The White Queen Falls/Падение белой королевы

Нежная мелодичная трель птичьего пения просочилась в подсознание Миранды и постепенно вывела ее из дремоты. Прислушиваясь, все еще не проснувшись, она заметила, что это был единственный звук, который она слышала, случайные щебетания и свистки, прорывающиеся сквозь удивительную тишину. Вокруг них не было ни ветра, пробивающегося сквозь деревья, ни дождя, барабанящего по крыше, ни даже ровного грохота волн, грохочущих вдалеке. После четырех дней, казалось бы, бесконечных ливней, отсутствие постоянного шума от стихии было тревожным. Она глубоко вздохнула и, когда ее легкие наполнились свежим утренним воздухом, почувствовала неожиданную тяжесть в груди. Открыв глаза, она могла различить лишь смутные очертания интерьера вокруг, рассвет еще мало способствовал обзору. Однако Миранде не нужно было полагаться на зрение, чтобы понять, что она не одна. Под одеялом к ней прижималась Андреа, ее теплое тело придавливало Миранду к дивану. Когда туманные остатки сна рассеялись, Миранда медленно осознала, как их ноги переплелись, и даже сквозь слои одежды она чувствовала, как грудь молодой женщины прижалась к ее боку. Андреа обняла ее за талию, и когда Миранда повернула голову, чтобы посмотреть в темноту, она почувствовала, как холодный кончик ее носа коснулся мягкой щеки Андреа. Ее собственные руки свободно обвились вокруг спящего тела, она осторожно позволила себе насладиться близостью Андреа, ей пришлось подавить внезапное желание сжать ее. Жар пополз по ее лицу, когда она тихонько вдохнула через нос, смешанные запахи шампуня, дремоты и чего-то необычного заставили ее почувствовать головокружение. Колено девушки было зажато между ее бедер с восхитительно дразнящим нажимом, но как бы сильно она не хотела поддаться своим инстинктам, она удержала свои бедра от трения о него. Снова закрыв глаза, она попыталась сосредоточиться на ровном дыхании Андреа, находя чувство покоя и защищенности в том, чтобы просто прижимать к себе молодую женщину. Миранда понимала, что не может позволить себе потакать своему физическому влечению к Андреа. Но в то время как в прошлом она полностью дистанцировалась бы, избегая любых контактов, теперь она стремилась сохранить связь, которую они образовали. Это было что-то удивительно интригующее и совершенно новое. Она поняла, что никогда еще никто не был так самоотвержен и доверчив, как Андреа, приведя ее сюда. Люди всегда чего-то хотели от знакомства с Мирандой, будь то деньги, милости или слава. Но не Андреа, нет. В то время, когда Миранда нуждалась в покое больше всего, девушка увела ее туда, где она могла спокойно зализывать свои раны и исцеляться, не прося ничего взамен. И тот факт, что дом имел такое эмоциональное значение, только что показал Миранде, насколько Андреа действительно доверяла ей. Миранде потребовалось время, чтобы заснуть прошлой ночью, ее разум был слишком занят мыслями и эмоциями от услышанной душераздирающей истории Андреа. Она так много узнала о молодой женщине, и эта новая информация только укрепила растущую привязанность в ее сердце. В мире, где правили своекорыстные оппортунисты и жадные стратеги, Андреа была редким цветком, цветущим, несмотря на кислотные дожди и ядовитый воздух. Некоторые назвали бы это наивностью, но Миранда теперь понимала, что Андреа была добра к другим не из-за недостатка знаний или понимания того, как устроен мир, а вопреки этому. У Миранды было всего несколько близких друзей в ее жизни, большинство из которых не пережили ее образ жизни и безжалостный темп индустрии моды. Найджел был одним из немногих, на кого она еще могла рассчитывать, поскольку даже Стивен после стольких лет отвернулся от