"V" значит "Violence"

      Участок опять заполнен людьми, везде сношают из стороны в сторону люди с бумагами. Где-то, рядом у стенки, делают кофе, шумят принтеры и компьютеры, а из камер временного заключения нарушители порядка громко говорят. Чонгуку тут нравится — он, как и папа, хотел помогать людям. Только папа был пожарным, а малыш Гуки ещё с детства выбрал работать в полиции, чтобы защищать слабых и помогать нуждающимся. Рядом с его столом сидит Пак Чимин — розоволосый паренёк с пухлыми губками и узкими глазками. Он всего лишь помощник полицейского, но при этом — очень старательный и верный работник службы защиты. Его поставили вместе с детективом, как наставников, чтобы Чонгук прошёл практику. — Ну, нет же, ты опять сделал ошибку, — Пак встаёт со своего места и тыкает маленьким пальчиком в тетрадь подопечного: иногда Гук брал с собой задания по математике и другим предметам и учил их в участке, — тут нужно поделить на два, а потом взять под корень и вычислить то, что получится. — Да, спасибо, хён, — младший кивает ему и улыбается, Чимин тоже кивает и идёт к кофеварке стоящей у стены. В помещение резко зашел высокий парень в куртке — Хосок. — Хоби-хён! — Привет, Гук-а, привет, Чимин, — Пак кивает старшему и наблюдает за ними дальше, — где она? — Нам ехать надо в отделение судмедэкспертизы. Чимин-хён, я скоро приеду, — Чонгук натягивает на себя куртку, и вместе с Хоби они выходят из помещения. Чимин отпивает немного кофе из кружки и садится за свой стол разбирать и дальше бумажную волокиту, которую на него повесили.       Крупные дождевые капли скатываются по стеклу автомобиля, устраивая между собой некое подобие гонки. Чонгуку нравится наблюдать за такой картиной, он любитель дождя. И почему-то такая погода всегда ассоциировалась у него с братом, что сейчас сидит за рулём и смотрит внимательно на дорогу. Хосок тоже хмурый и холодный, а если и появляется у него хорошее настроение и улыбка — то это схоже с яркой и красивой радугой. Он понимает, что брат такой, какой он есть, и любит его любого. Впрочем, кто из нас вообще идеален хоть в чём-то?       Машина осторожно паркуется около здания отдела судмедэксперта и парни выходят. Здание снаружи не особо приветливое, впрочем как и его начинка. Чоны быстро зашли внутрь и стряхнули с себя лишнюю влагу, чтоб хоть немного быть в приличном виде. Чонгук идёт направо по коридору, в сторону одного из секторов морга. Вокруг всё пахнет спиртом и мертвыми телами. Это работа — не для слабых, ибо порой попадаются такие кадры, что даже профессионалу становится жутко. Вот и Хосоку с Чонгуком тут немного не по себе. Они доходят до одной из дверей и заходят туда без стука. В комнате за столом сидит широкоплечий блондин в белом халате и очках в тонкой золотой оправе. — Джин-хён, привет. — О, Чонгук-а, привет, рад видеть. А это, как я понимаю, — Джин перевёл взгляд на стоящего позади Гука Хосока, — твой брат, Хосок. Рад познакомиться, я — Ким Сокджин — врач-патологоанатом. Вы на опознание той девушки? — Если можно, — Ким кивает и зовёт их за собой в соседнее помещение. Это холодная и довольно просторная комната, в которой так и ощущается сама Костлявая. У стены с повешенными рентгеновскими снимками стоит стол с инструментами, у соседней стоит стол и стул. Вряд стоят около пяти каталок с накрытыми белыми простынями телами, уже, к сожалению, мертвых людей. — Так, Кан Давон… Номер шестьдесят-семь-сорок-пять… — Джин проходит к четвёртому телу и подкатывает ближе к парням и — к свету. Он осторожно поглядывает на их лица и берётся за края ткани, — уверен, что сможешь увидеть её? — Да, — без промедления отвечает Хосок, и смотрит, на что-то напоминающее по очертаниям голову, скрытую за плотной тканью. Ким быстро срывает с головы трупа ткань и немного отходит. Перед ними лежит голова молодой девушки, отделённая от тела. Кожа уже приобрела бледный оттенок, холодность и трупные пятна на щеках. Слегка пухлые губы, нос с небольшой горбинкой и россыпь веснушек — то, что Хосок всегда помнил на лице подруги, эти все приметы были и тут. Это точно была Давон. — Ну что хён, точно она? — осторожно спрашивает Чонгук, а Чон-старший лишь берёт и накрывает тело тканью обратно. — Она, это Давон, — голос, что и до этого был холоден как сталь ножа, стал ещё хуже. Джин лишь кивает на это и возвращает кушетку на своё место. — Что-то при ней странное было, когда её нашли? — Букет белых астр. Она их очень любила, — вздыхает Гук и идёт из комнаты вместе с парнями. — Ты не против, если я устрою тебе небольшой допрос, как другу