The White Queen Falls/Падение белой королевы

- Привет, мам! Миранда закрыла глаза, чтобы насладиться звуком голоса дочери. В последний раз она видела близнецов меньше недели назад, но с таким же успехом могли пройти и месяцы. Она прижала телефон к уху обеими руками и глубоко вздохнула, старательно сдерживая эмоции, чтобы начать говорить. - Как поживаешь, моя дорогая? - Хорошо, - сказала Кэролайн. - Мы ходили в парк с Патрицией и ели большое мороженое. - Неужели это так? - Спросила Миранда, едва сдерживая улыбку в голосе. Она не одобряла того, что Джереми позволял девочкам есть все, что им заблагорассудится, но была слишком рада, что одна из близнецов потянулась к ней, и не хотела снова оттолкнуть ее строгой лекцией о сахаре и жире. - Да. У меня было шоколадно-ванильное, но оно было слишком сладким. Мне совсем не понравилось. - Затем девочка продолжила шепотом: - А Касс съела две порции, и теперь у нее болит животик. Это было типично для Кэссиди, знать, как их мать относится к мороженому, и переусердствовать только для того, чтобы сделать обратное. - Все в порядке, детка. Иногда люди должны выучить свой урок на своем горьком опыте. Она подумала о том, как верно это прозвучало для нее самой. Пристально глядя на угасающий огонь, она размышляла о том, как ее гордость и упрямство ослепили ее недавно. В результате она потеряла все. Ну, почти все. Она посмотрела на диван, где Андреа, положив голову на подушку, смотрела прямо перед собой сквозь опущенные ресницы. - Где ты, мамочка? - Спросила Кэролайн. Миранда потерла затылок, взвешивая свои слова. - Я взяла небольшой отпуск, дорогая. - Она не могла сказать своей дочери, что практически сбежала. - Ты совсем одна, - прошептала девчушка огорченно. - Нет, Боббси, - ответила Миранда, глядя, как Андреа подавляет зевок, и это зрелище согрело ей сердце. - Я не одна. - Стивен с тобой? – Тон которым Кэролайн спросила, пренебрежение было столь очевидным. - Конечно, нет. Боббси, я же говорила тебе, что мы разводимся. - Миранда озадаченно заерзала на стуле. - Почему ты так думаешь? - Хм... как ты и сказала... не бери в голову. - Девочка замолчала. - Я с Андреа.- Молодая женщина подняла голову и встретилась взглядом с Мирандой. - Помнишь мамину помощницу? - С Гарри Поттером? - Да. - Миранда ухмыльнулась. - С Гарри Поттером. Андреа изогнула бровь, и Миранда почувствовала, как ее ухмылка растянулась в широкую улыбку. - Думаю, она неплохая, - сказала Кэролайн и замолчала на несколько мгновений. Через некоторое время она прошептала: - Прости, мамочка. Внутренности Миранды сжались от этих слов, и она поднесла пальцы к губам, чтобы сдержать рыдание. - Касс все еще сердится на тебя, но я нет. - О, дорогая... - Большой палец Миранды погладил телефон. Ей хотелось просто взять дочь на руки. - Когда мы снова увидимся? - Спросила Кэролайн, шмыгнув носом. - Через несколько недель, детка, после праздников. - Это время не могло наступить достаточно скоро. - Тогда ты закончишь свой отпуск? - Да. Я думаю, что так. Тишина вечера в доме заставляла мысли о возвращении на Манхэттен казаться нереальными и чуждыми. Но как бы ни хотелось Миранде остаться в этом спокойном месте, она знала, что ей придется вернуться в Нью-Йорк. Были вещи, которые она должна была сделать, люди, которых она должна была увидеть. Она просто еще не была готова. - Я должна идти сейчас. Миранда посмотрела на часы и прикинула, что дома уже больше девяти вечера. На следующий день ее дочери идут в школу. - Иди спать, дорогая. Ты можешь позвонить мне завтра, если захочешь. - Окей. - Кэролайн зевнула. - Я люблю тебя, мамочка. - Я тоже люблю тебя, детка. - Она сглотнула