нее. Миранда понимала, что во многом виновата в том, что люди бросают ее, а сильная потребность в выживании внутри нее возводит непроницаемые стены, которые защищают ее от почти любой длительной связи. Это было то, что она точно хотела предотвратить от происходящего с Андреа. По мере приближения рассвета Миранда изучала мирно спящую девушку в своих объятиях. Андреа выглядела такой юной, что возбужденный трепет в груди Миранды быстро сменился чувством вины. Она чувствовала себя исчадием ада, хищницей, вожделеющей невинную девушку. Почему ее сердце вдруг захотело высказаться, после стольких лет молчания? Она знала, что сможет справиться с простым сексуальным влечением, подавив его, как делала всегда. Но влечение плюс нежность к Андреа создали взрывную комбинацию, которую ей было невероятно трудно контролировать. Рациональное мышление тоже было бесполезно. Она могла снова и снова повторять про себя, что Андреа, скорее всего, натуралка, а если и нет, то вероятность того, что такая красивая, умная юная женщина питает к Миранде что-то, кроме восхищения, практически отсутствует. И все же эти мысли не могли остановить тепло, которое разлилось по ней, когда Андреа пошевелилась во сне, а рука на груди Миранды сжалась, и мягкие губы прижались к ее шее в сонном бормотании. Она не считала Андреа неискренней, и из ответов, которые она слышала за последние несколько дней, Миранда сделала вывод, что Андреа питает к ней хоть какую-то привязанность. Миранда знала, что ей хочется лелеять эту привязанность, даже если подавление некоторых физических реакций станет настоящим испытанием. В конце концов, она не была каким-то подростком, который не может держать свои гормоны в узде. Андреа снова пошевелилась, и ее нога в шерстяном носке бессознательно потерлась о ногу Миранды. Легчайшее трение прокатилось по ногам Миранды, как сильный электрический разряд, и осело глубоко в животе, заставляя ее извиваться. Это движение в ответ заставило колено Андреа крепко прижаться между ее ног, и с широко раскрытыми глазами Миранда ахнула. Боже! Так не пойдет. - Андреа, - прошептала она хриплым голосом. – Просыпайся. Опьяненная сном Андреа только сильнее прижалась к Миранде, которая, в свою очередь, почувствовала, как в ее жилах вспыхнул огонь. - Боже, - простонала она в отчаянии. - Андреа, ты должна слезть с меня. Сейчас. - А? Молодая женщина подняла голову и заморгала в замешательстве, но их положение не изменилось. - О! - Она начала подниматься, ее колено еще сильнее сдавило между ног Миранды, когда она поднялась с дивана. – О, боже, мне так жаль, Миранда! Закрыв глаза и сжав руки в кулаки, Миранда едва держалась, но смогла проглотить громкий стон. - Я сделала тебе больно? - Продолжала Андреа почти в панике, и Миранда поняла, что у нее такой вид, словно ей больно. - Нет-нет... просто, - она закрыла лицо ладонями. Разрываясь между смехом и отчаянием, она медленно выдохнула и потерла щеки, надеясь, что не покраснела. - Судорога. - Она села и свесила ноги с края дивана. - У меня были судороги. Это все. - О, - сказала Андреа, смущенно глядя на Миранду. - Теперь тебе лучше? Раннее утро с его рассеянным, серым светом, но Миранда заметила, что волосы Андреа растрепались, на левой щеке остались следы давления от того места, где она лежала на вязаном свитере Миранды, а глаза были сонными. Она выглядела совершенно очаровательно, и Миранда рискнула ухмыльнуться. - Да. Я в порядке. Она поправила воротник и разгладила брюки. Благодаря нескольким напряженным месяцам, проведенным в журнале, Миранда привыкла просыпаться в одежде, которую носила накануне. Это было что-то, что она презирала, так как это заставляло ее чувствовать себя неряшливой, и приводило