О некоторых особенностях выращивания базилика

В субботу Северус отправился к Ремусу, как и договорились. Хотя они частенько ходили друг к другу в гости, в этот раз Северус выбрал новую мантию и даже расчесал как следует волосы. И позаботился о том, чтобы никакого жирного блеска, на солнце или в тени. И захватил два горшочка с базиликом. — Второй тебе на всякий случай, — коротко сказал он, протягивая их Ремусу. — Чтобы не пришлось постоянно у меня выпрашивать. — Какой ужас! Теперь мне придется самому заботиться о том, чтобы получить свежую приправу. — Рассмеявшись, Ремус помог ему снять мантию. Северус никак не мог вспомнить, входило ли у них подобное в привычку раньше, по крайней мере, внимания на это он не обращал, как и на тысячи других мелочей. Но сейчас он каждой клеточкой тела чувствовал близость Ремуса — хотя после всего, что он пережил за чтением, этого и следовало ожидать. Чертовы магглы с их идиотскими порнофичками! — И… что ты хочешь в благодарность за беспокойство? Северус молча уставился на Ремуса, пытаясь собрать растекшиеся мозги в кучку как можно быстрее. К его огромному облегчению, Ремус не стал углубляться в тему, видимо, поняв, что шутка вышла не очень удачной. Ему казалось, что он подставил самого себя так, как никогда в жизни, никакой Темный Лорд со всеми его присными не мог сравниться с этим. Незаконченное «Выращивание базилика», при всех своих недостатках, оставило Северуса странно неудовлетворенным: как будто ему что-то пообещали, а потом отказали в самый последний момент, так что было вполне естественно отменить принятое решение и попытаться исправить причиненную несправедливость с помощью другого фика. В котором он переоделся женщиной и отымел Ремуса в туалете ночного клуба. Это не помогло унять поселившийся под кожей странный зуд, пришлось читать еще. В следующем фике Северус решил улучшить состав Вольчьелычьего зелья, но новый вариант обладал неожиданным побочным эффектом, вызывая у Ремуса неудержимый сексуальный голод, который только создатель зелья мог удовлетворить. Еще в следующем они пытались приспособиться к жизни среди магглов, потом — вдруг оказались вдвоем на необитаемом острове… Весь вечер пятницы, всю чертову ночь и значительную часть субботнего утра он провел, следя за тем, как они с Ремусом обманом принуждают друг друга к браку, или одному приходится следить за другим по приказу властей, или они вынуждены проводить время вместе то из-за неправильно сработавшего заклинания, то по заданию Ордена Феникса. Они работали в Хогвартсе, в министерских проектах и гей-клубах, получали совместное наследство и переписывались на сайтах знакомств, не зная, что общаются друг с другом. У Северуса слезились глаза и болела голова, но он никак не мог остановиться, пока не заснул прямо за компьютером — он сам не понимал, что именно ищет, но чувствовал, что узнает это сразу, как только найдет. Настойчивость и терпение, вот и все. Почему-то Северус очень удивился, увидев Тедди. Ничего странного в этом не было, мальчишка часто был дома, когда он навещал Ремуса, и между прочим, вопреки распространенному мнению, Северус Снейп совсем не питал отвращения ко всем детям. Только к глупым. А Тедди Люпин, как несложно догадаться, глупым вовсе не был, и к тому же умел себя вести. По крайней мере, чаще всего. — Что ты читаешь? Тедди поднял книгу: «Гарри Поттер и узник Азкабана». Северус ухмыльнулся и скрестил руки на груди: — Нравится? — Не очень, — ответил Тедди, закрывая книгу. — Гарри рассказывает гораздо интереснее. И папа сказал, что про маму там ничего нет… Не понимаю, почему это так популярно? Даже дочитывать не хочется. — Так не дочитывай. — Ну, раз я