комок в горле. - Вас обеих. - Спокойной ночи. - Спокойной ночи, Боббси. И со щелчком Кэролайн исчезла. Миранда еще некоторое время держала трубку, внезапная тишина подчеркивала разлуку с девочками, словно толстая ручка, прочерчивающая линии едва заживших ран. Хотя она почувствовала надежду, услышав голос дочери, часть ее прежней тоски вернулась, и ей пришлось сделать успокаивающий вдох, чтобы не расплакаться. Огонь в камине уменьшился до нескольких угольков, и Миранда почувствовала, как холод пробирает ее до костей, она взглянула на диван. Андреа заснула, ее лицо было наполовину в тени, грудь поднималась и опускалась от спокойного, ровного дыхания. Она должна была быть совершенно измотана. Физически и эмоционально. Блуждая взглядом по закрытому ноутбуку в ногах молодой женщины, Миранда чувствовала себя немного виноватой за то, что прочитала такое личное письмо. Но компьютер девушки оставался открытым, и когда Андреа приняла ванну, Миранда не смогла устоять. Она была убеждена, что Андреа не просто так сломалась, когда не принесла ей телефон достаточно быстро. Там должно было быть что-то еще. И она была права в своем предположении. Андреа не говорила о своей личной жизни с самого Парижа. Но вся информация, которую Миранда собрала за последние месяцы, была получена от подслушивания разговоров двух ее помощниц, Андреа никогда не делилась такими подробностями с самой Мирандой. В конце концов, Миранда была известна своей ненавистью к пустой болтовне, не связанной с текущими делами. Однако теперь, когда она поняла, как сильно любит молодую женщину, любопытство и желание узнать об Андреа как можно больше подтолкнули ее вперед. Чтение того, как отец Андреа подавлял свою дочь, принижая ее жизненный выбор и угрожая ей последствиями, если она не вернется в Огайо, потрясло Миранду. Семья Андреа, казалось, совсем не знала ее. Как они могли быть настолько несведущими о ее талантах, о ее потенциале? Миранда никогда раньше не задумывалась о том, какой должна быть жизнь Андреа, принимая жизнерадостную, умную и очень компетентную помощницу как должное. Но когда она узнала, что Андреа, по сути, потеряла все в своей жизни, свою работу, свою семью и свой дом, желание защитить всколыхнулось в Миранде. Она также удивилась тому факту, что ни родители Андреа, ни ее бывший бойфренд, похоже, не имели ни малейшего представления о том, где она находится. Конечно, Андреа была взрослой и ни в коем случае не обязана сообщать кому бы то ни было о своем местонахождении, но Миранде показалось нехарактерным и странным, что Андреа заставила своих родителей волноваться. Миранда, однако, знала, каково это, когда все тебя бросают, и признавала, что Андреа в равной степени нуждалась в побеге, чтобы уйти от воспринимаемых неудач и разочарований. Но, несмотря на всю боль, которую она, должно быть, испытывала сама, Андреа осталась рядом с Мирандой, отвезла ее в спокойное и безопасное место. Она ни разу не пожаловалась и не призналась, что ее собственная жизнь разбилась вдребезги, и Миранде стало стыдно, что она этого не заметила. Некоторое время она смотрела, как спит Андреа, сознавая, что это, похоже, вошло у нее в привычку. Андреа была исключительно красива. Миранда всегда находила женщин приятными для глаз, но Андреа отличалась от них особенным сиянием изнутри, таким как яркий солнечный свет, просачивающийся сквозь листья. Те немногие места, которые оставались скрытыми, тщательно скрытыми от посторонних глаз, интриговали Миранду как ничто другое. Андреа пошевелилась, рука соскользнула с ее колена, и она медленно открыла глаза. - Хммм, - она потянулась и села. - Прости, я заснула. Снова. - Все