Любимая няня

Ещё одна неделя прошла незаметно. В общем счёте прошло уже почти три месяца. Для Ольги каждый день был всё спокойнее и спокойнее предыдущих. К Брамсу она относилась по-доброму, заботилась о нём, учила всему о чём он просил, а он вёл себя сдержанно и старался держать чувства к няне при себе, понимая, что это её снова может спугнуть. Лучше уж подходить медленно и плавно. Скоро полдень, а это означало, что сегодня вновь кто-то из семьи Марч приедет с доставкой. Ольга на это реагировала обыденно, а вот Брамс явно нервничал и хотел бы чтобы еду доставил кто угодно, но только не Рой. Ведь если этот парень снова к Ремизовой полезет, мужчина больше сдерживаться не будет и голыми руками порвёт его. — Оля...? — Брамс садится на диван рядом с девушкой и, снова немного неуверенно, кладёт свою голову ей на колени, обняв её ноги руками. Ольга на это отреагировала спокойно: практически каждый день это происходит. — Что? — Вопросительно посмотрела она на мужчину, начиная аккуратно гладить его по голове, как мальчишку. Пусть и делала она это редко, но Брамсу сразу становилось легче и боязнь сделать неверный шаг исчезала. — Я хочу убрать все зеркала в доме... — Раньше, когда Брамсу приходилось жить в квартирке между стен, он не беспокоился о том, что носит маску и прячет своё лицо: не было там зеркал. А сейчас, когда он практически всё время находится здесь и каждый раз проходит мимо зеркала, ему не по себе. Его лицо, что в тот день повредило пламя, пугало его и заставляло вспоминать о прошлом, которое он теперь решил перезаписать заново. — Брамс, зачем?...а, я всё поняла! Я поняла чего ты боишься! Брамс, не надо бояться своего лица! Я почти уверена, что ничего столь ужасного под маской нет... — На секунду Ольга замолкла, обдумав всё: — Сними её. — Н-нет... НЕТ! — Мужчина вновь закричал, вжавшись лицом в колени девушки и до боли сжав её ноги руками. От этого края маски, начали больно тереться об раненый участок кожи на правой стороне лица. Брамс хотел бы издать какой-либо звук, который говорил бы об этом, но сдерживался. — Брамс, пожалуйста! Вот, посмотри мне в глаза! — Повысила голос Ольга, насильно подняв лицо мужчины и взглянув ему в глаза. — Ты веришь мне? — На её решительный вопрос сразу же был дан неуверенный кивок головой. — Тогда ты снимешь маску. Я просто хочу посмотреть, что у тебя с лицом такого, что ты не хочешь даже с маской на лице в зеркало глядеть. — Оля, н-не..... — Я не убегу никуда, Брамс! Давай, всего лишь на пару минуток...— Брамс взглянул Ольге в глаза. Как и всегда, он увидел в них только хорошее. Опустив голову, он дрожащими руками снял маску. Первое, что бросилось девушке в глаза – ожоги. Сильные ожоги, которые располагались на всей правой стороне лица мужчины. Брамсу уже хотелось снова нацепить на себя маску, но то, что сделала Ольга, заставило его едва ли не выронить маску из рук: её пальцы осторожно коснулись ожогов на лице мужчины. Кожа была жёсткой, шершавой, но хотя бы не болела. — И только то?! Брамс, знаешь, я видела изуродованные лица: сломанный до крови и выпирания кости наружу нос, избитое до синевы лицо... А у тебя нет ничего из этого. Тебе нечего бояться, ожог тебя совсем не изуродовал..... — ЛОЖЬ! — Зажмурившись крикнул мужчина, уже подняв маску на уровень лица, но Ольга вновь остановила его. Одна её рука придерживала его руку, что держала маску, а вторая продолжала ощупывать ожоги, надеясь понять какой они степени. От действий девушки Брамс выронил маску из рук. Благо, что она упала на мягкий ковёр и совсем не повредилась. Руки мужчины легли на щёки Ольги, заставив девушку замереть и испуганно взглянуть Брамсу в глаза. А после, за секунду, она рассмотрела все его черты лица. И она сказала себе, что если бы не ожоги, его небрежно расчёсанные волосы и борода, то он был бы очень...красивым? Да, скорее всего. Но, как назло, есть эти изъяны. — Брамс, что ты...? — Хотела бы спросить Ольга, но мужчина за секунду притянул её лицо к своему так, что расстояние между их губами было лишь несколько сантиметров. — Н-не могу, но...так хочу... — Дрожащим от неуверенности голосом пробубнил Брамс, желая наконец сделать то, чего он так ждал: Впервые поцеловать Ольгу по-настоящему, своими губами, а не через маску. И он сделал бы это, если бы не громкое рычание, доносящиеся с улицы. Девушка, сразу же вырвавшись из рук мужчины, подбежала к окну. — Ох, чёрт! Ну только не ты! — Не сдержала этих слов в себе Ольга, наблюдая, как Рой слезает со своего мотоцикла, отстёгивает прикреплённый к нему сзади огромный кулёк и идёт ко входу. — Я сейчас вернусь... — Произнесла Ремизова с огромным раздражением в голосе и поспешила на кухню. Брамс же, перед тем как пойти за ней через стены, выглянул в окно. — ...ты... — Прохрипел взглянув на Роя и с такой силой ударив по окну, что на месте удара появилась трещина, но окно не разбилось.

