"V" значит "Violence"

      Приехав к участку, Юнги выводит его из машины и ведёт внутрь. Его рука на локте Хосока сильно сжимается, когда он замечает в стороне Чимина и Чонгука. Парни сначала улыбаются и машут им, но когда видят что Юнги ведёт Хосока к камерам, то впадают в ступор. — Эй, какого черта происходит? Что Хосок-хён уже успел натворить? — спрашивает Чимин у Юнги, пока Чон-младший нервно поглядывает на них всех, сжимая в руках свою тетрадь. Мин опускает взгляд на пол. — Хосок-хён, что случилось? — Я тут из-за того, что подхожу под описание вашего «цветочника»…

*Около часа назад*

      Юнги стоит и никак не сходит с места, а Хосок ему улыбается и поправляет красную челку. Им надо поговорить, причем срочно. Или это липкое и неприятное чувство сейчас съест Мина. Он быстро подходит к Хосоку, берёт его за руку и уводит в кладовую. Тут темно и немного тесно, но лучше так чем выяснять всё на людях. — Если ты хотел меня поцеловать, то могли бы и не прятаться, — улыбается Хосок и поворачивает Юнги к себе лицом, но замечает на его лице волнение и страх. — Что-то случилось? Ты весь бледный. — Хосок, где ты был этой ночью? — хрипло спрашивает Юнги — от переживаний в горле всё совсем стало сухо. Хосок странно смотрит на него. — Я был дома, где же ещё? Что случилось Юнги? — теперь это не смешно. Чон берёт его за щеки и смотрит в глаза, а Юнги вмиг стыдно стало за мысль о том, что это мог быть Чон. Он ведь такое солнце, как он мог бы?       Мин утыкается лицом ему в изгиб плеча и крепко обнимает — его немного трясёт, и Хосок это четко ощущает. Парень обнимает его и гладит ласково по голове — по крайней мере ему такое помогает успокоиться.       Юнги прижимается к нему, будто становясь меньше раз в десять. Хосок теплый, мягкий, нежный и заботливый. А ещё до скрежета зубов честный и никому не причинит вреда — он просто не может быть виновен во всём этом. Юнги поднимает на него взгляд и видит теплую улыбку, от которой колени подгибаются, а сердце бьётся словно птица в клетке. Но надо же что-то сказать, да? — Сок-а, ты точно был дома ночью? Чонгук может это подтвердить? — Хосока вопрос вводит в небольшой ступор, но он кивает. — Юнги, что случилось? Объясни хоть немного, — Мин вздыхает и садится на одну из коробок, а Чон садится на соседнюю и берёт его за руку, крепко сжимая и поглаживая большим пальцем по костяшкам. — Прошлой ночью маньяк напал на двоих, но парни выжили. Они сказали что убийца был в желтом худи, высокий и… — это страшно и больно даже говорить, но Хосок лишь сжимает его руку чуть сильнее и кивает. — У него были красные волосы. И ты подходишь под описание.       Теперь черёд Хосока молчать, но от шока. Мин ждёт его реакции на сказанное, и ему страшно. Он практически слышит, как крутятся шестеренки в голове Хосока, хотя на самом деле это просто шум снаружи. Прошла минута, а кажется, что часа три, когда Хосок поворачивается к нему и протягивает две свои руки, вгоняя Юнги в ступор. — Что?.. — Давай, отвези меня в участок. Всё равно вы развесите объявления с внешними данными убийцы, и меня скорее всего отведут к вам как подозреваемого. А так я буду сразу у вас там, и меньше проблем, — Хосок улыбается, а у Юнги мир сейчас рушится. — Хоби, ты чего? С ума сошел?! — Юнги вскакивает с места и стоит в шоке. — Я никуда тебя не отведу, а ты будешь сидеть дома и не высовываться — ты меня понял? — Юнги, пожалуйста. Так вы будете сразу уверены, что я не виновен, — Чон улыбается ему и снова тянет руки, хотя сердце кровью обливается. Мин смотрит на него, и ему стыдно. Стыдно что именно он сейчас может забрать парня в участок, и потом тому будет не сладко. — Я буду в порядке, обещаю. — Хорошо, главное, чтобы ты был в безопасности. Я всё улажу, обещаю, — Юнги целует его, чтобы хоть немного успокоиться.       