в порядке, - тихо сказала Миранда, и глаза Андреа недоверчиво распахнулись от нехарактерной фразы. Миранда не была уверена, должно ли ее позабавить или обидеть удивление молодой женщины. - Ты можешь наверстать упущенное за приготовлением ужина. Улыбка украсила губы Андреа, скрывая часть ее усталости, и она кивнула и поднялась с дивана. - Не проблема. Предоставь это мне! Миранда закатила глаза, но ухмыльнулась в ответ. Она потерла руки и встала, чтобы снова разжечь огонь, но обнаружила, что дрова почти закончились. - Андреа, - позвала она, заставив молодую женщину отвернуться от холодильника. - Есть еще дрова? - О, да. В сарае рядом с подъездной дорожкой. - Она закрыла дверцу холодильника и схватила с кухонного стола связку ключей от дома. - Пойду принесу немного. - Нет, нет. - Остановила ее Миранда. - Ты готовишь. Я сейчас принесу. - Она обожала улыбку, появившуюся на лице Андреа. - Хорошо, - девушка протянула ключи. – Вот этот. Дверь заперта. Их пальцы соприкоснулись, и Миранда почувствовала, как покалывание от короткого контакта пробежало вниз по ее руке и прямо к животу. Она страстно желала прикоснуться к Андреа как следует, приласкать ее, обнять, но желание, дремавшее за ее эмоциями, вспыхнуло как большой предупреждающий знак. Только что обеспечив присутствие Андреа в своей жизни на некоторое время, она не хотела рисковать, отталкивая молодую женщину. Притворяться требовало некоторых усилий, но она хотела, чтобы Андреа доверяла ей, может быть, даже достаточно, чтобы они стали друзьями. Она взяла ключи и направилась к выходу, чтобы надеть лазурную куртку-дождевик, прежде чем натянуть сапоги и потянуться к двери. Ветер стих, но дождь все еще шел, и Миранда поспешила к сараю, где начала бороться с висячим замком. Он, казалось, заржавел, и ключ не сдвинулся с места. Света от освещения подъездной дорожки было едва достаточно, чтобы видеть, что она делает, и ее разочарование быстро росло. - Может, ты уже откроешься, - прошипела она, чувствуя, как вода стекает по ее шее. Она натянула капюшон на голову и попыталась снова, но пальцы были холодными и скользкими, и она выронила ключи. - О, ради бога. Когда она наклонилась, то вдруг услышала громкий лай, который быстро приближался. Она подняла глаза и обнаружила, что ослеплена светом. - Я могу вам помочь? Миранда схватила ключи и стояла, прикрывая глаза, пока человек, наконец, не опустил фонарик. Пожилая дама с зонтиком и большой собакой подошли к ней, вопросительно склонив голову набок. - Кто вы такая? - Огрызнулась Миранда, опасаясь незнакомки и все еще рычащего пса, судя по виду, пожилого маламута. - Меня зовут Мари. Я живу по соседству, - ответила женщина. - Это ты... ты та женщина, что живет с Энди? Миранда поджала губы, но тут же сообразила, что это, скорее всего, тот самый человек, у которого Андреа снимала дом. - Да, - ответила она, бессознательно вытирая с губ капли дождя. - Я пришла за дровами, но ключ, похоже, не подходит. Мари сделала знак собаке оставаться на месте, прежде чем подойти ближе. - О, да, замок немного заржавел. - Она протянула руку, и Миранда отдала ей ключи. - Ты должна приложить силу. Вот так. Со щелчком замок распахнулся, и Мари сняла его с двери. - Ну вот, держи. - Спасибо, - ответила Миранда и поспешила прочь от дождя в сарай, где нашла большую охапку сухих дров. Загрузив пару поленьев себе на руки, она вышла и благодарно кивнула, когда Мари поставила замок на место и бросила ключи обратно в ее руку. Миранде хотелось броситься обратно в дом, но у нее возникло ощущение, что Мари все еще хочет сказать ей что-то. - Так... как Энди справляется со всем этим? - Сказала она через