уже начал, как-то глупо бросать посредине. — Да? Знаешь, иногда лучше все-таки бросить и потратить время на что-нибудь получше. — Наверное… А ты сам читал эти книги? — Да. — Все? — К сожалению. — Они и про тебя так странно пишут… — В каком смысле? — Что ты такой злой, и страшный, и все тебя боятся… А ты совсем не такой! — Ты просто никогда у меня не учился, — ответил Северус. Судя по смеху, Тедди он не убедил. Как всегда в выходные, на столе горели свечи и стояла бутылка вина. В молодости Северус привык к хорошим винам, встречаясь с Малсибером и прочими чистокровными снобами, а вот Ремус во всем этом не очень разбирался. Не самая дешевая кислятина, конечно, но если бы Северус мог решать сам, он выбрал бы что-нибудь получше, более подходящее к великолепным блюдам Ремуса. Северус никогда ничего не говорил Ремусу о его паршивом вкусе в отношении алкоголя, просто «вежливо» приносил с собой бутылку нормального вина, если хотелось по-настоящему насладиться выпивкой. Но сейчас он с благодарностью принял выбранное Ремусом вино. Было в этом что-то нормальное, обычное и безопасное, возвратившее его из мира фанфикшена обратно в реальность. Его не собирались соблазнять, на него не стремились произвести впечатление, всего лишь обед с другом и его отпрыском. Никаких романтических или, упаси Мерлин, сексуальных мыслей и возникнуть не могло! Потом появился Гарри Поттер, чтобы забрать Тедди к себе на ночь, и Ремус предложил съесть десерт на диване в гостиной. Северусу показалось, что Ремус сел как-то слишком уж близко к нему, хотя сравнить с «как раньше» получалось не очень: воспоминания о «как раньше» были очень, очень мутными. Как и вообще весь его мыслительный процесс. Вкус свежего базилика, приправлявшего пасту, все еще щекотал небо, и смыть его вином никак не удавалось. Хотя Северус старался изо всех сил, и пока он старался, в подсознании нахально крутилась мысль о том, куда это обычно заводит героев в фиках. Взволнованный, он сейчас выпьет слишком много, и потом они… Нет. О таком лучше не думать. Ни слова больше! — Все в порядке? — спросил Ремус, вытирая салфеткой губы с таким наслаждением на лице, что Северус не мог остаться равнодушным. На десерт было тирамису, и у Ремуса осталось немного крошек в уголке рта… Совсем чуть-чуть, едва заметно, и все равно он не мог отвести взгляд. В голове шумело. — Я… да, в порядке. Плохо… плохо спал в последнее время, вот и все. — Что-то случилось? — Нет… — То есть у тебя все хорошо? Все… как и раньше? — Да. Да, конечно. Разумеется. — Уверен? — Ремус промокнул салфеткой край рта. Не тот, который надо — крошка тирамису осталась, и Северус вынужден был отвести глаза, чтобы не пялиться. Он до сих пор чувствовал аромат базилика. Отлично, теперь у него еще и обонятельные галлюцинации! Проклятый хищник придвинулся еще ближе, или, по крайней мере, Северусу показалось, что придвинулся. Как будто они и впрямь были в одном из тех фиков, ну вы понимаете, тех, и в следующем эпизоде им полагалось заняться разнузданным сексом, как два возбужденных подростка, на этом самом диване или на полу. Северус уже почти мог видеть слова, которыми их опишут (грубый ворс ковра оставлял следы на коленях и костлявых бедрах, но им было все равно, они едва замечали, охваченные внезапно нахлынувшим желанием), и потом один из них скажет что-нибудь очень глупое. Или неправильно истолкует опустившуюся тишину, решив, что второй жалеет о случившемся, хотя каждому, читающему фик, совершенно ясно, что они любят друг друга, страстно, горячо, любят так, как никого и никогда… — У тебя что-то… вот тут, — выдавил Северус, но не решился посмотреть, как Ремус наконец стирает эту Мордредову