Чоновы пальцы гладят его щёки, а после переходят на шею, его губы слишком мягкие, но при этом чертовски идеальны. Их вечно хочется целовать, а особенно родинку. Кажется, Юнги просто помрёт, если не получит хоть малейшее касание от любимых губ.       Юнги нехотя отстраняется и тянется к ремню, на котором есть пара наручников. Он заковывает любимые руки в них и ведёт за собой к машине, а люди смотрят на них с шоком. Хосок быстро поясняет что всё нормально, и он скоро вернётся, а затем садится в машину Юнги. Мин садится за руль и едет в сторону участка, поглядывая в сторону парня. Хосок не сморит на него, его взгляд направлен на наручники, и он лишь иногда вздыхает.       Приехав к участку, Юнги выводит его из машины и ведёт внутрь. Его рука на локте Хосока сильно сжимается, когда он замечает в стороне Чимина и Чонгука. Парни сначала улыбаются и машут им, но когда видят, что Юнги ведёт Хосока к камерам, то впали в ступор. — Эй, какого черта происходит? Что Хосок-хён уже успел натворить? — спрашивает Чимин у Юнги, пока Чон-младший нервно поглядывает на них всех, сжимая в руках свою тетрадь. Мин опускает взгляд на пол. — Хосок-хён, что случилось? — Я тут из-за того, что подхожу под описание вашего «цветочника», не более. Не переживай, всё нормально, — улыбается он, но потом резко его улыбка спадает, когда крепкий удар маленьким чиминовым кулаком прилетает Юнги в лицо. — Чимин! Не надо! — Какого, мать твою, хера, Мин Юнги?! Ты реально думаешь, что Хосок на такое способен? Как ты вообще посмел такое допустить?! –негодует Пак и готовится снова ударить Мина, но Чонгук и Хосок держат его за руки. — Пустите! Дайте мне ему врезать. — Чимин, я тут не из-за Юнги. Я добровольно сюда пришел, чтобы потом ко мне не лезли с подозрениями. Не надо трогать Юнги, — объясняет ему Чон, пока Чимин всё ещё злобно смотрит на Юнги, который проверяет свой нос. Цел, просто кровь идёт. Хосок с волнением поглядывает на своего парня, но всё ещё крепко держит Чимина. — Пожалуйста, успокойся. — Если что-то случится с Хосоком, я тебя прибью, Юнги-хён, — грозно глянул Пак на Мина и вышел на улицу. Чонгук стоял с растерянным видом и просто за всем смотрел. Хосок в это время помог Юнги встать и вытер пальцем струйку крови из носа. — Он скоро остынет, не бойся. Давай просто выполним свою работу и потом меня отпустят, — Юнги ему кивнул и потёр нос. — Сходи-ка и залечи нос, Чонгук меня оформит. — Да, я справлюсь хён. Лучше иди быстрее, кажется оно набухает, — Мин вздохнул и ушел в кабинет, а Чонгук открыл дверь камеры, завёл брата внутрь и закрыл дверью. — Хён, это ведь не ты был, да? — Это не я Гуки, не я. Просто мне нужно тут немного побыть. Поживи пока что у Чимина или Юнги, хорошо? — младший кивает — он сейчас просто расплачется. Хосок протянул руки сквозь прутья и обнял брата, хоть и неудобно. Чонгук слегка дрожит, вытирает поступающие слёзы и жмётся к нему. — Я буду в порядке, обещаю… — Я знаю хён, — Гук отстранился от него и улыбнулся. Хосок кивнул ему и сел на лавку. — Если что, мы тебе сразу скажем.       Хосок кивает и вздыхает, а Чонгук идёт на своё место, по пути доставая телефон и набирая Тэхёна. Гудки идут медленно, но через пару секунд ему отвечают. — Привет Гук-и, рад тебя слышать — Тэ, наверное, улыбается на том конце, и Чону от этого становится теплее. — Тэхён, тут такое дело… Могу я немного пожить у тебя? — Конечно можно, а что-то случилось? Может я могу помочь? — Ким волнуется, он готов сейчас прямо сорваться и приехать куда угодно, если Чонгуку вдруг плохо. — Мне приехать может? — Нет, не стоит. Просто, просто брата забрали в полицию и держат под замком — вот мне и негде быть пока что. — Может мне забрать тебя после смены? Возьмём по пути вкусного и дома посмотрим кино? — романтик чертов, проносится в голове Чонгука, и он хихикает. — Эй, не смешно вообще-то. Я переживаю за тебя — ты же мой малыш. — Кто из нас ещё ведёт себя как малыш. Ладно, я тебе напишу, когда меня забрать. Пока хён. — Люблю тебя.