мгновение, и Миранда смущенно прищурилась. Как эта женщина могла что-то знать о том, что переживает Андреа? Неужели Андреа действительно поделилась такой информацией с незнакомкой? - Смерть Эрики стала шоком для всех нас, - сказала Мари с печалью на лице. - И я помню, что Энди была очень близка с ней. Собака подошла ближе, и Мари рассеянно почесала ее за ухом, затем продолжила: - Я знаю, что Энди перестала приезжать сюда лет пятнадцать назад, но до этого она каждое лето проводила в домике. Миранда не знала, что ответить. Значит, Андреа знала это место из своего прошлого? И кто такая Эрика? Миранда чувствовала себя глупо, не понимая, о чем говорит Мари. То, что Андреа так много скрывала от нее, заставляло ее нервничать. - Андреа справляется... по-своему, - ответила она, и, к ее удивлению, Мари просто кивнула. - Да, могу себе представить. Она сильная девушка. Так было всегда. - Пес воспользовался этим моментом, чтобы стряхнуть дождь с меха, и Миранда рефлекторно отступила. - Мне очень жаль, - сказала женщина и погладила маламута по голове. - Наверное, нам пора возвращаться. Давай, парень. Мари повернулась, чтобы уйти, но в последний раз оглянулась на Миранду. - Ты хорошо о ней заботься. - И с этими словами она пошла обратно по гравийной дорожке и исчезла за деревьями. Лихорадочно соображая, Миранда застыла на месте. Перед ее мысленным взором возникли образы юной Андреа, бегущей по дому босиком, с улыбкой на лице, играющей на пляже в лучах солнца, смеющейся и находящейся рядом с кем-то, кем была эта Эрика. Миранда фыркнула, когда поняла, что ведет себя глупо, но это не остановило ревность в глубине ее живота. Потом она вспомнила о дровах в руках и поспешила обратно в дом. Ей потребовалось время, чтобы собраться с мыслями под маленькой крышей, которая защищала вход от дождя. У Андреа, вероятно, были веские причины хранить такие секреты, и она не сделала ничего плохого. Она не была обязана делиться историей своей жизни, и горе было чем-то настолько глубоко личным, что Миранда знала, она не имеет права чувствовать себя оскорбленной. Сделав последний вдох холодного влажного воздуха, она потянулась к двери и шагнула внутрь. Как обычно, они поужинали в молчании, что дало Миранде время привести в порядок свои чувства. Любопытство все еще тяготило ее, но она решила подождать, пока Андреа не откроется сама. А пока она постарается отвлечь молодую женщину, и, поскольку работа в "Подиуме" практически завершена, ей придется придумать что-нибудь другое. Когда они покончили с салатом и с жареной курицей и Андреа отнесла пустые тарелки в раковину, взгляд Миранды упал на связку ключей, и у нее внезапно возник план. Она вертела в руках связку ключей, пока уродливая деревянная шахматная фигура не освободилась. - Андреа. Сыграй со мной партию в шахматы, - сказала она, и молодая женщина повернула голову, чтобы посмотреть через плечо, пока она мыла посуду. - Хм, - она казалась обескураженной этим предложением. - Конечно. Может, мне сначала кофе сварить? - Да. Это было бы прекрасно, - ответила Миранда, и явное замешательство на лице Андреа от ее вежливого тона заставило ее улыбнуться. Она взяла фигурку и подошла к шахматной доске. Неуклюжая резная фигура выглядела неуместно среди своих белых спутников, но тем не менее завершала набор. Миранда села в одно из двух кресел и снова принялась изучать белую королеву, завороженная плавными линиями и вниманием к деталям. Ни одна из других фигур не была столь замысловатой, и она задумалась, не было ли это сделано специально. Андреа принесла кофе и села напротив Миранды. Увидев уродливую фигурку, молодая женщина остановилась, и на