крошку. Их колени соприкоснулись, и Северус не мог решить, что будет более естественным — отодвинуться или сделать вид, будто ничего не случилось. — Послушай, Северус… — Да? — Я тут подумал… То есть я хочу сказать, я невыразимо счастлив, что мы с тобой смогли… оставить определенные вещи в прошлом и стать друзьями. Это… очень много для меня значит, очень. И я… черт, видимо, чем больше имеешь, тем больше хочешь! Потому что я подумал, что, может быть… Гарри Поттер вывалился из камина прямо перед ними, от всей души прося прощения, если помешал — Тедди забыл какую-то игру, он пришел за ней. Только теперь Северус понял, что не дышал все это время. И одновременно понял, что Поттер явился как раз вовремя: распаленное множеством фиков воображение подсовывало ему чувственные фантазии так быстро, что еще совсем чуть-чуть, и он поставил бы себя в неловкое положение, сделав что-нибудь… глупое. Поэтому Северус быстро встал, поблагодарил за великолепный обед и пробормотал что-то о срочных делах в магазине. Разобраться с бумагами. Да. И до завтра подождать не может. Ремус выглядел почему-то ужасно разочарованным. Было приятно повидаться. Жаль, что так мало посидели. Северус может связаться с ним в любое время, когда захочет поговорить. Северус пообещал связаться. Когда Северус добрался до дома, на душе было пусто и глупо. Он уставился на свои пальцы, которые всего несколько минут назад могли бы прикасаться к телу Ремуса, расстегивать его мантию, зарываться в волосы… Дурацкие фантазии. Всего лишь. К тому же не его фантазии. Так и не решив, злость это или что-то еще, Северус уселся перед компьютером. Почему бы… черт, почему бы и не перечитать «Опасности выращивания базилика»? В качестве, так сказать, лекарства? Не самое умное решение, но больше ничего в голову не приходило. Он щелкнул по закладке. Страницы не было. Он щелкнул еще раз, видимо, какие-то технические неполадки, но все равно ничего не вышло. Тогда Северус зашел на страницу архива и вбил в поиск идиотское название, но в ответ получил равнодушное «Текстов по вашему запросу не найдено». Он запрашивал снова и снова, перепроверяя каждую букву, чтобы избежать ошибки, но результат оставался тем же. Текст не найден. Кровь отхлынула от его лица. Захотелось зашвырнуть чертов ноутбук в стену, просто чтобы дать понять тому бесхребетному трусу, что так вообще-то, мать твою, не делается! Нельзя прервать текст на самом интересном и важном месте, а потом вот так взять и, блядь, удалить его, потому что кто-то высказал свое недовольство такой вопиющей безответственностью. Ничего себе вечерок выдался… Он успел даже пожалеть, что когда-то в молодости бросил курить, сигарета бы сейчас не помешала, но потом все-таки взял себя в руки, остановился и задумался: а что, собственно, его так взбесило? Что пошло настолько не так? Нет, одного вида Поттера обычно хватало, чтобы давление подскочило и дым повалил из ушей, но не до такой же степени… и не в такой ситуации… Северус глубоко вздохнул, втягивая в легкие воображаемый сигаретный дым. Значит, он сидел с Ремусом на диване в гостиной, даже не попробовав десерт, наверняка обалденно вкусный, но он был слишком занят, придумывая, чем бы они могли вместо десерта заняться… А Ремус был рядом, очень близко, и заикался, путаясь в словах, и смотрел на него так нежно этими своими золотистыми светящимися глазищами, и потом сказал… да, сказал, как он счастлив, что они друзья, и как он в последнее время думал… О чем, черт возьми, думал в последнее время Ремус? Северус готов был пнуть себя от злости. Как можно быть таким идиотом? За подобную глупость надо в Азкабан отправлять! Именно Ремус с самого начала заговорил