Включи цвета

— Ричи? — голос Адриана хрипит на другом конце трубки. — Чёрт, я тебя разбудил? — спрашивает Ричи, хмурясь.       Адриан поехал в Мэн, чтобы познакомиться с семьёй Дона. Ричи даже не подумал, что он может уже спать. Его мысли смешались в одну большую кучу, и он забывал даже самые очевидные детали. — Всё нормально, Рич. Ты в порядке? Где ты? — спрашивает Адриан.       Его голос звучит всё более взволнованно с каждым словом, и Ричи слышит, как он двигается по ту сторону телефонного разговора, как Дон спрашивает, что происходит. Затем слышится, как закрывается дверь, и за этим следует тишина. — Я за кулисами. Только что закончил выступление, — на выдохе отвечает Ричи.       Схватив со стола в гримёрке бутылку воды, он быстро её открывает и залпом выпивает сразу половину. — Окей, окей. О чём ты думаешь? — спрашивает Адриан.       Он пытается прочесть Ричи, пытается понять, в каком состоянии тот пребывает. Если честно, Ричи и сам не знает ответ. Он не знает, почему позвонил Адриану, но стоило ему закончить шоу и уйти со сцены, как телефон оказался в его руке и он звонил своему куратору. Это был инстинкт. — Я встретил своего соулмейта, — говорит Ричи хриплым голосом.       В его горле першит, как и всегда после выступлений, но в этот раз он едва ли это замечает.       В его голове слишком много мыслей. — Ахереть, Ричи! Это потрясающе! Ты встретил его на своём шоу? — Да, он... Я услышал его смех примерно в середине выступления, и бам, прощай, чёрно-белый мир, привет, мир цвета. Это... — Сбило с толку? — подсказывает Адриан.       Он знает это чувство. Они с Доном, его соулмейтом, познакомились примерно год назад, в Нью-Йоркском музее современного искусства. — Да. Сбило с толку. Подходящее описание, — соглашается Ричи, кивая.       Это также было слегка разочаровывающе, потому что он не видел Эдди, когда это произошло. Ему хотелось бы, чтобы Эдди был первым, что он увидел — его мягкие карие глаза вместо ярко-жёлтого света прожекторов. Тогда всё это, возможно, меньше травмировало бы его. — Судя по тону твоего голоса, посмею предположить, что ты позвонил мне не только для того, чтобы поведать о хороших новостях, — медленно говорит Адриан.       У него всегда получалось считывать Ричи, именно поэтому тот попросил Адриана стать его куратором. Он был немного младше Ричи, но у них было много общего, и парень был намного более зрелым, чем большая часть его ровесников. — О чём ты думаешь, Ричи? — вновь спрашивает он.       Адриан часто задавал этот вопрос. Ричи говорил больше, чем следовало, и иногда его слова не несли никакого смысла, лишь колебание воздуха. Ничего важного, ничего искреннего. Адриан видел его насквозь, знал все его привычки, от начала до конца. Он всегда добирался до сути, и раньше Ричи пытался избежать его проницательного взгляда, но сейчас... — Я не знаю. Я даже не знаю, почему позвонил тебе, — отвечает Ричи, смотря на свои мелко трясущиеся руки.       Они никак не могли перестать дрожать. — Ты знаешь. Сделай паузу, передохни и задумайся, — успокаивающим голосом заверил его Адриан.       Ричи приложил все свои усилия, чтобы послушать его совет. — Я думаю, что боюсь... — признает он, чувствуя, как правда сковывает его изнутри. Адриан лишь хмыкает, показывая, что слушает его, и Ричи продолжает: — Он был классным, знаешь? Выглядел просто идеально, несложно поверить в то, что он мой соулмейт, но просто... Я также его родственная душа. Я его родственная душа, и это... Он заслуживает большего, понимаешь? — Нет, — резко прерывает его Адриан.       Ричи вздыхает, проводя рукой по волосам с недовольным стоном. — Знаю, знаю. Ненависть к себе. Мне не следует, но я просто не могу перестать думать о том, что произойдёт, когда мы поговорим, узнаем друг друга поближе, и он увидит шрамы и... — Милый, ты же знаешь... — Да! Да, знаю, просто дай мне выговориться, — перебивает его Ричи, зажмуриваясь и с трудом следуя за цепочкой своих же мыслей.       Иногда они тянулись вплоть до того, что он загонялся так сильно, что уже не было пути назад. — Хорошо, — соглашается Адриан и замолкает.       Ричи делает глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Я знаю, что если он мой соулмейт, то его не будет волновать моё дерьмо, всё просто будет... нормально. Но я также даже не думал о том, что у меня есть родственная душа, после... С расставания с Патриком. Это было лет шесть назад, как минимум. Я не был к этому готов и очень сильно испугался. Все эти загоны... Они здесь, в моей голове, и... Мне очень страшно.       Выдохнув, он замолкает, и Адриан, ожидавший этого момента, подаёт голос: — Это справедливо, Ричи. Встретить своего соулмейта страшно, и ты не должен стесняться этого страха, — убеждает его он.       Ричи знает это, правда, просто... — Но страх... Адриан, с него всё и начинается, — выдавливает из себя парень. — Ты чувствуешь, что хочешь использовать?       В его голосе нет ни капли осуждения, но Ричи всё равно становится не по себе. Он ненавидит, когда его спрашивают об этом. Адриан — его куратор из клуба анонимных наркоманов, конечно, блять, он это спросит, но... — Я не... — Будь честен со мной, Ричи, — тихо умоляет его Адриан. — Пока нет, — получается сказать у него, прежде чем он впивается ногтями в мясо ладоней.       Его грёбаные руки никак не могут перестать трястись. Это так раздражает, он хочет быть в порядке, хочет быть счастливым, Билл напишет ему в любое мгновение... — Окей, мне кажется, что я понимаю, но ты должен объяснить, — настаивает Адриан.       Ричи кивает, слишком дёргано. — Это всегда начинается со страха. Я боялся, что не нравлюсь людям, поэтому крал у своей матери аддералл. Я боялся сделать каминг-аут, поэтому нюхал кокаин. Я боялся Патрика... Что он причинит мне боль, поэтому я кололся. Всё всегда начинается именно так. Поэтому, пока что я не хочу использовать, но что, если...       Что, если всё настолько херово, что у меня случится рецидив, потому что я встретил свою родственную душу? — Я понимаю твой страх, Ричи. Правда. Но мне кажется, что ты забываешь кое-что очень важное, — говорит Адриан. — Ну... Я позвонил тебе, потому что обещал, что буду обращаться к тебе за помощью. — И это хорошо, я очень рад, что ты позвонил, — убеждает его парень, и его слова на самом деле успокаивают, пусть и совсем немного. — Не считая меня и твоего соулмейта, ты забыл о себе, Ричи. Ты сильнее, чем ты был в старшей школе, или в колледже, или с Патриком. Ты намного сильнее, чем год, нет, даже месяц назад. Я знаю, что ты не сломаешься, Ричи. Я знаю. — Просто я чувствую так много... — И ты справишься с этим. Потому что ты сильный. И ты не одинок, Ричи. Ты больше не один.       Ему требуется пару мгновений, чтобы осознать слова Адриана, повторяя их снова и снова, словно мантру. Он поднимает взгляд и смотрит в зеркало напротив, изучая своё же лицо. Его глаза покраснели, в них слишком много сосудов, и его щёки бледнее, чем обычно. Его скулы выступают сильнее, чем раньше, подтверждая тот факт, что он перестал нормально питаться. Его губы также искусаны, и на нижней даже есть едва заметная ссадина.       Он помнит, как это произошло — он стоял на сцене, ожидая, пока его соулмейт скажет хоть слово, хоть что-то. Он так волновался, уверенный в том, что проживёт остаток своей жизни, видя цвета и не зная, из-за кого это произошло, что ему придётся жить с осознанием того, что его родственная душа отвергла его.       Но затем он увидел Эдди.       Ричи улыбнулся своему отражению, вспоминая, как впервые увидел его, когда включились прожектора, и связал голос с человеком. Эдди тоже выглядел испуганным, но также уверенным и красивым. Ричи помнит, как подумал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой, но... Эдди так прекрасно охнул, когда он рассмеялся, зажмурившись от вспышки цветов, и это было так очаровательно, так мило.       Когда Ричи вновь вернул свой взгляд на зеркало, улыбаясь воспоминаниям... Он выглядел лучше — его глаза светились, и черты лица заметно смягчились. Очевидная разница вернула его в реальность, и он вновь переключился на разговор с Адрианом, который наверняка был сбит с толку долгой тишиной. — Эй, можно я задам странный вопрос? — Конечно, Рич. — Эм... Какого цвета героин?       Адриан отвечает не сразу, и его тишина оглушает. Но спустя примерно минуту до Ричи доносится звук вновь открывающейся двери и вздох Адриана. — Не знаю. Я ни разу не видел его в цвете.