***

— Ну, я приехал! — Радостно заявил парень, вновь сидя за столом, в то время как Ольга бегала по кухне и раскладывала всё по местам. — Ага... — Только и произнесла она, в мыслях говоря себе: «Бедная миссис Марч! Какой же скотский сын ей достался! Мало того, что деньги которая мать зарабатывает таким тяжким трудом тратит на бесполезные вещи, так ещё и не хочет совершенно ничего делать!» — Звучит так, будто ты не рада меня видеть. — Раздосадованный Рой, сложил руки в карманы и закинул ноги на стол. Это Ольгу начало бесить. — Со стола ноги убрал! Ты по грязи ходишь, а у меня ребёнок за этим столом ест! — Снова Ольге пришлось слегка приврать насчёт ребёнка. — Слушай, тебе не кажется, что ты немного свихнулась с этим мелким? Он тебе самой ещё не надоел? — Ты вообще слышишь, что ты говоришь?! — Начала кричать Ольга, привлекая внимание мужчины в стенах. У Брамса уже руки чесались выйти и разбить лицо Роя об этот стол, но он терпел только ради своей няни. Конечно, он ведь обещал вести себя хорошо при ней, да и кому охота выглядеть монстром перед любимой? — Слышу! Но также я вижу, что ты ещё тупее, чем была стала. Как вам, бабам, вообще эти дети не надоели? Не проще его где-то запереть, своё жалование получать и когда время придёт – уйти! А живой пацан, или нет – это уже не твоя забота! — Руки Ремизовой сжались в кулаки. Наплевав на грязь, она схватила Роя за ноги и скинула их со стола. — Ты специально приехал чтобы мне нервы трепать?! Если так, прошу на выход! — На выход только с тобой, иначе я не уйду!~ — Парень встал со стула и, несмотря на сопротивление, прижал девушку к себе. Ольга и представить не могла, что Рой, будучи моложе её, оказался гораздо сильнее девушки. — Немедленно, отпусти меня! Рой, это неприлично! — Возмущалась Оля, вцепившись руками в плечи парня и стараясь оттолкнуть его от себя. Не вышло. Лишь когда он принялся целовать её шею и залез одной рукой под её майку, девушка не выдержала и, что есть силы, наступила Рою на ногу и одновременно оттолкнула его от себя. — Ах ты ж...! Ну, всё, ты достала меня! Сильно гордая, да?! Это тебе не твоя Россия! Здесь ты либо ведёшь себя как все девки, либо тебя лупят! — Кулак парня резко заехал по лицу Ольги, заставив ту вскрикнуть и упасть на колени. Слёзы тут же полились из глаз, сильная боль пронзала левую часть лица и девушка, чувствуя, что ей может ещё сильнее достаться, быстро подскочила и побежала в свою комнату, где и закрылась. Рой погнался за ней, но догнать не успел. Пришлось кулаками стучать по двери. — Открой, мразь! Открой, я сказал! Или хочешь, чтобы я дверь выломал?! — Кричал он, пытаясь сделать это, но сил на это не хватало. Покричав так какое-то время, Рой послал Ремизову на...на три буквы и ушёл, оставив девушку сидеть на кровати и рыдать от всего, что произошло. — Тут что, все девушки моего возраста уже далеко не девственницы, если опираться на его слова?! Если я теперь живу здесь, это не значит, что я обязана быть такой как все! И я не из России, а из Беларуси! Даже стран то не знает!...знает только, как бить женщин. Понятное дело: сила есть, ума не надо! — Размышляла Ольга, вспоминая, как к ней с доставкой приезжала младшая сестра Роя, Терри. Она рассказывала, что её брат так себя ведёт не только с Ольгой, но и её с Элли он не редко бьёт если пьяный, а бедная Энн не может справиться с сыном, даже Питер не может повлиять на брата. — Оля...! — Голос Брамса заставил девушку повернуть голову в сторону шкафа. После мужчина сел рядом с ней на кровать и прижал к себе. Ольга, что никак не могла успокоиться, позволила ему это сделать и даже сама уткнулась лицом в плечо Брамса. Она чувствовала, с какой осторожностью он обнимает её, как гладит её волосы, а после, отстранившись, нежно проводит грубыми пальцами по ударенной и покрасневшей от этого щеке. — Болит?... — Да, немного. Но мне уже легче... Спасибо, Брамс, что успокаиваешь меня. — Улыбнувшись дрожащими губами произнесла Ольга, после чего снова оказалась в крепких объятиях Брамса. Сейчас у него внутри всё горело, хотелось кричать, вырваться на улицу, догнать Роя и заставить его страдать. — Моя няня не должна плакать! За это он умрёт! — Думал Брамс, собравшись с силами и, отодвинув край маски, легонько коснулся губами ударенного места. Ольга смутилась от его действий, но всё же ей было приятно, что сейчас этот мужчина оказался куда нежнее по отношению к ней, нежели Марч.