с ним про фанфикшен, именно Ремус поведал, что про них тоже пишут, Ремус осторожно прощупывал почву, пытаясь выяснить, понравилось ли ему. А сегодня, как и в прошлый раз, Ремус сделал так, чтобы Тедди не было дома всю ночь, надеясь, наверное, что Северус все поймет наконец и захочет… Прямо как в фиках! Там тоже всегда Северус был упрямым дураком, не понимающим собственных чувств или чувств Ремуса, а поскольку реальность не могла не оказаться в два раза хуже, он не понял ни того, ни другого. Хотя все было кристально ясно, если как следует подумать, причем уже довольно давно… И Ремус, чуткий, умный Ремус, просто слегка подтолкнул его, пытаясь намекнуть, помочь разобраться, прежде чем признаваться в чем бы то ни было. Северус должен был успеть привыкнуть к этой мысли, и тогда признания Ремуса… Черт, да, именно этого ему и не хватало в фиках — признаний в любви, похожих на настоящие! Поэтому он так разозлился, когда «Базилик» прервался на середине. Поэтому ни одно дешевое порно, которое потными пальцами набирали фикрайтеры, не принесло ему настоящего удовлетворения. И снова черт, но ведь еще не поздно все исправить? В фиках, разумеется, все закончилось бы хорошо, Северус прочитал о десятках подобных ситуаций, где он вел себя так же, как и сейчас. Он аппарировал к дому Ремуса так быстро, как только мог. И остановился перед дверью. Ну? И что он должен сказать? Что он один из тех безмозглых тупоголовых идиотов, которых сам ненавидел много лет? Что он хотел себе все, о чем говорилось в фиках, и даже чуть больше? Что он тоже бесконечно счастлив их дружбой, но не отказался бы от того, чем она могла бы стать? А если… если он все-таки ошибся, не так понял и теперь выставит себя на посмешище? Но что еще Ремус мог сказать после такого вступления? Ну хорошо, много чего мог, просто Северус отупел от чтения фанфиков и теперь его бедные запутавшиеся мозги не могли ничего придумать. И все равно, это не значит, что ничего такого не было бы, вполне могло бы быть, и тогда… — Северус? — Северус поднял голову и встретился взглядом с Ремусом, который выглядывал из открытого окна. — Что ты тут делаешь? — Я тут… думаю. — На улице? Среди ночи? — Сейчас почти десять. — То есть говоря технически, ночь. — Я… мне надо с тобой поговорить. — И ты намерен сделать это именно таким образом? — Я просто… это так глупо… Мне давно нужно было, но я никак не мог понять, хотя все совершенно очевидно, теперь, когда… Ремус, я в тебя влюблен, но я… — Замечательно, но ты точно не хочешь поговорить об этом внутри? — …я просто идиот, бесчувственное бревно, которому недостаточно тонких намеков. И я… я всю последнюю неделю думаю, день и ночь, как было бы… — Северус, я, конечно, готов кричать о своем счастье целому миру, но ты уверен, что соседям нужно это знать? — Не обращайте на нас внимания, — радостно отозвались из-за кустов. — Я читал фики! — Что? — Я прочел каждый снюпин, который только смог найти, и никак не мог понять, чего в них не хватает. — О чем ты вообще? — В них чего-то не хватало, понимаешь? — Где? — Ну в этих проклятых фиках, где же еще! Ремус в окне ударил себя по лбу, а через секунду уже с едва слышным хлопком аппарировал к нему, взял за обе руки, сжал в ладонях — которые были как раз такими большими и теплыми, как Северус себе и представлял, — и посмотрел прямо в лицо. Странное, необъяснимое волнение улеглось под этим взглядом, и Северус наконец заткнулся. — Я, признаться, не очень понимаю, о чем ты сейчас, но то, что ты сказал до этого… Северус, ты и представить не можешь, как я рад! Потому что я… ты очень дорог мне, очень, и я уже давно вижу в тебе больше, чем просто друга, и я… Я с большей охотой