***

      Ричи ехал на заднем сиденье с закрытыми глазами — ночные огни города ослепляли. Его совсем немного укачивало, не считая стресса и усталости. Поэтому, когда водитель объявил, что они подъехали к бару, в котором Билл сказал ему встретиться, он был слегка шокирован.       Резко открыв глаза, Ричи уставился на кислотно-оранжевые сидения. Даже более того, у него хватило сил, чтобы заплатить за поездку и оставить чаевые, и затем он наконец выбрался из машины. Уставившись на здание, он смерил взглядом неоново-розового, ярко светящегося фламинго перед тем, как взять себя в руки и наконец сделать шаг в сторону бара.       Но, стоило ему приблизиться, как он замер.       Эдди уже стоял снаружи, прислонившись спиной к кирпичной стене и взглядом метая молниями в парочку неподалёку от него. Они стояли очень близко, делая долгие затяжки перед тем, как выпускать дым прямо над собой. Каждый раз, когда они делали это, Эдди пассивно-агрессивно фыркал и вдыхал через ингалятор.       Ричи улыбнулся и направился к нему. — Это не лучшее место, если ты хочешь подышать свежим воздухом, — говорит он, угадывая причину, по которой Эдди стоял на улице в одиночку вместо того, чтобы зайти в бар к их друзьям.       Эдди повернулся к нему с поражённым выражением лица. — Ричи, — на выдохе прошептал он, улыбнувшись, но в его голосе была слышна взволнованная дрожь, пока парень перекладывал ингалятор из одной руки в другую. — Ты здесь. — Я здесь, — Ричи развёл руками, всё ещё пряча ладони в карманах джинсов. Он тоже волновался и пожал плечами перед тем, как продолжить: — Я же сказал, что приду.       Эдди наигранно нахмурился и посмотрел на воображаемые часы на своём запястье. — Полчаса назад, — поддразнил он, но было очевидно, что парень всё равно был немного раздражён.       Ричи лишь усмехнулся. — Пробки ЛА, знаешь? Весь город стоит, — ответил он, но взгляд парня не смягчился. — Мы ехали в той же самой пробке. — Знаю... Прости, я задержался, говоря по телефону. Потерял счёт времени.       Ричи пожал плечами, и Эдди, кажется, принял его ответ, пусть он и звучал по-идиотски. Это была правда, но если бы Ричи был на его месте, то ни за что бы не поверил.       Но Эдди, кажется, разбирался в людях. — С кем ты разговаривал? — спрашивает он, прислоняясь к кирпичной стене.       Парень удивляется тому, что его не смутил вопрос Эдди. Обычно ему не нравились такие допросы, и в любом другом случае он бы пошутил про личное пространство и конфиденциальность информации, что Эдди суёт свой нос в его личную жизнь, но сейчас всё было по-другому. — Хочешь услышать честный ответ? — спрашивает Ричи, вставая рядом с парнем и чуть сползая вниз по стене, чтобы их головы оказались на одном уровне.       Эдди улыбнулся его действиям, но всё равно выглядел сбитым с толку его словами. — Почему нет?       Пожав плечами, Ричи промолчал. — Со... своей девушкой? Или с парнем? — тихо спросил Эдди, и его голос слегка дрогнул.       Ричи тут же покачал головой. — Нет, я не занят, не переживай, Эдс. Можешь забирать меня себе, — со смешком ответил Ричи, и парень легонько пихнул его в плечо. — Не смейся! Это вполне оправданный страх, придурок.       Эдди всё ещё улыбался, но толчок показал, что он всё-таки переживал. Ричи тут же перестал смеяться и мягко улыбнулся. — Знаю, прости.       Парень лишь пожал плечами и мгновение молча переминался с ноги на ногу. — Если это был не парень и не девушка, то... — Эдди замолчал, ожидая, пока Ричи продолжит его предложение. Когда ответа не последовало, он нахмурился перед тем, как сказать: — Ты не обязан рассказывать. Я не давлю, просто... — Мой куратор, — прерывает его Ричи, не имея ни малейшего желания слушать речь в стиле «да, мы соулмейты, но мы всё ещё ничего не знаем друг о друге». — Я говорил со своим куратором.       Ещё мгновение Эдди выглядел сбитым с толку, пока до него не дошёл смысл слов Ричи. Черты его лица смягчились, и губы слегка распахнулись. — Оу, — тихо говорит он, и Ричи ожидает чего угодно, жалости, отвращения, грусти... Но Эдди лишь кивает, не отводя взгляд. — Ты говорил со своим куратором. Можно спросить...? — Можно, — отвечает Ричи, хотя на самом деле не был до конца уверен, что именно Эдди хочет знать. У него были догадки, но все они казались плохими. Эдди же не казался плохим. — Алкоголь или наркотики? — тихо спрашивает он мягким голосом.       Ричи не знает, почему, но Эдди кажется искренне интересующимся. — Наркотики, — отвечает он. — Но я почти не пью в том числе. Тонкая грань.       Эдди кивает, не требуя дальнейших объяснений. — И как долго ты... — Употреблял? — заканчивает за него Ричи.       Во взгляде парня проскочило удивление — возможно, грусть, Ричи не знал — и он покачал головой. — Был трезвым, — исправляет его Эдди.       Ричи улыбнулся — этот вопрос был приятнее и не так отталкивал. — В прошлый понедельник наступило девять месяцев. — Ого, это потрясающе. Поздравляю, Ричи.       Эдди ухмыльнулся и сжал его плечо перед тем, как позволить своим ладоням скользнуть ниже, чтобы на мгновение переплести их пальцы. Ричи тоже улыбнулся — ему нравилось, когда его хвалили.       Но спустя пару мгновений он отстранился, всматриваясь в лицо парня. — Ты не выглядишь разозлённым.       Эдди лишь хмурится. — Я должен злиться на то, что ты чист уже девять месяцев? — спрашивает он.       Закатив глаза, Ричи фыркнул, полагая, что Эдди всего лишь пытается утешить его, но когда его взгляд вновь вернулся к парню, на лице того было заметно лишь искреннее недоумение.       Сердце Ричи дрогнуло. — На то, что я наркоман, — проясняет он, будто это была самая очевидная вещь на свете.       Мгновение Эдди выглядел так, словно не знал, что сказать, но в его глазах проскочила вспышка злости. Сделав глубокий вдох, он вновь покачал головой. — Я не буду притворяться, что не знаю, почему ты боишься, что я мог так подумать... Потому что это было бы гадко с моей стороны. Я знаю, что многие бы разозлились, или разочаровались... Ричи, мне всё равно. Нет, стой, это плохо звучит. Мне не всё равно, конечно нет. Тебе, наверное, так тяжело. — Временами, — на выдохе говорит Ричи, горько усмехаясь.       