***

— Ольга, это я! Эй, я же знаю, что ты не спишь! Сама когда-то говорила, что ты не спишь до трёх часов ночи! — Кричал Рой, стуча во входную дверь. На ночь Ремизова всегда запирает все окна и двери, и сегодняшний день не исключение. Сейчас час ночи, Ольга уснула в обнимку с Брамсом со слезами на глазах. Весь день она плакала и держалась за левую щёку. Мужчина, глядя на это, окончательно взбесился. И сейчас, услышав крики с улицы, Брамс проснулся. — Пришёл... — Подумал он, взглянув на Олю. Девушка крепко спала у него на руке, совершенно не обращая внимания на стуки и крики. Осторожно встав с постели, мужчина погладил няню по щеке. — Я всё исправлю, Оля. — Прошептав это, он пошёл на первый этаж через свои коридоры. Там он вышел и открыл входную дверь парню. Марч сразу же зашёл, и пошёл вглубь дома, не обращая внимания на то, что за ним следует высокий мужчина с большим кухонным ножом в руке. — Оль, ну ты где? Слушай, я вообще-то извиниться пришёл! — Говорил Рой нахмурившись. Он понял, что если ему открыли дверь, значит Ольга точно не спит. — Если, конечно, это не малец мне её открыл. Ольга, чёрт тебя дери! Выходи! — Парень походил по первому этажу шатаясь, что давало Брамсу понять, что Марч явно подвыпил ещё после сегодняшнего дня. И, следовательно, кровь его будет литься сильнее и умрёт он быстрее, что было очень печально. Ведь мужчине хотелось помучать парня, попугать, причинить массу страданий и лишь потом убить. — Ай, пошла ты! Ещё не носился я за гордыми! — Икнув прикрикнул Рой, выходя из дома. Он уже почти дошёл до мотоцикла, как вдруг услышал детский плач откуда-то со двора. — Оля! Оля, помоги! — Плакал детский голосок, крича и зовя девушку. Марч, недоумевая и одновременно желая узнать, кто там, пошел на крик. Голос привёл его к старым дубовым воротам, через которые можно было уйти в лес. — Оля! Мне страшно! — Продолжал кричать голос мальчика, заставив Роя открыть большие ворота, что ужасно скрипели и подойти к ближайшей сосне. — Пацан? Пацан, ты чё в лесу делаешь?! Вали домой, нянька по жопе надаёт! — Крикнул парень, после чего был резко повален на землю. Не успел он и крикнуть, как жуткая боль пронзила его спину. Потом ещё раз. И ещё раз... В общем, пока Рой уже не начал терять сознание. Потом его резко перевернули и уложили на истекающую кровью спину. Перед глазами парня плыло от потери крови и сильной боли, но он смог разглядеть, кто перед ним. Высокий мужчина в фарфоровой маске и окровавленным ножом в руке. Сев прямо на парня, Брамс вонзил нож в его груди и вонзал до тех пор, пока Рой не прекратил дышать. Что Хилшер чувствовал на тот момент? Удовлетворение, злорадство и...страх?! Да, он убил обидчика Ольги, но теперь весь в крови, да ещё и нож.. хотя, не беда, верно? Одежду выбросить и надеть другую, перед этим вымывшись дочиста, нож тоже можно помыть. Всё, беспокоиться не о чем. Сейчас Брамс утащит тело Роя в лес, как можно дальше. А после унесёт туда и его мотоцикл, где заведёт его и мотоцикл вскоре врежется в ближайшее дерево, на котором висит насквозь проткнутый в груди Рой. Полиция нынче ленивая, не станет разбираться. Даже если и найдут труп, скажут, что либо в нетрезвом состоянии не справился с управлением и нехило так наехал на деревце или же скинут всё на самоубийство. А Брамс, умывшись, выкинув испачканную кровью одежду в помойку, переодевшись в чистую и вымыв нож вернётся в спальню к Ольге, ляжет рядом и уснёт со спокойной душой. Зная, что теперь его няню больше никто не обидит.