Женить Агреста за месяц

Агрест, честно говоря, не помнил, что его сподвигло на походы по странным клубам: зануда Жак или же надоевшее одиночество. Однако сейчас, сидя в большом зале какого-то заведения, что мало походило на ночной клуб, модельер нервно поправлял маску и думал: «Какого черта я вообще здесь забыл?!» Жак Люмьер — его давний друг и знакомый, общение с которым он все же решил наладить, спокойно сидел рядом, держа в руке полупустой бокал, и болтал без умолку. Его заткнуть могли только жена или очередная красивая девица. И кто бы мог подумать, что его — Габриеля Агреста, самого знаменитого модельера Парижа вдруг потащит дьявол-Жак в какое-то подозрительное заведение с абсолютно непримечательным названием «Маска»? Сам Агрест в жизни бы такого не придумал. Он планировал после похорон Эмили и добровольного возвращения всех талисманов состариться спокойно в одиночестве, ожидая внуков. Адриан и Маринетт уже поступили в университеты, оставалось подождать всего-ничего, а потом отойти от дел и стать лучшим дедушкой. Состариться спокойно у него не получилось. Одиночество без вечного квами рядом удручало. Не с кем было поговорить, обсудить новые эскизы. Натали была для того слишком занята (она все равно не подсказала бы ничего), а Адриан все время пропадал то на парах, то на занятиях, то на свиданиях со своей Леди. Габриель удивлялся, почему эта парочка все еще не живет вместе. Давно бы пора. Он в их возрасте уже был женат и успел стать отцом. Тогда и решил он наладить старую дружбу с университетским другом Жаком Люмьером. Черты бы побрал тот день, когда Габриель набрал в телефоне номер старого друга! Люмьер всегда был той еще занозой в заднице. Сколько раз в молодости Агрест попадал в переделки из-за него! Ходил ночью по женской половине общежития в поисках друга, который по рассеянности своей забыл передать ему ключ от их общей комнаты. Габриеля тогда чуть не поймали с поличным, а Жаку здорово досталось. У этой занозы никогда не было проблем с девушками, да и вообще в общении в целом. Габриель же с трудом сходился с людьми. Каким-то чудом он познакомился с будущей женой. Эмили была просто даром божьим для него. — Ради всего святого, Габ! — возмутился Жак, опустошая окончательно бокал. — Напомни-ка, ради чего мы сюда пришли? Взглянув на брюнета рядом с собой, Агрест поправил вновь маску. Жак был явно недоволен его отстраненностью и с вероятностью в сто процентов начнет сейчас читать лекцию про тяжесть одиночества. — Ты хотел сказать «Ради чего я тебя сюда притащил?» — усмехнулся блондин. — Подкол засчитан. Тем не менее, я перефразирую вопрос: для чего я тебя сюда притащил? — Люмьер налил еще вина, пристально оглядывая зал. Тихо звучал джаз. Жак безумно любил его еще с детства, а вот Агрест к нему был равнодушен. В центре просторного зала под него танцевали парочки в масках. От всей этой пестроты кружилась голова. Музыка била ревом по ушам, отчего Агресту все сильнее и сильнее хотелось смыться с этого мероприятия. Он чувствовал себя здесь, как белая ворона. Или бело-желтая, но все равно ворона. — Потому что мамочка решила мне подыскать спутницу в жизни, — уныло пробурчал Габриель, открывая скетчбук. — Жак, это бесполезно. — Так, а вот это вот лишнее, Месье Зануда! — Жак тонкими пальцами выхватил из рук друга все посторонние на данный момент предметы и убрал в свой потрфель. — Не сюда смотри! А туда! — Смысл? Разве я там увижу Эмили? — вздохнул Габриель. — Эмили нет уже пять лет, мой друг. Тебе едва больше тридцати семи! Ты еще молод и полон сил! Отпусти ее. Это никому не делает лучше. Пора бы жить дальше… Неужели они похоронили ее так давно? Неужели его музы, яркого зеленоглазого солнца нет на свете так давно? Неужели время пролетело так незаметно?.. Да. Пять лет. Все верно. — Если бы все было так легко… Твоя-то муза, слава богу, все еще жива. — Черт бы побрал эту врушку! — Но твою любимую врушку! — Она врет так же плохо, как и я. Я каждого ее ухажера знаю в лицо, а она знает в лицо всех моих пассий! — смеялись карие глаза за черной маской. — Брось! Ты более примерный семьянин, чем хочешь казаться, Сеньор Задира! — А ты сейчас абсолютно свободен! Слушай, в следующий раз будь добр — подбери маску получше! Агрест на это заявление лишь фыркнул: желтая маска вполне шла к его светло-желтой рубашке и белым брюкам. Хотя, Жак никогда не отличался особым вкусом и всю жизнь использовал в своем гардеробе черные цвета. Хотя, ему этот цвет всегда шел. Габриель вообще-то не собирался больше появляться здесь. — Нормальная маска! Отвянь, иначе я уйду отсюда, — отрезал Габриель и уныло посмотрел в зал. — С каждой минутой мне хочется сбежать все больше… Его взгляд столкнулся с другим. Это было не простое