Эдди вздохнул и вновь взял его за руку. — Я даже представить себе не могу, Ричи. Но я... Я не ищу кого-то идеального.       Ричи вспоминает разговор с Адрианом и свою реакцию, когда он впервые увидел Эдди — он назвал его идеальным. — В это сложно поверить.       На мгновение Эдди напрягается, но сразу же отпускает себя и поворачивается боком, теперь прислоняясь к стене лишь плечом и бедром, чтобы быть с Ричи лицом к лицу. — Правда? Почему ты так думаешь? — Блять, Эдди, посмотри на себя. Ты выглядишь идеально, — признаётся Ричи, оглядывая его с ног до головы.       Тот краснеет, но закатывает глаза и пихает Ричи. — Иди на хер, Рич. — Я серьёзно!       Он хотел было начать перечислять все причины, безупречно гладкую кожу Эдди, его идеально уложенные волосы, ровно разглаженные брюки и закатанные рукава его розовой кофты, и так далее и тому подобное, но Эдди не слушает.       За его спиной раздаётся щелчок зажигалки, и Эдди резко разворачивается с горящими от гнева глазами. — Умоляю, ради всего святого, не зажигайте ещё одну сигарету, — огрызается он.       И парочка, и Ричи стоят в оцепенении, не ожидавшие его взрыва. — Эм... — бормочет парень, держащий зажжённую зажигалку рядом с сигаретой. У него тёмные кудри и зелёные глаза, смотрящие на Эдди как в удивлении, так и в восхищении. — Я тихо стоял здесь, пока вы выкуривали четыре сигареты на двоих, и я больше так не могу. Пожалуйста. На дворе две тысячи девятнадцатый год! Почитай про вред курения, дебила кусок! Если ты хочешь уничтожить собственные лёгкие, ладно, твоё дело, но я не могу дышать, поэтому, ради Бога, валите уже отсюда!       Эдди указал на дверь, ведущую внутрь клуба, и это, кажется, сработало — парочка убрала сигареты обратно в упаковку, смотря на Эдди как на безумца. — Анжольрасу он бы очень понравился, — услышал Ричи слова девушки, пока они проходили мимо них. Она была симпатичной, с длинными тёмными волосами, собранными в пучок, и смуглой кожей, местами покрытой слоем хайлайтера.       Её спутник усмехнулся и кивнул. — Он и есть Анжольрас. Это наверняка мой соулмейт, застрявший в теле парня ростом метр семьдесят, так что его уничтожающему всё на своём пути гневу не хватает места. — Я всё слышал! — крикнул Эдди им вслед, из-за чего незнакомец лишь рассмеялся и помахал ему, заходя внутрь здания.       Эдди закатил глаза и вновь повернулся к Ричи с лицом, выражающим крайнее раздражение, но, стоило ему заметить, что тот поднял брови и улыбался, как он покраснел. — Ой, ты это видел? — спрашивает Эдди, получая смешок и кивок в ответ. — Я был здесь всё это время. И у меня есть уши. И глаза, — объяснил Ричи, сдерживая рвущийся наружу смех от выражения лица парня перед ним. — Как я и сказал, не идеален.       Эдди спрятал лицо в ладонях, мгновение потирая глаза перед тем, как вновь поднять свой взгляд на Ричи, подходя чуть ближе. — У меня проблемы с контролем агрессии. — Это... — Не идеально? — продолжает за него парень, улыбаясь краешками губ.       Ричи кивает. — Не идеально, — но прозвучали его слова так, словно всё было с точностью наоборот.       Долгое мгновение они смотрят друг на друга, и Ричи, используя возможность, рассматривает лицо Эдди, фокусируясь на малейших деталях и завораживающем переливании цветов — его карие с золотистыми вкраплениями глаза, каштановые волосы, проступающий на щеках румянец и мягкие, пухлые алые губы.       Эдди тоже смотрел на него, изучая каждую деталь его лица, и наконец его взгляд смягчился, и он поднял руку, чтобы коснуться щеки Ричи, но в последнее мгновение замер. — Что? — на выдохе прошептал Ричи, разочарованный тем, что не почувствовал нежного прикосновения на своей коже.       Он не имел ни малейшего понятия, о чём Эдди думал, но очень, очень хотел узнать. — Ты выглядишь усталым, — печальным голосом отвечает Эдди.       Его пальцы скользят по тёмным, заметным кругам под глазами Ричи, и затем ладонь парня касается его щеки. Ричи вздыхает и подаётся навстречу прикосновению. — Так и есть, — признаёт он.       Это больше, чем физическая усталость, но Ричи не думает, что это нужно прояснять — Эдди, кажется, знает и так. — Но сейчас мне лучше.       Сейчас, с Эдди напротив него, рукой парня на его щеке и этой нежной улыбкой, он уже чувствовал себя лучше. — Хочешь уйти отсюда? Куда-нибудь... — Эдди оборачивается к двери, ведущей в бар, вздрагивающей из-за громко играющей рок-музыки, под которую, Ричи уверен, прямо сейчас зажигал Билл, — где будет тише? — Не хочешь потусоваться? Все ещё там, да? — спрашивает Ричи.       Парень лишь качает головой и пожимает плечами. — Там, но мне всё равно. Просто... Ты выглядишь очень усталым, — повторяет Эдди, опуская свою руку с его щеки на плечо. — Мне это не нравится. — Чёрт, Эдс, это было обидно. — Заткнись, ты знаешь, что я не это имею в виду. Просто... Мне очень хочется... — он вздыхает, и Ричи задерживает дыхание, ожидая его следующих слов. — Я очень хочу обнять тебя. Можно?       Ричи этого не ожидал. Его рот слегка приоткрывается, и он на мгновение замирает, и лицо Эдди уже начинает было сменяться на смущённое, прежде чем Ричи успевает согласиться. — Да, пожалуйста, — шепчет он, и на губах Эдди мелькает тёплая, облегчённая улыбка.       Он поднялся на носочки, тут же обвивая руками его шею, и Ричи обнял его за талию, ладонями касаясь поясницы, чтобы прижать тёплое тело настолько близко, насколько только возможно. Уткнувшись носом в мягкие волосы Эдди, он почувствовал, как тот зарывается лицом в его шею. — Я очень рад, что это ты, — шепчет Эдди спустя долгое мгновение.       Слова произнесены прямо в его кожу, поэтому его едва ли слышно, и Ричи не знает, должен ли он был это услышать, но это произошло. Он слышит, и эти слова проникают вглубь, укладываясь в его голове, и слёзы начинают жечь глаза, успокаивая страх, так долго копившийся на задворках его сознания.       Ричи лишь кивает, боясь сказать что-то не так, даже не зная, что вообще можно сказать. Ему просто очень нравилось то, что первый человек, заставший его врасплох, оказался его соулмейтом.

