Капли дождя медленно стекали по лицу, смывая одиночество...

С того дня Кир будто опустел, сдулся, теперь ему некому было рассказывать смешные истории, жаловаться на тесноту коридоров или просто сидеть и болтать ни о чём. Он завел дневник, не сразу, но набрался сил и сделал это, а потом лишь эта тетрадка для него была обыденным, молчаливым и безликим собеседником. «25.09.2017. Сегодня пошел четвертый день с того момента, как Он уехал. Если честно, я не знаю, что сюда писать, я никогда до этого не создавал личных дневников. Да и как описать на бумаге все мои чувства? Несмотря на то что многие писатели пытались донести читателю атмосферу и ощущения, лично я считаю, что нельзя показать все эмоции так. Ты поймешь, что чувствовал человек, только если окажешься в момент наибольшего накала эмоций рядом с ним. Но у меня нет выбора либо тетрадь, либо самобичевание. Еще два дня назад я был уверен, что время лечит. Так вот, не верьте тем, кто так говорит. Время убивает…» «26.09.2017 Сегодня я смог преодолеть себя и проснулся к первой паре. Только желание учиться и доказывать кому-либо что-либо пропало напрочь. В перерывах между парами бродил по узким давящим коридорам. Сегодня, наверное, меня сильнее бесило все вокруг, гогочущие студенты, которые шли толпой, старались прижать меня к стене, резкие запахи составляли смесь дешевых духов и пота, и кто-то норовил пообступать мне кеды. Мне хотелось сбежать как можно дальше, но, к сожалению, не представлялось такой возможности, и я как послушный заключенный досидел свой срок. Какой-то быдловатый идиот подошел ко мне, когда я уже собирался свернуть от Вуза в сторону метро, и с наглой усмешкой бросил: --Слышь, конфетка, сигаретки не найдется? Я, конечно, терпеливый, но в случае чего маленький, да удаленький! Просто прошел мимо и быстро забежал в метро.» «27.09.2017 Всё очень плохо. Мы все умрём.» «29.09.2017 Сегодня пятница, я не мог пропустить занятия, как сделал это в среду. По институту я хожу теперь только тогда, когда коридоры практически пусты. «Скажи, как мне жить, если нет стимула…» Я хочу чаю и плед. Сейчас уже девятый час, я сижу на подоконнике, мне не холодно, чай и подаренный Ромой голубенький плед согревают. А вот накатившие воспоминания наоборот врезаются лезвиями в голову и сердце. А за окном капает мелкий дождь. Осень как никак.» «30.09.2017 Дождь, дождь. дождь… Сейчас десять часов вечера, я не выходил из дома со вчерашнего вечера. Аппетита абсолютно нет, я не хочу спать, разговаривать, гулять или делать что-то подобное. Вчера мне очень хотелось покурить впервые в моей жизни, но сейчас даже это желание отпало. Весь день пасмурно и идет дождь. Я люблю дождь, но сейчас он навевает почему-то лишь тоску и безысходность…» «01.10.2017 На улице сильно похолодало, до сих пор пасмурно. По небу плывут серые тяжелые бесформенные тучи, я всё также сижу на подоконнике. Вчерашний чай давно остыл, а у меня, кажется, насморк, ведь я даже сейчас сквозь одеяло чувствую прохладу, исходящую от окна. Только никакого сожаления насчет отвратительного самочувствия не чувствую. Мне банально плевать, даже не двигаюсь с места, чтобы разместиться на более теплой и мягкой кровати или налить горячего чая. Прикрываю глаза, думаю прошло не больше часа, но, когда я открыл их, то заметил за окном небольшие хрусталики, которые по ошибке называют «снежинками». Почему по ошибке? Они будто узорчатые переднички бабушки, такое разнообразие переплетений, как будто кто-то очень маленький трудится над каждой, такая тонкая работа, но далеко не снежная, ледяная. В чем же различие? Ведь снег как раз состоит из маленьких ледышек, именуемых «снежинками». Снег в нашем представлении — пушистые, белые сугробы, часть которых если взять в теплые ладошки растает, в которые можно упасть и сделать «ангела», из которых при помощи ручек в варежках получаются милые снеговички. Когда нам говорят: «Смотри, ледышка!», до того, как увидеть ее своими глазами в подсознании всплывают картинки. Какие? Холодная, неприступная и прозрачная. Если же присмотреться, то можно заметить, что снежинки-всего лишь маленькие кусочки льда.» «02.10.2017 За последние три дня я съел около пяти бананов и выпил по крайней мере двадцать кружек чая. Вчера прошел первый снег, мое самочувствие немного ухудшилось, только вот настроение