ее лице промелькнули эмоции. Может быть, так же, как Миранда видела себя в белой королеве, Андреа видела себя в офицере? Часть, которая не принадлежала остальным, которая выделялась, как больной палец, потому что он был другим? Считались ли вы чрезвычайно красивой или совершенно отвратительной это не имело ни малейшего значения, когда вы оказывались в одиночестве. Андреа пришла в мир моды как своего рода гадкий утенок, одетая в неудачную одежду, которая мешала показать, насколько она красива от природы. Многие из ее коллег избегали ее и говорили за ее спиной, почти так же, как они говорили о Миранде, хотя и по другим причинам. А под поверхностью они обе были сделаны из одного дерева: белая королева и ее страж, павший главный редактор и ее верный помощник. Поэзия сходства заставила Миранду улыбнуться. Она открыла рот, чтобы поделиться своим умным наблюдением, но когда подняла голову, то увидела, что глаза Андреа полны слез. Ее плечи тряслись от усилий сдержать слезы, и от этого зрелища у Миранды скрутило живот. Что же происходит? На самом деле Андреа не считала себя уродливым изгоем, не так ли? Неужели она не сознавала, как поразительно красива? Дрожащие пальцы потянулись погладить фигурки. Андреа больше не могла бороться со слезами и первая скатилась по ее щеке, следуя за ее нежным изгибом вниз к подбородку, где она образовала тяжелую каплю, которая упала на деревянную шахматную доску с глухим всплеском. - Андреа, - прошептала Миранда, ее грудь наполнилась состраданием. Хотя это чувство и не было чуждым, оно жгло ее с такой силой, какой она никогда не испытывала прежде. - Андреа, что случилось? Когда блестящие, темные глаза посмотрели на нее, Миранда ахнула от боли, которую она нашла в них. Новые слезы нарисовали влажные полосы на лице Андреа, и рука Миранды дернулась, желая протянуть руку и нежно вытереть эти великолепные щеки насухо. Андреа, казалось, была поражена этим коротким движением, и она отдернула пальцы, опрокинув при этом несколько шахматных фигур. Она встала и пробормотала: - Прости, Миранда. Я н-не могу. Миранда была поражена тем, как сильно ее сердце болело за Андреа, она смотрела, как молодая женщина возвращается на кухню. Сбитая с толку, она опустила взгляд на шахматную доску, и ее взгляд был прикован к отметкам внизу упавших фигур. Неуклюжая имела вырезанные внизу две большие буквы, выгравированные столь же неуверенными линиями, но в отличие от остальной части набора, там все были помечены как "Э.С.", на бывшем брелке находились инициалы "А.С." И вдруг Миранда все поняла. Схватив обе фигурки, она направилась к кухонному столу и положила их на столешницу. Андреа молча мыла посуду, без сомнения находя в работе то же самое утешение, которое столько лет поддерживало Миранду. Миранда все еще видела слезы девушки в отражении затемненных оконных стекол, и она знала, что не хочет сейчас ничего больше, чем облегчить боль молодой женщины. - Андреа, - повторила она, стараясь говорить как можно мягче. - Кто такая Эрика Сакс? Это была азартная игра, но она стоила того, чтобы попытаться разговорить Андреа. И ее интуиция, похоже, была права. Плечи Андреа опустились, и она громко всхлипнула, прежде чем прошептать: - Моя тетя. - Справившись с собой она продолжила: - Все это... этот дом... раньше он принадлежал ей. Все внутри Миранды сжалось, когда она представила себе болезненные воспоминания, которые Андреа, должно быть, испытала с момента своего возвращения в это место. Она сглотнула комок в горле и сделала шаг ближе, сердце бешено колотилось в груди. - Чей он теперь? Пальцы замерли в мыльной воде, Андреа сделала еще один вдох и сказала: - Мой.