***

— Ну, у меня есть чай... Уже поздно, поэтому я не рекомендую его пить. Ещё есть вода, но только из-под крана. И апельсиновый сок, если ты хочешь чего-нибудь полезного, и... На этом всё. Видимо, у меня нет ничего.       Ричи вздыхает, с хлопком закрывая дверь своего холодильника. Смех Эдди доносится со стороны панорамного окна, к которому парень подошёл, чтобы насладиться видом. — Впечатляюще, — поддразнивает он, не оборачиваясь.       Прислонившись спиной к полке, Ричи наблюдает за его профилем с плохо скрываемым восхищением. — Обычно я гостеприимнее, — оправдывается он, из-за чего Эдди оборачивается через плечо, смеряя его сомневающимся взглядом. — Правда! Просто я вернулся из Нью-Йорка только вчера и не успел сходить за продуктами.       Эдди лишь хмыкает, всё ещё не веря его словам. — Сомневаюсь, что из тебя хороший хост, если единственное, что есть у тебя в холодильнике, это апельсиновый сок, — шутит парень, присаживаясь на диван Ричи.       Тот следует его примеру и тоже опускается на мягкие подушки, распластавшись так, чтобы их ноги соприкасались. Эдди улыбается и чуть двигается, поворачиваясь к Ричи боком и садясь в позу лотоса. — Я даже не буду оправдываться, Эдди, так что твоя взяла, — серьёзно говорит Ричи, и парень вновь смеётся.       Такой приятный звук. Ричи хочет установить его себе на звонок. Как на телефонный, так и на дверной. И на будильник в том числе. — Как хочешь, милый, — отвечает Эдди, и он едва ли сдержал в себе порыв заулыбаться от прозвища, которым его назвал парень. — О чём ты хочешь поговорить?       Ричи лишь пожимает плечами. — Не знаю, — его голос напоминает неуверенного двенадцатилетку, больше, чем он готов был признать. — Ну же, мне казалось, что ты тот самый балабол. Разве говорить — не твоя фишка? — подшучивает над ним Эдди.       Парень фыркает и бросает на него взгляд. — Кажется, ты от меня не отстаёшь в этом плане, — отвечает он, и Эдди морщится, гордо вскинув подбородок. — И что это, блять, значит?       Ричи слегка наклоняет голову на бок, сдерживая улыбку. — То и значит. Ты говоришь не меньше меня, просто более хаотично, — поясняет он, и Эдди замолкает, пытаясь найти аргументы в свою защиту, но в конце концов забрасывает это дело и вздыхает, принимая поражение. — Ладно, я выберу тему для разговора, — уступает он, вынуждая Ричи громко засмеяться и, пользуясь возможностью, закинуть руку на спинку дивана, чтобы поближе пододвинуться к Эдди. — Хочешь поговорить о том, почему ты выглядишь таким усталым? Ты хорошо спишь? — спрашивает Эдди, не настаивающе и тем более не допытывающе, лишь искренне интересуясь.       Ричи пожимает плечами. — Наверное? Я нормально сплю. Не так уж и много, но когда получается, то достаточно. Наверное, дело в туре. Они всегда выматывают, все эти поездки и перелёты в одиночестве. К тому же, в последнее время мне снятся странные сны, — говорит он, скорчив рожицу.       Щёки Эдди внезапно наливаются краской, и он опускает взгляд на свои ладони, начиная пристально рассматривать их, чтобы избежать взгляда Ричи.       Странно. — Да? И что это за сны? — тихо интересуется парень, и его голос звучит немного напряжённо.       Долгое мгновение Ричи пристально рассматривает его перед тем, как спросить: — Что с тобой?       Эдди, кажется, краснеет ещё сильней. — В каком смысле? — Ты ведёшь себя странно, — отвечает Ричи, из-за чего парень лишь неловко смеётся и качает головой, прокашливаясь. — Неправда. — Правда. — Неправда. — Правда! — Нет! — Да, ты... — Завались, Ричи! Просто расскажи о своих идиотских снах! — огрызается Эдди, из-за чего парень перед ним заливается смехом ещё громче. По крайней мере, они сошли с тонкого льда. — Боже, ладно. Если ты, блять, настаиваешь, — сквозь смех говорит Ричи. — Это глупо. Даже немного стыдно.       Эдди лишь самолюбиво ухмыляется. — Думаю, здесь я тебя сделал.       Вот это уже интересно.       Ричи выпрямляется и садится ровнее, готовясь услышать подробности. — Да? Тебе тоже снились странные сны? О чём? — спрашивает он, и Эдди, кажется, возмущается пуще прежнего. — Эм, я спросил первый, так что... — Так что... Если я расскажу тебе о моих снах, ты поведаешь мне о своих? — уточняет он, не сдерживая предвкушающей улыбки.       Вновь опустив взгляд и уставившись на свои ноги, Эдди кусает губы и пожимает плечами. — Может быть. Сначала ты.       В любой другой ситуации Ричи продолжил бы настаивать, но что-то в парне смягчало его. Пробуждало желание отдавать, а не забирать. — Мне не нравится эта сделка, но допустим... В общем, мне часто снится, что я — пилот корабля Галаги, сражающийся с пришельцами и всей этой хренью.       Эдди лишь смотрит на него долгое мгновение, не говоря ни слова. — Корабля Галаги? — невпечатлённо повторяет он. — Ну да, знаешь такую видео-игру? От Сеги или типо того, — проясняет Ричи, и парень лишь кивает, оглядываясь вокруг. — Да, знаю. Но откуда ты знаешь, каким кораблём управляешь? Почему из Галаги, а не из Звёздного Пути, например? — Потому что я сражаюсь с этими стрекозоподобными чуваками! У них корабли, напоминающие жуков! И я в пилотной кабине, в полном одиночестве, что довольно странно, потому что такие большие корабли обычно не управляются одним человеком, и я должен направлять его с помощью маленького красного джойстика и огромной красной кнопки. Обычно сны заканчиваются со взрывом, но иногда мне говорят, что у меня закончились жетоны, прямо посреди уровня, и меня выбрасывает в открытый космос. Тогда я и просыпаюсь, — он пожимает плечами, закончив рассказ, и Эдди пристально смотрит на него, обрабатывая услышанное. — Об этом тебе снятся сны? О космических жуках?       Ричи не совсем понимает, почему голос парня звучит разочарованно. — Да? — вопросительно отвечает он, и Эдди лишь качает головой и не сдерживает смешок, поднимая взгляд на потолок. — Как это мешает тебе заснуть? — Не то чтобы мешает... Я не могу уснуть по иным причинам, но из-за этих снов по ночам я больше волнуюсь! У меня волосы, наверное, уже седеть начали! Я управляю грёбаным космическим кораблём. У меня даже нет высшего образования, и я управляю космическим кораблём? Это большая ответственность. — За что или кого ты сражаешься? — Без понятия. За вселенную, наверное. — Но ты всегда погибаешь. Вселенной крышка. Ты хоть раз выиграл? Прошёл уровень? — Нет, я всегда просыпаюсь. Разве можно победить в Галаге? Мне казалось, что она бесконечная. — Я, блять, не знаю, Ричи. Это твой сон.       