погибшей? Для дела нужно. — Да, только давай в участке. Спасибо, что показали её, доктор Ким, — блондин на это только отмахивается. — Это моя работа. Ладно, идите, мне ещё анализы и отчеты о вскрытиях надо делать, — блондин буквально выталкивает их из кабинета и закрывает за ними дверь. Хосок молча идёт в сторону выхода быстрым шагом, а Чонгук за ним еле поспевает. — Хоби-хён, мы найдём того, кто убил её, я обещаю. Только поехали сначала со мной в участок, — Гук повел его к машине и посадил за водительское место. Хосок сжимает в руках руль до побеления костяшек, пока они едут к участку. Этот огонь в глазах, сбитое и неровное дыхание, и при этом — каменное лицо, — вот то, чего Чонгук боялся иногда в брате. До участка они доехали быстрее, чем от него, и так же быстро зашли в здание, но тут их окликнул какой-то парень в черной куртке и шляпе. — Да, детектив Мин, вы что-то хотели? — Ага, это тот парень, которого надо допросить по делу девушки с астрами? — сбоку от них раздаётся знакомый ранее хриплый и низкий голос. — Д-да, а что? — Я веду это дело, так что и допрос проведу я. Отведи его ко мне, — Гук послушно кивает старшему по званию и ведёт брата в отдельное помещение дальше по коридору. За дверью из светлого дерева скрыта небольшая комната с двумя рабочими столами и небольшим кожаным диваном. Хосок садится на стул у дальнего стола. — Удачи, Юнги-хён очень строгий в плане раскрытия преступлений. — Не переживай, я не впервые в полицейском участке нахожусь. Иди работай, — Гук кивает ему и уходит, оставляя парней наедине.       В кабинете прохладно и светло, под потолком висит кондиционер, а на столе детектива Юнги аккуратно расставлены стаканы с канцелярией и стопки папок с делами и отчётами, как предполагает Хосок. Мина долго ждать не приходится, он приходит через пару минут с большой черной кружкой кофе — уже по запаху Чон определил, что это — американо.       Мин кивает ему и проходит к своему столу, ставит чашку на подставку и снимает с хрупких, на первый взгляд, плеч куртку. Шляпа тоже слетает со светлой головы и занимает место на краю стола. Красивые руки, которые Чон приметил ещё при прошлой их встрече, сейчас сложены в замок и подпирают подбородок мужчины, а лисий взгляд разглядывает общий внешний вид парня напротив. — Так, значит, Вы — Чон Хосок? — он берёт один лист из стола и ручку и записывает, видимо, имя парня и внешние данные. — Да. Родился восемнадцатого февраля тысяча девятьсот девяносто четвертого года. — Ясно. В каких отношениях Вы были с потерпевшей? — Юнги отложил в сторону ручку и посмотрел четко в глаза Хосоку. — Ну, мы дружили с детства, часто гуляли, пока были в одной школе. Она всегда была весёлой и скромной девушкой, — Мин только молча закивал и отпил немного кофе из кружки. — Что-то ещё? — В последнее время вы общались? — Нет, после того, как я ушел из школы, мы прекратили общение. Не знаю почему, просто перестали и всё. Так бывает. — Ясно. Не знаете, может, у неё раньше были враги? Может какая-то девушка в школе из-за парня с ней сильно повздорила и решила отомстить? — Хосок на этом моменте задумался и начал вспоминать все похожие моменты в школьное время, но ничего такого в голову не лезло. — Такого не было, она со всеми старалась дружить, — ответил ему Чон. Юнги дописал и протянул ручку Хосоку вместе с листом. — Свои данные, в случае чего, чтоб я знал к кому обратиться. — А, ладно, — Чон быстро заполняет нужные данные и возвращает лист Мину. Тот открывает папку и вкладывает листок к остальным, похожим на этот. — Я могу идти? — Да, конечно. Спасибо, что помогли, — Хосок кивает и встаёт со стула. Чон только подошел к двери, как детектив его окликнул: — Если ещё раз позову — принеси пожалуйста кофе из вашего кафе: оно неплохое, — на лице мужчины проскакивает еле заметная ухмылка, но она вызывает от чего-то бурю эмоций внутри каменного сердца Чона. — Обязательно, детектив Мин, — и Хосок выходит из здания полицейского участка, а на небе впервые за всё время, проглядывает лучик солнца.

***

— Боже мой, вы так изумительно готовите! — восклицает богато одетая дама за столом, пробуя кусочек мяса под ягодным соусом. Мужчина напротив неё тоже ест и запивает сие кушанье изысканным красным вином. — Я никогда не пробовал столь вкусного мяса. Что за зверя вы убили, чтобы угостить нас таким шикарным блюдом? — молодой человек во главе стола берёт в руку бокал с любимым красным вином и отпивает немного. — Ничего такого, просто, — это была маленькая и молодая овечка. Угощайтесь милые гости, ешьте — сколько захотите.