совпадение. Она смотрела на него с другого конца просторного зала. Агрест не мог различить цвет глаз за синей маской, скрытой синей вуалью. Женщина смотрела на него неотрывно, нисколько не стесняясь. Агрест на пару секунд удивился тому, что сам смотрит в ее сторону, но взгляда отводить не стал. — Хорошо, отвял! Я не собираюсь куковать здесь в одиночестве весь вечер! — поднял руки Люмьер. — А она ничего! — Одиночество тебе грозит максимум на минуту… Ты о ком? — все так же уныло спрашивал Габриель, не отрывая взгляда от незнакомки. — О той женщине в потрясном синем платье, на которую ты смотришь неотрывно уже половину минуты! — поддел Жак. — Очевидно, эта барышня любит синий цвет! Какая фигурка! — Весьма неплохая, спешу заметить. — Она тобой заинтересовалась! К тому же, эта девушка совсем одна. Я, как примерный семьянин не стану знакомиться с ней, а вот тебе советую! — Люмьер с чеширской улыбкой глянул на друга. — Не спорь — она тебе интересна! Габриель схватил со стола свой бокал, сделал глоток, хитро улыбнулся и, тряхнув пепельной шевелюрой, оторвал взгляд от незнакомки. — Интересна! Да! И что? — бросил он в лицо удивленному Жаку. — Выкусил, Сеньор Задира? — Тогда пригласи ее на танец! Заговори с ней! Дерзай! Или боишься?! — Вот и пойду! — смело сказал Габриель. Смотря на торжествующее лицо друга, модельер понял, что попался добровольно на удочку. Отступить сейчас — значит дать повод для дальнейших насмешек. А терпеть подколки Люмьера ой, как не хотелось! Проклиная эту недолгую перепалку на чем свет стоит, Габриель снова уставился на незнакомку. Оркестр заиграл тихую и медленную мелодию, позабыв про джаз. Парочек стало еще больше. Идя через весь зал к тому самому столику, за которым сидела незнакомка, Габриель к своему ужасу заметил, что к женщине уже подошел какой-то подозрительный тип в сиреневой маске — какой жуткий цвет. В пару секунд Агрест пересек зал и оказался за спиной у той самой женщины, которая уверенно отвечала «нет» на предложение "сиреневого" (как его окрестил Габриель) весело провести время. Молодой человек явно не желал просто так оставлять девицу, но, увидев за ее спиной Габриеля, чуточку поумерил свой пыл. — Констанция, милая, что этому типу от тебя мужно? — нежно и спокойно спросил модельер, кладя руки на тонкие плечи брюнетки. Незнакомка резко выдохнула, сжавшись под теплыми ладонями. Она растерялась. — Все в порядке, Пьер! Молодой человек просто ошибся, — женщина обернулась на него. Мужчина в сиреневой маске досадно выдохнул и скрылся с глаз. — Благодарю вас от всей души. Вы меня спасли от общества этого навязчивого человека, — выдохнула голубоглазая. — Не стоит благодарности, — улыбнулся Габриель. — Можно присесть? — Конечно, — кивнула собеседница. — Простите, что не представился — Пьер! — Габриель не собирался выдавать свое имя какой-то малознакомой женщине. Тонкая рука в синей перчатке подхватила бокал. Голубые глаза внимательно смотрели на собеседника. — Констанция, — улыбнулась женщина, протягивая руку для рукопожатия. — Счастлив с вами познакомиться, — улыбнулся в ответ Агрест, касаясь губами ее пальцев. Назнакомка вспыхнула, поправив свою синюю шляпку с вуалью. — Взаимно, месье… — расстерялась вновь женщина. — Можно просто Пьер. — Хорошо, Пьер. Что же вас привело в это заведение? Признаться, я наблюдала за вами весь вечер, но вы, очевидно, явно не желали быть здесь. — Все верно. Мой друг решил, что мне вредно находиться в одиночестве, потому приволок сюда. — Я уверена, что он желает вам счастья. — Возможно, что это так. А что вас привело сюда, Констанция? — Я каждый вечер прихожу сюда, если есть свободное время. С моим шефом редко удается выкроить для себя свободный вечер. Вообще-то, причина та же, что и у вас — одиночество. — Верно. Как насчет совместного проведения этого вечера? Я буду очень благодарен, если вы мне поможете избавиться от зануды-друга! Констанция оглядела пристально весь зал и увидела за тем же столиком, от которого пришел Пьер, еще одного мужчину. Брюнет улыбался, словно Чеширский Кот и одобрительно кивал головой. — Я буду рада оказать вам эту услугу! Боюсь, что этот мужчина очень навязчив. — Тогда вы не будете против, если я вас приглашу на танец? — поднялся Габриель из-за столика и протянул женщине руку. «Что я вообще делаю?!» — промелькнуло у них обоих в головах, но тут же забылось. Музыка вновь перешла от джаза к медленной мелодии вальса, а пара уже кружила посреди просторного зала к огромному удовольствию Люмьера. Пусть Агрест и будет все отрицать завтра, но Жак давно не видел, чтобы его друг так на кого-нибудь смотрел. Очевидно, что эта девица в изумительно простом и элегатном синем платье в пол увлекла его. Это было замечательно!