"V" значит "Violence"

      Который день в городе не перестаёт лить дождь. То он крупными каплями падает на серый и холодный асфальт, то мелко и немного неприятно моросит. По телевидению и радио говорят, что это из-за изменения климата в стране. Возможно. Но такая погода не всегда вдохновляет на работу — в такое время хочется лечь под теплое одеяло с кружкой горячего чая и поспать под мирный стук капель о подоконник и стекло.       У многих прохожих зонтики в руках черные или серые, скучные и однообразные. Яркие есть только у деток и иногда у парочки подростков, взрослого с зонтом яркой расцветки встретишь редко. Но почему-то, видя взрослого с таким зонтиком, на лицо непроизвольно лезет улыбка. Желтые, зелёные, голубые и розовые — вся эта куча красок может сделать твой день хоть чуточку ярче, даже если дождь идёт уже несколько дней.       Чон Хосоку с этим меньше везёт — он не видит всей той радости что испытывают другие. Он всегда ходит с каменным лицом, даже без малейшего намёка на улыбку, и со льдом в глазах. «Ледяной красавчик» — так его звали девчонки в школе и институте, что тихо восхищались им. И было чем. Он высокий, с идеальной линией подбородка, красивыми руками и сексуальными ногами, что всегда были облачены в черные брюки или джинсы. Он умный, не бедный и видный — забирай кто хочет. Но, пока что он не выбрал себе никого, как пассию, на остаток жизни.       Чон заходит в теплое помещение и стряхивает противные капли с плеч, волос и зонтика черного цвета. Плохая погода даже такую ледышку, как он, из-себя может вывести. Хосок ставит зонтик в подставку и проходит дальше в помещение, всё больше смешиваясь с этим запахом кофе и дерева. Хосок работает бариста и официантом в кофейне на окраине города, и, иногда, когда есть настроение и их музыкант не против, то он может выйти и спеть что-то. Ему тут нравится — тепло и кофе вкусный, а ещё людей не так много. Чон проходит в помещение за барной стойкой и кладёт свои вещи в шкафчик, доставая из него униформу. Светло-кремовая рубашка и кофейного цвета фартук выглядели хорошо и в антураже кофейни, и на самом парне.       За стойкой сейчас стоит только коллега Хосока — парень-одногодка Намджун. Он высокий, умный, ходит в очках и имеет очень милые ямочки. Его любят частые посетители, в основном девушки, за такой милый образ пай-мальчика и доброе сердце. Его не раз отрывали во время работы, чтобы помог достать кота с дерева или перенести что-то тяжелое. Но сегодня, слава богу, тихо и никто его не отвлекает от работы. Ким ему кивает в знак приветствия и продолжает делать чай для клиента, а Хосок берет блокнот с ручкой и идёт к только что зашедшим людям. — Здравствуйте, позвольте помочь, — он осторожно снимает мокрую кожаную куртку с девичьих плеч и помогает снять плащик с ребёнка. — Вот там, — он пальцем показывает в пустую часть кофейни, — столы не заняты. Вам дать детский стул? — Нет, спасибо… — девушка запинается и быстро прочитав имя на бейдже, снова смотрит ему в лицо, — Хосок. Просто принесите нам меню и сразу сделайте два черных чая. — Хорошо, — парень быстро удаляется и приходит к ним уже с парой меню в кожаной обложке. Девушка недолго смотрит на список блюд и откладывает его в сторону, — вы выбрали что будете брать? — Два брауни, эклер и чай, что я вам уже говорила, — Хосок всё быстро записывает и кивает. — Ждать примерно пятнадцать минут, отдыхайте, — мать ему кивнула и Чон ушел в сторону стойки. — Джун! Два брауни, эклер и два черных чая на четвёртый столик. — Принято, — Намджун довольно быстро налил чаю в две белые небольшие чашки и поставил на поднос. Ещё минут через десять к ним присоединились ещё три небольших тарелки, — Готово. На четвёртый столик! — Понял, — Хосок забрал поднос и понёс к девушке с ребёнком. Мальчик на удивление был очень спокойным и сидел тихонько, рисовал что-то в тетрадке. Хосок осторожно поставил сначала чай, а потом и десерты. — Приятного аппетита. — Спасибо, — мама принялась за еду, как и малыш, а Хосок пошел обратно к стойке. — Сегодня дождь стал сильнее, не думаешь? — спросил Ким, протирая чашки полотенцем. — Да, немного. Бесит уже. Как дела в универе, ты же на ин. язе учишься? Слышал там трудно… — как-то немного лениво протягивает парень и смотрит на коллегу. — Ну, всё более-менее, когда ты в курсе темы. Мне с этим везёт, так ещё и учитель нормальный, — отвечает он и ставит перед Чоном кружку кофе с корицей. — За мой счёт. — Ты так разоришься, помяни моё слово, — Джун лишь тихо хихикает и продолжает хлопотать за стойкой, пока Хосок смотрит на посетителей, что сидят тут, и потягивает свой кофе.       Неожиданно в помещение буквально вваливается какой-то мужчина. С него течёт вода, куртка явно будет долго сохнуть после такого, а волосы цвета блонд прилипают к мокрому лбу. Хосок сразу к нему подошел и снял с него куртку. — Вам помочь? Дать полотенце? — мужчина лишь кивнул и чихнул. Хосок быстро принес полотенце из комнаты персонала и дал ему. — Проходите и садитесь, я сейчас подойду. — Ага, спасибо, — хриплый голос, курит. Чон не сторонник такого занятия, но кто он, чтобы судить человека из-за этого. Мужчина прошел вглубь заведения, сел за маленький столик у окна, вытирая голову от лишней влаги. Хосок к нему подошел уже с меню в руках, но гость остановил его, — Простой американо, и желательно погорячее. — Сейчас принесу, — Хосок кивнул и пошел на бар. — Джун, один американо для того парня. — Для Юнги-хёна? Я думал, что кроме работы он вообще никуда не выходит, — парень начал делать напиток, а Чон перевел взгляд на мужчину.       «Значит, его зовут Юнги.»       Ким ставит перед напарником чашку с кофе и слегка хлопает по плечу: — Держи. — Спасибо, — Хосок берёт чашку и относит за стол к мужчине. — Ваш американо. — Спасибо, — Юнги берёт напиток и подносит к губам, а Чон залипает на него. Только сейчас он заметил насколько мужчина красивый. Бледная, почти прозрачная кожа, аккуратные руки, на которых раскинулись реки синюшных вен, глаза с лисьим разрезом и слегка пухлые губы, что сильно выделяются на лице. Юнги немного отпил и стал греть о чашку руки. — Что-то хотел? — Нет, простите, — Хосок отходит от стола, но его снова зовут: — Что-то хотели? — Есть пепельница? — Простите, но у нас не курят. Курилка за вон той дверью, — Юнги кивает и идёт туда, а Хосок еле улавливает от него аромат одеколона вперемешку с табачным дымом, кофе и дождём. Странно, но запах ему подходит просто идеально. Мужчина скрывается за дверью, по пути открывая пачку «Marlboro» и засовывая ядовитую палочку меж зубов. Чон только смотрит ему вслед и идёт убирать столики за уже ушедшими посетителями. — Эй, Хосок. Тут тебя на телефон просят, — зовет его Намджун, и Чон берёт у него телефон. — Да, Хосок слушает. — Хён, это Чонгук, — на том конце раздаётся знакомый и весёлый голос брата. Чонгуку двадцать один год, он учится на следователя и сейчас проходит практику в отделении местной полиции. — Тут такое дело… помнишь нашу знакомую Кан Давон? — А, да, помню. А что? — Её убили. Меня, как её давнего друга, уже допросили и допросят тебя. Ты же общался с ней дольше и лучше меня, — Хосок прикусил губу и нахмурил брови. Давон; они учились все вместе в одной школе. Она была одноклассницей Хосока и очень доброй. И теперь она мертва, ужасное чувство. — Я скоро буду, не волнуйся, — Чонгук отключился, и Хосок пошёл в комнату для персонала. Вышел через пару минут надевая куртку. — Ты куда? — В полицию, к Гуку. Подменишь? — Джун кивнул ему. Парень в спешке вышел из заведения, дождь стал немного слабее.