Парень кивает, потому что это правда, но он всё равно не имеет ни малейшего понятия. Наклоняя голову и опуская её на подушки, он смотрит на Эдди, который, кажется, всё ещё осуждал его за эти сны. Но не прошло и мгновения, как они оба разразились смехом, наклоняясь ближе друг к другу и широко улыбаясь. — Это было так глупо, Рич... Я думал, что тебе снится что-то настоящее! Что-то серьёзное, — говорит Эдди сквозь смех.       Качая головой, Ричи убирает спавшую на лицо Эдди прядь мягких волос. — Я не умею быть серьёзным.       Эдди лишь поднимает бровь. — Наш первый или, скорее, второй разговор был вполне себе серьёзным, как мне кажется, — напоминает он. — Да, точно. Ну, я был в настроении, — признаётся парень, и Эдди не сдерживает лёгкой улыбки, кивая. — Хорошо. Ты сказал, что позвонил своему куратору, — продолжил говорить он. Ричи немного напрягся, подготавливаясь к неминуемо приближающемуся разговору по душам. — Почему ты сделал это, Рич? Если ты не против, что я спрашиваю...       Говоря начистоту, Ричи не знал, против он или нет. Он не особо хотел обсуждать это сейчас, когда всего пару мгновений ранее он смешил Эдди и тот заливался искренним громким хохотом, но он также хотел, чтобы Эдди узнал правду. — Существует множество причин звонить своему куратору, — общо говорит парень, но у него не получается отвлечь Эдди. — Одна из них это чувство, что ты хочешь использовать, — напрямую говорит он, из-за чего Ричи морщится и кивает. — Ты поэтому позвонил? — Не совсем, — едва слышно прошептал Ричи.       Эдди пододвинулся ещё ближе, ведомый мягким голосом парня. Теперь они соприкасались в нескольких местах, но не то чтобы Ричи считал... Его рука с плечом Эдди, его колено с коленом Эдди, его ладонь с ладонью Эдди, его бедро с предплечьем Эдди... — Это неясный ответ. — Так и подразумевалось, — отшучивается Ричи, но взгляд парня говорящий и настойчивый. — Я просто... волновался. Испугался. — Меня? — спрашивает Эдди.       Снова, он не злился и не расстраивался, всего лишь пытался понять. И это помогло Ричи найти в себе силы, чтобы продолжить. — Немного. В основном, того, что всё это значит. Страх, что я тебе не понравлюсь, что мы не поладим, что ты не станешь терпеть мой характер... Это пугает, понимаешь? — всё также тихо говорит он, надеясь, что не придётся объяснять дальше. Эдди кивает, и парень решает прояснить: — Я больше не боюсь. Разговоры с тобой... Это помогает. Я чувствую себя увереннее, и страха почти не осталось. Он есть, совсем немного, но ты... Ты замечательный.       Эдди улыбается, касаясь его руки. — Спасибо, что рассказал. Соулмейты — не самая простая и понятная вещь на свете, так что я чувствую себя примерно так же.       После его слов Ричи стало легче, и он расслабился на диване настолько, насколько мог. — Хорошо, — на выдохе отвечает он, улыбаясь.       Но Эдди, кажется, не закончил. — Но я всё ещё не понимаю, почему ты позвонил своему куратору, — продолжает парень. — Собирался ли ты... — Нет, не собирался, — прерывает его Ричи. — Я просто боялся. И я всегда чувствую себя слабым, когда боюсь.       Эдди лишь хмыкнул, показывая, что понимает его, и тоже глубже уселся на диване, ближе прижимаясь к руке парня. Тот сразу же приобнял его за плечи, начиная подушечками пальцев мягко выводить на ткани его кофты незамысловатые узоры. — Я знаю это чувство, — признаётся Эдди. — Прости, если я... — Нет, не извиняйся. Мне приятно, правда, но ты не сделал ничего плохого, только помог. Просто мой шаткий мозг выдумал все эти комплексы, и... Сейчас я в порядке. Или буду, в ближайшее время, — говорит Ричи, вызывая у парня улыбку. — Я рад, что у тебя есть твой куратор. Вы близки? — Да, настолько, насколько возможно. Рекомендуется не особо близко общаться со своими кураторами, чтобы они оставались объективными, но Адриан правда потрясающий. Он переехал в Нью-Йорк, что немного усложнило наше общение, но я часто бываю там по работе, так что мы справляемся. И он всегда отвечает на мои звонки и старается быть доступным в любое время суток... Мне очень повезло с ним.       Пока он говорил, Эдди нежно коснулся рукой его волос и стал проводить по ним пальцами, распутывая непослушные, но такие мягкие кудри. Эти прикосновения были едва ощутимыми, но такими личными... В животе у Ричи в любое мгновение готовы были запорхать бабочки. — Я бы очень хотел когда-нибудь познакомиться с ним. — Ты бы ему очень понравился, — шепчет Ричи, закрыв глаза, чтобы сфокусироваться лишь на лёгких движениях пальцев в его волосах. — Что в тебе можно не любить?       Эдди мягко рассмеялся, слегка дёргая за пару прядей. — Не подлизывайся, — с улыбкой поддразнил он, и Ричи приоткрыл один глаз, чтобы насладиться нежным выражением лица парня перед тем, как вновь закрыть его.       Ему было так уютно, что он с трудом отгонял желание уснуть. — Как думаешь, теперь наши сны тоже будут в цвете? — ни с того ни с сего спрашивает Ричи, и рука парня в его волосах замирает, но не исчезает, и он открывает глаза, чтобы наблюдать за размышлениями Эдди. — Возможно. Но не сразу, наверное. — Это здорово. — Думаешь? — О да, теперь я смогу видеть жукоподобные корабли пришельцев в 3D и цвете.       Ричи ухмыльнулся, и Эдди лишь закатил глаза, не сдерживая смех. Затем он замолк, обратив свой взгляд на кухню, и пробормотал себе под нос что-то, что Ричи не смог различить. Звучало так, будто он что-то сказал про Билла. — Что?       Сделав глубокий вдох, Эдди повторяет, на этот раз громче: — И теперь, когда мне вновь будет сниться, как ты трахаешь меня, я буду чётко видеть цвет твоих глаз.       Мгновение Ричи сидит с приоткрытым ртом, не отрывая взгляда от смущённого лица парня перед ним. — Что, ещё раз?       Эдди краснеет ещё сильней и поднимает взгляд на потолок. — Не заставляй меня произносить это снова, придурок. Я знаю, что ты всё прекрасно слышал. — Мне кажется, что мой слух мог сыграть со мной злую шутку. Скажешь это ещё раз? — вновь просит Ричи, потому что так просто не может быть, Эдди не мог сказать именно то, что он услышал.       