на них, я чувствовал, что от моего взгляда поежились ученики, стоящие за двумя братьями. Через какое-то время неловкое молчание прервал один из учеников, несший в своих руках одежду. «Хотят, чтобы я перевоплотился?»       Так оно и оказалось. Одежда была положена учеником передо мной, и я поспешил сразу же отвернуться от нее, показывая свое недовольство и несогласие со сложившейся ситуацией. — Вы не собираетесь возвращаться в человеческую форму? Но пока у вас не появится третий хвост, мы не сможем поговорить с вами? Вы же в лисьем обличии… «Вот и ждите. Я не хочу отправиться в царство тьмы снова.»       Закрыв глаза и сконцентрировавшись, я в миг обернулся вороном и улетел прочь от клана в траурных одеяниях. И пока я летел, из всех сил старался придумать, что же мне теперь делать. Барьер не позволит мне уйти из Облачных Глубин, для этого нужен нефритовый жетон. Нужно найти какого-нибудь простачка и украсть, что мне нужно.       Долетев до ближайшего высокого места, я начал осматривать всю территорию ордена, но на улице уже было мало учеников: скоро наступит девять часов, и все лягут спать. С грустью осознав, что мой побег придется отложить как минимум до завтра, я направился в лес, что был на территории ордена. Обычно клан использовал его для тренировок, но сейчас в лесу было тихо, как будто звери и птицы тоже следовали распорядку дня этого места. Побродив по лесу, весь погруженный в свои мысли, я наткнулся на столетнее дерево, в низу которого, почти около корней, было дупло. Обратившись лисой и натаскав мха и листьев папоротника туда, я сделал себе маленькое уютное логово, где, свернувшись клубочком, я и лег спать.       Однако сон никак не шел. Убедившись в этом, еще через несколько минут я выпрыгнул наружу, собираясь нагулять себе сон. Я оббегал всю окраину леса в поисках дыры в барьере. На зло мне, он был целым, без единого прореха.       Уже почти вернувшись к своему временному убежищу, я услышал приятное журчание воды. Долго не думая, я направился в сторону успокаивающего звука и вскоре оказался около кристально-чистой реки. Опустив одну лапу в воду, я с легкой радостью отметил, что не такая уж она и холодная. Немного отойдя назад и разбежавшись, я прыгнул. Вода окутала меня приятной прохладой, но в теле лисы было совсем неудобно плавать, поэтому на поверхность я всплыл уже в своей истинной форме.

<Конец POV Вэй Ин>

       Столь беззаботно перевоплощаться, по мнению Вэй Ина, было в данной ситуации абсолютно нормально, ведь всем адептам и приглашённым ученикам клана Лань было строжайше запрещено выходить наружу в такое время суток. Вэй Ин не учел лишь одного: всегда были исключения из правил. Второго нефрита клана Лань со вчерашнего дня терзали смутные подозрения насчет личности лиса-оборотня. Именно по этой причине мужчина оказался на улице в такой поздний час и направился прямиком в лес, прямо к нарушителю своего душевного равновесия. Лань Чжань прекрасно ориентировался в этом лесу уже с малых лет и, зная все предпочтения Кицунэ, устремился к дереву, которое когда-то посадил его предок. Второй нефрит ни капли не сомневался в том, что лис остановится именно там. Дерево, как и кровать лиса, было быстро найдено, однако самого оборотня там не оказалось. Лань Чжань осторожно коснулся подстилки ладонью. Она оказалась еще теплой. Мужчина уж было начал прикидывать, куда еще мог отправиться лис и что заставило его покинуть свое логово, но тут услышал всплеск воды. Быстро преодолев пару цзяней, Лань Чжань оказался около берега реки. По воде до сих пор шла рябь, но в самой реке никого не было видно. Лань Чжаню пришлось немного подождать, но увиденное повергло его в шок: на поверхность выплыл мужчина с мокрыми чёрными, словно крыло ворона, волосами и бледной кожей. И хотя он был повернут к нефриту спиной, Хангуан-цзюнь никогда бы не забыл очертания любимого человека. — Вэй Ин… — словно выдохнул эти слова Лань Чжань, чувствуя, как голос немного задрожал. Чувствуя, словно глаза обманывают его.       От неожиданности вздрогнув, Вэй Ин начал медленно оборачиваться в сторону источника звука. На берегу стоял Хангуан-цзюнь. В его глазах читалось удивление, смешанное еще с какой-то эмоцией, но времени, чтобы понять ее, у Вэй Ина не было. Осознав, что его увидели, он вновь нырнул под воду, и вскоре на берег выбежал мокрый лис, который, не собираясь задерживаться, стремглав кинулся в спасительную темноту леса.       Вэй Ин бежал по темному лесу, куда глаза глядели, совершенно не разбирая дороги. В голове у него крутилась только одна мысль: «Что ему теперь делать?». Лань Чжань его точно узнал, в этом Вэй Ин ни капли не сомневался, и сейчас, наверное, второй нефрит гонится за ним, чтобы теперь уж наверняка изгнать из этого мира. И хотя Вэй Ин прекрасно понимал, что в прошлом был ужасным человеком и получил по заслугам, сейчас он хотел жить новой жизнью, где никому не причинит зла.       Мысли так забили голову старейшины И Лина, что он и не заметил, как оказался около границы барьера, и не осознавал, что через долю секунды он со всей силы влетит в него. Однако в последний момент сильные руки обхватили его тушку, и лис инстинктивно прижался всем своим телом к телу человека в белых одеяниях. Сам Вэй Ин не ударился, но услышал, с какой силой зарябила защитная стена и как вдруг тихо и сдавленно задышал спасший его нефрит. Лань Чжань принял удар на себя, защищая глупого лиса от серьезных травм. Восстановив дыхание, нефрит протянул свою изящную руку к мордочке лиса и аккуратно повернул ее к себе. Глаза цвета расплавленного золота смотрели в рубиновые, в которых был виден страх, смешанный с благодарностью. — Вэй Ин, я знаю, это ты. Нам надо поговорить.