к почти навязчивой потребности раздеться и принять душ. Сегодня утром, однако, ей хотелось еще немного продержаться с запахом Андреа на себе, поэтому она просто встала и осторожно потянулась. - Но знаешь, что заставило бы меня чувствовать себя еще лучше? - Она подняла бровь, и Андреа немедленно приступила к делу. - Кофе! Конечно, Миранда! Оказавшись на кухне, занятая наполнением воды в кофеварку, Андреа спросила: - Чтобы ты хотела на завтрак? Миранда последовала за ней через всю комнату и, усевшись на один из кухонных стульев, задумчиво погладила подбородок. - Пожалуй, я бы не отказалась от омлета. - Она была очень голодна. - Сейчас сделаю, - улыбнулась Андреа. Какое-то время Миранда наблюдала за работой Андреа, и от нее не ускользало ощущение домашнего уюта. Как ее помощница в журнале, конечно Андреа всегда приносила ей кофе и завтрак, но здесь, на острове, в собственном доме Андреа, когда динамика между ними так сильно изменилась, обстановка казалась положительно домашней. Миранда представила себе топот маленьких ножек по лестнице, ее дочерей, привлеченных шумом готовящейся еды, и представила, как они читают свои книги о Гарри Поттере на диване, пока взрослые пьют латте у камина. - Держи, - улыбнулась Андреа, ставя дымящуюся чашку на стойку перед Мирандой. В тусклом свете кухни Миранда увидела, что глаза молодой женщины все еще слегка красные от вчерашних слез, и она вспомнила ощущение плачущей Андреа в своих объятиях, прижавшейся к ней, когда рыдания сотрясали ее усталое тело. Прежде чем она поняла, что делает, Миранда протянула руку и осторожно убрала непослушную прядь волос за ухо Андреа. Опустив глаза, Андреа проследила за этим движением , внезапно смутившись. Сердце Миранды забилось быстрее. Она была потрясена своей собственной неуправляемостью, но полностью очарована небольшим румянцем, появившимся на щеках Андреа. - Спасибо, - Миранда попыталась преодолеть возникшую неловкость. - За кофе. - Это не проблема, - Андреа снова улыбнулась, но не посмотрела Миранде в глаза. - Ты мой гость... в некотором смысле. - Она пожала плечами и принялась разбивать яйца о край стеклянной миски. - Несмотря на то, что по-прежнему все чувствуется очень странно. - Что это значит? - Спросила Миранда, сделав первый глоток безупречного кофе. - То, что я твоя гостья, или то, что все это, - она указала на окружающее, - принадлежит тебе? Андреа скривила лицо в совершенно очаровательной манере. - И то и другое? - Это прекрасное место, - тихо сказала Миранда, касаясь губами фарфоровой чашки. Взяв в руки венчик, Андреа уставилась на яйца, которые собиралась взбить. - Ты же знаешь... когда я получила письмо от адвоката... Нейт хотел, чтобы я продала все это. Он сказал, что эти деньги позволят мне уйти с работы в «Подиуме». - Я рада, что ты не послушала его, - сказала Миранда, ее грудь сжалась при очередной мысли о том, что Андреа покинет ее. - Ну, - Андреа принялась помешивать яйца. - Он просто рассматривал это как возможность для меня перестать работать на человека, которого он действительно ненавидел. - Ее руки замерли, и она посмотрела вверх, широко раскрыв глаза, - о, прости, я имею в виду... - Все в порядке, - перебила ее Миранда, не без неприятного ожога в сердце. - Я прекрасно знаю, что большинство людей ненавидят меня. - Она пренебрежительно махнула рукой и отпила еще глоток кофе. - Я не ненавижу тебя, - тихо сказала Андреа, ее глаза застенчиво метнулись в сторону, прежде чем она осмелилась снова взглянуть на Миранду. - Ты не "большинство людей". - Тихо ответила Миранда, и все ее существо охватило тепло, когда Андреа ответила ей ослепительной улыбкой. Все еще свежие в ее памяти воспоминания о пробуждении с Андреа