Парень бросил на него наигранно злобный взгляд и, обернувшись, схватил одну из подушек Ричи и швырнул её ему в лицо. — Я сказал, что мне снились с тобой мокрые сны! Вот какие странные сны снились мне! Не всем нам везёт видеть убогие видео-игры из восьмидесятых, когда мы спим!       Фыркнув, Эдди прижал подушку к своей груди, капризно надув губы. Это было до жути мило, и Ричи правда надо было придумать ответ, не заключавшийся в многочисленных, безостановочных поцелуях этих пухлых губ. Потому что это не совсем считалось за ответ. — Пожалуйста, перестань смотреть на меня и скажи уже что-нибудь, — взмолился Эдди спустя мгновение.       Ричи не сдержал порыв смеха, из-за чего парень вновь разозлился, наверное считая, что смеются над ним. — Я не имею ни малейшего понятия, что сказать... У меня нет слов. Нет слов. Что...? Когда? Почему? Мы даже не были знакомы до этого дня, — наконец выдавливает из себя Ричи.       Пожав плечами, Эдди натянул рукава своей кофты на пальцы и начал взволнованно перебирать их. — Билл заставил меня посмотреть твой стендап, — признаёт он.       По комнате тут же разносится недовольный стон. — Блять, какой именно? — спрашивает Ричи, чувствуя приступ стыда.       Эдди лишь хихикает, наблюдая за его напыщенной драматичностью, и тот втайне радуется смене настроения парня. — Твой первый спешл для Нетфликса. Я точно не помню название, но это было... — Эдди замолкает, ища нужные слова, но Ричи прерывает его, потому что знает продолжение к этому предложению. И он не особо хочет слышать это из уст Эдди. — Ужасно. Это было ужасно.       Эдди лишь ближе пододвигается к нему, пытаясь смягчить разговор. — Нет! Просто... Это не совсем моё... — на его слова Ричи лишь смотрит на него говорящим за себя взглядом, и Эдди вздыхает. — Окей, ты прав. Прости, но это было ужасно. Такое ощущение, что на меня кричал семнадцатилетний бабник в теле двадцатичетырёхлетнего парня. — Вау! Так меня, Эдс, — отвечает Ричи, смеясь. Это была чистая правда, поэтому его ни капли не задели слова парня. — Я тебя не виню. Это были тяжёлые годы, я тогда был не в лучшем состоянии. Можно сказать, что я писал для популярности, то есть не то, что на самом деле считал смешным, — признал он.       Эдди, кажется, устраивает этот ответ. — Я заметил это, во время сегодняшнего шоу. Ты правда был смешным в этот раз.       Улыбнувшись комплименту, Ричи кладёт голову на его плечо, пряча расцветающий на щеках румянец. — Достаточно для мокрого сна? — спрашивает он, и, пусть его слова и были заглушены тканью кофты на плече Эдди, тот всё равно их услышал и фыркнул. — О Господи, мечтай, — поддразнил он.       Ричи лишь ухмыльнулся и подвинул голову, касаясь губами шеи парня, не целуя, лишь соприкасаясь с бархатной кожей. Эдди резко вдохнул. — Мечтаю, — шёпотом отвечает Ричи.       Эдди лишь покачал головой, осторожно отстраняясь от него, из-за чего у того появилась возможность поднять взгляд на его лицо — зрачки Эдди были расширены, может, от их близости, а может, и от воспоминаний.... — Скажи, о чём были эти сны, — настаивает Ричи, и, несмотря на его искренность, атмосфера в комнате резко меняется и Эдди одновременно и смеётся, и фыркает. — Ни за что, — отвечает он, отстраняясь ещё дальше, чтобы между ними с парнем было как можно больше расстояния.       Тем не менее, Ричи это совсем не устраивало — он схватил его за щиколотки и притянул обратно к себе, так что ноги Эдди оказались поверх его бёдер, а задница плотно соприкасалась с ними.       Не то чтобы Ричи сделал это специально... — Ты пообещал, — возражает парень, но Эдди лишь складывает руки на груди.       Однако он не пытается вновь отодвинуться, лишь поудобнее усаживаясь в новом положении. Ричи воспринимает это как хороший знак, всё ещё придерживая щиколотки Эдди одной рукой и другую снова закидывая на спинку дивана. — Нет, не обещал. Я сказал «возможно». И затем твой сон оказался идиотским, так что... — он покачал головой и вновь посмотрел в окно.       Ричи нежно коснулся его подбородка пальцами и повернул его лицо к себе. — Пожалуйста? — прошептал он, чувствуя, как близко находятся их лица, чувствуя его дыхание на своих губах.       Сделав глубокий вдох, Эдди попытался проанализировать выражение лица парня перед тем, как пойти у него на поводу. — Тебе не кажется, что это странно? Стыдно? — спрашивает он, задержав дыхание.       Ричи лишь качает головой, и с его губ срывается тихий смешок. — Блять, нет, Эдс. Это, наверное, самая горячая вещь, которую я когда-либо слышал, — признаёт он, нежно поглаживая ногу парня, медленно двигая руку вверх. — Ты, желающий меня ещё до того, как мы встретились? Боже.       Пристально рассматривая его долгое мгновение, прежде чем покачать головой, Эдди ёрзает на коленях парня так, словно хочет оказаться ещё ближе. — Я даже не знаю, с чего начать. У меня таких снов было много, — говорит он, вынуждая Ричи громко застонать и усилить хватку на его ногах. — Твой любимый, — тут же отвечает он, — расскажи мне о своём любимом сне.       Улыбнувшись, Эдди мягко касается его шеи, проводя подушечкой большого пальца по пульсирующей под кожей артерии. — Хочешь погрузиться в мои кинки? Не думаешь, что ещё рано для этого? — Нет. — Я не хочу тебя спугнуть... — Этому не бывать, малыш, — рука Ричи уже покоилась на его бедре, не надавливая, но в то же время и не невесомо касаясь.       Эдди кивнул и провёл рукой по волосам парня. — Есть... один сон, который повторялся пару раз... — говорит он, слыша, как Ричи делает глубокий вдох, готовясь услышать продолжение. — Да? — спрашивает парень, подталкивая его к ответу.       Вновь кивнув, он не отрывает взгляда от глаз Ричи, чувствуя, как медленно утопает в их глубине. — Да, это точно мой любимый сон. Всегда заканчивается на том, что ты плачешь подо мной, — голос Эдди низкий, спокойный и цепляющий, открывающийся Ричи с новой стороны. Даже если бы он сказал что-то, что не попадало прямо по одному из самых главных кинков Ричи, у него всё равно бы встал от одного лишь голоса парня. Он мог бы читать ему грёбаного Сократа, и Ричи всё равно бы возбудился. — В хорошем смысле? — шепчет он, и Эдди кусает губы, кивая. — Ага, — говорит он, касаясь своим лбом его. — В наилучшем смысле. Ты просишь меня позволить тебе кончить. Мне нравится быть так над тобой. — Блять, — на выдохе отвечает Ричи, зажмуриваясь, чтобы представить себе это.       