обсудил бы все внутри, если ты не возражаешь. Шагнув ближе, Ремус обнял Северуса, прижал к себе, и последняя мысль, одиноко бродившая в голове, скончалась от счастья, потому что от прикосновения и близости хотелось мурлыкать всем телом. Ремус прижался лбом к его лбу и счастливо рассмеялся, закрыв глаза. — Знаешь, — сказал он тихо, — похоже, я пьян. А в следующий миг они уже целовались. Это совсем не походило на вызванные чьими-то чужими фантазиями картинки «как все будет». Ремус крепко прижимал его к себе, они сталкивались зубами, как бывает только в первом поцелуе. Не неловком, но узнающем, исследующем, открывающем новое. В сто тысяч раз более волшебном, чем в любом из фиков. От Ремуса пахло дешевым вином, его отросшая за день щетина царапала кожу Северуса, и Ремус все крепче прижимал его к себе, целовал все увереннее, с такой жадностью, как будто собирался съесть целиком. И Северус не возражал. — Внутрь? — Немедленно. И секс… О. Да. Секс получился как раз таким, каким его описывали самые извращенные и развратные из шипперов, о каком они хотели бы почитать, задыхаясь от возбуждения. Одним словом, великолепным. К этому описанию можно бы много чего добавить, но Северус не мог, не хотел и был совершенно не в состоянии думать о чем-либо постороннем. Они ввалились в спальню и предприняли нелепую попытку содрать с партнера одежду в порыве страсти, но потом все-таки передумали и спокойно разделись, кидая друг на друга любопытные взгляды. Волосы на груди у Ремуса казались жесткими и такими же седыми, как и на голове, Северус влюбился в них с первого взгляда. Когда он подошел ближе, чтобы потрогать их и запустить в них жадные пальцы, то снова почувствовал запах базилика и представил себе, как должен был закончиться один фанфик… но тут Ремус толкнул его на кровать, и все ненужные мысли вылетели из головы. Он мог бы поклясться чем угодно, что крик, который Ремус издал, кончая, был не совсем человеческим. — А ты вообще много фиков прочитал? — спросил Ремус уже потом, когда они лежали под одеялом. — Несколько. — Я знаю этот взгляд, — Ремус усмехнулся, как будто поймав его на горячем. — Несколько десятков? Несколько сотен? — Не считал. — То есть настолько много? — Позволь напомнить, что это была твоя идея — подсадить меня на фанфики, чтобы намекнуть кое о чем. Так сколько ты прочел сам? О нас? — Десятка два, наверное, — ответил Ремус, и если бы по телу Северуса еще не гуляли сладкие отголоски оргазма, он бы, наверное, разозлился от того, как легко и спокойно это было сказано. Хотя Ремус всегда был тем еще вруном. — Я случайно наткнулся, удивился, что о нас с тобой пишут, но не придал тогда этому особого значения. А потом… ну, ты знаешь, как это бывает. Просыпаешься однажды утром и думаешь, что хорошо бы все-таки узнать, в чем тут дело. И после нескольких текстов меня словно… озарило. Фанфикшеновое пробуждение, так сказать. Я не всегда был влюблен в в тебя, но… уже довольно давно, да. Просто не понимал, наверное. В последнее время мне все чаще казалось, что, хотя все хорошо, чего-то не хватает. Нет, не то что не хватает, просто что-то не на своем месте, и это не совсем правильно. — Даже неловко как-то, насколько мы с тобой похожи на героев фанфиков, — улыбнулся Северус. Ремус снова опустился на него сверху, и было так приятно чувствовать эту тяжесть. — Ты прибегаешь к неуклюжим иносказаниям, а как только что-то начинает происходить, я сбегаю. — М-м… А мне казалось, что ты считаешь фанфикшен пустой тратой времени. — Не весь, — вырвалось у Северуса до того, как он успел себя остановить. Черт, это послеоргазменное блаженство действительно размягчает мозги! Северус Снейп, бывший двойной