***

      В кармане вибрирует телефон, Чонгук смотрит и видит сообщение от Тэхёна, что он приехал. Парень быстро собирает вещи и выходит из участка, быстро двигаясь к знакомой машине. Из неё навстречу ему выходит Тэхён со взволнованным видом. — Гук-и, всё хорошо? Может я как-то смогу помочь Вам с братом? — младший лишь отрицательно машет головой, Ким вздыхает. — Тогда поехали, я знаю одно хорошее место недалеко отсюда — тебе понравится, — они уже собрались садится, когда Чонгука кто-то окликнул со стороны. Это был Чимин с джинсовкой младшего в руках. — Чонгук, ты забыл, — Чон кивает и забирает свою вещь из рук Пака, а тот недоверчиво смотрит на красные волосы Тэхёна. — Могу я задать вопрос? — Конечно. — Где вы были вчера ночью, предположительно, в 2-3 часа? — Кима немного вгоняет в ступор вопрос, а Чонгук краснеет и отводит взгляд. — Это нужно для поиска подозреваемого. — Ясно. В это время я был не дома, а с одним человеком. Он может это подтвердить. — Отлично, как я могу с ним связаться? — уже быстро Чимин достаёт телефон чтобы что-то записать, но Чонгук дергает его за рукав и смущается сильнее. — А? — Он был со мной. Он приехал к моему дому в это время, я вышел и был с ним всё время. Только не говори Хоби-хёну, пожалуйста.       Неожиданно. Даже слишком. Так странно, что у младшего такой партнёр в отношениях, но лучше, чем какой-то оборванец. Пак кивает, быстро извиняется и прощается с ними, быстро идя в сторону автобусной остановки. Чонгук вздыхает, Тэхён берёт его руку в свою и крепко держит, улыбается и целует в лоб. Парню всё ещё неловко от проявления нежности и любви к себе, но очень приятно. Они садятся в машину и едут подальше от участка — они оба слишком много получили в этот день.

****

      Уже поздний вечер, половина участка разошлась по домам, и осталась небольшая его часть. Дежурные проверяют на всякий случай сеть, чтобы к ним сразу и без проблем могли дозвониться, и пьют крепкий кофе. А заключённые не спят, ну, некоторые из них. Кто-то продолжает просить позвонить, кто-то просто пьян, а кому-то не до сна.       Хосок сидит, поджав к себе колени и смотрит в пол, думает. Он не виновен — это точно. Он здесь, чтобы просто потом к нему не лезли. Он хочет просто помочь, поэтому сидит тут. На настенных часах уже пробило 22:30, а глаза сами по себе слипаются. Хосок бы уснул, но не может. Всё-таки, есть страх что его могут посчитать виновным. — Не спится? — доносится со стороны решетки. Юнги — по нему видно, что ему очень несладко и он тоже переживает. Хосок кивает и подсаживается к нему ближе, а Юнги ставит стул напротив него. — Иди домой, тебе нужно отдохнуть. Холли голоден и ждёт тебя, — Чон пытается улыбнуться, но это трудно. Ему сейчас слишком трудно. Юнги вздыхает и протягивает к нему руку — она еле достаёт до руки Хосока. Чон берёт его ладонь в свою и сжимает. — Я буду в порядке, обещаю. — Сок-а… — почему-то сейчас слышать прозвище становится больно. Видеть страх и ощущать дрожь в любимых руках больно. Просто осознавать, что они сейчас не дома а тут, когда один из них за решёткой ужасно больно. Хосок улыбается уголками губ и целует бледные пальцы, а Мин вздыхает. — Сок-а… — Пожалуйста, езжай домой. Тебе нужно много сил на то, чтобы меня отсюда вытащить. А потом мы пойдём в кафе, выпьем по чашке кофе и погуляем с Холли, хорошо? — Юнги кивает и подходит ещё ближе к нему, Хосок тоже. Мину страшно, и он это понимает. Им обоим очень страшно, но они справятся, пока будут вместе. Чон тычется носом ему в щеку, оставляет на ней поцелуй и улыбается. — Я тебе обещаю, всё будет хорошо. — Я тебе верю.