***

      Парень в белой маске подошел к перепуганной девушке, держа в руке топор. По лезвию стекает кровь — жертва уже ранена. По щекам течёт размазанный макияж, одежда в некоторых местах порвана и неудобно открывает вид на молодое тело. Маньяк подошел к ней ближе и взял за подбородок, темные глаза с азартом и удовольствием рассматривали страх и ужас во взгляде напротив. — Бедная овечка, тебе страшно? — девушка смотрит на него молча и боится сказать хоть слово. Маньяк хватает её за шею, крепко сжимая на ней пальцы, и заносит над головой топор. — Теперь подари и мне хоть немного сил для жизни, милая.       Сильный удар пришелся на шею жертвы — топор вошел глубоко в трепещущую плоть бедняги. Парень продолжал наносить удары, пока голова спокойно не отлетела от тела. Он начал разделывать её, словно свинью на скотобойне, тихонько что-то напевая себе под нос. Вот она уже без рук, только какие-то мелкие ошмётки валяются возле плеч. Парень разорвал одежду на ее теле, вскрыл остриём живот. Из кармана куртки он достал пакет, в который начал аккуратно класть органы. — О, а ты у нас за здоровый образ? Печень у тебя просто отменная, овечка, — вслед за ней полетела в пакет и кишка, легкие и сердце. Осторожно отрезал с боков, ног и ягодиц по куску мяса, вытер кровь с себя и топора обрезками от одежды жертвы и ушёл. Тело бедной девушки найдут не скоро, только через дня четыре.       Её имя Кан Давон…