медленно, но все же поползло вверх. Я люблю не только дождь, но и снег. Первый же снег- это всегда волнительно, я с детства привык загадывать желание, глядя на маленькие искрящиеся льдинки. Вчера я тоже загадал, говорят, что желание лучше не озвучивать, иначе оно не исполнится, но я же не вслух, да и потом вряд ли кто-то сможет прочитать мой дневник и как только исполнится моя маленькая снежная мечта, я сожгу эту тетрадь. Я пожелал лишь одного. Просто пусть он вернется домой, пусть будет рядом, как раньше. Понимаю, что как раньше уже вряд ли будет, но мне бы хватило просто его молчаливого присутствия рядом…» «04.10.2017 Сидеть на заледеневшем подоконнике два дня подряд было не лучшей идеей. Сегодня помимо насморка и плохого самочувствия появились высоченная температура и жуткий кашель. Конечно, если до сегодняшнего дня я пичкал свое бренное тело таблетками и старался казаться огурчиком, то сегодня пришлось окончательно сдать позиции. Я было пытался как прилежный студент стать университетской ходячей бациллой, но, когда я еле как доковылял до кухни за чаем и лекарством, то моя бедная головушка закружилась и я чуть не вырубился прямо посередине кухни. Каких усилий мне стоило сегодня вставать просто в туалет, думаю даже описывать не стоит.» «06.10.2017 В универе на парах я сидел не совсем один. Рома ведь на курс старше и виделись мы только в перерывах, на парах же около меня крутился странный парень. Он не был особо активный ни в учебе, ни в спорте, ни в общении с остальными. Но меня почему-то заметил и подсел рядом. Его зовут Май. Даже имя у него какое-то необычное. Я не силен в описаниях, но высказаться мне очень хочется. Итак, Май высокий блондинистый парень. У него непонятного цвета глаза, что-то между зеленым и серым, они были какими-то тусклыми и время от времени безжизненными. Он скорее не в моем вкусе, а его тонкие кривоватые губы даже вызывали у меня некоторое отвращение первое время, но сейчас я уже привык. Он не ходил по тренажеркам, считал это глупой тратой времени и денег, его устраивала, тощая костлявая фигура. Май не требовал от меня ничего, мы просто могли поговорить, не на любые темы, конечно, но на то короткое время, что мы проводили на парах, мне было достаточно. Я не знаю есть ли у него парень или девушка, да я вообще мало знаю о нем, но мне так комфортно, потому что и он не знает ничего обо мне. Иногда, когда мы обсуждаем учебу или что-то еще, кто-то из нас резко замолкает, задумывается и собеседник уже знает, что нет смысла спрашивать о чем-то, ответа все равно не последует. Наверное, тебя удивляет, зачем я это всё расписал? Сегодня мне всё же пришлось поднять мою тушку и с уже не особо серьезной температурой поплестись грызть гранит науки. На первой паре я старался забиться в уголок и не отсвечивать, а на второй пришел Май. Он выглядел не особо презентабельно, если учесть, что его вечно прямые волосы стояли чуть ли не дыбом, одежда была местами помята, в глазах стояли непролитые слезы, а некрасивые губы исказила грустная недоулыбка. Он сел на соседний от меня стул и застыл, не двигаясь. Мне тогда показалось, что я испытывал что-то подобное, проснулась какая-то нежная жалость к этому растерянному пареньку. Я просто взял его ладонь в свою и легонько сжал, всю пару мы так и просидели. Отвис он только под конец, благодарно кивнул мне и наконец убрал руку. У нас состоялся небольшой разговор, не буду спойлерить и просто напишу, как это примерно было. -Не хочешь поговорить? — в ответ мне следует уверенный кивок, но он всё же молчит несколько минут, видимо собираясь с духом. -Мне, если честно, кроме тебя не кому рассказать. — именно сегодня я узнал его частично. -Когда мне было семнадцать, я признался родителям, что мне нравятся мальчики. Они это не восприняли всерьез, считали, что перебешусь, а я не перебесился. Меня никогда не интересовали девушки, но и с парнями не очень получалось. Я находил одноразовых мальчиков только для того, чтобы снять напряжение. А потом внезапно появился Он. Его звали Саша. Он пришел к нам, как сын маминой подруги, красивый до одури. Я тогда сразу понял, что попал, утонул в его глазах раз и навсегда. Его семья стала частым гостем в нашем доме, а я от этого мучился, забивался в комнату и затыкал уши наушниками, чтобы даже не слышать Его голоса. А в