1
9 марта 2020 г., 02:35
Разумеется Ханбин в полной мере осознает маштаб пиздеца, когда копы опрокидывают его корпусом на тачку, заламывают руки и хлопают по карманам. А ведь все так хорошо шло. Ему отпускают пару-тройку неприятных колкостей, грязно шутят и бросают его на заднее сиденье служебной машины, он даже не рыпается, не в первый раз в конце концов.
Руки и плечи ноют, двинуться в сторону равно адской боли в скрученных суставах, с носа обильно течет кровь, стекает по подбородку ярким алым, пачкает одежду и явственно чувствуется на губах металлом. У него, очевидно, сломан нос и глаз подбит немного и боль неимоверная, но Ханбин привык, так что терпит. Они едут до отделения минут двадцать-тридцать, его больно пинают чтобы шевелился резвее и закрывают в камере.
Первые пару часов он сидит тихо, размазывает по всему лицу кровь рукавом рубашки и с любопытством поглядывает на дежурного время от времени. Он просит позвонить. Всего один звонок другу. Сначала его посылают куда подальше, потом грозятся размазать по стенке, но у Ханбина подвешен язык так, что будь здоров, так что кое-как он уламывает дежурного дать ему телефон.
Ханбин набирает давно заученный номер, и ошибается лишь в последней цифре. И да, в момент когда он слышит голос по ту сторону провода у него внутри обрывается примерно все. Намджун. Ким, мать его, Намджун. Явно ещё не проснувшийся и раздраженный до предела Намджун. Бин делает глубокий вдох, а после буквально умоляет забрать его из этой дыры. Пожалуйста. Я в долгу не останусь, ты только забери. Сделаю все что попросишь. Буквально все.
Ладно ладно, успокойся, сейчас приеду, дай сраный адрес.
И-и-и-и…
Он приезжает.
Серьезно.
Спустя где-то час, но приезжает же блять.
Ханбин едва не плачет. Липнет к решетке и смотрит на Намджуна верной побитой собакой. Тот уставший, немного помятый и ужасно сонный. Он долго и дотошно пытается договорится с копами и обожемой, даже соглашается оставить залог.
Ханбина выпустили так же быстро как и повязали.
Он смотрит на Намджуна с непомерной благодарностью и явно готов ему в ноги падать. Прямо здесь и сейчас. Намджун смотрит на него вымученно, берет под локоть и ведет прочь отсюда. Он садит Ханбина в свою машину, дает влажные салфетки мол вытри ебало, а то выглядишь дерьмово как-то.
— Спасибо, — это буквально единственное что может сказать Ханбин сейчас. Он смотрит на Намджуна растерянно, но предельно внимательно, и не перестает задаваться вопросом: зачем он вытащил его если мог в самом начале сбросить трубку? Почему? Озвучить вопрос он так и не решается.
В салоне тачки Намджуна оказывается очень тепло поэтому пока они едут Ханбина успевает сморить в дрему, а когда они все-таки доезжают до места, дёргается и на самом деле далеко не сразу осознает происходящее. Он выходит на улицу по команде Намджуна и ежиться от холода. Он дрожит даже когда они захотят в подъезд, даже когда они едут в лифте. В тишине стук его зубов так раздражал что Намджун не выдержал и приобнял парнишку за плечи. Намджун теплый. Даже горячий. До Ханбина медленно доходит что вообще то он не сказал до куда его подвести и что Ким привез его хрен пойми куда.
— Эм… А мы… Где? — страх подкатывает к горлу стремительно, а потом так же быстро отпускает, когда Намджун все-таки поясняет:
— Я решил что лучше будет тебя отвезти ко мне, я тебя подлатаю, ты отдохнёшь и уже потом поедешь домой. Устроит?
— Д-да. вполне.
Ханбин даже представить себе не мог чем же это для него обернется.