Эдди хмыкает, слегка оттягивая волосы парня перед тем, как коснуться его подбородка, проводя большим пальцем по острой линии челюсти. — Тебе нравится брать контроль? — Иногда, — легко отвечает Эдди. — Если честно, мне нравится и так, и так. Не пойми меня не правильно, я обожаю, когда меня вжимают в матрас и трахают, обладают мной, но в последнее время я просто хочу быть сверху и двигаться на твоём члене, пока ты не заплачешь. — Я ни капли не против, — проясняет чуть ли не самому себе Ричи, вызывая у парня лёгкий смешок. — Рад слышать, — говорит он, немного отстраняясь, чтобы положить обе ладони на грудь Ричи. — Обычно все сны начинаются одинаково. Ты вжимаешь меня в какую-то поверхность, стол, стена, капот машины... И ты говоришь, что хочешь трахнуть меня. Что тебе нужно оказаться внутри меня. — Твои сны не отличаются от реальности, — прерывает его Ричи. — То есть, без всякого сюжета?       Он даже не знает, как вообще может что-то говорить сейчас. Ему просто нужно сказать хоть что-то, иначе он попросту взорвётся. — Ни капли, — признаёт Эдди перед тем, как продолжить: — И затем ты берёшь мою руку, кладёшь её поверх своего члена и спрашиваешь, не слишком ли он большой. — Кто-то смотрит слишком много порно, Эдс, — шутит Ричи, не сдерживая тихий смешок.       Парень легко шлёпает его по щеке, и едва ощутимой боли достаточно, чтобы вновь привлечь внимание Ричи. — Заканчивай, или я остановлюсь, — предупреждает Эдди.       И Ричи верит, даже не пытаясь соврать, что угроза не оказала никакого влияния на его член. — Прости, малыш, — шепчет он, беря Эдди за руку и проводя ей вниз от своей груди к наполовину вставшему члену, прямо как во сне парня. — Что происходит дальше? — Блять, Ричи, — он не сдерживает громкий стон, обхватывая стояк парня сквозь ткань его джинсов. Тот знал, что ему уж точно нечего было стесняться, но реакция Эдди всё равно положительно сказалась на его самооценке. — Ты спрашиваешь, не слишком ли он большой. И иногда я ускользаю от тебя и притворяюсь застенчивым, чтобы ты... взял надо мной контроль. Трахнул меня. Но в этом сне я воспринимаю это как вызов. Я почти всегда такой, у меня много гордости.       Ричи лишь кивает и улыбается, не комментируя слова парня. — Затем я подталкиваю тебя к ближайшей поверхности, иногда к кровати, иногда к дивану, иногда прямо на том же месте, расстёгиваю твои штаны и заглатываю твой член, — продолжает Эдди, не особо вдаваясь в малейшие детали, но из горла Ричи всё ровно вырывается низкий стон. Эдди продолжает двигать рукой на его члене, чувствуя, как парень подаётся навстречу его прикосновениям. — Это не похоже на правду, чтобы ты знал. Мне не нравится брать глубоко, но во сне это чертовски горячо. — Хм-м, — всё, что получается сказать у Ричи.       Он хочет согласиться, потому что он и сам не фанат глубокого минета, так как сам его факт немного пугал, но Эдди был в самом разгаре и он не хотел его прерывать. — Я заглатываю твой член и сосу так, как только могу. Мне всегда нравится смотреть на тебя, на то, как ты закрываешь глаза и распахиваешь рот. Ты всегда выглядишь таким сломленным, и я говорю тебе об этом, выпуская твой член изо рта прямо перед тем, как ты собираешься кончить. Я говорю тебе, что тебя легко обвести вокруг пальца. Это ведь так, Рич? Ты бы давал мне свой член, когда мне только вздумается? — спрашивает Эдди, проводя большим пальцем по нижней губе парня. — Да, — получается хрипом выдавить из себя у Ричи.       Улыбнувшись, Эдди касается подушечкой пальца языка Ричи, надавливая, когда тот сомкнул свои губы вокруг фаланги. — Знаю, Рич. Ты бы не смог отказать мне, — шепчет он, наслаждаясь видом и в конце концов освобождая палец из жаркого рта Ричи, чтобы провести им по острым скулам парня, очерчивая линии его лица. — Что дальше? — спустя мгновение спрашивает парень, желая знать. — Следующая часть моя любимая, — говорит Эдди, с улыбкой слушая, как стонет Ричи после его слов. — Тебе следует знать, Рич, что пусть я и люблю передавать контроль в постели, я всегда, всегда люблю его брать. — Чёрт возьми, — стонет Ричи, представляя это яснее дня — Эдди, двигающегося на его члене, вжатого быстрыми толчками в стену, прячущего лицо в подушки, пока Ричи вбивается в него сзади. — Это так, Рич. Я так хочу почувствовать твой член внутри.       Отчаянно всхлипнув, Эдди перемещается со своего места на диване на колени Ричи и тут же двигает бёдрами, ощущая его член прямо между своих ягодиц, и парень цепляется пальцами за его бёдра, отбрасывая голову на подушки и не сдерживая рыка от идеального трения. — Затем, во сне, ты раскрываешь меня, — продолжает Эдди слегка задушенным голосом, и его голова наконец кружится так же сильно, как и у парня под ним. — Я всегда меняю позу и поворачиваюсь, садясь на твоё лицо, чтобы ты раскрыл меня своим языком. Это классно, что во сне мы можем делать это внезапно. В реальности мне придётся тщательно подготовить себя перед этим, но во сне... — Я понял, Эдс. Ближе к делу. — Да, да, к делу... К тому, как я насаживаюсь на твой член, пока ты не ломаешься. Это моя любимая поза, знаешь? — говорит он, опуская обе руки на плечи Ричи и вновь двигая бёдрами, наслаждаясь отравляющим сознание чувственным удовольствием. — Вот так, с тобой сидя, чтобы твой член проникал в меня настолько глубоко, насколько возможно. Я могу сам задавать темп и прикасаться к тебе так, как мне только вздумается.       Он демонстрирует свои слова, запуская пальцы в локоны Ричи и медленно сползая ладонями по его спине, цепляясь за лопатки и в конечном итоге замирая на талии. — Боже, почему на тебе так много одежды? — стонет парень, отчаянно желая почувствовать раскалённую кожу Эдди на своей. — Зачем нам раздеваться, Ричи? Я просто рассказываю тебе историю, — со смешком говорит тот. — Я бы не стал спать с кем-то на первом свидании.       Слова Эдди шли прямо к его члену, и Ричи находился в одном шаге от того, чтобы заплакать от того, как сильно он хотел ощутить себя внутри парня. Что, как оказалось, Эдди бы очень понравилось. — Ты убиваешь меня, Эдс.       