один из таких «гостевых» дней Саша все-таки заглянул ко мне в комнату, пытался отвлечь меня разговорами, но я не мог реагировать, потому что чувства обострились и, если бы я выдавил из себя хоть слово, Он бы догадался обо всем. Ему надоело это молчание, и он внезапно поцеловал меня. Это было так неожиданно, но нежно, приятно. В тот день мы просто целовались, ничего не говоря друг другу, а потом Он ушел. С того дня мы начали узнавать друг друга понемногу, исследуя каждую деталь, через полгода признались родителям, они повздыхали, поахали, поохали и благословили. Тогда начались мои райские два года, мы любили друг друга, даже съехались и уже планировали свадьбу…- ему понадобилось еще несколько минут, чтобы зло смахнуть предательские слезы, я положил руку ему на плечо, Май как-то доверчиво прижался ко мне и продолжил: -Да, неделю назад он сделал мне предложение… а вчера… Мне позвонили из больницы…мне сказали…сказали, что Сашу сбила машина, тогда Он был еще в коме…я бросил всё и приехал…пять часов сидел у Его кровати, разговаривал, знаешь, как в дебильных сериалах, где герой разговаривает с возлюбленной и она пробуждается…я надеялся…а потом…писк приборов меня почти оглушил, прибежали какие-то люди, они что-то кричали, только вот я ничего не видел и не слышал, кроме прибора, который замолчал и Саши, который так и не открыл глаза…» «07.10.2017 Май ушел сразу после нашей беседы, возможно, он приходил только за этой моральной поддержкой. Впрочем, это уже не так важно. После того разговора у меня остался небольшой осадок. Меня разрывают противоречивые чувства. С одной стороны, на душе спокойно от того, что Рома жив, а с другой понимаю, что он далеко и даже нельзя задумываться о совместном будущем. Мне искренне жаль Мая, да только кто пожалеет меня? Парень решил забрать документы и уехать в другой город, возможно к родителям. Я чувствую, что опять одинок. Что у всех за способ такой избавления от проблем?» «08.10.2017 Недели летят незаметно, мое депрессивное настроение возвращается медленно, но большими шагами. Дождь. Дождь. Сидение на подоконнике стало моим ежедневным занятием, провожу здесь как минимум час, уже знаю наизусть свой суицидальный плейлист. Держусь за прохладную ручку окна, а после скорее просто по привычке дергаю на себя, чуть не падаю. Крупные ледяные капли сразу же попадают на лицо и незащищённые руки. Зябко повожу плечами и кутаюсь сильнее в плед, прохлада уже не так глубоко пробирается под кожу. Пишу эту никому не интересную ерунду, потому что некому выговориться, некому показать. Когда я в последний раз обнимал кого-то? А меня?» «6.11.2017 Прошел почти месяц с моей последней записи. Может быть кому-то интересно почему меня не было? Только тебе, мой немой собеседник. Этот месяц был худшим в моей жизни, я не в праве ставить себе такой диагноз, но судя по симптомам у меня была депрессия, сопровождаемая суицидальными позывами и частичной апатией. Как прилежный студент я посещал универ каждый день, только вот большинство материала до сих пор только на диктофоне. Меня практически отпустило, что там говорят? Человек привыкает за 21 день? Фигня это всё, я не могу забыть Рому, да, боль притупилась, осталась лишь какая-то обида и безысходность, но жить без него всё так же не могу, я лишь выживаю. Он так и не послал ни одной весточки. В институте появились двое новеньких. Они пидоры, язык по-другому назвать не поворачивается, потому что это геи из стереотипов. Они вечно носят стремную чересчур гламурную одежду, ярко малюются, каждый перерыв подкрашивая и без того ярко красные губы и липнут ко мне. Я не знаю за что мне это, но из шепота одногруппников я вынес для себя полезную информацию, они скоро должны были уйти… «10.11.2017 Ну вот и конец, слишком много вырванных страниц, поэтому место здесь закончилось… Последняя страница, а мне так плохо, что хочется последний день, хотя пока я достаточно хорошо держусь для своего положения. Помнишь тех двух идиотов? Они оказались сыночками богатенького папаши, который скажем так он их стеснялся, но не мог просто так оставить своих наследников. Парни и правда свалили через несколько дней после того, как пришли. Рома? А что Рома? Он не пишет, но я не отчаиваюсь, хотя кому я вру? Сам себе? Смешно. В душе так пусто, глупо, правда? Но я всё же верю в хэппи энд…»