в объятиях заставили Миранду отвести взгляд. К счастью, молодая женщина быстро сосредоточилась на завтраке, давая взволнованной Миранде возможность успокоиться с помощью еще одного кофе. Яйца были взбиты, приправлены и обжарены, и вскоре Миранда и Андреа сидели напротив друг друга, поглощая еду в молчании. После нескольких минут молчания Миранда почувствовала, что отсутствие разговора было вынужденным, как будто они обе пытались придерживаться правил, которые больше не имели значения. Она думала о том, что бы сказать, но, будучи ужасно неумелой в светской беседе, она ничего не сказала. - Скажи, пожалуйста, - пришла ей на помощь Андреа, - как ты узнала имя моей тети? - Хммм, - Миранда проглотила кусок омлета. - Вчера вечером, когда я вышла на улицу за дровами, ко мне подошла соседка. - О, Мари? - Да. - Она допила свой кофе, прежде чем продолжить, - она спросила меня, как ты справляешься со смертью Эрики. Андреа задумчиво изучала кухонную стойку. - Мари и ее муж знают меня по тем летним дням, когда я приезжала сюда в гости. Они хорошие люди. Когда я унаследовала дом, они согласились присматривать за ним, пока я не придумаю, что делать. - Твоя семья знает, где ты находишься? - Спросила Миранда, стараясь не выдать, что уже знает ответ, прочитав личное письмо Андреа. - Нет, - тихо призналась Андреа. - Я не хотела, чтобы они знали. Мы немного поссорились из-за одной... вещи… - Вещи? - Мягко поддразнила Миранда. - Да... вещи, - Андреа с несчастным вздохом опустила плечи. - Я рассталась со своим парнем еще до Парижа... а когда я вернулась из Франции, мое будущее в «Подиуме» было неопределенным, он выгнал меня из квартиры, все мои вещи запихнул в несколько жалких коробок, которые ждали меня в коридоре. - Она невесело фыркнула. - Когда я попросила своих родителей о помощи, они отказались. Миранда сжала челюсти и резко вдохнула через нос. Она уже поняла из письма, что Андреа потеряла свой дом после разрыва отношений. Однако она не понимала, что молодая женщина была выброшена на улицу, предоставленная самой себе людьми, которые должны были заботиться о ней и любить ее. - Где ты спала? - Успела спросить она, сдерживая гнев. - У Найджела. - Ну, - ярость внутри Миранды быстро улеглась. - Найджел один из немногих, на кого всегда можно положиться. - Да, - Андреа подняла глаза, и легкая улыбка украсила ее губы. - Он один из хороших парней. - Да, - согласилась Миранда. Снаружи чайка выбрала именно этот момент, чтобы приземлиться на деревянные перила веранды и нарушила тишину и покой громким криком. Андреа захихикала над этим шумным существом, и Миранда была загипнотизирована этим звуком. Это напомнило ей воду, стекающую по маленькому, покрытому галькой ручью. Она знала, что это было то, что она хотела слышать чаще. - Пожалуй, я пойду приму душ, - сказала она, оттолкнувшись от стула и выходя из задумчивости. - Вчера вечером я отправила письмо редактора, так что Найджел должен позвонить сегодня, чтобы сообщить об одобрении совета директоров. - Хорошо, тогда я глаз не спущу с телефона, - подтвердила Андреа, убирая посуду. - Но в какой-то момент мне все же придется сходить за продуктами. Миранда остановилась и обернулась у подножия лестницы, по которой собиралась подняться. - Знаешь что? - Палец задумчиво постучал по ее губам. - Пожалуй, я пойду с тобой. Конечно, Миранда не верила, что ей нужно выйти и снова оказаться среди людей. Если бы это зависело от нее, она бы с радостью отказалась от любой принудительной формы общения на долгие месяцы. Однако ей не слишком нравилась мысль о разлуке с Андреа, пусть даже на час, и по сияющей улыбке, которую она получила, она заключила, что Андреа тоже была бы не слишком счастлива.