агент, гроза хогвартских идиотов, несет такую чушь, не в силах себя контролировать! — Ну то есть… там были некоторые… более-менее приличные тексты. — Я действительно слышу, как ты хвалишь написанные магглами-любителями истории о себе самом? — Я сказал — более-менее приличные! — Ну, из твоих губ это звучит как похвала. Я тоже хочу эти фики почитать. — Не стоит. — Почему? По-моему, весьма многообещающе: ты и я, вместе, хорошо написанное… мы же там занимались сексом, да? — Не перевозбуждайся так. Всего один фик, в единственном числе. И этот идиот, автор, не дописал его до конца. Текст очень неплохо начался и довольно интересно развивался, но потом оборвался совершенно внезапно, как лбом в стену. И не обновлялся четыре года. — Все равно хочу почитать, — сказал Ремус, целуя его в шею. — Раз уж он произвел на тебя такое впечатление. — Не выйдет. Этот, мать его, недописатель взял и удалил фик. — Ни с того ни с сего? — на лице Ремуса вдруг проступило понимание, и он с преувеличенным страданием посмотрел вниз на Северуса. — Или это ты изругал беднягу на все корки? — С чего ты взял? — Я тебя знаю. — Я вполне мог просто тихо выругаться про себя, — сказал Северус, пытаясь, чтобы это прозвучало холодно и обиженно, но получилось плохо, потому что Ремус все еще лежал на нем. Потом его внезапно озарило, и озарение ему не очень понравилось. — Только не говори, что это ты! — Кто? — Автор этого фика. Ремус фыркнул: — Северус, во имя всего святого, как тебе это в голову пришло? Ты сам сказал, что фик был написан четыре года назад. Даю тебе честное слово, мироздание и внутренний голос открыли мне глаза на нас с тобой только этой весной. Даже я не могу быть настолько закомплексованным неудачником, чтобы страдать по кому-то годами и не выдать себя ни единым чихом. И я не настолько искусный лжец, чтобы с этим справиться. — Позволь мне усомниться. — Усомняйся сколько хочешь… — Тайна — твое второе имя, о проведший в шкафу долгие годы оборотень! — Кто бы говорил, двойной агент, подозревающий всех и каждого… Откуда ты вообще берешь свои теории всемирных заговоров? — Если бы это был фанфик, ты бы его написал. То есть не тот, в котором мы были бы сейчас, а тот, который я читал. — Как он хоть назывался-то? — «О некоторых опасностях выращивания базилика»… Что ты ржешь? — Прости. Я просто представил себе, как ты воодушевленно читаешь текст с таким вот идиотским названием. Ай! Или о тебе вообще написали что-то подобное. — Ты бы не смеялся, если бы прочел! Там было… нечто. — Нисколько не сомневаюсь, — примирительно сказал Ремус и снова поцеловал его в шею. — А откуда взялось такое название? — Из одной книги, которую искали в фике. — И о чем в ней рассказывалось? О некоторых опасностях выращивания базилика, понятное дело, но что это значит? — Откуда, блядь, я знаю, если этот долбоеб-автор так и не добрался до разгадки? Он, наверное, просто от балды назвал текст, чтобы привлечь читателей, а потом понял, что нихрена не выходит, и бросил все на полпути. — И это, несомненно, огромная потеря для всего фандома… — Прекрати смеяться! — О, прости. Обещаю и клянусь в дальнейшем относиться к теме со всей требующейся серьезностью… — прошептал Ремус ему прямо в ухо, и все контраргументы потонули в разбежавшихся по телу мурашках. На краткое мгновение все показалось совершенно непередаваемо идеальным, и Северус заподозрил, что они и правда находятся в фике. Но потом понял, что если бы это и в самом деле было порнофантазией какой-то озабоченной фанатки, то оба уже забыли бы о своем возрасте и у них снова бы стояло. Но этого не произошло — пока, по крайней мере. Так что, кажется, все действительно было по-настоящему.