Долгое мгновение рассматривая его, Эдди наконец встаёт с его колен. — Тогда поменяемся, — говорит он, не оставляя Ричи времени на то, чтобы соскучиться по контакту с его телом, потому что он тут же вновь опускается на его колени, на этот раз спиной прислоняясь к груди парня и ягодицами вжимаясь в его член. — Это моя вторая любимая позиция, в ней я чувствую себя очень развратно. — Да, это заметно, — шепчет Ричи, через плечо смотря на его тело.       Эдди хмыкает в согласии, вновь начиная двигаться и беря Ричи за руку, чтобы опустить её в собственные брюки. — Она отдаёт тебе немного контроля. Хочешь довести меня до оргазма, Ричи? — Да, блять, хочу, Эдс.       Член Эдди ощущался так приятно в его руке, уже стоящий и покрытый смазкой. Ричи крепче обхватывает его пальцами, начиная двигать ими, желая увидеть, как Эдди теряет контроль. — Боже, Рич, это так приятно, — он слегка наклоняется вперёд, ладонями упираясь в свои колени и прогибаясь в спине, и Ричи едва сдерживает желание взять в руки телефон и сделать фото, потому что блять, Эдди знает, что делает. — Думаешь, у тебя получится заставить меня кончить первым?       Бросая вызов, он вновь качнул бёдрами, сильнее прижимаясь к пульсирующему от напряжения и возбуждения члену Ричи. Тот, кажется, был лишь в паре минут от того, чтобы кончить прямо в штаны, но ему всегда нравились вызовы, поэтому он слегка замедлил движения своей руки и сделал глубокий вдох, проводя большим пальцем по головке члена Эдди. — Я определённо постараюсь, — бормочет он, поддаваясь соблазну прямо перед ним и пальцами свободной руки впиваясь в мясо ягодиц парня, шлёпая его перед тем, как ближе подобраться к тому месту, где именно он жаждал сейчас оказаться. — С тем, как ты сейчас двигаешься, у меня может и не быть шансов.       После громкого всхлипа Эдди он усмехнулся, наслаждаясь тем, какое влияние его слова оказывали на парня. — Что, Эдс? — невинно спрашивает он, рукой обхватывая горло Эдди и притягивая его к себе, вплотную прижимая его спину к своей груди. — Сам любишь распустить язык, но сам не можешь вытерпеть, когда это делают с тобой?       Он слегка усилил хватку поверх его горла, не удушая, но достаточно, чтобы разжечь Эдди. — Иди на хуй, — бормочет тот, поворачивая голову и оставляя поцелуи на шее Ричи, проводя языком и тут же кусая за его ухом. — Я бы больше оценил, если бы ты пошёл на мой, — отвечает тот, и они оба смеются. — Поверь, я это чувствую.       Эдди вновь двигает бёдрами, из-за чего член парня проскальзывает прямо между его ягодиц, и Ричи настолько близко... Это просто нелепо — то, как они трутся друг о друга, словно отчаянные подростки, но Эдди проигрывал акт так горячо, что Ричи не собирался возражать. — Эдс, я сейчас кончу, — шепчет он в покрывшуюся испариной шею парня. — Да? Ты кончишь лишь от мысли о моей заднице? Это так горячо, — со стоном отвечает Эдди.       Ричи сдерживает в себе порыв возразить, что он больше, чем думает, но это неважно — он слишком близко. Поэтому парень ускорил движения своей руки на члене Эдди и оставил укус на его шее, и тот вскрикнул от боли, потому что он просто идеален, и Ричи толкнуло за грань, к самому сильному оргазму за очень долгое время.       Когда он пришёл в себя, то заметил, что его ладонь тоже была мокрой, пока он продолжал двигать ею, медленно и уверенно. — Рич, перестань, — всхлипнул Эдди спустя мгновение, слабо отталкивая его руку от своего члена.       Часть Ричи хотела продолжить, поиграться с Эдди и чувствительностью после оргазма, но у них будет предостаточно времени, чтобы он воплотил это в жизнь. Он абсолютно точно воплотит это в жизнь. — Мы только что кончили в одно и то же время? — спрашивает Ричи, пытаясь восстановить дыхание.       Рассмеявшись, Эдди кивает и поднимает руку, чтобы коснуться его шеи. — Да. Чёртово клише, — говорит он с улыбкой.       Ричи тоже смеётся и наконец убирает руку, покрытую спермой, от члена парня. Он как раз хочет поднести её ко рту, чтобы облизнуть, но Эдди останавливает его на полпути. — Не подноси это близко к моему лицу, — предупреждает он, всё ещё лёжа на груди Ричи, и тот смеётся, удивлённый его словами. — Тебя смущает немного спермы? Не любишь с ней поразвлекаться, м?       Он не осуждал его, ни разу нет, но всё равно немного расстроился бы, если бы ответ Эдди был отрицательный. Ричи очень хотел в ближайшем будущем кончить на его лицо, внутри него, и на бёдра парня. На него всего.       Эдди повернул голову, чтобы смерить его взглядом, перед тем, как полностью повернуться к нему и усесться на его коленях, лицом к лицу. Взяв Ричи за руку, он поднёс её ко рту парня, пока тот палец за пальцем вылизывал их начисто, наблюдая за ним томным взглядом. — Меня это не смущает, я просто не хочу, чтобы моя собственная сперма оказывалась где-то рядом с моим лицом, особенно у моего носа, — поясняет Эдди, опуская взгляд между их тел, на джинсы парня. — Но твоя...? Вот это уже интересно. — Замечательно. Её там много, если тебе хочется, — говорит Ричи, указывая на свои джинсы.       Эдди скорчил рожицу и покачал головой. — Думай как хочешь, но я, шарящийся по твоим штанам в поисках спермы, это совсем не сексуально, — отвечает он, слезая с Ричи и поднимаясь на слегка подрагивающие ноги.       Ричи встал с дивана вслед за ним, подходя к нему так близко, как только возможно, и наклоняя голову из-за их разницы в росте. — Всё, что ты делаешь, сексуально.       Наклоняясь чуть ниже и понимая, что сейчас они поцелуются впервые, он замирает, взглядом спрашивая у Эдди, согласен ли он. Тот едва заметно кивает, и Ричи сокращает оставшееся расстояние, соединяя их губы.       Это было не идеально, сначала потребовалось немного приноровиться, учитывая то, как низко пришлось Ричи нагнуться и что в его рту всё ещё оставался вкус спермы Эдди, но спустя пару мгновений поцелуй превращается в нечто по-настоящему потрясающее.       И осознание того, что это был первый поцелуй из многих, ждущих их впереди, что Ричи наконец встретил своего соулмейта, что он мог целовать его вновь и вновь, когда ему только вздумается, делало всё ещё лучше.       В этом мгновении не было абсолютно ничего лучше и, важнее всего, ничего страшного.